Эпос трикстеров – 2. Велес и агнец на заклание

* * *

Митра с Ахшен зашли внутрь «яранги». Там бог разжёг два костра, запалил три светильника, потом, налил чашу какой-то жидкости, поколдовал над нею немного и дал выпить содержимое Ахшен. Девушка послушно выпила. Затем Митра заставил её раздеться и лечь на алтарь.

Странные ощущения испытывала Ахшен после выпитой чаши. Вроде бы всё видишь, всё понимаешь, но все чувства куда-то улетучились. Воля собственная исчезла. Максимум, что можешь – подчиняться командам Митры. Да и то, наверное, не надолго. Хорошо, что он лечь велел. Древний известняк должен быть жёстким и холодным, но Ахшен его не чувствовала. Полное равнодушие к происходящему.

А бог в это время обошел вокруг алтаря, распространяя какой-то ароматный дым из небольшой курильницы, сел у костра между входом в «ярангу» и параллелепипедом известняка и тихо запел какую-то песню…

* * *

Митрен был просто ошарашен. С утра на его голову свалился бог света в парадном облачении. Отродясь такого не бывало! Раджа даже не признал своего покровителя. Если бы не голос, да не привычные шуточки, то так бы и не догадался, что за важная птица заглянула к нему во дворец.

А потом (солнце уже к закату близилось) появились ещё двое. Черноволосый круглолицый крепыш с чёрным длинным луком. О, Судьба! Да это же сам бог ветров Ваю! Его раджа последний раз без малого лет десять назад видел. Хорошо, что память не подвела. А кто этот высокий блондин в кожаных штанах и расшитой диковинными красно-золотыми узорами белоснежной рубахе с бронзовым кинжалом за золотым поясом?

– Мир вам, гости дорогие! Да будут долгими ваши дни, о, великие! Разделите с нами еду, кров и тепло нашего очага, Трижды рождённые! – заговорил первым раджа, отвесив непривычный для себя поясной поклон.

– Мир дому твоему, раджа Митрен! Да хранит Судьба очаг твой, семью твою и всех, кто служит тебе! – ответил Ваю. – Благодарим за приглашение, но мы им воспользуемся чуть позже. Позволь представить тебе нашего нового бессмертного. Надеюсь, брахманы уже поведали вам о Господине Путей Пушане?

– Э-э-э, – замялся слегка раджа. – Великий Митра говорил нам об этом.

Ваю тяжело вздохнул и сокрушённо покачав головой, обратился к Велесу:

– Ну, ты погляди, какая же всё-таки скотина наш Семипламенный Агни. Он, похоже так и не соизволил известить брахманов о явлении нового бога. Ну, ладно. Мы с этим позже разберёмся. А сейчас, о, могучий Митрен, не будешь ли ты так любезен, чтобы выделить нам проводника до вашего знаменитого святилища? Хм… А чего это ты так испугался?

Раджа действительно как-то в лице изменился. Запереживал, занервничал.

– Э-э-э, я прошу прощения, о, бессмертные! Но там сейчас Великий Митра проводит некий ритуал и жертвоприношение с участием моей дочери.

«Не к добру это,» – подумал Велес. Тень недовольства, смешанного с досадой пробежала по его лицу, но этого к счастью, не заметил никто из присутствующих.

– О! – удивился Ваю. – И Митра здесь? Да ты не волнуйся. Мы его не побеспокоим. В общем-то даже скорее всего, в само святилище мы вообще не пойдём.

Раджа повеселел и тут же дал богам провожатого.

* * *

Впрочем, провожатый-то практически и не понадобился. Он вывел их за околицу деревни, обогнул небольшую рощицу и указал рукой вдаль. Ну, а характерные очертания святилища только больной на голову не опознал бы. Боги поблагодарили воина и отправили его назад. Когда провожатый скрылся из виду, Ваю обратился к другу:

– Ну, и что мы тут делать будем? В святилище Митра жертвы приносит. Нас не звал, а явимся – разозлится. Вон, вокруг даже стражу выставил. Чего делать-то?

– Хранитель сказал постеречь от заката до полуночи. Давай пока здесь подождём. Берёзку поваленную у дороги видишь? На ней посидим, а, как стемнеет, подойдём поближе к святилищу. Так… А это ещё что?

Ваю посмотрел в ту строну, куда показывал Велес и поспешил успокоить:

– Похоже первый весенний караван. То ли из Варунаси, то ли из Матхуры. Кто их знает, дорога-то одна. Хотя… Из Матхуры. Я начальника каравана узнаю. Это Сахуг. Жив ещё старый сыч, бегает…

От северного брода, огибая по широкой дуге святилище, к Хастину двигалась цепочка из двух десятков лошадей в сопровождении десятка пеших погонщиков и стольких же пеших охранников.

Глядя на них, Велес вспомнил сожжённый хутор в зимней степи и хмыкнул.

– А народ здесь и впрямь не пуганый. Отправлять целую гору добра с двумя десятками человек…

– Да полно, – перебил его бог ветра. – Кто тут на них напасть-то может? Десяток настоящих кшатриев банду в полсотни человек разгонит.

В ответ Велес хмыкнул ещё раз. Среди стражников он узнал Асара. Того самого вайшьи, которого встретил у ночного костра почти год назад, когда искал дорогу в Золотой город.

– А ты уверен, что те мужики с острогами в руках, что изображают из себя охрану, – настоящие кшатрии?

– А почему – нет? Я раджам указания на этот счёт давал.

– Хм… Указания он давал. А они, по-твоему, сразу бросаются все указания исполнять? Да ты сам подумай, где ж столько кшатриев на все караваны наберёшь?

Пока боги обсуждали охрану, караван поравнялся с ними.

– Мир вам, добрые люди! Да будут бессчётны дни ваши! – заявил приблизившийся начальник каравана Сахуг, пропуская мимо себя своих подчинённых с лошадьми. Как истинный караванщик «Серый сыч» (так переводится на русский язык его имя) был охоч до новостей и разнообразных сплетен. А где их найти? Только в разговоре с важными людьми. Эти двое хоть и молоды лицом, но богаты одеждой. Точно люди знатные, да и в Хастине новые. Раньше их Сахуг здесь не видел. Хотя чёрный лук брюнета наводил на некоторые мысли о совсем уж сверхъестественном происхождении незнакомцев.

– Мир и тебе, почтенный Сахуг! Да будут счастливы твои дни! – ответствовал Ваю, приведя караванщика в лёгкое замешательство. Бог ветра получил в этот момент несказанное удовольствие. На всём северо-западе Арьяварты всего полтора десятка людей, водящих караваны. Ваю, конечно, знал их всех в лицо, хотя и не каждому представлялся сам.

– Вот, приятель, о чём я тебе говорил! – воскликнул в этот момент Велес, всё ещё продолжая беседу с другом. – Почтенный Сахуг, не мог бы ты подозвать вон того воина с боевым топором за поясом? Уж не зовут ли его Асар?

– Да, почтенный, – отвечал ещё более удивлённый Сахуг. – Именно так его и зовут с некоторых пор. Эй, Асар! Подойди сюда! Знатные господа хотят с тобой побеседовать.

Воин подошёл быстро, но не бегом. Видно было, что сохранение достоинства он считает для себя очень важным. Кожаные сапоги, домотканые, украшенные по швам разноцветной вышивкой штаны, кожаные доспехи поверх толстой стёганой рубахи. Длинные пшеничного цвета волосы волнами спадают на плечи. Кожаный шлем в левой руке. Был бы одет на голову, Велес его бы и не узнал.

– Вот Ваю, – краем глаза Велес заметил, как открылся рот у старого караванщика. – Позволь представить тебе Асара. Скажи, почтенный Асар, был ли ты рождён в варне кшатриев?

Парень сразу стал мрачнее тучи, но богатые одежды незнакомцев и испуганное лицо Сахуга (без слов говорящее: «Не перечь им ни в коем случае!») заставили охранника признаться:

– Я был рождён в варне вайшьев, но кто вы такие, чтобы задавать подобные оскорбительные вопросы?

– Видишь, какой? – Велес обернулся к богу ветра. – Очень гордый и знающий себе цену.

– Молчи, конская башка. Опять с богами поссоришься. Не видишь, что ли? Это же бессмертные, – зашипел на парня Сахуг.

– О! – воскликнул, услышав это Велес. – Опять? А тебя часом не за прежнюю ссору безголовым прозвали? И с кем же ты поцапаться успел? Хотя… Нет! Не говори! Сам угадаю. С Митрой! Точно? Кто ещё у вас тут чуть ли не каждый день бывает?

Парень нахмурился и опустил голову.

Велес усмехнулся:

– Почтенный Сахуг, твой караван уже уходит. Мы не смеем тебя дальше задерживать. Но не оставишь ли ты нам этого воина? Вы уже дошли до Хастина, охрана теперь не нужна. А к утру Асар вернётся. Может быть даже раньше…

– А-а-а… – начал было Сахуг.

Но его оборвал Ваю:

– Многоуважаемый Сахуг, сегодня тебе повстречались Повелитель ветров Ваю и Господин Путей Пушан. Мы были рады личному знакомству с тобой. До свидания.

Поняв, что от него требуется, Сахуг всё ещё с открытым ртом и выпученными глазами пошёл вслед за своим караваном.

– Так ты из вайшьев? – вновь спросил Асара бог ветров. – Но почему на тебе доспехи и почему ты в охране каравана?

Парень набычился пуще прежнего (хотя казалось, куда уж пуще?):

– Вы хотите вновь отправить меня пасти коров и дёргать репу?

– Ха-ха-ха, – басовито рассмеялся Велес, превращаясь в чёрного бородатого громилу. – Да ведь ты сам говорил Орику, что круглоголовые вайшьи могут только в земле ковыряться и коровам хвосты крутить!

Секунда, и перед совершенно добитым Асаром вместо чёрного бородатого громилы вновь появился высокий безусый блондин.

Велес подошёл к охраннику и хлопнул его по спине:

– Хорош бычиться. Дело не в тебе. Нам важно понять, почему в охране каравана не все кшатрии. Много там ещё вайшьев?

– Да ведь кшатриев вообще нет, – ответил Асар. – Раньше мы погонщиками были. А потом тех, кто покрепче, да посмышлённее в охрану переводить стали.

– Не понял. А где же кшатрии? – возмутился Ваю.

– Их ведь и без того мало. На караваны не хватает. Да и не любят они по дорогам шляться…

Сожжённый хутор в зимней степи почему-то сейчас очень живо представился Велесу, а в памяти зазвучал голос Дхармы: «Когда вайшьи остаются без руководства, они ведут себя хуже зверей. Низкая варна. Никакого благородства. Чёрные души». Велесу, родившемуся в обществе без варн, сложно было поверить в эти слова, но доказательства тогда были перед ним. Сожжённый хутор в зимней степи. Глядя сейчас на Асара, молодой бог засомневался в правильности выводов мудрого Дхармы. Но Ваю говорит чуть ли не тоже самое!

– А почему, дружище, ты так против вайшьев выступаешь? – спросил Велес бога ветров. – Они действительно столь низкая варна, что не способны ни к какому благородству? Или ты сам из кшатриев и считаешь вайшьев недостойными чести охранять караваны?

– Я вне варн, – туманно ответил Ваю. – И уж тем более не против вайшьев. По мне так благородства в них не меньше, чем в брахманах или кшатриях.

Асар чуть рот не открыл от таких слов, но вовремя сдержался – только резко сглотнул слюну. Не ожидал он услышать такие крамольные слова от бога. С этого момента он за Ваю жизнь готов отдать. Правда, продолжение его разочаровало. А бог ветра между тем продолжал, обращаясь к Велесу:

– Но ты пойми, кшатрии рождаются воинами. Они с молодых ногтей учатся быть воинами. Отцы передают им секреты боевого мастерства. Ты что, Шакракарта не помнишь? Один настоящий кшатрий стоит в бою десятерых мужей из других варн. Ты понимаешь, что если Асар прав, наши караваны ходят, по сути дела, незащищёнными?

– Вот еловый корень через пень-колоду! Так я ж тебе об этом уже полдня втолковываю!

– О, великие, – вступил в разговор Асар. – Раз уж вы всё уже выяснили, я, пожалуй, пойду?

– Нет, – остановил его Велес. – Ты знаешь дружинников Митрена, что охраняют святилище?

– Конечно.

– А они тебя?

Асар вздохнул и буркнул:

– Кто ж в Хастине Безголового не знает?

– Прекрасно, как говорит мой друг Дхарма. Пригодишься, если нам с ними общаться придётся. А сейчас сидим на этой берёзке и смотрим на тех мужиков у арки. Заметим что-нибудь странное – идём туда. А пока, Асар, рассказывай, как у вас там житьё в Матхуре?

* * *

Последние лучи солнца погасли. Небо потемнело и вызвездилось блескучими огоньками. Созвездия привычно закружили вокруг Небесного Гвоздя, который позже назовут Полярною звездою. Заметно похолодало, но мужики этого почти не заметили. Двое бессмертных с интересом слушали байки Асара. Как отметил про себя Велес, сказочником Безголовый оказался не хуже Орика.

Вот так трепались и глядели на часовых у святилища, до которого всего-то метров пятьсот было. Стражники их тоже видели, но сочли вполне безопасными, и сами подходить не решались: был же приказ постов не покидать! Вот и не покидали.

– Вам-то хорошо. Вы – боги. Вас обычаи варн не касаются, – в очередной раз жаловался на свою судьбу Асар. – А мне что делать? Неужели меня из охранников выгонят? И что потом? Чужих коров пасти? Своих-то у меня…

Яркая вспышка с эпицентром в середине святилища на краткий миг озарила окрестности.

– Еловый корень! – одновременно произнесли боги явно на языке племени морт и с удивлением переглянулись.

– Что это было? – подал свой голос Асар.

– Странно, – протянул Велес. – Кажется это…

– Стражи убиты, – оборвал его Ваю. – Оба. Там лежат. Кто-то проник в святилище.

Велес этого не видел, хотя в слова приятеля поверил безоговорочно. Всем известно, что у бога ветра самое острое зрение из всех бессмертных Ирия. А раз так, надо срочно действовать. Велес вскочил на ноги.

Предсмертный крик, как сигнал тревоги, донёсся откуда-то из-за святилища.

– Плохо дело. Ваю, летим туда, а ты. Асар, беги к святилищу. Там разберёмся…

* * *

Пегий допустил ошибку. Он подвёл всех. Теперь после «дела» не миновать ему звездюлей от магистра. А может быть и чего похуже. И ведь как всё хорошо начиналось. Через все владения ариев добрались до нужного места без сучка и задоринки. Два месяца пути и ни одной проблемы! С десяток вырезанных под ноль, разграбленных и сожжённых хуторов отметили их путь, но арийские раджи, похоже этому ничуть не удивились. В здешних степях всю зиму не пойми что творится. Племена переселяются, банды разные шастают. Два ковена по 13 отборнейших головорезов в каждом, едущих на север своей дорогой, в такой неразберихе никто и не заметил.

Минувший день провели укрывшись от посторонних глаз в заросшей деревьями и кустами балке на правом берегу Вороны. Там и коней оставили под присмотром пары ребят. Как стемнело, пешком выдвинулись к святилищу. У брода встретились с заранее высланными к «объекту» разведчиками. Оказалось, бессмертный с девчонкой внутри святилища. Колдуют. А вокруг охрана. Десяток кшатриев. Если бы они ждали нападения, это была бы проблема. А так… Кшатрии или нет – всё равно. Сейчас это просто измученные ожиданием мужики, которым уже спать хочется.

Ковен магистра Рваного ушел по прибрежным кустам вперёд, чтобы атаковать вход. Магистр Упырь со своими остался сзади. Тут периодически трое кшатриев появлялись. Ха! Дозор они несли. Олухи! Скорее землю топтали, на звёзды смотрели и зевали. Упырь заранее распределил, кто какому кшатрию глотку перережет. Пегому достался правый крайний. Начинать магистр велел ровно в полночь. Только когда эта самая полночь наступит? Ну, да ладно. Он свистнет.

Странная вспышка в святилище. Ну, не хрена себе! Что это было? А вот и патруль кшатриев. Свист Упыря. Плохо. Воины задёргались. Заметались.

Пегий выскакивает из укрытия, бросается на свою жертву. Кшатрий увернулся и, прежде чем нож Пегого перерезал ему глотку, заорал, предупреждая своих. Плохо. Очень плохо. Вот за это Упырь звездюлей и навешает. Но рассуждать некогда. Теперь осталось только захватить девчонку и перебить всех остальных.

Пегий вместе с другими головорезами своего ковена перепрыгнул через ров, проскользнул меж каменных плит, и устремился к шатру, что стоял в центре святилища.

* * *

Больше двух десятков чёрных фигур, с разных сторон бегут к большому шатру, покрытому шкурами. Все нападающие вооружены короткими бронзовыми мечами. Перед входом в «ярангу» всего трое кшатриев пытаются защитить бога и дочь раджи, выставив вперёд копья. Им удалось достать одного из «чёрных». Вон валяется с распоротым животом.

Но кшатрии обречены. На них нападает сразу десяток атакующих. Двоих оттаскивают в стороны и добивают. Против перепуганного насмерть третьего вышел здоровенный амбал с чудовищным рваным шрамом на щеке. В правой руке булава с каменным навершием, в левой – бронзовый меч. Кшатрий делает выпад копьём. Рваный легко отбивает копьё в сторону и всаживает свой меч в горло воину. Он шагает вплотную к агонизирующему на мече телу и коленом толкает его в дверь «яранги». Кшатрий проваливается спиной за занавес из шкур. Магистр Рваный засовывает булаву за пояс правой рукой откидывает полог и, торжествуя, переступает через порог…

* * *

Две невидимые тени в мгновение ока преодолели расстояние до святилища. Ваю был прав. Трупы часовых с перерезанными глотками валяются у входа. Скорее внутрь!

Бандиты, одетые во всё чёрное расправляются с охраной.

– Чёрные, – хрипит Велес, переходя в плотное тело. – Вот мы и встретились!

Огненный шар срывается с руки Велеса, а вслед за ним летит одна из гранитных плит, сметая на своём пути троих бегущих слева от «яранги». Молодой бог вовремя подумал, что «чёрные», возможно, не верят в Господина Путей Пушана.

Справа воздушная стена Ваю откидывает к каменным стенам сразу четверых. С Ваю, они похоже знакомы. Или ветру плевать на то веришь ты в него или нет?

Бог ветров вскидывает лук и пускает стрелу в тех, кто бежит к шатру из задней части святилища. Короткая песнь стрелы и чей-то предсмертный вопль сообщает о точности попадания. Ваю бежит вперёд на разборки с ковеном Упыря.

Кинжал Велеса пробивает кожаный доспех ещё одного бандита. Хорошо, что со спины у них защита тоньше.

– Получи, заячье сердце!

Уход из-под меча другого гада, обтекание с подсечкой и удар кинжалом в бедро противнику.

– Больно, тварь безпечёночная? Тогда умри, сын собаки, – точный удар в шею заканчивает муки врага. – А что у тебя на поясе? Связка бечевки? Отличный шнурок! Сгодится…

* * *

Пегий добежал до задней стены «яранги» вместе Упырём. За ними через поле бежали остальные члены ковена. Справа полыхнуло пламенем, будто плюнул огнедышащий дракон. А затем пролетело что-то тяжёлое.

Перед входом в шатёр, похоже, шла нешуточная потасовка.

Справа кто-то из упыринного ковена испустил последний крик со стрелой в сердце.

– Ну, ни хрена себе, стреляют! Кожаный доспех пробили, как посконную тряпку.

– Что-то у нас не так пошло, – оскалился Упырь, дыхнув в лицо Пегому дикой смесью чеснока, перегара и тухлой брынзы. – Слишком много криков. Давай попробуем достать девчонку через задницу.

Пегий понял, что от него требуется, и в глубине души порадовался, что сегодня не один он облажался. Может быть, магистр и простит его ошибку?

Пегий воткнул меч в стену шатра и стал резать шкуры, проделывая новый вход для себя и шефа.

Упырь в это время обернулся к остальным членам ковена, сгруппировавшимся под прикрытием «яранги»:

– Ну-ка, детки, поберегите нас слева. Что-то мне не нравится стрела, торчащая из Хлюпика.

– А-ах! – крикнул в этот момент высунувшийся из-за «шатра» Гнус.

Бедолага хотел оценить обстановку и высунул голову. Миг и его тело валяется на траве, а с торчащей из глаза стрелой.

– Тьфу, ты! Вот об этом я и говорил. Да уберите вы наконец, этого стрелка! Как он только видит нас среди ночи? Ну, чё уставились на меня, девочки? Или по ласкам соскучились?

– Упырь, у меня всё готово, – сообщил Пегий, пролезая сквозь разрез в стене.

Семь фигур в чёрном бросились в обход «яранги», атакуя чужого лучника…

* * *

Митра завершил ритуал. Всё прошло более чем удачно. Яркая вспышка, осветившая окрестности, была тому подтверждением. Правда, для столь мощной волшбы пришлось отдать все не только магические, но и физические силы. Слабость обрушилась неожиданно, словно молот на наковальню. Только что стоявший на ногах бог вдруг почувствовал обморочное состояние и, словно подкошенный, повалился на траву близ алтаря. Теперь он был не в состоянии даже пальцем пошевелить.

«Но это ведь не беда, думал Митра. – Я сейчас отдохну немного и всё придёт в норму. Хастин недалеко. Можно будет пожить у Митрена недельку, пока силы не восстановятся. Достаточно только охрану кликнуть. Они меня с Ахшен и на руках донести смогут. Или колесницу пригонят… А что это за шум такой снаружи?»

Снаружи стало происходить что-то странное. Шум, крики, звон оружия…

«Неужели нападение? Да кто же на такое решится?»

Шум и возня приблизились к самому входу в «шатёр». Митра напряг остатки сил, но всё, на что он оказался способным – повернуть голову в сторону занавеса, чтобы видеть, что там происходит.

Полог заволновался и в «шатёр» ввалилось тело мёртвого стража с перерезанным горлом. Голова несчастного оказалась в паре шагов от глаз бога. Затем кто-то откинул полог и вошёл в «ярангу». Митра перевёл взгляд с кожаного шлема кшатрия на вошедшего. Здоровенный мужик в чёрной одежде с булавой за поясом и бронзовым мечом в левой руке. На бородатой роже чудовищно-уродливый шрам в половину лица.

«Чёрные уаиги, – мелькнуло в голове. – Как же они узнали?»

На роже амбала нарисовалась самодовольная ухмылка.

– Владыка был прав. Этот бессмертный немощен, как младенец. Никогда ещё не убивал бессмертного. Это наверное, высшее наслажде-е-э-х-хр-х-х

Слова неожиданно перешли в хрип. Чья-то нога выбивает меч из руки здоровяка, а сам он хватается за горло, пытаясь ослабить верёвку, обвившую шею. Лицо амбала покраснело, затем стало багровым. Тело наклонилось назад, по нему прошла судорога. Затем амбал упал на спину. И Митра увидел, как ноги здоровяка, обутые в сапоги из чёрной кожи, уползают из «яранги».

На их месте появились смутно знакомые сапоги из красной кожи. Митра перевёл взгляд вверх. Кожаные штаны, расшитая домотканая рубаха, золотой пояс с бронзовым кинжалом, безусое лицо…

«Чтоб тебя разорвало на мелкие части! Этот-то откуда?»

– Пушан? Что это было? – выдавливает из себя Митра.

– Это? – усмехается Велес. – Бечевка. Очень крепкая, как оказалось…

Затем взгляд молодого бога становится жестким. Он собирался что-то спросить. Но в это время рвутся шкуры противоположной стены «яранги». В образовавшийся проём влезает с мечом в руке новый головорез. В его тёмных волосах заметны странные пятна седины. А за ним лезет ещё один амбал из «чёрных».

Велес среагировал быстро. Кинжал кувыркнулся полтора раза и воткнулся точно в глаз Пегому. Тот даже вскрикнуть не успел, бронзовый клин погасил деятельность его мозга. Вслед за ним неожиданно захрипел и упал головой к алтарю Упырь. В спине торчала чёрная стрела Ваю. В проёме разодранных шкур воявилась довольная голова самого повелителя ветров.

Атака семерых уаигов на лучника очень обрадовала бога ветров. Воздушная стена снесла всех бандитов сразу. А времени, пока Упырь пролезал в «ярангу» оказалось достаточно, чтобы Ваю зашёл с тыла и угостил магистра между лопаток своею стрелой.

– Здесь всё. Я пойду, посмотрю, где они лошадей спрятали. Не пешком же они сюда добирались, – крикнул бог ветра в рваную дыру и растворился в воздухе.

* * *

– Да что здесь такое творится? – это Асар добежал, наконец-то до шатра.

– Кажется, ты не успел к празднику. Всё самое вкусное уже съели. Тебе осталось только горшки помыть, – пошутил Велес.

Вдруг перед его глазами, как живой предстал Дхарма, сидящий на обломке своего мраморного алтаря: «Послушай, Пушан! Никому не говори о том, что здесь случилось. И… опасайся Митру. Не исключено, что это его рук дело».

Глаза молодого бога сузились, губы сжались.

– Знаешь, Асар, ты тут помоги свой госпоже. Да за Великим Митрой пригляди. А я, пожалуй, поспешу попрощаться, – и уже обращаясь к богу света с кривой усмешкой добавил. – И тебе не хворать, Светлейший! Надеюсь у тебя сил хватит себя самого, да девочку оживить. Ты же и не такое оживлять можешь. Прямо-таки даритель жизни. Аю обзавидуется…

Митра и ответить-то ничего не успел. Пушан просто растворился в воздухе.

«Странно… Чего это он?» – подивился про себя бог света и вновь потерял сознание.

* * *

Ваю, словно собака, прошёлся по следу уаигов. Нашёл балку, где прятались кони и порешил двух последних головорезов, охранявших эту временную базу. Брать в плен их он не стал. Бесполезно. Ничего не скажут. Пыток не боятся. А начнёшь к ним магию применять – тут же подыхают. Заклятье на них какое-то сильное лежит.

Никаких чувств к этим тварям бог ветров не испытывал. Просто поубивал и всё. За этим чудесным занятием его и застал Велес. У того тоже нюх знатного следопыта. Коняшек погнали в город. У святилища встретили хастинцев. Те сами сюда прибежали чуть ли не всей общиной. Вспышка и свечение велесовского файербола обеспокоили раджу. Он, конечно, не спал в такую ночь! Тут же прибежал сюда с последним десятком кшатриев. А здесь такое творится… Хорошо, что Асар успел дочку раджи одеть и с алтаря снять да Митру кое-как усадить в более или менее достойную позу…

Коняшек отдали хастинцам. Велес прикололся и заявил, что по воле богов (то бишь его с Ваю) лошадки с имуществом принадлежат Асару. Так за одну ночь нищий охранник стал богатым коневладельцем. А Ваю и Велес отправились в Ирий. Ваю, конечно, был недоволен. Сдурел что ли Пушан по ночам на такие расстояния летать? А Велес был непреклонен. Он Митру сейчас видеть не хотел. И какого демона Хранители его послали спасать этого надменного божка, склонного к покушениям на друзей?!