- -
- 100%
- +
Держать интригу и веру, которая способна на многое, хорошо получается.
Иметь имя, звучанием которого грех не похвастаться.
Оставить себя без следа, без маленького пятнышка.
–Почему ты не любишь, чтобы тебя выделяли, если ты достойна? Я считаю ты не должна бояться.
Когда она говорит, порой становится так стыдно. Страшно упасть в глазах людей, которых ты осознанно выбрал для общения, но они неосознанно попали под твою кожу.
Они превосходят, они тебя лучше. Они-твои изменения.
Один молодой человек сказал мне однажды: «Ты расстанешься со своим молодым человеком, если вы вместе не будете расти. Кто-то из вас не захочет сдвигаться с мертвой точки, и один уйдет в левое направление. И все, твоя половинка будет еле видна с другой планеты, машущей и что-то кричащее тебе». На тот момент я жестко запротестовала и заговорила междометиями.
–Но, черт возьми, ты был прав!
И сейчас я переношу эту проекцию на дружбу, дабы пояснить вам, на чем она будет держаться и давать новизну.
Мои ставят цели. Делают, а не говорят. И я не имею права поступать иначе. Ты так счастлив, когда они поднимаются на ступеньку повыше, и словно ступень не их, а твоя.
Поднимаем планочку.
Эгоизм.
Да, эгоизм.
Вот так прекрасно началось мое утро за любимым занятием наблюдать за цветными прохожими. И ход моих мыслей всегда одинаков. Я не напишу о любви так просто. Я завуалировано выложу здесь свои буквы так, что вы поймете в каких строчках я люблю, в какой теме я отдаюсь без остатка, а из-за какой мысли от меня веет снегом и холодом.
–Может я вкладываю свою любовь во все?
Читайте с пониманием, здесь слишком нежно.
Есть места и таких много, где нас не ждут. Там нет тех людей, которые готовы для тебя это делать.
Счастливчики, которые не акцентируют на этом внимание.
Но так приятно, когда тебя ждут, помнят, рады тебе любому.
Не так ли?
Это все тешит наше самолюбие.
Это греет наши сердца.
Это придает жизненный аппетит.
Объятия- это вкусные вишневые булочки, и киса, которая спит на подоконнике. А еще это всегда вкусный и по расписанию домашний обед.
Там вкусно все! Там ты в безопасности, об этом говорит твой нахлынувший сон на все диваны дома.
Встречи двигают тебя на повышенном тарифе лететь в дождь и забыть зонт.
Нужно поговорить. Так много хочется сказать. Но зачем им лишний хлам?
Тебя горячо обхватывают маленькие руки и ноги.
–Она прислонилась к моей шее, трогает ее (Мурашки побежали).
Перевернулась через плечо, чувствуется тепло на руке.
–Что она делает?
А она в ударе нежных чувств, поцеловала запястье. Обнимаю ее крепче!
–Ты очень чувствительная, малышка! И как только ты понимаешь, что мне сейчас необходимо?
Сегодня немного не радостно, глаза, борющиеся всеми силами с внутренней подхваченной заразой, выдают вместе с блеском слезы.
Чуть не проспать все на свете. Порой мне кажется, что жизненное предназначение мое такого: Я родилась, чтобы сладко спать, и видеть во снах прекрасные, яркие сады, которые засажены, пышными пионами и большим количеством разноцветной цветущей черемухой.
…
Жаль не море.
Приятно, я люблю, когда ждут. Когда к встрече с тобой готовятся. Выбирают наряд и лицо. Боятся опоздать, и заведомо печалятся о раннем уходе.
…
Шальная дама присаживается на край ванны, балансируя своей пышной юбкой.
–Я не поняла, а почему мы не хохочем?
–И в правду, почему?
навсегда твое
навсегда мое
навсегда наше
Подбирая правильный звук наушников, выбирая одежду и кожу, подчеркивающую индивидуальность ног, мы начинаем танцевать в знойном городском ритме.
Жарко.
Прекрасно, что солнце чарует загаром, и крепко-крепко обнимает тебя за плечи. Часто от сильной любви остаются шрамы, нам не нужно объяснять. Это мы проходили.
Но, вчера на скорости 120 в голову задула мысль о маме. Именно сейчас, когда я с близкими, даю сольный концерт в машине, не показывая себя не настоящую, в такие моменты особые приливы головокружительной радости.
Я подумала о маме и о том, как я сильно по ней скучаю. И как я хочу, чтоб не солнце меня сейчас обнимало, а она.
Такое чувство, что нам всегда страшно. Страшно ходить, спать, есть. А Мама она как большой великан, стена, викинг, у нее множество разных сил, и она управляет любой стихией этого мира. Понимаете, она даже спасет тебя от конца света. Она спасет меня, а ее уже папа. Вот такая цепочка любви.
Неприятности доставляются случайно.
–Мам, так может я не Ира, а неприятность?
Вы возможно не то заказывали аисту…Но ты улыбалась, научила меня смеяться.
И наградила сверх задачей думать над всем, что я вижу.
Думать чувствами.
Вот сейчас я думаю, как сильно соскучилась и какие милые люди в возрасте трех лет.
И о том, как красиво сейчас летит самолет без нас.
Еще в школе, особенно в школе, мы всегда с трепетом чувствуем приближение праздника или мероприятия. Выбирая наряд или цветы, может сладости. Мы предвкушаем фейерверк, я частенько волновалась перед выходом на сцену, но продумывала каждую деталь себя, чтобы быть на шажок ближе к идеалу и не наложать.
Для подготовки требовалось время, ты его находил и делал настроение, так же как девушка ранним утром. Знаете, это было прекрасно. Мама была рядом.
Сейчас на моих жизненных праздниках: будь то концерт, или вечерняя встреча с друзьями, или приезд сестры, или приглашение в гости, я вспоминаю тебя. Может в моменты, когда мне особенно хорошо, ты это чувствуешь и находишься рядом.
В горе, и особенно в радости.
–Я люблю тебя.
Может тебе покажется, что не люблю. Ведь у тебя получилась безумная эгоистка в плане открытости теплых чувств. И я наделала столько вещей, плюсом умотала по железной дороге подальше от дома, который меня так любит.
Но любовь поймет все, расстояние усилит эффект.
Но, подчеркиваю, разный эффект, мне ли не знать.
Я могу похвастаться своим огромным сердцем, и оно, Дорогая,
навсегда твое
навсегда мое
навсегда наше
Продлить жизнь за четыре дня смехом.
Продлить жизнь новым уставшим друзьям и пройтись босиком.
Продлить жизнь ангелам до бесконечности!
Продлить жизнь.
Этим летом я в тебя влюбляюсь, определяюсь.
Розовая любовь на мне.
Они крепко держат за руки.
Я утонула в необъятной кровати севера и насладилась глубоким кофе.
-Ты, наверное, поймешь что любишь тогда, когда я стану знаменитой.
-Хахаха.
-А что сейчас он тебя не любит?
-Так она же не стала знаменитой!
А я-не знаменитая устала со всеми прощаться.
Вернитесь, пожалуйста, с итальянской шоколадкой.
Ко мне нежной, с нежной итальянской шоколадкой.
Пожалуйста.
Плакать не буду, но это не точно!
Ваше солнышко светит.
С каждым опавшим листочком, я сбрасываю кожу, и каждый вечер перед одеялом решаю жить с чистого лица.
Утром я проснулась новым небом, с постоянно скачущими мыслями. И я совершенно забыла о существовании множества прекрасного, которое увидела не своими, но безумно похожими на мои глаза, да и вообще чертами в целом.
Видимо это было нужно. Поговорить с ним и побывать рядом: в горах; на высотках пить кофе; на озере устроить пикник; на море расстелить покрывало и считать звезды, включить запись в голове этого прекрасного звука, и уснуть спокойной с ним рядом; погулять по узким улочкам (танцевать там); греться куртками и ощущением целостности в сорокаградусную жару.
Поговорить о забытом или просто глубоко спрятанном.
–Вот ты сейчас это сказала, и это безумно похоже на меня. Я боюсь привыкнуть к этим нескончаемым сбеганиям. Да я этим и живу. И я жутко переживаю. Я ищу красоту в пяти утреннем термосе и тумане укутывавший такую киношную траву.
А твое одиночество прекрасно, я это вижу, я так жил. Но не вздумай привыкнуть. Я смотрю на прохожих: они разговаривают, целуются, они обнимаются, они счастливые. А я могу лишь выразить мысли в себя, и то на русском. Не знаю почему, мне так проще. Я много об этом думал.
–Но ведь мы счастливые.
–Да, но, повторюсь, не привыкай к этому пожалуйста.
Я бы хотел, чтобы ты была рядом. Мы увидели бы это вместе. Ты бы наполнилась и никогда меня уже не забыла. Я знаю, как тебе сейчас. Трудно найти дополняющие нас качества, потому что мы взрослые, у нас целый арсенал, который мы так бережно храним где-то там внутри. И многое из вне совсем не то.
–Да что об этом говорить, это нужно видеть.
–Я рада, что говоришь, я все описанное увидела. И я была там, на той высотке, пила с тобой и с той умопомрачительной красотой кофе, я грела свою душу. Я улыбалась. И сейчас улыбаюсь. Все не зря. Никогда.
–Я жду тебя.
А в голове лишь строчки из песни: «Но зато душа моя вместит все, так что хоть завязывай глаза, все равно, я вижу все по-разному от и до».
Сегодня увидела очень невесомый сон.
Мне подарили розовые розы, нежные-нежные и свежие-свежие.
Пригласили в гости в подводное царство, где меня ждал необъятный корабль.
И я длинноволосая и дышу под водой.
Чувство словно ты не там, где должен быть, полностью отсутствует. Я просто долго не могу адаптироваться.
Языковой барьер. Не понимаю ни слова.
Совершенно.
Я не могу сказать ни слова.
Абсолютно.
Грайность жизней, я думала такого не существует. Такого уже не бывает, и об этом нам говорили только на лекции.
Секунды внимания. Потом еще. Может это волнение? А может всегда так, когда оказываешься полностью зависимым. Не знаю. Просто так чувствую.
–А что дальше?
–А ничего.
Здесь только сейчас. Только одно время. А там дальше странность пропасти. Я опять его потеряла, но слышу, как он орет, смеется. Все в норме.
Есть только секунды.
Наши.
Есть только сейчас.
Только.
Не всегда все как хотим, но мы всегда можем увидеть красивую улицу из окна автобуса.
Всегда можем наплевать на мнение большинства, ведь вы, в основном, не видите ни черта, в этом прекрасном безумстве.
И да, верьте людям с яркими фотками и печальтесь, что ваша жизнь горчит не от вина, а только лишь от говна.
С вашим безобразным творчеством так всегда, делая необдуманность личных рамок, полагаете, что эта норма для всех, а не для таких же, как и ты. И вы свято верите, что жутко правы. Хотя другое просто стоящее рядом с вами творчество, это не принимает, на ней чудный берет много веснушек и губки надутые. Она тоже странная, но ведь ты не понимаешь ее быстрые печатания в телефоне, среди шумной ночи, ты не хочешь даже подумать о том, что сейчас совершается прорыв. Ей в голову пришла гениальность, и что бы ничего не забыть, а на наплевав на людей и диалоги, берет в руки телефон и начинает печатать, хоть и не любит такие заметки, но ты ведь не угадаешь, когда придет.
А ты не понимаешь.
Очередной.
Не понимающий.
Странно, она ведь не бьется в истерике, она складывает и не задает вопросов, даже глаза не выдают безумство, может только лишь напуганость.
И сказать тут больше нечего.
Просто жаль, что таких «творческих» безумно много, в наших небольших городах.
Вечер бывает такой не уютный, мрачный, немного рассерженный или даже злой, просто безысходный, но пока еще не готовый зарыдать.
Сбежать с лютого места, задолбать своим нытьем или просто разговорами подруг, которые и так страдают от болезненного тела.
Ей в голову пришла идея поужинать. Одной. Ночью.
Ну да ладно. Просто обстоятельства. Она не всегда одна.
Сделав самый сочный заказ и выбрав место с которого видно почти все, не логично. Нужно было для большей расслабленности затащить себя в черный угол, чтоб никто не тронул.
Подходит.
–Можно присяду?
–Да. (и как я его через наушники услышала?) неважно.
И зачем разрешила, не хочу разговаривать, зачем подсел. Куча же свободных мест.
Заказ готов.
Снимаю наушники.
–Вы намеренно меня игнорили или просто не слышали?
–Не слышала. (Чувак, у меня наушники!!! Не надо меня злить сегодня, прошу. Я не кричу на людей обычно, но еще что-либо подобное и все…)
Но ребята чудно поговорили, составили друг другу компанию за ужином и разошлись своими дорогами. Он тусить, ведь вечер пятницы. А она домой.
С тех пор, как она начала работать, ее пятница стала немного отличаться от того что было раньше.
Случится.
Можно ли запутаться в собственных мыслях, можно ли забыть мечту, можно ли все изменить, можно ли влюбиться, принять себя, перестать скучать и ждать, плохо спать, есть много сладостей? Пренебрегать собой?
Какой бы радостной не казалась жизнь порой так захлестывает. И сильно, сложно с этим бороться. Осень тебя сначала обнять не хочет, когда ты к ней руки протянул, а потом просто душит своими теплыми шарфами.
Почему так грустно?
Да, мне жутко плохо. И нет явных причин, ничего нет. Но я не могу, прости меня.
Но я сегодня не праздник и не ярко горящие щеки, как у этого рыжего парня.
Я просто опущенные уголки губ, и человек, который перед выходом начистит кроссовки, а потом пойдет разгонять листву по парку.
Все.
Удалить все фотографии, закрыть все профили, твоя защитная реакция?
–Нет, это просто маленький каприз. Мне надоедает постоянность. Если только я ее не полюблю. Ведь друзей и родителей я не меняю, и не делаю перестановку.
И мечты.
И да, в себе я тоже делаю перестановку.
Лютую. Делаем выводы относительности.
Важный день.
Чувствую себя неуютно.
Хочу тебя, мама.
Отведи меня в этот важный день за руку, по-другому я не могу и не хочу.
–Может купить цветы?
–Может поспать?
–А что одеть?
Как же страшно испортить раскраску привычными для тебя цветами.
Мне бы крикнуть, да чего-то боюсь.
Мне бы прижаться в подушечную кровать и совсем не выходить из дома.
Я ведь как бы счастлива, но второй день уже не выносима.
Болею в тепле дней исключительно для привлечения внимания. Мне ведь его недостаточно за эту подаренную мне неделю улыбок; смеха до слез в местах, где так смеяться не положено; Походов по магазинам, масла на полотне, красного берета, и конечно же, золотистость осени, которую я второй день умудряюсь омрачить.
Не специально! Она все понимает. Она рядом, она меня обнимает. А вот я не могу, она так вздрагивала от моих случайных прикосновений, что мне просто страшно ее тревожить.
Она от меня отвыкла, но она всем сердцем не хочет меня оставлять здесь одну, ведь она видела, как я стерла ее ластиком и вместо написала, листья с блестящим дождем, маслом.
Так много хочется изложить, но мои слова не складываются как всегда, но я знаю, как они ей нужны. За место этого я бегу в магазин за хлебом и готовлю ей еду на завтрашний день, пока она спит. Я занимаюсь уборкой, глажу одежду, чтобы утром не тратила на это время, и сквозь все все все не сказанное услышала те слова, которые ей нужно.
Ведь я не умею говорить, по теплому смотреть. Прости меня!
С каменным, многим покажется раздражающим лицом, буду делать любовь. Ну вот так.
Не смотрите в наружу, все внутри, оно не хочет показываться таким образом, не сердись
Дорогая, ведь ты представляешь, как тебя любит твой завтрак, который стоит в углу холодильника.
Чего же хочет ваше плохое настроение?
Которое может расплакаться от мелочи, ударившей ногу.
Наступила новая жизнь. Как мы и предполагали, все изменилось. Знаете, словно мы в раз уехали в двухнедельный отпуск, потом один-два связующих свидания и снова разъезд. Но как приятно увидеться, тем более наши встречи стали с винами разных стран.
Новые подъемы в 6 утра, люди, осень, дороги. Освоение навыков перетягивания одеяла. Не уступание, показ характера, чтобы потом вместе сдаться и с ленью придаться снам под мягким укрытием.
Жизнь полетела по взлетной. Ветер раздувает подросшую укладку. Не успев поприседать с утяжелением, делаешь скоростное кардио на маникюр.
–А как же танцы?
–Я так давно не танцевала!
Вежливые сборы при близких глазах, обещание в аккуратности и осторожности.
И снова несутся, держась за руки, два длинных черных платья.
Ноги истоптаны, ничего не слышащий, безумно уставший сон. Зато улыбка красной помадой. Еле успеваешь купить дневные цветы, организовать ночные. Подарить тепло и себя. Хотя бы такую, пробегавшую мимо и машущую сквозь толпу.
Время останавливается на мгновения, когда с любимыми. Оно зависает в пространстве пока мы близки. А потом все рушится, и на низком бежишь в городские залиственные улицы, чтобы успеть распинать то, что уже убрали по кучкам, ну и немного полюбоваться синей формной, которую так редко стала видеть.
И твоя жизнь вроде событийная.
И ты вроде бы счастлив.
Но однажды, под грузом такого тяжелого арбуза, который ты совсем уже не можешь даже катить, ты начинаешь плакать.
Плакать от того, что так сильно ты его захотела, а нести его просто нет сил.
А чего же захотело ваше плохое настроение?
Листья в коридоре.
Давно я не видела такого залиственного коридора. Ветер не то что растаскивал все по углам, он как настоящий джентльмен, кружил их в своем воздушном танце далеко над землей. Это целое волшебство.
Очарование, которое на самом деле завораживает и останавливает твои туфли, заставляя не заметить зеленый свет светофора.
Знаете, это просто очень красиво. И ранний подъем всегда наградит в последствии чем-нибудь прекрасным. Как и ваша улыбка и внутренняя радость успокоит ваш невротический, постоянно завязывающийся в узел, живот.
Это все ради любви
Это все о любви
Это все любовь
Когда устаешь поспешно и без выходных передвигать свои ноги, по ужасно влажному асфальту, тебе кажется, что ты перегорел и устал. Осень мрачная, а ты до жути одинокий и вымотанный.
И вечерняя мысль перемешавшись с утреней, жалеет тебя, она не понимает сути, зачем?
А ты твердо уверен в своем выборе, как обычно без запасных вариантов.
–И вы еще говорите мне, что мои прерывистые линии говорят, о неуверенности пути к конечному результату?
И чтобы доказать себе, больше никому доказательства не нужны, ты отходишь от утреннего помутненного обморока. И уверенная выбираешься из-под одеяла. Ты сам делаешь выбор и счастлив, что, если все полетит к чертям, не на кого будет злиться.
Слишком много вокруг настоящих, которые и живут тоже по-настоящему.
Я не забуду ее, только говорящие, глаза.
Каждый раз сталкиваясь с разной нехваткой, я не была морально к этому готова. Либо просто не хотела быть.
Ее большие говорящие глаза поблагодарили меня за мой страх, неуверенность, неопытность и шок. Она все поняла, она не хотела загонять меня в такое положение, она не специально.
А меня сжало, но проанализировав первое впечатление:
–Я на них смотрю и мне тяжело. Но знаете, у них есть и будет все, и дети, и семья.
И такое ощущение, что ограниченные не они, а я.
Она мается.
Запах на балконе очень зимний, от этого немного колко на душе.
Но если вспомнить новогоднюю сказку, елку или папу, бегущего с этой елкой, станет легче? Почему-то нет.
Приближение этого нашего колкого мороза, говорит о зиме, а как ее пережить и не сдохнуть?
Хороший вопрос, решаемый теплым шопингом и семьей рядом. Не хочется жить будущим, но и новый год встречать в одиночестве тоже не хочется!
Уехать в другое место? Нет, от этого легче не станет. А в чем собственно проблема?
Такое чувство что ты и твоя душа живут отдельно. Все прекрасно, но она мается. Ведь так?
Внутри она рухнула в ноги, и нет синхронизации.
Тебя поэтому так мотает? Когда-дорога-то ровнее ровного.
Аххааххха
Ахххааххха
Открывая глаза, каждый раз растворяешься в ней.
Открывая глаза, улыбаешься душой новому дню.
Искренне, без притворства.
Улыбка, действительно, там, где должна быть.
Примеряешь на себя красную помаду, или не красную, или не помаду.
Новая нежность, которая вот-вот готова исчерпаться насовсем.
Прилив энергии обнимает посторонних, но к сожалению, не сжимает тебя в ответ.
-Но знаете, что прекрасно?
-На самом деле чудесно?
Это внутренний мотор, который не дает проспать будильник.
И праздник, который всегда с тобой, несмотря на тяжесть сумок, в которых все свободное пространство занимают твои туфли.
И еще вера.
Вера во что-то непонятное, но такое необходимое на твоем пути.
…Заиграла громкая музыка…
-Кажется мне пора бежать, ведь я так давно не танцевала.
Не поняли.
Обожаю, когда небо, заигрывая намекает, что скоро, совсем скоро покажет ясность.
Череда и скромность потока мыслей, как и людей, спешащих делать счастье, полно.
Сладко профильтрованного лимонада достаточно, чтобы все начать заново, и утолить эту пересохшую жажду.
И единственное, что сейчас утешает и спасает, так это бесстрашие.
Бесстрашие во всех проявлениях:
Бесстрашие любить сильнее, чем себя.
Бесстрашие оберегать друзей, не зависимо от погодных не любимых осадков.
Бесстрашие разорвать не устраивавшие тебя связи, для спокойного будущего телефонного звонка.
Бесстрашие любить глубокие ссоры, после которых выглядывает солнце.
Бесстрашие замаскировать истинное, дабы не потерять и не стереть его случайно.
Бесстрашие принять и полюбить странный мир. Собственный мир.
Но еще больше бесстрашия для открытия и его показа, кому-то важному.
Бесстрашие признать и не осуждать людей, которые случайно не поняли.
И бесстрашие догадаться, что на самом-то деле, не только в этот раз.
Под ресницами сомнений, подвернув ногу на пути, мы обещаем себе жить по-иному.
Всегда.
Но я вам скажу, лучше пообещайте себе не есть сладкое на ночь, это выполнить легче и безопаснее.
Я бы скинула этот сюжет всем им.
Она убегала.
Вагон сменялся вагоном, время временем, платье джинсами и наоборот,
а он.
А он догонял и затем исчез.
Надолго.
Слеза,
опять не вышло!
Она остановила планету,
сошла.
А он, а он успел подобрать слезинку.
Он догнал…