Спецназ в тридевятом царстве

– Вчерась открылись ворота Междумирья, вот ты и залетел к нам, касатик. Ох, устала я чёй-то! Молода была, так скоко могла летать, скоко могла дел переделать! Жаль, время вспять не повернуть!

– Скажите, бабушка, а ваши деревенские жители разве не ходят в лес за грибами да ягодами?

– Э-э-э, милок, уже давно не хаживают. А когда-то народ так и шнырял мимо моей избушки, так и шнырял. А потом на зашедших в лес грибников, внезапно стало находить затмение. Блудили по нашим дремучим лесам, теряли память, не помнили, как их звать и откуда они и гибли, кто в болотах, кто от истощения. Теперя ходют только по краю, и то, как заслышат стрёкот сороки, сразу бегут из леса. Деревенски уверены, что в лесу их Леший водит.

Беседу прервала Кикимора. Зашла и встала у порога, стоит, смотрит и молчит. Баба-яга на неё вызверилась от расстройства.

– Ну и чё ты пришла? Чё тут встала?

– Да ничё! Стою, тобой любуюся!

– Чё на меня любоваться?

– Да, особо-то и нечем. Лахудра и есть лахудра! Худая, бледная, глазищи злые, волосы нечёсаны, а нос… словом, не дай бог приснишься! А, помню, какой ты красавицей была!