Каждому по делам его
- -
- 100%
- +
– Э-э-э-э! Мы так не договаривались! Ну, всё! Мне звездец! Все шишки от полковника будут мои! – расстроено воскликнул Алексей.
– А ты уворачивайся! Вали всё на меня, потом разберёмся!
Виктор поднялся из-за своего стола. Алексей уставился на него с открытым ртом перед поднесённым к нему бутербродом.
– Пошёл к полковнику проситься в отпуск! – доложил Виктор.
Не успел он уйти, как резко открылась дверь, и ввалился участковый, Леонид.
– Привет трудовому народу! Мужики помогите! – воскликнул участковый.
– Что случилось? – поинтересовался Виктор.
– Понимаете, какое дело! Привела ко мне женщина потерявшегося четырёхлетнего ребёнка, чтобы, значит, я нашёл его родителей! А как я их найду, если ребёнок в четыре года не знает своей фамилии! Спрашиваю, как маму с папой звать? А он мне – маму – коза, а папу – дебил немощный. Ну и где их искать?
Алексей с Виктором взорвались хохотом. Леонид послушал их заразительный смех и тоже заржал. Когда отсмеялись, Виктор сказал:
– Подержи пацана у себя в участке, родители сами прибегут! Лёха! Я к полковнику!
***За несколько дней до отъезда в тайгу Виктор стал готовиться к походу. Это был не первый выезд, и поэтому у Виктора снаряжение было и карабин «Вепрь» для охоты на крупных и средних животных, лежал в сейфе вместе с патронами. Виктор начал всё, по заранее составленному списку, складывать в рюкзак, чтобы ничего не забыть. Тайга, это место с красивыми пейзажами, но и множеством опасностей. Когда всё было готово к поездке, позвонил Гоша, его голос звучал взволнованно.
– Витя, прости, друг! Меня тут кое-какие козлы озадачили, я пока не могу поехать в тайгу!
– Что-то серьёзное? Помощь нужна?
– Серьёзное, но помощь, пока не нужна, разберусь сам! Мне неудобно перед тобой Витя, ты, наверное, уже собрался, настроился?
– Не бери в голову, я Риту с собой возьму! – захохотал Виктор.
– Ну, тогда скучно тебе точно не будет!
– Да уж, с Ритой не соскучишься! – согласился Виктор. – Гоша! Тебе точно не нужна моя помощь, а то я поездку могу отложить, мне не к спеху!
– Точно не нужна! Мы с тобой зимой как-нибудь выберемся на недельку, езжайте, удачной охоты!
Виктору в удовольствие было забраться в тайгу, подышать вольным, хвойным воздухом, отдохнуть душой от мирской суеты. Он считал, что пожить в тайге – для здоровья лучше всякого санатория. Для неподготовленного человека поход в тайгу может закончиться трагически. Виктор старался ничего не забыть, правда, сейчас, была ещё поздняя осень, и снега почти не было. Он положил в рюкзак карту, навигатор, спички, мощный фонарик и всё остальное по списку, а запасных батареек для фонарика не нашёл. Он отодвинул рюкзак в угол, бросил на него тёплые вещи и пошёл в прихожую. Олеся, увидев приготовления Виктора, спросила:
– Уезжаешь?
– Да, в тайгу, – кивнув, ответил Виктор. – На неделю.
– С кем?
– С мужиками!
– Мужиков Ритой зовут?
– Олеся! Не начинай! С женщинами в тайгу не ходят! С Гошей мы идём!
– Витя! Возьми меня с собой, пожалуйста!
– С ума сошла? Это же тайга!
Виктор снял с крючка куртку, надел, обулся и буркнув:
– Я в магазин за батарейками, – вышел из квартиры.
***Он купил батарейки, заехал к Гоше, узнать, как у него дела. У Гоши он засиделся, они обсуждали бандитский наезд на Гошу, ближе к вечеру поехал к Рите. Он снова задержался у неё. Они лежали в постели, её пальчики беспорядочно блуждали по его груди. Пальцы у Риты длинные, изящные, ноготки акриловые, на каждом по цветочку. Такими пальцами удобно играть на фортепьяно. Она склонилась над ним с ласковой улыбкой на губах, нежно поцеловала в губы. Он обнял её, и принял её волнующий и возбуждающий поцелуй. Рита расслабленно откинулась на подушки, её пальчики накручивали завитки волос, дорожкой уходящие вниз.
– Твою жену Олеся зовут? – вдруг спросила Рита.
– Ну, да! А тебе зачем? – Виктор резко повернулся на бок, и удивлённо посмотрел на Риту. – Почему ты спрашиваешь?
– Дикая у вас семейка! – сказала Рита, скептически глядя на него.
Виктор вскинул брови.
– Возможно, я и похож на дикаря, когда вижу тебя, и меня с дикарем ты сравнила небеспричинно, а Олеся тут каким боком, чем она провинилась? Она абсолютно спокойная и рассудительная женщина!
– Ага! Рассудительная! Она сегодня пришла ко мне и набросилась! Глаза бешеные! Кричит! За волосы меня схватила!
Рита обиженно смотрела на Виктора, вспоминая свою встречу с Олесей.
– Она меня шлюхой малолетней обозвала!
– А, почему она тебя обозвала? – поинтересовался Виктор.
– Как почему? Из-за тебя! – воскликнула Рита, подняв аккуратные бровки вверх.
Виктор продолжал смотреть на Риту вопросительно–удивлённым взглядом, дополняя его лёгкой ироничной усмешкой. Рита самая лучшая и самая странная женщина из всех, с кем его жизнь в своё время сводила. Она поняла, что должна что–то сказать и буркнула обиженно:
– И не шлюха я!
– Не бери в голову, радость моя, Олеся погорячилась!
– Откуда она знает, где я живу?
– Если мне не изменяет память, я ей твой адрес не сообщал!
– Может, она следила за тобой?
– А тебя это напрягает? – поинтересовался Виктор.
– Конечно! Она же пришла и схватила меня за волосы! – возмутилась Рита, капризно надув губы.
Виктор сел на кровати, и в раздумье стал с силой тереть свой заросший за день щетиной подбородок. Он, ничего не понимал. Ему казалось, что он хорошо знает свою жену, не могла она устроить из-за него скандал. Они жили каждый своей жизнью, она никогда не проявляла особого интереса к его занятиям вне дома. Сначала Олеся его поздние появления дома оправдывала его работой, потому что иногда его вызывали, даже, среди ночи, а потом она привыкла, что Виктор приходит домой ночью.
– А, она трезвая была? – спросил он Риту, пытаясь как-то объяснить поведение жены.
– Трезвая!
– Интересно, какая муха её укусила? – озвучил он свои мысли, удивлённый ревностью Олеси.
– А я знаю?
Видимо, жена, всё-таки, интересовалась его жизнью, и ей было небезразлично, где и с кем он проводит вечера, а иногда и ночи. Для него это было новостью и даже пролилось бальзамом на его мужскую гордость. Теперь он в другом свете увидел свою жену и это ему понравилось. Он вспомнил, когда собирал рюкзак для похода, Олеся спросила, не с Ритой ли он идёт в тайгу. Тогда он не обратил на это внимания, а теперь до него дошло, что она знает про Риту, и, даже, успела к ней наведаться и потаскать за волосы.
– Ну, Олеся! Ну, тихоня! Ну, удивила! – воскликнул он, хохотнул и покачал головой.
***Виктор тихо вставил ключ, повернул его, открыл дверь. Зашёл в прихожую, Олеся спала чутко, и он старался её не разбудить. После того, что сегодня ему рассказала Рита, ему стыдно было смотреть жене в глаза. Закрывая за собой дверь, он случайно лязгнул ей. Снял куртку, повесил на крючок, развернулся, собрался снять ботинки, чтобы пройти на кухню и увидел Олесю. Она стояла в дверях на фоне включенного ночника, в прозрачном пеньюаре, под которым ничего не было. Ночник освещал её фигуру, на которой остановился взгляд Виктора и кровь начала закипать. В руках у Олеси была тарелка.
– Ты что, здесь стояла всю ночь? – поинтересовался Виктор.
– А тебя разве интересует, что я делаю по ночам, когда ты ходишь по шлюхам? Я твоя жена и ты мне ответишь за каждый вечер, проведённый вне дома! – она замахнувшись, запустила в него тарелку. Та, просвистев мимо уха, ударилась в стену, и осколки полетели на Виктора.
– Олеся?! Не зверствуй! А, если бы ты попала мне в голову?
– Если бы я хотела попасть тебе в голову, то попала бы, можешь не сомневаться!
– Да? Давай всё-таки ты будешь тарелки бросать не в меня, а просто в стену!
– Не дождёшься! Я их буду бросать в тебя, и кто не спрятался, я не виновата! Тебе нужна тихая, домашняя женщина, чтобы готовила, убирала, стирала, ни о чём тебя не спрашивала и ждала твоего прикосновения, как манны небесной? Не получится!
– Олеся! Зачем ты так?
– Как так? Ты зачем на мне женился, если по шлюхам ходишь?
– Рита не шлюха!
– Теперь в твои поздние возвращения тебя будет встречать тарелка в голову!
– А, когда все тарелки кончатся, что будешь делать? Простишь?
– Пристрелю, как бешеного жеребца!
– У тебя есть из чего?
– Найду! Это не проблема! Но я бы предпочла что-нибудь романтичное. Жертва чахнет, тает и тихо уходит в мир иной на руках у товарищей по службе.
– О, боже! На ком я женился! Олеся, успокойся, прошу тебя! Ну, хочешь, давай разведёмся!
Она так взглянула на Виктора, точно он предложил Родину продать за смехотворную цену.
– Ага! Помечтай, пока в сознании!
– А я и не знал, что у тебя такой скверный характер!
– Да ты вообще меня ещё плохо знаешь! Всё-таки я была законченной дурой, сидя в четырёх стенах, ожидая тебя с гулянок.
– Детка! Давай мы ничего не будем менять в своей жизни!
– Я тебе не детка! Ты свою шлюху, так называй!
– Олеся! Я тебя не узнаю! Откуда ты всего этого набралась?
– То ли ещё будет! – пообещала ему жена.
Он посмотрел в её глаза и увидел огонь, бушующий в их тёмной штормовой глубине. Нерешительно подошёл, не опуская глаз, медленно приподнял ладонями её грудь и дотронулся губами раз, другой, третий… Она воодушевлённая собственной смелостью, подняла голову и встретилась взглядом с Виктором. Он сноровисто снял с неё рубашку, подхватил на руки и отнёс в спальню. Быстро скинув с себя одежду, лёг рядом, прижав к себе молодое упругое тело, которое тут же устремилось навстречу, требуя любви, и стал нежно гладить. Нетерпеливые поцелуи Виктора, кружили её голову и лишали рассудка. Она боялась самой себе признаться, что вновь мечтает испытать то сладостное чувство, которое он подарил ей утром. Он зарылся лицом в её густые, пахнущие мятой волосы, и накрыл её своим горячим телом. Олеся охнула и крепче прижалась к нему.
***Самая гадкая черта в человеке – это предательство. Но есть ещё и преданность. Слова похожи, но смысл, как небо и земля. В их семье эти две противоположности до сих пор уживались исключительно благодаря тому, что Виктору было безразлично, чем занята Олеся в его отсутствие, а в Олесе бунтарские чувства были пока ещё в зародыше, но уже сейчас было понятно, что они не предвещают ничего хорошего. Олеся быстро поняла, что Виктор женился на ней не по любви, но думала, что её любви хватит на двоих, а когда поняла, что ошибалась, решила, что должна родить ребёнка и тогда Виктор угомонится. Шло время, а забеременеть не получалось. Олеся пыталась понять, чем она так прогневила небеса. Вроде ничего плохого за свою жизнь не совершила, никакой подлости никому не сделала. Она не могла припомнить ни одного плохого поступка, за который Бог её так наказывал. И Олеся решила бороться за своё счастье.
Тогда, пять лет назад, Рита, не сказав Виктору ни слова, уехала отдыхать на юг. Виктор обиделся и женился на Олесе. Однажды он приехал в супермаркет за продуктами, список которых Олеся утром положила ему в карман куртки, загрузив пакеты в багажник, сел за руль, но уехать не успел. Из магазина вышла Рита, увидев Виктора, быстро подошла и села к нему в машину. Виктор, улыбаясь, смотрел на неё, а Рита быстро обняла его и поцеловала так, что у него дух захватило, потом перебралась к нему на колени, нащупала рычажок сбоку от сиденья, опустила спинку сиденья. Красивое платье плотно облегало её большие, упругие на вид и на ощупь объемности. Волосы распущены, глаза горят, губы трепещут в ожидании поцелуя, грудь манит. Окна в машине тонированные, Виктор заблокировал двери…. Его рука скользнула под платье…
Когда всё закончилось, он сообщил Рите, что женился, но Рита, усмехнувшись, спокойно сказала:
– Я знаю.
– И тебе всё равно?
– Я замуж не тороплюсь. Надеюсь, ты будешь мне уделять внимание, хоть иногда?
Виктору казалось, что Рита его не любит, и ему было обидно, что он безразличен ей до такой степени. Ей, видимо, просто нравилось с ним заниматься сексом. Он её устраивал как мужчина, но она была с ним только телом, для души у неё были многочисленные друзья и подруги. А её душа постоянно требовала развлечений, чего Виктор ей дать не мог, да и не любил он дискотеки. На следующий день они снова встретились, потом ещё и ещё… Риту устраивали такие отношения, а его и подавно. Однажды после их встречи, когда Виктор собрался уезжать домой, она сказала:
– У меня есть парень, у нас серьёзные отношения и я собираюсь замуж!
Вскоре Виктор узнал, что Рита вышла замуж. Они продолжали встречаться, но теперь гораздо реже. Рита не смогла от Виктора отказаться так же, как и он от неё. Он, в нечастые их встречи, страстно целовал, гладил её округлости, сдерживая свою страсть, чтобы продлить минуты счастья. Он обнажал её неспеша, с трепетом овладевал ею, празднуя свою победу, когда видел её довольную улыбку и блестящие глаза.
И, когда Гоша сообщил, что не сможет поехать в тайгу, Виктор, во время очередной встречи с Ритой, ради шутки, поинтересовался:
– Хочешь поехать со мной в тайгу на недельку?
– Хочу!! – воскликнула Рита, и в глазах заплясали радостные искорки.
– А, как же муж?
– Имею я право съездить, развеяться, тем более, что муж меня оставил на долгое время в тоске и отчаянии. А вообще, я поняла, что он за папины деньги стерпит всё, что угодно!
– Рита! Ты серьёзно хочешь пойти со мной в тайгу?
– Стародубцев! Ты сам предложил, а теперь начинаешь отговаривать?
– Каюсь! Предложил не подумав! Но, предупреждаю, будет нелегко, это тайга!
Рита оказалась авантюристкой и с радостью согласилась на новое приключение.
– С тобой мне не страшно! Пострелять дашь?
– Дам, если пообещаешь слушаться беспрекословно!
– Ну, ясен пень! Буду!
Они поехали с Ритой по магазинам, чтобы купить ей необходимые вещи для похода. Виктор написал ей список, по которому она должна всё собрать.
Он тщательно готовился к этому походу! Ему не приходилось ходить по тайге с женщинами, но он уже настроился на эту поездку и не мог себе отказать в такой малости, как побродить по тайге и показать Рите какая она, настоящая тайга с её неповторимым воздухом, её мощью и её непредсказуемостью.
Наконец настал час отъезда. Виктор вынес из квартиры рюкзак, карабин, уложил всё в багажник, сел за руль. Ключ на старт! Пока двигатель урчал-прогревался, ещё раз мысленно пробежался по списку, все ли взял. Проверил в кармане документы, быстро перебрал в уме: патроны, спички, топор, фонарик, палатка, вроде ничего не забыл. Машина прогрелась, и Виктор поехал к Рите. Она ждала его, стоя у окна. Виктор зашёл в квартиру, взял её рюкзак, пересмотрел все вещи и убедился, что Рита ничего не забыла, потом проверил, как она одета, обнял её, поцеловал, и, улыбнувшись, закинул рюкзак Риты себе на плечо. Они вышли из квартиры и отправились в путешествие навстречу своей судьбе.
Глава III
В притаёжном посёлке, в охотхозяйстве получили разрешение и поехали к местному жителю Никитичу. Виктор с другом Гошей всегда останавливались у него, когда приезжали на охоту. Дом у Никитича был большой, а жил он один уже не первый год, поэтому он всегда был рад постояльцам. Никитич научил их обрабатывать шкурки соболей. Гоша быстро овладел этой наукой и не доверял обработку шкурок Виктору. Гоша всегда сдавал шкурки сам и знал точно, сколько денег получит за пушнину. Некоторым неопытным охотникам просто не терпелось вывернуть пересохшую шкурку мехом наружу, чтобы прикинуть, на какую сумму она «потянет», шкурка ломалась и теряла свой товарный вид. Многие были охотники-любители, они не знали, что шкурку надо подержать на морозе, а потом занести в помещение и выворачивать. Вначале Виктор с Гошей тоже так делали, пока Никитич их не научил всяким тонкостям.
Виктор с Ритой остались ночевать у Никитича. Он подошёл к Виктору, достал папиросы, закурил, пыхнул дымом пару раз и сказал:
– Витёк, а хошь, я тебе чё-то покажу?
– Ну, давай, Никитич, показывай!
– Пойдёмте со мной! – Никитич махнул им рукой, и пошёл по тропинке в конец огорода.
Он привёл их на большую поляну, остановился, повёл рукой и гордо сказал:
– Видел, какой у меня рассадник?
Виктор окинул взглядом посадки молодого кедрача.
– Никитич, а тебе это зачем? У тебя тайга можно сказать за огородом, а ты его весь засадил кедрачом! Ему ещё расти, и расти, пока первая шишка появится! Ты, Никитич, сколько лет запланировал прожить?
– Ничё, Витёк! Сам не доживу, внукам достанутся. А мне здоровье уже не позволяет по тайге бродить. Старею.
– Это, Никитич, потому, что ты бобылём живёшь!
– Не знаю, Витёк, я один привык жить.
– Ты же ещё не старый, тебе бы хозяйку в дом, молодую!
– Да есть у меня женщина, иногда навещаю её. Ладно, пойдёмте ужинать, да спать, завтра утром рано вставать.
За ужином Виктор с Ритой сидели сонные. Никитич посмотрел на них, встал из-за стола и проводил своих гостей в их комнату, вышел и закрыл за собой дверь.
Сонное настроение у Виктора мигом улетучилось, а тело наполнилось прежней упругостью, здоровым желанием незамедлительно обхватить Риту, прижать к себе, насытиться её молодым упругим телом с красивыми изгибами, выпуклостями и другими соблазнительными местами. Рита быстро разделась и нырнула под тёплое одеяло. Виктор скинул с себя одежду и оглядел себя со всех сторон.
– Рита! Я где-то вычитал, что учёные доказали удивительную вещь. Оказывается, в каждом из нас, хомо сапиенсов, живёт до десяти процентов неандертальца! Я вот смотрю на себя и думаю, в каком месте во мне начинается неандерталец? Как ты думаешь?
– Стесняюсь сказать! – хохотнула Рита.
– Добрая ты у меня, девочка! – расцвел широкой довольной улыбкой Виктор, – но женщины всё-таки интереснее и разнообразнее, хотя в них тоже десять процентов неандерталок. Кстати! У моего друга Гоши недавно был случай: пришла молодая негритянка, за какой-то деталью для машины. Мы их по старинке зовём неграми, я так и не смог понять главного: страна Нигерия есть, а негров, хоть обыщись, ну нигде нет…
– Любимый! – перебила его Рита, – мы сегодня будем философствовать или ты уже ляжешь, и мы начнём искать, в каком месте в тебе неандерталец?
Рита лежала перед ним совершенно голая, слегка прикрыв себя одеялом, из-под которого было видно, где начинается соблазнительный треугольничек. Она томно провела рукой по груди, потом медленно по животу и переместила руку на бедро. Виктор быстро прыгнул к ней в кровать, обхватил её, прижал к себе и тяжело задышал в ухо.
– Рита… сладкая моя…какая же ты красивая… я соскучился…
Волосы у Риты распущены, глаза горят, губы трепещут в ожидании поцелуя. Он целовал её с чувством, крепким поцелуем, как вино двадцатилетней выдержки. Виктор придвинулся ближе, она ощутила тепло его бедра. По телу прошла волна легкого блаженства. Он гладил её с трепетом, с каким человек берёт в руки святыню. Рука его медленно спустилась вниз по бедру, снова устремилась вверх. Медленно, плавно, завораживающе. Возбуждение усилилось, когда его рука мягко легла на живот, нежно прошлась по нему круговым движением и переместилась ниже. Потемневшие от страсти глаза, смотрели на неё с любовью и нежностью.
– Сладкая моя, любимая! – Виктор прильнул к её губам.
Она кончиками пальцев коснулась его груди, зарылась лицом в тёмные завитки волос. Он что-то прошептал ей на ушко, покрывая поцелуями её шею и лицо…
Уставшие, они быстро уснули. Ночь пролетела незаметно. Рита проснулась от того, что Виктор нежно взял в ладонь её грудь, потрогал пальцем вишенку на груди, после чего Ритин организм моментально отозвался на его ласки, она шевельнулась, с закрытыми глазами, накрыла ладонью его руку, потянулась к Виктору. Он понял, что можно… Она тонула в его объятиях и чувственности. Он целовал её, словно утверждая своё право собственника, целовал её долгими, страстными поцелуями. Он целовал её за умение удивлять, за то ощущение чуда, которое происходило каждый раз, когда он слышал сладостный стон, что ласкал его мужскую гордость. Он любил её всю, со всеми её достоинствами и недостатками. В такие минуты он чувствовал себя абсолютно счастливым. Виктор осторожно накрыл её своим телом. Рита ощутила его жар, их возбуждение достигло неведомой силы, исчезло ощущение реальности. Трепеща от сладостных ощущений, Олеся обхватила Виктора за шею и прильнула к его губам. Он, простонав, зашептал:
– Рита, ты чудо, сокровище моё!
Они лежали, обнявшись, и тяжело дыша.
– Ритка, как же мне хорошо с тобой! – он расцвел широкой довольной улыбкой.
Рита лежала, молча, с закрытыми глазами и с улыбкой на губах, положив руку ему на грудь, привычно наматывая на пальчик чёрные колечки волос. Раздался стук в дверь, Никитич крикнул:
– Молодёжь! Подъём! Пора ехать!
Они встали, завтрак их уже ждал на столе. Рита с Виктором сели завтракать, а Никитич, получив оплату вперёд, пошёл прогревать свой УАЗик. Они позавтракали, вышли на улицу, загрузились в машину к Никитичу и он поскакал по разбитой лесовозами дороге в тайгу. По просьбе Виктора Никитич вёз их в зимовье. Рита кувыркалась по салону и ругалась, как мужик. Виктору было смешно и они с Никитичем потешались над ней. Плохо ли, хорошо, но в тайгу к зимовью они всё-таки добрались. Никитич высадил их, задерживаться не стал, развернулся и отправился домой, а Виктор с Ритой, набросив на себя рюкзаки, пошли к избушке. Вокруг неё кругом рассыпана шелуха, видимо заготовители кедровой шишки совсем недавно отсюда уехали.
Оказавшись посреди безбрежного моря тайги, Рита почувствовала себя неуютно, как будто со всех сторон ей угрожала опасность. Она прислушивалась к каждому шороху и старалась от Виктора не отходить. Он, увидев её испуганное лицо, взял за плечи и, заглянув в глаза, прошептал:
– Да ты боишься, девочка моя!
– Конечно, боюсь! Я же первый раз в тайге! – Рита пожала плечами.
– Не бойся! Я тебя в обиду никому не дам! Сейчас зайдём в избушку, разведём огонь, согреемся, и все страхи пройдут! В первый раз всегда бывает страшно!
Виктор открыл щеколду, в зимовьях замков не бывает, и распахнул дверь. Они зашли в избушку, там было холодно, Рита покрутилась, осмотрелась.
– Это чья избушка? – поинтересовалась она.
– Общая! В ней охотники отдыхают, сборщики кедровой шишки, сейчас мы тут поселимся.
– Мы здесь жить будем?
– Нет! Мы сегодня переночуем, а завтра пойдём в тайгу, и ночевать будем в палатке.
– А мы в палатке не замёрзнем, ведь почти зима?
– Я тебя согрею, девочка моя! – Виктор подошёл и обнял её, она прижалась к нему, ей было уютно и спокойно в его объятиях. Они постояли минутку, потом Виктор отстранился, снимая рюкзак, пошёл к полатям, поставил рюкзак и занялся печкой. Рита поставила свой рюкзак на стул и стала наблюдать, как Виктор разводит огонь в печке.
Он поджёг лежавшие там дрова, достал котелок и, решив экономить воду, вышел на улицу набил котелок снегом, вернулся и поставил на печку таять, чтобы вскипятить и заварить чай.
Когда закипела вода, Виктор заварил чай и разлив его по кружкам, положил в котелок кругляшек замороженных щей, которыми их снабдил Никитич, разогрел их и разлил по чашкам, достал ложки и пригласил Риту к столу. В избушке стало тепло, они сняли куртки и шапки. Он достал фляжку с коньяком и они, сделав по глотку, стали есть. Для Риты это было как приключение, она никогда не была в тайге и в зимовье, всё это видела только в кино, глаза у неё блестели от предвкушения чего-то необычного и интересного. Она посмотрела на Виктора и улыбнулась.
– А, почему ты со мной пошёл в тайгу, а не с Олесей?
– Я даже не буду говорить «угадай с трёх раз», потому что ответ ты и сама знаешь! Я тебя люблю! Мне неделя без тебя – целая вечность!
– А, если не секрет, зачем женился?
– Затмение нашло! – фыркнув, с усмешкой сказал он.
После ужина Виктор вышел на улицу, вымыл снегом котелок и набил в него снега на утро. Рита захотела прогуляться вокруг избушки. Они вышли, постояли, посмотрели на кедры, которые вершинами упирались в небо. Виктор показал Рите следы соболя, который здесь пробежал недавно. Вспомнил рассказ одного охотника, с которым они с Гошей пересеклись здесь.
– Нам с Гошей тут однажды охотник рассказал историю о лосихе. Охотник стал замечать, что к его избушке приходит каждый день лосиха. Постоит и нехотя уходит. Охотник видел, что лосиха слегка прихрамывает. Время шло, охотник и лосиха привыкли друг к другу. Стала лосиха подходить к избушке ближе. Стоит, смотрит своими огромными, печальными глазами и вздыхает. Привык охотник к ней, придёт с охоты и глазами ищет лосиху, ждёт. К тому времени она уже у него с руки хлеб ела. Закончился сезон охоты, охотник стал собираться домой, радовался, что скоро родных увидит, а сердце болело и в мозгах, как гвоздь, застряла мысль, как он лосиху одну оставит. Дома, как-то ночью собаки подняли шум. Вышел охотник за ворота и глазам своим не поверил. Стоит перед ним лосиха и смотрит на него своими бездонными глазами. Охотник остолбенел. Его избушка, в которой он жил в сезон охоты от деревни была за сотню километров. Как лосиха нашла дорогу? Зачем пришла? Лосиха мимо охотника прошла в открытые ворота и, не обращая внимания, на лающих собак, улеглась на охапку соломы. Охотник заметил, что лосиха прихрамывать стала сильнее. Утром он отвёл лосиху к ветеринару, он осмотрел ногу лосихи и обнаружил затянувшуюся старую рану. Внутри раны находилась пуля, которая доставляла ей нестерпимую боль при ходьбе. Ветеринар пулю вытащил, вскоре нога у лосихи зажила, но уходить от охотника она не захотела.