Море, поющее о вечности
- -
- 100%
- +
– Значит, тот бегун – девчонка? Поверить не могу, что я ей проиграл… – На Кастора эта часть рассказа произвела такое впечатление, что на миг он даже позабыл о тяжести нынешних дел.
Меланион тоже смотрел на Ясона округлившимися глазами. Однако Полидевка интересовали более серьезные вопросы:
– Ты считаешь, что она может быть жива? Разве события прошлой ночи оставили у тебя хоть какую-то надежду на это?
Ясон вздрогнул и с гневом уставился на Диоскура:
– Да, она могла выжить! Аталанта смышленая и бегает прекрасно. Если только она жива, я должен помочь ей.
– Допустим, у тебя есть причина рисковать жизнью ради нее. Но что насчет нас?
Не веря собственным ушам, Ясон повернулся к сказавшему это Нестору. Тот отступил на шаг, и словно защищаясь, быстро заговорил:
– Она твоя подруга, Ясон. Я понимаю. И не смотри на меня, как на последнего труса: я хоть и боюсь, но не отказываюсь тебе помочь. Однако позади нас лежат два разорванных тела. Если отправимся на поиски, скорее всего, нас всех ждет та же участь. Ты правда хочешь пойти на это?
Злость Ясона утихла так же быстро, как и появилась. Слова Нестора обнажали другую сторону правды, отмахнуться от нее было невозможно.
– Если так, я пойду один, указав остальным направление до Иолка. Игра закончилась из-за несчастного случая, но одна загадка у нас в руках – доставьте ее моему отцу и расскажите о случившемся. А я постараюсь найти Аталанту и всех, кто мог спастись.
– Да ты с ума сошел! – возмутился Кастор. Остальные тоже воззрились на Ясона с недоумением и обидой.
– Так не пойдет. Я понимаю Нестора, но… отпускать тебя навстречу опасности, а самим спешить в Иолк? На это я не соглашусь, – спокойно сказал Полидевк, и все закивали. Даже Нестор.
– Вас никто не заставляет следовать за мной. Будет лучше, если вы сейчас же поторопитесь и приведете помощь из города. Охотники тут же отправятся на поиски, а заодно избавятся от чудовища!
Хотя Ясон старался говорить сдержанно, где-то в глубине его души поднялась теплая волна от осознания, что этот маленький отряд готов был броситься навстречу неизвестности, лишь бы не оставлять его одного.
– А если мы не успеем и зверь найдет тебя раньше? Нет уж, Ясон. Мы либо все идем в Иолк, либо вместе отправляемся на поиски твоей подруги, – Меланион сказал это таким уверенным голосом, что возразить было просто невозможно.
Следом за ним вновь заговорил Полидевк:
– Кстати, мы видели лишь двоих погибших, верно? Значит, надо разузнать, что стало с остальными. Судьба еще троих членов этого отряда неизвестна.
Ясон хотел было запротестовать. Вся его натура требовала без промедления отправиться на поиски того отряда, в котором была Аталанта. Но что-то удержало мальчика. Царевич словно почувствовал: скажи он нечто подобное, и сразу лишится доверия остальных. Перед лицом опасности Ясон не имел права думать лишь о собственных желаниях. Он открыл рот и сразу же осекся. К счастью, никто этого не заметил.
– Значит, теперь самое неприятное… – прошептал Кастор. Его брат кивнул:
– Нам придется осмотреть место нападения. Нужно понять, смог ли спастись хоть один человек.
Диоскуры переглянулись и как по команде направились обратно. За ними увязался Меланион. Ясон и Нестор остались на месте: первый не мог решиться вновь взглянуть на растерзанное тело своего приятеля, а пилосский царевич испытывал сильный страх.
Спустя некоторое время троица вернулась. Все выглядели гораздо бледнее обычного. Полидевк заговорил:
– Третий погибший лежит чуть дальше, его страшно изломали. Судя по отпечаткам лап, это был лев. Да еще и громадный! Мы немного прошли дальше и обнаружили оторванную руку четвертого… Видимо, хищник волочил тело за собой, чтобы потом пообедать. Ох…
Он прервался – его замутило. После небольшого молчания за Диоскура закончил Меланион:
– Очевидно, из всего отряда мог спастись только один, и это Одиссей.
– Вот как? Ты так думаешь, потому что его тело не обнаружили?
– Нет, просто мы решили изучить все следы. Одному точно удалось убежать. Отпечатки ведут левее от того места, где мы стоим. Судя по всему, хищник не стал преследовать беглеца, – ответил Кастор пилосскому царевичу, недоверчиво смотрящему на него.
– Уверен, что именно Одиссей остался в живых? – уточнил Ясон. Меланион кивнул, а затем поморщился:
– Да. Про троих из пяти мы знаем. А рука четвертого… К итакийцу я не особенно присматривался, но он не такой смуглый.
Ясон задумался. К Одиссею у него не было никаких теплых чувств – скорее уж напротив. Искать его, когда Аталанта могла отчаянно нуждаться в помощи? Царевичу из Иолка это казалось ужасающей тратой времени.
Что же делать? Разделяют ли его спутники эти чувства?
Он украдкой покосился на остальных. На лицах ребят застыло напряжение, словно каждый молча размышлял о том же.
Ясон почти решился: сейчас он предложит предоставить Одиссея самому себе и пойти искать Аталанту. Здесь у заносчивого итакийца друзей нет – пусть ему помогут охотники. Или сами боги.
Мальчик набрал в грудь воздуха, преодолевая последние сомнения, и тут заговорил Полидевк:
– Наверное, вы все думаете, что Одиссея можно оставить, пусть как-нибудь выживает до прихода взрослых? Я угадал?
Все молчали, никто не смел даже переглянуться друг с другом. Видимо, эта мысль посетила каждого. Диоскур вздохнул:
– Так я и думал. Но если его убьют до того, как поспеет помощь, сможем ли мы потом спокойно жить дальше? Или будем чувствовать вину до конца дней?..
– Предлагаешь рискнуть нашими жизнями ради него? Помню, именно он насмехался над тобой тогда, на празднике, – уточнил Нестор, все еще не поднимая головы.
– Да, потому что так будет правильно, – просто ответил Полидевк. – Неважно, что за человек Одиссей, сейчас ему наверняка очень страшно. Лев может найти его в любой миг. Никто не заслуживает такой страшной смерти.
– Адмет ее тем более не заслуживал!
Хлипкие врата, сдерживающие натиск горя, рухнули. Ясон вспылил. Казалось, еще немного, и он с кулаками бросится на своих приятелей.
– Он был гораздо лучшим человеком, но погиб! И сейчас под угрозой жизнь Аталанты, а вы здесь готовы тратить время на спасение заносчивого дурака? Если так, я снова предлагаю разделиться, потому что до Одиссея мне нет никакого дела!
Кастор хотел было что-то возразить, но Меланион мягко коснулся его запястья, призывая к сдержанности. Повисшее молчание крайне угнетало, однако действовало лучше всяких споров и оскорблений.
Понемногу Ясон ощутил, как пожар гнева в его душе угасает, а на смену приходит опустошающая, но спокойная печаль. Никто так и не сказал ни слова, но все теперь смотрели на него. Царевич Иолка вздохнул и с силой провел рукой по лицу. Оно было мокрым от свежих слез.
– Извините, – буркнул он. – Я просто…
– Мы понимаем, – серьезно ответил Меланион, а остальные закивали. – Так что, все-таки идем спасать Одиссея?
– Ага, – Ясон кивнул, после чего обнажил короткий бронзовый клинок, сделанный мастером специально для него. – А если нам повстречается зверь… Отомстим ему – покажем, как умеют сражаться герои!
Глава 11
Мальчик бежал, постоянно спотыкаясь и выбиваясь из сил. Но ни разу он не остановился для отдыха. Хотя его ноги подкашивались, он все-таки сумел вскарабкаться по каменным валунам, оказавшимся у него на пути. Руки и ноги кровоточили от мелких порезов – удары веток оставили на них многочисленные синяки. Но Одиссей не замечал ничего.
Лишь когда удалось вскарабкаться на небольшой пригорок, итакиец остановился. Кустарник сменился редкой травой, растущей клочьями между камней. Одиссей чувствовал себя совершенно разбитым, все тело колотила дрожь. Обессилев, он упал на колени, а затем и вовсе лег на землю, словно стараясь слиться с ней, оказаться незаметным для чудовища…
Когда зверь выпрыгнул из густых кустов, никто из отряда не был готов к нападению. Удар могучей лапы в мгновение ока снес голову одному из подростков. Затем хищник напал на Адмета, их проводника. Тот выхватил нож, но зверь повалил его на землю и впился клыками в живот.
Этот крик навеки останется в ушах Одиссея. Сколько бы он ни пытался обуздать свою память, первая увиденная смерть будет выжжена огнем в его душе до самого конца.
В живых остались трое, но лишь один попытался сражаться. Конечно, уцелеть у него не было никакой возможности. Оставив товарища, Одиссей с последним из напарников бросились бежать, не разбирая дороги.
Возможно, это было худшее решение. Они могли достать оружие и дать отпор вместе – тогда это была хотя бы доблестная смерть. Но страх оказался сильнее.
Зверь – судя по всему, огромный старый лев, – быстро расправился с третьей жертвой и бросился следом за убегавшими. Одиссей слышал, как существо ломилось сквозь кусты, как за спиной раздавалось пробирающее до костей рычание. Итакиец бежал быстрее своего напарника… и в какой-то момент услышал сзади жуткий звук. Лев догнал добычу.
После этого охота прекратилась. Хищник решил пообедать. Думать об этом было свыше всяких сил. Мир закружился перед глазами беглеца, краски смешались. Одиссей прислонился лбом к камням, теплым от солнца, и сознание милосердно покинуло его.
Сколько он так пролежал на каменистом пригорке, не двигаясь? На этот вопрос он не смог бы ответить. Но едва открыв глаза, итакиец вновь ощутил приступ пронизывающего ужаса.
Как можно было так потратить время! Нельзя поддаваться слабости, ведь лев мог уже пойти по его следам. Одиссей представил, как над ним вот-вот нависнет пасть с окровавленными клыками и смрадным дыханием… Ему с трудом удалось подавить крик. Приподнявшись, мальчик быстро огляделся по сторонам, но не заметил ничего подозрительного.
Что ему нужно делать? Как себя вести? Страх и одиночество мешали рассуждать здраво. Но для того, чтобы выжить, необходимо двигаться.
Одиссей встал, ощущая в ногах предательскую слабость. Во время бега он выложился на полную, и теперь сил у итакийского царевича значительно поубавилось. Если придется убегать снова, он просто не сможет развить прежнюю скорость.
Стоит ли оставлять здесь припасы и лук со стрелами? Мальчик заколебался: вопрос был не из легких. Если сбросить лишний груз, можно передвигаться быстрее – сейчас это казалось самым важным. Вернуться в Иолк следовало во что бы ни стало! С другой стороны, итакиец находился далеко от города и ночевать пришлось бы прямо в лесу, где рыскало злобное чудовище… При одной мысли об этом на лбу Одиссея проступили капли холодного пота.
Оказаться в темноте без оружия и пищи, когда в любой миг может напасть громадный лев? Нет, к такому развитию событий он не был готов. Даже если лук окажется бесполезен ночью против зверя, одно лишь наличие оружия под рукой будет придавать смелости. Ну а пища была нужна для поддержания сил.
Значит, он не должен ничего здесь оставлять. Приняв решение, Одиссей стал размышлять, какой дорогой лучше было вернуться в Иолк.
Он не имел понятия, где сейчас находится. Можно было вернуться обратно по собственным следам до места нападения, а затем двинуться старым путем в направлении города. Но никакая сила не смогла бы заставить Одиссея пойти туда, где весь его отряд растерзал зверь-людоед.
Быть может, следовало подняться на одну из гор вдалеке, чтобы оглядеться и узнать, в каком направлении находится Иолк или хотя бы морской берег? Нет, это заняло бы слишком много времени. Куда проще залезть на верхушку одного из деревьев где-нибудь поблизости.
После беглого осмотра он выбрал наиболее высокое, находящееся не слишком далеко от места вынужденной стоянки. Если забраться наверх, наверняка можно получить превосходный обзор во все стороны… Решив так, мальчик подошел к дереву и, чуть поколебавшись, оставил у его корней свои пожитки. После чего подпрыгнул и ухватился за одну из ветвей над головой, начав подъем.
Одиссей карабкался все выше, стараясь не терять бдительности. Хорошо, что погода была безветренной – листва не била по лицу. Однако руки итакийца ужасно дрожали, а вся сила как будто улетучилась. Сказывался недавно пережитый ужас.
Поднявшись еще немного, он понял, что забраться на вершину не получится. И от всего сердца проклял собственное решение. Теперь проблем прибавилось: не хватало сил для подъема и спуска, а спрыгнуть с такой высоты, не опасаясь что-нибудь повредить, он не мог. Пальцы Одиссея немели, локти тряслись – еще немного, и он просто не сможет удерживать собственное тело.
Нужно было как-то спускаться обратно. Бесполезная трата сил…
Тихо бранясь под нос, он принялся понемногу сползать вниз. Нужно было просто повторить те же действия, только в обратном порядке.
Но ничего не получилось. Сильные руки того, кто смог занять второе место на играх в Иолке, оказались беспомощны перед душевной слабостью. С каждым движением они тряслись все сильнее, а голова кружилась – мальчик перестал владеть собой. Против собственной воли разжав пальцы, Одиссей рухнул с дерева, едва успев собраться перед ударом о землю.
Гха-а!.. Падение выбило воздух из груди, а плечо и бок пронзила боль. Итакийский царевич второй раз за день едва не потерял сознание. Но все же сумел встать на ноги, пусть и с трудом. По крайней мере, он ничего себе не сломал – уже за это следовало благодарить богов.
Внезапно со стороны донесся шорох. Одиссей, задрожав всем телом, повернулся на звук. Кто-то большой продирался к нему сквозь кусты…
Лев вернулся за своей добычей?!
Одиссей невольно вскрикнул, и тут же закусил губу до крови. Кричать сейчас – обречь себя на верную смерть! Не мешкая, итакиец помчался прочь со всех ног. Оружие и еда так и остались лежать у дерева. В панике он даже не вспомнил об этом.
Выжить, выжить!.. Вот единственная мысль, что стучала молотом в сердце. Тело молило после падения о пощаде, усталость хваткими корнями оплетала ноги, но ужас перед зверем был сильнее и гнал вперед. Мальчик с трудом разбирал, куда мчался. По его лицу текли слезы, которые он то и дело вытирал грязной ладонью.
Быть может, таково наказание богини Афины, что покровительствует Иолку? Не следовало ему сюда приезжать. Кто бы мог подумать, что безобидная игра обернется невероятным кошмаром…
***
– Ну и где же он?!
Кастор в раздражении вздохнул, в сотый раз оглядываясь по сторонам. Остальные тоже с трудом сдерживали усталость и раздражение.
– Эй, ты уверен, что мы правильно идем? – уточнил Нестор у Меланиона. Мегарец не стал торопиться с ответом, но затем кивнул:
– Он же кричал, все это слышали. Наверное, нас испугался… И потом, следы врать не будут.
– Да, вот только где их теперь на камнях сыскать-то, – Ясон сердито почесал макушку, глядя себе под ноги. – Если бы не это, с легкостью выследили бы дурака.
– Оружие и припасы мы нашли, а его самого не видно.
– В любом случае умчаться далеко он не мог. Надо поторопиться.
Отряд пребывал в замешательстве. Одиссей мог бежать прямо, а мог и свернуть, чтобы запутать предполагаемого преследователя. В какой стороне им тогда искать беглеца?
– Может, позвать его? Ну, просто покричать… – предложил Полидевк. Нестор одернул его:
– И кто придет раньше на крик, Одиссей или зверь? Не стоит делать этот лес еще более опасным.
– Я уже начинаю думать, что мы зря тратим время, – рассердился Кастор. Меланион вдруг поднял руку, привлекая к себе внимание:
– Мне кажется, Одиссея следует искать в том направлении, – мегарец указал куда-то в сторону. – Понимаете, он наверняка искал убежище. Прямо от нас и слева – местность более открытая, спрятаться сложно. А вон там растительности побольше. Выглядит как защита, пусть и плохая.
– Ну вот… Опять копаться в листве и ветках? – вздохнул Нестор. Однако мнение мегарца казалось убедительным и мальчики свернули направо. Полидевк, как самый сильный, нес пожитки Одиссея, не жалуясь на усталость.
Вскоре они поняли, что не ошиблись: трава стала более густой, кустарник и невысокие деревца сплотились вокруг, и следы итакийского царевича вновь стали заметными. Примятая растительность служила лучшей указкой – чтобы прочитать оставленные на ней знаки, не требовалось быть охотником. Тот, кто бежал здесь, продирался в спешке и не думал о заметании следов.
– Меня беспокоит, что скоро начнет темнеть, – заметил Ясон, с неудовольствием глядя в изменившееся небо. Голубой цвет уже заметно потускнел, смешиваясь с серым. Приближались сумерки.
– Да, тогда мы и Одиссея не найдем, и сами окажемся непонятно где.
– К слову, лес ведь поредел, утром он был более густым. Может, впереди будут какие-нибудь деревни. Не знаешь, Ясон? Хорошо бы беглец наткнулся на каких-нибудь людей. Да и нам не повредит…
– Это только кажется, – царевич тяжело вздохнул, – но дальше начинается новый лес. Я в нем и не был никогда, он слишком уж далеко от города. Надеюсь, нам туда вообще не придется соваться.
– А-а… – на лице всех мальчиков застыло напряженное разочарование. Ночевать вдали от поселений, в лесу, по которому рыскал лев-людоед, рисковать жизнью, так и не достигнув цели – хуже не придумаешь.
– Делать нечего, давайте звать этого осла, да погромче. Может, выйдет к нам наконец, – Ясон глубоко вдохнул и приставил ладони ко рту.
– Нет… Погодите!
Меланион шел первым, его слова заставили мальчиков поспешить вперед. Прищурившись, мегарец разглядывал крутой овраг впереди.
– Думаешь, он туда и прыгнул? – уточнил Кастор.
– Вон же, посмотри на самый край. Смятая трава, разбросанные камни!.. Одиссей точно побывал внизу.
– Надеюсь, не свернул себе шею.
Они подошли к оврагу и заглянули вниз. Он оказался круче, чем ожидалось – падение сверху грозило серьезными ушибами. Его дно поросло дикими растениями, в которых мог без труда укрыться с головой невысокий человек… или мальчишка.
– Понятно. Он, наверное, все еще там, – заявил Ясон и начал скидывать вещи, которые нес. Последним он бережно отложил клинок.
– Не упади. Хочешь, я с тобой? – предложил Кастор.
– Ага. Сам только не скатись, а то ноги переломаешь.
Двое подростков принялись аккуратно сползать по краю оврага. Остальные остались на страже: вдруг лев появится откуда-нибудь сзади? Тем временем Кастор и Ясон быстро достигли дна оврага и принялись пробиваться через стоящие сплошной стеной растения.
Внезапно что-то мелькнуло перед глазами Ясона. Его тело среагировало быстрее, чем он успел осознать происходящее, и удар прошел мимо. Одиссей снова занес кулак. Ясон бросился прямо на него, обхватив руками живот итакийца.
– Тише! Тебя спасти пытаются, тупоголовый болван!
Одиссей начал с силой колотить его по спине, и Ясон чуть не завопил: это было ужасно больно. Он тут же отступил, но вовремя подоспевший Кастор с размаху ударил Одиссея прямо в лицо. Тот шлепнулся на землю и с озадаченным видом схватился за щеку. Его вызванное страхом безумие явно поугасло.
Ясон смахнул выступившие на глазах слезы и с великим трудом удержался от того, чтобы пару раз не пнуть обидчика в ответ. Но желание отомстить пропало, когда он внимательней разглядел своего противника. На лице Одиссея больше не читалось надменной уверенности в себе – только паника. Исцарапанный и грязный, он выглядел жалко. Ясон не мог испытывать неприязни к итакийцу, который получил сполна и мелко дрожал от страха.
– Эй, ты как? Успокоился?.. – Диоскур наклонился вперед.
– Попробуй хотя бы встать и больше не маши кулаками.
Одиссей перевел взгляд с Кастора на Ясона, а затем медленно кивнул. Однако первая же его попытка приподняться оказалась безуспешной: дрожащие конечности подкосились, и мальчик снова упал на землю. Его губы задрожали, и он вдруг заплакал, уткнув лицо в ладони.
– Эй, мы пришли за тобой. Расслабься, – буркнул Кастор, неловко отворачиваясь. – Извини, не хотел тебя бить. Но пришлось, а то ты на Ясоне живого места бы не оставил!
– Н-н-ничего, – помотал головой Одиссей. Это было единственное, что он смог из себя выдавить.
– Ладно, давай мы поможем тебе подняться, – предложил Ясон, но итакийский царевич вдруг яростно замотал головой:
– Не хочу я! Если это чудовище рыщет наверху!..
– Там никого нет. Можешь не бояться нападения, – Ясон постарался, чтобы его голос звучал убедительно, хотя в глубине души сам себе не верил.
Одиссея это не слишком убедило, он опустил голову еще ниже. Весь его вид показывал, что он раздумал куда-либо идти и готов провести в овраге остаток дней. Глядя на него, Кастор повысил голос:
– Кончай рассиживаться! Мы тебя так долго искали не для того, чтобы бросить здесь, понял? И вообще, нас наверху еще трое людей дожидается. Большим отрядом безопаснее передвигаться, так что поднимай зад – вернемся в Иолк все вместе!
– Вернемся… в город? – тихо пробормотал Одиссей, словно лишь одна эта мысль и дошла до него.
– Ага, – Ясон зашел сбоку и подхватил сидящего на земле подростка. – Так что пора выбираться отсюда!
Вместе с Кастором они помогли Одиссею подняться и вернуться к краю обрыва. Забраться наверх оказалось тяжким трудом: ноги итакийца по-прежнему плохо ему служили. Ясон то и дело тянул его вверх, а Кастор поддерживал, не давая упасть. Когда мальчики оказались на ровной земле, Меланион, Полидевк и Нестор радостно приветствовали их.
– Ты как, получше? – уточнил Ясон у спасенного мальчика, который отряхивался от комьев земли и травинок.
– Ага.
Одиссей все еще выглядел затравленным, но его лицо уже избавилось от пепельного оттенка, а тело перестал бить озноб. Оказавшись среди живых людей, царевич слегка приободрился.
– Это твое. Я подобрал, – Полидевк протиснулся вперед с оружием и припасами Одиссея.
Тот с бледной улыбкой принял их обратно и кивнул. Ясону показалось, что в его глазах мелькнуло что-то, похожее на стыд. Неужели Одиссей раскаивался, что грубо насмехался над именем и полнотой Полидевка?
Если подумать, это была уже вторая победа Диоскура. Сначала он поборол итакийца на соревнованиях, а затем сохранил вещи, которые тот бросил в слепом ужасе. Человек, над которым тот подшучивал, оказался значительно более сильным и надежным. Что ж, Ясон мог лишь представить, как неловко было сейчас Одиссею.
Он и сам испытал нечто подобное, когда смеялся над Аталантой. А позже она победила в состязаниях по бегу…
Храбрая, быстроногая Ата. Жива ли она? Успеют ли они помочь?
Прежде чем он что-либо сказал по этому поводу, всеобщее внимание привлек Меланион:
– Смотрите, как стемнело. Если не хотим остаться в темноте без огня и ужина, пора искать место для ночлега.
Разумеется, он был прав. Наскоро посовещавшись, мальчики решили разбить стоянку неподалеку от оврага. Действовали быстро – вечерние тени вскоре отступили перед языками пламени. Усевшись вокруг костра, все молча протянули руки к огню, словно прося у того защиты. День был ужасным и полным боли, но они остались живы. Могли дышать, есть и греться. Это вселяло надежду в их юные, не до конца окрепшие души.
Они обязательно спасутся! Уцелевший Одиссей, свет и тепло поблизости, пляска летящих в чернеющее небо искр – все это придавало маленькому отряду волю к борьбе. Возвращение домой окажется непростым… Но Ясон и его товарищи будут к этому готовы.
Глава 12
– Беда, господин! У меня ужасные новости.
В лице тяжело дышащего охотника не было ни кровинки, словно он заглянул в черные глаза Атропос, самой жуткой из мойр. Ему никогда в жизни не было так страшно.
Зрелище, которое он увидел на лесной поляне, будет неотрывно преследовать его всю оставшуюся жизнь. Хотя и она может оказаться короткой, ведь об увиденном приходится докладывать царю… Вдруг он велит казнить на месте? Но размышлять об этом было слишком поздно.
– Рассказывай. Неужели что-то случилось с Ясоном?!
Эсон подался вперед, привстав с трона. Первая же мысль, посетившая владыку города, была о сыне. И плохое предчувствие царя не обмануло.
Охотник сбивчиво поведал о произошедшем. В своем деле он был одним из лучших, поэтому его отправили следить за передвижениями участников во время последнего испытания. Если бы кто-то безнадежно заблудился и не вернулся вовремя, умелый следопыт помог бы потерявшимся найти дорогу обратно.
Но вышло иначе. Убедившись, что отряд Ясона находится на верном пути, он решил проверить остальные группы – и наткнулся на кровавое побоище, от одного вида которого ему стало дурно.
– Кто на них напал? Ты узнал это? – резко спросил Пелий, пока Эсон тихо шептал мольбы к Афине, закрыв глаза и покачиваясь.
– Д-да. Я осмотрел следы. Это лев, довольно старый – лет восемь или десять. Сильно хромает. Наверное, зверь когда-то был ранен, поэтому стал охотиться на людей.
Пелий кивнул, как будто припоминая:
– Я слышал, такое случается с хищниками, которые уже не могут угнаться за привычной добычей. Раненых зверей надо преследовать и добивать, а не заставлять их мучиться.