- -
- 100%
- +
Только мы отъехали, Алексей, повернувшись ко мне, спросил с улыбкой:
– Ну как, нашли клад?
– Мы никакой клад и не искали. – сказала я.
– Да? А зачем тогда следили за нами?
– Надо было, вот и следили. А ты откуда знаешь, что мы следили?
– Да мы вас видели и специально подстроили, чтобы вам было чем заняться, а то, думаем, девчонки деревенские маются от скуки, пацанов в деревне нет, пусть поиграют в сыщиков.
– А что вы там закапывали такое большое?
– Значит, всё-таки искали? Одни или со своим Демьянычем?
– Не только с Демьянычем, но и с участковым.
– Да мы специально вас подразнить, закопали мусор, который забыли выбросить в мусорный ящик, там упаковка из офиса с новой аппаратуры, а потом выкопали и увезли его.
– Макаки! А зачем вы нас хотели увезти?
– Да никуда мы вас не собирались увозить, это так, для полноты бандитского образа, пошутить хотели.
– Ага! Шутники! Демьяныч белку в глаз убивает, пальнул бы, так мало бы не показалось.
– Так ты дочь Сергея Викторовича? А почему в деревне живёшь, а не с отцом?
– Потому что у меня подруга, Танюшка, живёт в деревне. Вот скоро переедет в город, тогда и я вернусь сюда.
– Танюшка! А синяки откуда, не поделишься секретом? – спросил Алексей, посмотрев с улыбкой на неё в зеркало заднего вида.
– Что, такие же хочешь?
– Пожалуй, нет. Такие – слишком.
– А то заказывай!
– Василиса! А к вам в гости можно? Мы бы с другом как-нибудь в выходной с шашлыками к вам приехали, а если есть банька, так мы бы и венички прикупили попариться.
– Вы нас шашлыками, что ли, осчастливить хотите? Ага! Мы же их никогда не ели.
– Ну при чём тут шашлыки? Мы познакомиться с вами хотим поближе.
– Поближе – это как?
– Как скажете!
– Мы подумаем с Танюшей. Вот синяки вылечим, а потом позвоним, если номер телефона дашь.
– Пиши! – и он продиктовал свой номер, а я пообещала позвонить, но про себя подумала: не факт, что это случится.
Мы приехали к нашему дому, Алексей припарковался и сказал, что будет ждать нас в машине. Мы с Татьяной поднялись в квартиру, нас Даша уже заждалась, приготовила обед, накрыла его одеялом, чтобы не остыл, а на столе стоял ещё горячий рыбный пирог. Она обрадовалась, увидев нас, но, взглянув на Таньку, замерла, выкатив глаза. Через некоторое время придя в себя, забросала нас вопросами:
– Это что? Это где? Это кто? – и усадив нас за стол, села рядом в ожидании ответов. Я спросила:
– Даша! А можно мы Алексея пригласим на обед? А то папа приказал ему нас отвезти в деревню, а у нас там обед не приготовлен, чтобы его накормить.
– Да, конечно! Вы усаживайтесь, а я сбегаю за ним. Она понеслась бегом вниз по ступенькам, вскоре вернулась с Алексеем, усадила его за стол и стала нас кормить, беспрерывно подкладывая еду в тарелки. Когда мы отобедали, она упаковала пирог нам с собой и, провожая до двери, наказывала, чтобы мы были осторожны (я не поняла, от чего она нас предостерегала) и чаще звонили. Мы с Татьяной покивали, обещая всё исполнить, и вышли за дверь, вздохнув с облегчением, что нас в деревне некому мучить своими наставлениями. Мы обе сели на заднее сиденье и сказали, что едем сначала в магазин за продуктами, а потом в деревню. Алексей включил тихую, спокойную музыку и вырулил со стоянки.
– Как скажете, в магазин, так в магазин! – ответил он, улыбнувшись мне в зеркало.
– Заодно и посмотрю, как вы в своей деревне устроились.
Мы набрали продуктов и, взяв многочисленные пакеты, потащились в машину. Алексей, увидев нас нагруженных так, что нас практически из-за пакетов не было видно, выскочил из машины и понёсся нам навстречу. Взяв у каждой по несколько штук, донёс до автомобиля и стал укладывать их в багажник, тут и мы подгребли. Он освободил нас от непосильной ноши, сказав при этом:
– По вам не скажешь, что едите вы в таких количествах.
– У нас предполагается тусовка, а гостей мы не привыкли встречать пустым столом. – сказала Татьяна.
– И что у вас за праздник, если не секрет?
– Не секрет, у Васьки день рождения.
– А можно нам с другом приехать вас поздравить?
– А это ты у моего папы спросишь, когда его повезёшь к нам.
– Нет, только не это.
– Боишься? – спросила я. – Правильно делаешь, папа у меня суровый, особенно это касается ухажёров.
– Мне очень понравилось ваше замечание об ухажёрах. Я рад, что причислен к этой когорте, а я голову ломал, как мне начать за вами ухаживать.
– Не обольщайся, ты пока ещё никуда не причислен.
– В любом случае, мне нравится, что есть надежда.
Мы приехали в деревню, подрулили к моей калитке и вышли из машины. Нас встречал Демьяныч. Он внимательно посмотрел на Алексея, потом повернулся ко мне:
– Василиса! А этого прохвоста где подцепили?
– Демьяныч! Не поверишь – этот Алексей работает у папы водителем.
– Да уж, Земля круглая. Ты, парень, смотри, – повернулся к нему Демьяныч, потрясая палкой, с которой он иногда ходил, – обидишь девчонок, берегись!
– Отец, ну что ты такое говоришь? У меня даже в мыслях этого нет.
– Вот и хорошо. – сказал уже спокойным голосом Демьяныч.
Повернувшись ко мне и увидев полный багажник пакетов, спросил:
– Василиса, вы куда столько продуктов то набрали?
– Так, Демьяныч, ты забыл, что у меня день рождения? Ты у нас почётный гость.
– Ну, коли так, давайте помогу затащить пакеты в дом, иди Васька, открывай дверь.
Мы затащили покупки в дом, теперь моя кухня напоминала склад, ступить некуда было, везде пакеты. Алексей обошёл комнаты, всё осмотрел и изрёк:
– А у тебя уютненько.
– Мне тоже нравится. – сказала я. – Пойдём провожу, а то тебе ещё на работу надо, наверное. Мы вышли из дома, я проводила его до машины. Он взял меня за руку, и тут я опять, как в прошлый раз на берегу, встретилась взглядом с его глазами и обомлела. Смотрела на него и не могла отвести глаз. Попыталась стряхнуть это наваждение, но он держал меня за руку и так пронзительно посмотрел на меня, что у меня, где-то внутри возникло желание идти за ним хоть на край света. Я обомлела и, казалось, приросла к месту, не могла ни двинуться, ни вымолвить словечко. На меня смотрели его необыкновенные глаза, от которых я не в силах была оторвать взгляда. Танька, видимо, поняла, что со мной что-то происходит, и поторопилась мне на выручку, подошла так тихо, что мы не услышали её шагов, и, чтобы привести меня в чувство, больно ткнула кулаком в бок, прошипев:
– Очнись, блудница!
Я очнулась, выдернула свою руку из ладони Алексея и отвернулась. А он стоял, улыбаясь, и не сводил с меня глаз. А мне вдруг как-то сразу томно стало, но Танька схватила меня за руку и потащила в дом, приговаривая:
– Работы море, а она стоит, глазки строит, малахольная.
День рождения мы отмечали в узком кругу, папа уехал в командировку, а Даша не захотела без него ехать в деревню, она позвонила рано утром и, поздравив меня с днём рождения, сказала:
– Василисочка, мы с папой приедем к тебе, когда он вернётся из командировки, не грусти и не обижайся, мы тебя любим.
Мы с Танькой приготовили всякие вкусности, накрыли на стол, поставили текилу, водку и красное вино для нас, девушек. Демьяныч пришёл принарядившийся, в белой рубашке в синюю полоску с галстуком и в пиджаке. Я посмотрела на него и ахнула:
– Демьяныч! Да ты у нас совсем молодой и красавец мужчина, надо бы заняться и невесту тебе подыскать, а то так и засохнешь на корню в холостяках.
– Нет, Васька, поздно, я уже привык один жить, это я около вас, молодых, расцвёл душой и телом.
– Ну, проходи, Демьяныч, садись за стол, сейчас Никита подойдёт. – Не успела я проговорить, открылась дверь и первым появился букет цветов, такой огромный, что из-за него Никиту не видно было, а когда букет опустился пониже, я ахнула, за букетом стоял Алексей и улыбался во все тридцать два зуба. Следом за ним зашёл высокий чернявый парень с огромными чёрными глазами в обрамлении мохнатых длинных ресниц и смущённо остановился со своим букетом около двери. Алексей повернулся к нему и сказал:
– Тимур, познакомься, это Василиса, дочь нашего Сергея Викторовича, а это, – он перевёл глаза на Татьяну, – её подруга Татьяна, а за столом сидит Демьяныч, который в прошлый раз нас чуть не пристрелил за нашу дурацкую шутку.
Тимур подошёл ко мне, вручил букет с поздравлениями, потом – к Татьяне и, пожимая ей руку, утонул в вырезе её блузки. Она ж, гадюка, свою грудь старается всем демонстрировать, правда, надо отдать ей должное, в смысле её груди, красивая до не могу, мне такая и не снилась. Я их пригласила к столу, сказав:
– Вы пока рассаживайтесь, а мы с Таней цветы определим в воду.
Мы вышли, я молча глянула на Таньку, она закатила глаза и прошептала:
– Васька, я пропала…
– Держи себя в руках, – прошипела я, – а то спугнёшь парня.
– Вась, – проговорила Танька упавшим голосом, – я думаю, вряд ли он обратит на меня внимание, у них там, в городе, вон какие красотки ходят.
– Танька, дай оглядеться своему объекту вожделения. Он же впервые здесь, и не выставляй свою грудь напоказ, дай человеку спокойно поесть, а то он как выкатил глаза в вырез твоей блузки, так еле очнулся.
– А что, я своей грудью могу ему аппетит испортить?
– А ты как думаешь? До еды ему, страдальцу, будет, когда перед глазами такой соблазн станет мелькать?
– Ладно, сейчас накину что-нибудь, пусть поест, так и быть.
Мы поставили цветы в воду и пошли к гостям. Они сидели за столом смирно и ждали нас. Татьяна пристроилась напротив Тимура, а я рядом с Демьянычем и, повернувшись к нему, спросила:
– Демьяныч! Чего сидим? Кто будет наливать, говорить тост имениннице?
– А, так это мы мигом, – засуетился Демьяныч. – Я тут вроде как на правах хозяина, девки-то под моим приглядом живут, а у меня не забалуешь. Разлив мужчинам водку, а нам с Татьяной вино, Демьяныч встал и сказал:
– Василиса! Пусть у тебя всё будет хорошо, будь здорова и счастлива. Я рад, что ты приехала к нам жить, у нас с Татьяной с твоим появлением жизнь заиграла новыми красками. Вы нафантазируете себе и куда-то бежите, а я бегу следом, чтобы с вами ничего не случилось. Это называется «прощай спокойная жизнь», и с твоим появлением я почувствовал себя нужным. За тебя, беспокойная соседка!
– Демьяныч! Я не поняла, ты сейчас меня поздравил или отчитал?
– Я тебя поздравил, Василиса, если понадобится тебя отчитать, я это сделаю, когда заработаешь.
Я хотела возмутиться такой речью, посмотрела на Демьяныча, а он сидел и смотрел на меня, улыбаясь, потом наклонился к моему уху и прошептал:
– Вином не увлекайся, у тебя ухажёр за столом, ползать тебе сегодня нельзя, бросит.
– Демьяныч, он не мой ухажёр, у меня другие планы.
Мы выпили и стали закусывать. Стол у нас ломился от еды, мы с Танькой постарались. Она сидела и молча поглядывала на Тимура, а он поднимал иногда глаза от тарелки, смотрел на неё с улыбкой и опять увлечённо разглядывал свои закуски. Алексей же вёл себя более свободно, болтал без умолку, шутил и весело смеялся над собственными шутками. Мы тоже улыбались, а Демьяныч только хмыкал и качал головой. Засиделись мы допоздна. Демьяныч был уже хорош и, собрав глаза в кучу, проговорил:
– Васька! Проводи меня домой, а то у меня так не получится, как у тебя в прошлый раз.
– Демьяныч, побойся бога, ты ещё как огурчик!
– Нет, Васька, всё, я – домой. Пошли.
Я поднялась и пошла провожать Демьяныча. Когда мы вышли из дома, он мне прошептал на ухо:
– Василиса, ты приходи ко мне ночевать, если что.
– Что «если что»? – спросила я.
– Ну, пацаны незнакомые, мало ли.
– Демьяныч, спи спокойно и ни о чём не тревожься. Всё будет хорошо.
– Ну, тебе видней. – сказал Демьяныч, стараясь попасть ногой на ступеньку своего крыльца, но она почему-то уходила из-под его ноги, и он, оступившись, встал на четвереньки и пошёл домой, как я в прошлый раз, только я шла из дома искать Таньку. Я шла сзади и корректировала его путь. Наконец он добрался до кровати, опёрся рукой о край, поднялся, но тут же рухнул на постель и захрапел. Я сняла с него ботинки, прикрыла его одеялом и вышла из дома, заперев дверь на ключ, а ключ положила под крыльцо. Когда вернулась домой, Таньки с Тимуром уже не было, а Алексей сидел за столом и терпеливо ждал моего возвращения. Я подошла к столу, начала убирать грязную посуду и складывать оставшиеся продукты в холодильник. Тут незаметно сзади подошёл ко мне Алексей, обхватил меня и, прижав к себе, прошептал:
– Василиса, брось ты эту уборку, пойдём спать.
Я повернулась к нему и удивлённо спросила:
– Ты собрался здесь спать?
– Я собрался не здесь спать, а с тобой спать.
– Да неужели? А что у тебя с губами?
– А что с моими губами не так?
– Закатай!
– А зачем? Раз ты сразу нас не выставила, я решил, что мы с тобой поладим.
От негодования мне не хватало воздуха. Такого нахальства я не ожидала. Он решил, что я могу вот так запросто опозорить своего отца и лечь в постель с его водителем в первый же день знакомства. Так, как сейчас, я не была возмущена ещё никогда в жизни.
– Так! Ты меня оскорбил и оплачиваешь мой моральный ущерб.
– Сколько?
– Сто баксов.
– Ого!
– А ты как думал? Я себя люблю и ценю.
– Ты хочешь сказать, что стоишь сто баксов?
– Я сказала – это моральный ущерб!
– Ну, хорошо, на тебе сто баксов. А дальше что?
– А дальше мы идём в ресторан, когда я скажу, и я ими расплачиваюсь за наш ужин.
– Хочешь сказать, мы вместе идём в ресторан, и ты расплачиваешься?
– Ты всё правильно понял.
– Ты хочешь меня унизить и выставить альфонсом?
– Да, чтобы неповадно было девушек обижать.
– Да я не хотел тебя обидеть, наоборот, хотел, как лучше. Вон Татьяна с Тимуром, по-моему, поладили.
– Это их дело, я Татьяне не указ. Иди ложись в маленькой комнате и не шелести, иначе выставлю на улицу.
– Ну, хорошо. Извини. Я пошёл? Если что, зови.
Алексей ухмыльнулся и пошёл в комнату, где вместо двери висела штора. Он зашёл и аккуратно закрыл её за собой.
– Спокойной ночи! – сказала я ему и пошла к себе. Пять минут гордилась тем, что не повелась на его предложение, потом два часа плакала, ругая себя последними словами, что отказалась от такого красавчика, а после едва не до утра он стоял перед глазами такой большой, спортивный и сильный, но было поздно, я не привыкла отменять своих решений. Наутро наши гости уехали, а я решила залить своё горе вином. Когда вино закончилось, перешла на водку. Потом ко мне пришла Танька, я смотрела на неё, стоящую в дверях, и рассуждала, видимо, вслух:
– Странно, что такого Тимур с тобой сделал, что тебя теперь стало две?
– Это с тобой что Алексей сделал, что ты уже с утра никакая.
– А в том-то и дело, Танька, что он совсем ничего не сделал, может, поэтому я с утра такая.
Два дня я была в запое… Пыталась забыться и забыть этого Алексея. На третий день проснулась от вкусных запахов, исходивших из кухни. Лежала и думала: «Что это было? Неужели я способна из-за малознакомого парня вот так запить? Интересно, сколько времени я нахожусь в таком состоянии? Надо спросить у Таньки». И я закричала:
– Танька!!! Ты здесь?
Тут в комнату заглянула Татьяна и, покачав головой, воскликнула:
– Ну что, алкашка, проспалась?
– Таньк, сколько я тут валяюсь? – У тебя, как у нормального алкаша, обыкновенный запой, три дня пьёшь, Демьяныч извёлся весь, не знает, что и думать, то ли ехать и этого Алексея пристрелить или подождать, пока ты проспишься и у тебя узнать, что произошло. Ты, подруга, вставать-то будешь или тебе прямо в кровать принести очередную дозу?
– Нет, всё, хватит пить. Ни один мужик не стоит, чтобы так издеваться над своим здоровьем. Встаю и начинаю нормальную жизнь.
– То есть ты хочешь сказать, что мы бросаем пить?
– Бросаем, Танька, а то так можно и до чёртиков допиться, а в нашем возрасте спиться очень легко.
– А я и не собираюсь из-за мужиков спиваться.
– Кстати, о мужиках. Как у тебя с Тимуром? – спросила я.
– Васька! Я даже не представляла, что такое может быть. Оказывается, до сих пор у меня секса не было. А теперь мне кажется, без Тимура я не смогу жить. Это не мужчина, а змей-искуситель. Я как будто была под гипнозом, как оказалась с ним в кровати, сама не поняла, очнулась – лежу голая, а рядом Тимур. Если он больше не приедет, то, чувствую – ждут меня трудные времена. Любовь – это болезнь, иногда очень тяжёлая и часто с осложнениями. Мне надо быть готовой ко всему. Он ничего не обещал, а я ни о чём его не спрашивала.
– Танька! А с осложнениями, это как? С беременностью, что ли?
– Тфу на тебя! Этого только не хватало! Я ещё не готова к такому.
– У меня идея. – сказала я. – Поехали съездим куда-нибудь, отдохнём, позагораем, в море искупаемся, а заодно проверим наших возлюбленных.
– А давай поедем! Пока я совсем не увязла в своей любви и не порабощена Тимуром, надо съездить развеяться и проверить себя. А когда поедем и как? Дикарями или путёвки возьмём?
– Я позвоню Даше, она подберёт нам путёвки и купит, папа даст денег, а Алексей отвезёт в аэропорт. Тань, а у тебя есть загранпаспорт?
– Нет, откуда он возьмётся, если я кроме нашего города нигде не была.
– Тогда надо позвонить папе, чтобы он помог побыстрее тебе его получить.
После завтрака, а может, после обеда, нет, наверное, после позднего завтрака всё-таки, я позвонила папе и сказала о нашем решении проветриться в тёплые края. Папа поддержал нашу идею и сказал, что спонсирует нас в таком количестве денежных знаков, которое позволит комфортное проветривание. Я спросила:
– Папа, а ты можешь помочь Татьяне побыстрее получить загранпаспорт?
– Я пока ничего обещать не буду, сначала узнаю и перезвоню тебе, в крайнем случае, если не получится с паспортом, то поедете в российские тёплые края, у нас тоже есть, где отдохнуть и развеяться.
На следующий день после нашего разговора с папой вечером примчались Алексей с Тимуром. Они уже с порога начали возмущаться.
– Василиса! Это правда, что вы уезжаете отдыхать с Татьяной? – спросил Алексей.
– Правда. А вы кто такие, чтобы нам вопросы задавать?
– Вообще-то мы думали, что ваши друзья.
– И давно вы ими стали, позвольте вас спросить?
– Недавно. Но мы надеялись на продолжение знакомства, а вы решили уехать, не сказав нам ни словечка об этом.
– Мы решили съездить проветриться и проверить себя и своё отношение к вам. А вы себя здесь проверите. Потом встретимся и обменяемся впечатлениями.
– Ну, вы, девчонки, приезжайте побыстрее, – попросил Тимур.
– Непременно! Как только, так сразу!
Пока Татьяне делали загранпаспорт, мы отдыхали, купались в своей речке, к нам приезжали Алексей с Тимуром, и Танька ходила радостная и счастливая. Я не знаю, что там с ней делал Тимур, но после его приезда она вся светилась. Через три недели у нас был паспорт и забронирован номер на двоих в отеле Анталии. Папа с Дашей нас провожали в аэропорт.
Жители России часто стремятся на отдых в Турцию к тёплому и чистому морю с маленькими уютными бухточками и красивому загару, не похожему на российский. Я в Турции была уже много раз, правда не одна, а с папой, теперь вот решила свозить свою подругу, потому что она вряд ли когда выберется туда. Через три часа мы уже были в Анталии. Не успели выйти из аэропорта, как к нам тут же подскочили несколько таксистов и стали наперебой предлагать подвезти нас до отеля, не забывая расхваливать нашу необыкновенную красоту и предлагать свои услуги на все случаи жизни. Танька смотрела вокруг удивлёнными глазами, и видно было по ней, что от непривычного количества комплиментов в её адрес у неё стала крыша съезжать. Я дёрнула её за руку и прошипела:
– Танька! Не обольщайся, турки умеют ухаживать за женщинами, они ничего не делают просто так, они не дарят просто так цветы, не угощают просто так мороженым, если ты взяла цветы или мороженое, значит, должна его отблагодарить, то есть провести с ним ночь. Так что будь осторожна и не бросай на них заинтересованных взглядов, иначе не успеешь глазом моргнуть, как окажешься в постели у какого-нибудь придурка. Это самое безобидное, что с тобой может произойти, а в худшем случае, загрузят в машину и увезут куда-нибудь.
Танька, девушка понятливая, глазки сразу опустила и предоставила мне общаться и договариваться с ними. Мы взяли такси и поехали в отель. Двухместный номер с видом на море нам понравился. В стоимость входит питание и напитки по системе «всё включено». Отель состоит из одного здания и довольно зелёной территории с большими бассейнами. Огромный бассейн занимает почти всю территорию. В отеле есть крытый бассейн, сауна и турецкая баня, которыми можно пользоваться бесплатно. Пляж с мелкой галькой и небольшим пирсом – отличное место для отдыха. В отеле нас встретили служащие, помогли занести чемоданы в наш номер. Он оказался уютным, мы распаковали свои чемоданы, повесили вещи в шкаф и пошли перекусить. Зашли в кафе неподалёку от отеля, к нам быстро подошёл очень вежливый официант и, подавая нам меню, не переставал восхищаться нашей красотой. Мы заказали еду, а пока ждали её, нам принесли по коктейлю. За соседним столиком сидели три турка, и, как только мы вошли, они сразу обратили на нас внимание и всё время бросали на нас восхищённые взгляды. Танька спросила:
– Васька! У меня такое ощущение, что все мужчины тут в нас влюблены с первого взгляда.
– Не обольщайся! Они к русским относятся как к товару. И, Танька, предупреждаю, не вздумай с ними заговаривать, а тем более идти гулять. Мы – сами по себе, они – сами по себе. Мы приехали сюда отдыхать, загорать и купаться в море, а мужики у нас и дома есть. В этих турках ничего такого нет, чего нет в наших мужиках. Будем поддерживать отечественного производителя, и не вздумай строить им глазки.
– Василиса, мне вон тот мужик, который в середине сидит, страсть как нравится.
– А как же Тимур?
– А что, Тимур? Тимур дома. Хочется почувствовать себя королевой хоть на один вечер.
– Да я лучше собственными руками тебя придушу, чем отдам на растерзание туркам.
– Слушай, ты меня уже и так запугала, что я боюсь глаза от тарелки поднять. Скажи, я зачем тогда сюда притащилась? Я хочу всё увидеть и людей в том числе.
– Смотри, кто тебе не даёт. Я говорю, на мужиков не засматривайся. О-о-о! Вот видишь? Не заставил себя ждать твой объект вожделения, идёт сюда.
Парень из-за соседнего столика встал и направился в нашу сторону. Да, он был красив и строен, и поэтому я особенно боялась за Таньку. Он подошёл и спросил на хорошем русском языке:
– Девушки, вы из России?
– Да, – сказала я.
– Приехали отдыхать?
– Приехали отдыхать в Турцию, а не к вам лично, и просьба нас не беспокоить и ничего не предлагать.
– Хорошо, я не буду вас беспокоить, красивые, я просто хотел познакомиться с вами. Может, вы разбавите нашу мужскую компанию, пойдёмте за наш столик?
– Мы приехали к морю, а не за знакомствами, я просила нас не беспокоить. Нам не нужна мужская компания.
– Хорошо! Извините. Он пошёл к своему столику, сел, что-то сказал своим друзьям, те покачали головами, поцокали языками, посмотрели на нас, встали и пошли к выходу. Мы пообедали и отправились гулять.
Анталия – очень популярное место для отдыха. В первую очередь, конечно, изумительная природа этих мест. Великолепные пляжи, лазурное море, буйная растительность, необыкновенные водоёмы и естественные водопады Анталии делают отдых незабываемым. Купальный сезон длится с конца апреля по конец октября. Поход на пляж у нас был запланирован на завтра, а сегодня мы шли по городу и останавливались возле магазинчиков с сувенирами. Здесь было столько красоты, что глаза разбегались и хотелось всё купить. Мы выбрали красивую трубку для Демьяныча и пуловер тонкий, но тёплый и мягкий. Для себя мы решили пока ничего не покупать, у нас весь отпуск впереди, ещё успеем затовариться. Пришли к себе в номер и решили просто поваляться и отдохнуть до ужина. Танька ходила по номеру и рассыпал́ась в восторгах, а я лежала и молча её слушала. Заслушавшись, не заметила, как уснула. Когда проснулась, Таньки в номере не было. Я подскочила и заметалась с перепугу, бегала и гадала, куда же эта чума делась. Не могла она без меня уйти далеко. Надо сходить в бар, может, она там. Я переоделась и пошла в бар, там играла живая музыка. Я оглядела помещение, в котором был полумрак, только кое-где светильники горели. Таньку увидела у барной стойки. Она сидела на высоком стуле, а рядом с ней сидел тот красавец, который подходил к нам в кафе, он нежно держал её за руку. Танька, видимо, уже приняла для настроения и, улыбаясь, смотрела на него, а он, наклонившись к её уху, что-то вещал, я даже догадываюсь что. А она слушала, развесив уши. Я подошла, окликнула её, она посмотрела на меня виновато и стала что-то мямлить в своё оправдание. Я схватила её за руку и потащила из бара. Парень не отпускал её руку и пытался меня от Таньки отстранить, говоря: