- -
- 100%
- +
Вернувшись на пост, бабушка Рита открыла неказистую дверь и щелкнула пальцами. Загоревшийся под потолком свет предъявил моему взору прямоугольную комнату без окон с двумя рядами стеллажей вдоль стен, заваленными всевозможными вещами. Я как будто очутился в секонд-хенде – копии нашего подвального магазинчика на улице Энгельса, и радости моей не было предела.
Спустя почти час муторного перебора разноцветных шмоток моя радость угасла, ибо большинство из бесхозной одежды оказалось на пять-десять размеров больше. Не говоря уже об обилии рюшечек, оборочек и нелепой вышивки, никак не вяжущихся в моём понимании с одеждой для мужчин. Однако я всё равно нашел три подходящие рубахи, пять одинаковых белых маек, пару приличных штанов, кожаную ветровку, что идеально подошла по размерам, и самое главное – нечто похожее на невысокие берцы с замками на ремешках. Из плетеной корзины в углу я набрал носков, а вот с нижним бельем возникла проблема. Либо в кладовке его не было, либо в этом мире его не носили, что, конечно же, соблазнительно в отношении женского пола, но маловероятно.
«Придется озаботиться этим попозже», – сделал я очередную мысленную закладку, чувствуя, как желудок буквально требует от меня наполнить его калориями.
Оставив найденные вещи у кастелянши, я быстро сбегал в столовую, где набил брюхо нечто средним между рагу и супом. Блюдо показалось очень вкусным, несмотря на то, что большую часть ингредиентов в нём я не опознал.
По возвращению в свою комнату, меня ждал сюрприз в виде небольшой перестановки мебели. Стол для занятий выдвинули на середину комнаты, а его место заняла третья кровать, на которой сидел черноволосый парень с короткой прической и заинтересованно смотрел в мою сторону. Марк, валяющийся на своем ложе, бегло взглянул на меня и снова уткнулся в книгу, которую читал. Видимо, он не собирался становиться посредником в знакомстве с нашим новым соседом.
Ну и ладно, мы не гордые…
***
Лия с Северрином провели в кабинете Эллериона вот уже больше часа, рассказывая всё, что вспомнили о захвате власти, возглавленной канцлером. Тот мрачно слушал Северрина и делал пометки в толстом блокноте. Девушка внимательно разглядывала сосредоточенное лицо преподавателя, пытаясь вспомнить, где она могла видеть этого волка. А то, что она его определенно видела, без сомнений. Более того, запах истинного зверя, что исходил от мужчины, вызывал приятные воспоминания из глубокого детства, но четкая картинка в голове никак не складывалась.
«Сева!» – попыталась она осторожно обратиться мысленно к другу, но в эфире царила полная тишина. Зов ее крови как будто натыкался на некий кокон, впитывающий ее мысли без остатка.
«Странно, – подумала Лия, – раньше такого не происходило».
Она вновь посмотрела на преподавателя и попыталась отправить магический зов уже в его сторону. Результат такой же. Почувствовав волну подступающей паники, принцесса решила плюнуть на конспирацию и, прикрыв глаза, послала более мощный зов. И снова лишь глухая тишина служила ответом на ее старания.
Видимо, Элеррион заметил ее попытки, так как обратился к ней со словами:
– Не пытайтесь использовать родовую связь для ментального общения, принцесса. Во-первых, в вашем положении она может выдать вас с потрохами. Во-вторых, амулет, что висит на вашей очаровательной шее, полностью блокирует эту способность, дабы вы случайно не проявили свою истинную личность. Я сразу прошу прощения, что вынужден перейти на более личное обращение в нашем общении. Для всех вокруг вы официально всего лишь обычные лунорийцы, что поступили в академию на общих правах. Я, как преподаватель, не могу выделять любимчиков среди студентов и обращаться на вы к простой первокурснице. Надеюсь, Лия, ты меня понимаешь?
– Конечно, лэр Элеррион, – согласилась принцесса, проглотив зародившееся недовольство от непривычной фамильярности. – Я невероятно признательна за то, что вы для нас с Севой делаете. Ответьте мне только на один вопрос, не дающий мне в данный момент покоя. Почему мне кажется, что я вас знаю? И запах вашего истинного зверя мне определенно знаком.
Сереброзвезд улыбнулся и откинулся в кресле, оглядывая непривычно-новый облик такого знакомого ему создания.
– В последний раз я держал тебя на руках, Лиана, когда тебе было всего год отроду! Дамирр в тот день впервые разрешил прикоснуться к своему первенцу кому-то, не носившему фамилию Волкосветовых. Ты испугалась меня и заплакала, а твой отец, забравший тебя из моих рук, убеждал белокурую кроху, что дядя Эл не сделает ничего плохого, что, если потребуется, он отдаст за нее свою жизнь, не раздумывая ни секунды.
– Вы так близко знали отца? – пораженно воскликнула Лия, не ожидавшая такого ответа.
– Так же, как и ты с Северрином, мы с твоим отцом знали друг друга с рождения и выросли вместе. Большинство седых волос, что украшают голову старика Долми, появились именно после наших с Дамирром шалостей. Бедный учитель, чего мы только не вытворяли, пока не отправились на свою первую охоту.
– Но почему вы тогда не были рядом с ним, когда мы все так нуждались в любой помощи? – со слезами на глазах воскликнула Лея, вновь чувствуя прилив боли от потери, понимая, что ее упрек в отношении учителя несправедлив.
Северрин, сидя рядом с Лией, сочувственно накрыл побелевшую ладонь, сжимавшую подлокотник кресла, не зная, как еще утешить девушку.
Элеррион встал, обошел письменный стол и преклонил перед принцессой колено.
– Моя госпожа. Я, как никто другой, понимаю горечь вашей потери и сам терзаюсь чувством вины. Однако Единая распоряжается нашими судьбами, не спрашивая мнения своих созданий. Печальные обстоятельства заставили меня покинуть Лунорию, иначе я бы не позволил Бистрау осуществить свои коварные планы. Я приложу все усилия, дабы узнать о том, что именно происходит в нашем мире, но вы прекрасно знаете, пока порталы не откроются вновь, нам остается только гадать и надеяться.
Лия достала из небольшой сумочки кружевной платок и промокнула глаза. Коснувшись плеча склонившегося перед ней преподавателя, она сказала:
– Это вы простите меня, лэр. Я не имела права бросаться подобными обвинениями и требовать от вас невозможного! Я уверена, что вы сделаете всё, что в ваших силах, дабы справедливость восторжествовала. Будьте добры, объясните нам с братом наши дальнейшие действия на территории академии.
Элеррион встал, подошел к небольшому комоду, над которым висел портрет неизвестного принцессе мужчины в летах, и достал из верхнего ящика тонкий стилет, украшенный рубиновым камнем. Вернувшись к студентам, он попросил каждого протянуть руку и, проколов обоим палец, втянул выступившую кровь драгоценностью рукоятки.
– Теперь вы оба для стен нашей академии обозначены как полноправные студенты. Ваши ауры прописаны в дверях всех ее помещений. Вводную лекцию вы пропустили, но Гримхалка, вашего куратора, я предупреждал. Он просил вас обоих после ужина явиться в тренировочный зал в корпусе боевиков. Основные лекции начнутся с завтрашнего дня. Так что идите сейчас в общежитие к Зловещей… упс, к Маргарите Степановне. Она покажет вам ваши комнаты. Там же найдете и расписание занятий. Северрин, я надеюсь, что ты будешь помнить про свой долг днем и ночью. И не забывайте, с этой минуты мы друг для друга в глазах окружения должны представать только как преподаватель и обычные студенты. В случае экстренной ситуации найдете меня здесь или вот по этому адресу в городе.
Учитель написал адрес на небольшом квадратике бумаги и протянул его вставшему юноше. Новоиспеченные студенты поклонились и отправились в сторону общежития. С комнатой для Лии проблем не возникло, ее подселили к девушке-орку, у которой как раз не было соседки. А вот с комнатой для Севы возникли трудности. По словам старенькой кастелянши, что встретила их у входа, пустых мест на первом этаже не осталось, а подселить парня к второкурсникам она не могла согласно правилам. Северрин, как заправский ловелас, осыпал славную бабульку комплиментами и умоляюще попросил ее сделать всё, что в ее силах, дабы он оказался как можно ближе к сестре. Мол, кроме нее, у него не осталось больше близких людей, и его долг следить за честью и безопасностью родного создания.
Лия, едва сдерживая смех, с изумлением слушала пылкую речь друга, которого до этого дня никак нельзя было назвать словоохотливым. Обратив внимание на взгляд Маргариты Степановны, Лия почему-то четко осознала, что мудрая женщина видит их обоих насквозь и просто принимает их игру как должное.
– Ну, раз так, – ответила Маргарита Степановна на пылкую речь Севы, – займемся тогда уплотнением. Есть у меня одна комната, в которую влезет третья кровать. Будешь жить как раз через стенку от своей драгоценной сестрички. Слева по коридору в самом конце есть кладовка, тащи оттуда кровать, пока я покажу комнату твоей родственнице.
И вновь Лия почувствовала нотку сарказма в голосе кастелянши, подозревая, что эта старушка не так проста, как может показаться на первый взгляд. И, несмотря на то, что внешне, да и по запаху, она определенно относилась к расе людей; аура, исходящая от слегка-сгорбленной фигурки, заставляла внутреннего зверя принцессы держаться настороже.
Предпоследняя комната в правой половине корпуса, в которую зашла Лия, оказалась весьма милой. Бросив вещи на свободную кровать справа, она оглядела помещение, которое должно стать ее домом на ближайший год. Комната просторная с высокими потолками и большим окном, которое позволяло наслаждаться ярким солнечным светом. У окна стоял уютный диван с мягкими подушками, а в центре комнаты круглый стол на массивной ножке, упирающейся в пол четырьмя лапами, искусно вырезанными из дерева, и двумя стульями, обитыми коричневой кожей. На открытой полке над кроватью соседки лежали ее доспехи, оружие и различные предметы, связанные с воинской профессией.
Услышав, как мимо открытой двери шумно пыхча от напряжения протопал Сева с кроватью на спине, она решила попозже заглянуть к нему в гости, а пока занялась заполнением платяного шкафа одеждой, что подарила Лиза, делая мысленные заметки о том, что следует купить в первую очередь.
Глава 5. Сколько нужно иметь денег, чтобы понять, что не в них счастье?
Перед тобою новый мир и правила иные,
Никто не поднесет подноса с солью и хлебами,
Используй свой талант, раз руки золотые,
Коль нет возможности равнять неравенство деньгами.
– В тесноте, как говорится, да не в обиде? – пытаясь разрядить обстановку, пошутил я и, подойдя к новичку, протянул ему ладонь для пожатия. – Меня зовут Леонид, и моя кровать с краю…
Шутки явно не пользовались успехом у паренька, и руку мне жать он явно не собирался. Хотя я понятия не имел, есть ли в этом мире такой ритуал приветствия, как рукопожатие в принципе.
Не сводя с меня оценивающего взгляда и почему-то шумно принюхиваясь (как знал, что моя одежда источает амбре с ярко выраженными нотками пота), черноволосый парень встал и, всё так же игнорируя мою ладонь, исполнил полупоклон.
– Сева Мэдвулф, – выдал сосед, улыбнувшись и демонстрируя подозрительно массивные клыки, затем вновь глубоко втянул воздух носом. – Ты люд? Чистокровный? А зачем ты протянул ко мне руку?
– Ну да. Я человек. И в нашем мире так принято приветствовать друг друга, пожимая ладони, – я чуть отступил от принюхивающегося соседа, стесняясь запаха своей тушки.
– Ого! Какой интересный обычай! – Сева тут же сократил расстояние между нами и, схватив мою кисть, уверенно ее сжал, заставив меня зашипеть от боли. – А так нужно поступать каждый раз, как мы видимся, или это разовый ритуал?
Вырвав свою пятипалую страдалицу из его цепких пальцев, я принялся разгонять по пережатым сосудам кровь.
– Ну уж нет, Сева! Я так без ладоней останусь, если буду каждый раз при встрече с тобой здороваться подобным образом. В этом мире по ходу все вокруг гораздо сильнее меня. Даже девчонки! Уж лучше я лоб в ваших поклонах расшибу.
Со стороны кровати Марка раздался довольный смешок.
Я собрался предъявить ему претензии по поводу неспортивного поведения за то, что он не представил меня новичку как положено, как над головой раздался громогласный мужской голос:
– Студент Леонид Быстрый! Явитесь в кабинет ректора! Немедленно!
– Что еще за глас вопиющего в пустыне? – изумленно воскликнул я, озираясь в поисках источника звука.
– Ха! – еще сильнее захихикал змеелюд. – Это магический вызов на ковер к дракону! Что, а главное – когда, ты уже успел натворить? Нам с Севой будет тебя не хватать, хотя в комнате и станет просторнее! Чего ждешь? Беги к ректору, он ждать не любит.
– Не спеши хоронить то, что еще не стухло, Марк! – на автомате шутливо огрызнулся я и рванул в сторону выхода.
Резко распахнув дверь наружу, я услышал глухой удар и злобное шипение с нотками рычания. За деревянным полотном на полу сидела невероятно красивая брюнетка и потирала свой краснеющий лоб. Кофейные глаза красотки подозрительно блестели, а зарождающийся в них огонь не сулил мне ничего хорошего.
«Ёпсель-мопсель. Стыдоба-то какая! Лёня! Слоняра ты неуклюжая!» – мысленно осыпая сам себя проклятиями, я наклонился, чтобы помочь пострадавшей.
Однако девушка на мою попытку лишь гневно фыркнула и, самостоятельно приняв вертикальное положение, принялась отряхивать платье в районе своей очаровательной пятой точки.
– Ты куда несешься сломя голову, торопыга?
Ее карий взгляд пылал от едва сдерживаемой ярости. В то же время заметил в девушке некоторое странное очарование, что-то невидимое, нравившееся глазу, что я не мог оторвать от нее взор.
– Я… – начал я пискляво, затем покашлял, пытаясь вернуть спокойствие и осмысленность своему голосу. – Меня тут срочно ректор вызвал. Прошу прощения за дверь. Я не специально. Как я могу загладить свою вину?
– Лия? Ты решила в гости к нам заглянуть? – раздался голос Севы позади меня. – Как я погляжу, ты уже весьма близко познакомилась с моим соседом. Его зовут Леонид, и он действительно торопится к ректору. Не задерживай бедолагу. Заходи, я познакомлю тебя еще с одним однокурсником.
Я выполнил еще один полупоклон и рванул к выходу. Однако, клянусь богом, я успел заметить, как эта красотка попыталась обнюхать меня, пока я обтекал ее стройную фигурку. Она, как и прочие студенты, была на полголовы выше меня.
«И месяца не пройдет, как кличка Гном намертво приклеится к моей невысокой неказистой фигурке», – подумал я, выскакивая во двор и устремляясь к центральному корпусу.
Спустя пять минут под аккомпанемент колотящегося после пробежки сердца я восстанавливал дыхание, согнувшись у огромных дверей ректорского кабинета.
Внезапно она сама по себе распахнулась, и громкий голос из темных недр кабинета обратился к моей персоне:
– Нельзя вечно ждать подходящего момента, Леонид, учись его создавать!
Зайдя внутрь, я застал в кабинете, помимо самого ректора, гнома-завхоза, что так бесстрашно препирался с нашей кастеляншей. Тот пил темно-бордовую жидкость из массивного бокала с золотой каймой и бросал в мою сторону заинтересованные взгляды.
Я же, подойдя к столу, молча ждал объяснений со стороны человека-дракона, источавшего ауру властности. Невозможно выдержать немигающий взгляд этих красных глаз! И я уткнулся в собственные кеды. Не чувствуя за собой вины, размышлял о том, что случится с шикарным костюмом Вермингарда, если он прямо тут начнет обращаться в крылатого ящера. Что при этом случится с моим хрупким телом при превращении ректора, я почему-то думать не хотел. Жутко хотелось увидеть этот процесс, и не менее жутко было осознавать, что он может состояться как таковой. Видимо, подсознательно я еще не до конца смирился с тем, что меня окружают мифические существа.
– Наш завхоз, уважаемый Торбин Камнесерд, доложил мне, что ты, оказывается, мастер на все руки, Леонид! Это правда, что ты смог отремонтировать душевую в общежитии?
– Отремонтировать – громко сказано, лэр! – смущенно ответил я, удивленно встречая теплую улыбку и подмигивание со стороны гнома. – Я временно избавил трубу от протечки, а отремонтировать ее смогу только тогда, когда мне предоставят новую.
– Считай, что она уже сегодня будет у тебя, Леонид, – ответил из кресла завхоз. Затем рыжая голова повернулась к ректору. – Я уверен, лэр, его нам послала сама Единая! В гильдии практически не осталось мастеров по не магическим технологиям, и цены они ломят бесстыдные. Парнишка гол как сокол и наверняка будет не прочь подработать в свободное от учебы время!
Вспышка радости распрямила мои напряженные в неизвестности плечи и заставила улыбнуться. Работа, да еще и по моему профилю, могла стать неплохим шансом влиться в местную среду и стать частью этого нового мира. К тому же это избавляло меня от кучи проблем в отношении бытовых мелочей. Я с надеждой уставился на ректора.
– Вижу-вижу, что тебе по душе это предложение, Леонид, – едва улыбнувшись, ответил тот. – Я не против. Я уже устал от количества бытовых жалоб как со стороны преподавателей, так и со стороны студентов. Однако настаиваю, чтобы первую неделю ты полностью посвятил учебе! Лэр Торбин введет тебя в курс проблем академии, и я надеюсь, ты оправдаешь его ожидания. Давно я не слышал, чтобы он кого-то столь щедро осыпал комплиментами, как твою персону. Можете идти.
Гном поднялся с кресла, мы оба поклонились ректору и вышли из кабинета.
Я повернулся к завхозу и, не сдерживая радости, высказался:
– Спасибо вам, лэр Торбин, за такую возможность! Правда я не совсем понимаю, с чего вы решили, что мне по плечу обеспечить работоспособность академии в хозяйственном плане, но и отказываться не собираюсь. Мне действительно нужны средства для существования, и я приложу все силы, дабы не разочаровать вас. Хотя убиться мне на месте веником, я до сих пор не понимаю, как в магическом мире могут возникать подобные проблемы.
Гном развернулся в сторону центральной лестницы и кивком велел мне идти вслед за ним.
– Вся магия пяти миров и самого МежМирья основана на крови ее носителей, –пояснил гном, уверенно спускаясь по мраморным ступеням. – Соответственно, каждое ее применение отнимает часть сил у владельца. Нас, гномов, Единая обделила способностью к этой магии, но сполна компенсировала возможностью видеть ее у других и остротой разума, дабы обходиться без ее применения. Магия гномов заключена в наших руках, способных смастерить что угодно из чего угодно. Однако после Великого Землетрясения нас осталось не так много, а потребности разрастающегося города растут год от года. К тому же мое племя так же, как остальные расы, разбрелись по остальным мирам, выбрав их в качестве дома.
– Простите, лэр, в нашем мире есть одна раса, именуемая китайцы. Они разбрелись по всей планете, и на сегодня это самый многочисленный народ на Земле. Почему с гномами не так?
Мы спустились до первого этажа центрального корпуса, но вместо того чтобы направиться к выходу, продолжили спуск, направляясь в подвальные помещения.
– К сожалению, мой мальчик, в отличие от остальных рас, связь между гномами и прочими существами не приводит к продолжению рода. В мире не родилось ни одного гнома-полукровки. Даже в браках с людьми, – вздохнув, ответил гном.
И он пошел по освещенному магическими светильниками коридору к единственной низкой двери в метрах двадцати от лестницы. За открывшейся дверью располагался небольшой, весьма уютный кабинет, в задней части которого находилась еще одна дверь. Вся мебель кабинета из массивного дерева. Шкафы, заполненные книгами и инструментами, украшали бронзовые вставки в виде интрикатных геометрических узоров. На столе хозяина множество бумаг, пара миниатюрных фигурок и подставка для перьев. В углу стоял широкий кожаный диван с подушками, а рядом низкий столик с клеенкой, на котором сиял прототип русского самовара из латуни со светящимся кристаллом в основании ножки.
– Пожалуйста, присаживайся, – указал гном на упругий диван.
Когда я уместил пятую точку на кожаное сиденье, гном направился к латунному сооружению и наполнил две фарфоровые чашки дымящимся чаем, всучив одну из них мне. Сам он прошел за свой стол и уселся в широкое кресло.
– Все корпуса нашей академии пропитаны тончайшими нитями магии крови ее основателей. Сам Павелий Стремительный внедрил в его фундамент магический источник и, по легенде, влил в него неисчерпаемый запас магии крови. Ходят слухи, что он смог заключить в него мощь первородного дракона, которую обнаружил на дне одной из глубокой трещины, образовавшейся после Великого Землетрясения. Я не особо верю в это, ибо каждый день вижу, как инфраструктура академии устаревает и изнашивается. Вот, например, этот водогрев, из которого я наливал нам чай, работает при помощи артефакта, напитанного магией крови, но сам сосуд создан руками работников гильдии. И вот скажи мне, что в этой связке важнее, магия или ручной труд?
– Простите, лэр, я всё еще не понимаю, что вы имеете в виду, и при чём тут я?
– Всё просто, Леонид. В академии накопилось очень много мелких проблем, для решения которых нужны умелые руки, а не бурлящие магической кровью вены. Я был счастлив услышать о том, что в ее стенах появился попаданец из технического мира! Нет сил месяцами ждать ремонтников из гильдии каждый раз, как в санузле начинает капать кран, а мне, соответственно, начинают капать на мозг. Но! Я готов платить тебе за каждый исправленную поломку и обеспечить для этого материальной базой. Вот, лови!
Гном достал из ящика стола небольшой браслет и кинул его в мою сторону. На тонкой медной поверхности располагалась цепочка разноцветных камней от золотого в начале до десяти медных в конце. Я покрутил обруч в руке, любуясь отблесками света, играющими в камешках, и надел на левую руку. Браслет тут же уменьшился под размер, прочно обхватив запястье.
На мой вопросительный взгляд Торбин дал пояснения:
– Это твой личный кошелек, Леонид. Никто, кроме тебя не может его снять, так что грабителей можешь не опасаться.
– Даже если они отрубят мне руку, ради наживы? – пошутил я.
Однако гном почему-то не посмеялся, а вполне серьезно ответил:
– Ну… Если подходить к грабежу с этой точки зрения, то вношу уточнение. Можешь не опасаться грабителей на территории академии. В столице есть районы, куда я без надобности предпочел бы не заходить.
– А как этой металлической кредиткой пользоваться?
– Кредиткой? Имеешь в виду браслет? Очень просто. Прикладываешь к артефакту оплаты и касаешься большим пальцем другой руки к металлу. В твоем браслете двадцать один камень. Десять красных отображают медные таны, серебристые – серебро, ну а золотой, соответственно, количество золотых танов. Приложи палец к браслету.
Я коснулся браслета и увидел, как два красных камешка тускло вспыхнули и затухли. Не нужно было быть великим математиком, дабы понять принцип отображения средств.
Улыбнувшись, я посмотрел на гнома и спросил в подтверждение своей догадки:
– Я так понимаю, на моём счету уже лежит двадцать медных танов? За что?
– Маргарита Степановна настояла, чтобы я перечислил аванс за ремонт трубы в душевой!
Гном встал с кресла и скрылся за дверью в кладовке. Спустя пять минут он вернулся, держа в руках отрезок медной трубы с накрученными на концы латунными фитингами, и вручил ее мне.
– Вот, заменишь ее и получишь еще двадцать медяшек. Инструмент нужен?
– Нет, спасибо! У меня свой! – с гордостью ответил я, зная, что разводной ключ меня еще ни разу не подводил.
– Вот! Сразу видно мастеровитую душу! Заменишь трубу – получишь остаток, к остальной работе приступишь после первой недели обучения. Не удивляйся, но я буду рад, даже если тебя отчислят! Считай, что работой ты обеспечен. Не всем же быть магами в МежМирье, умелые руки в нём ценятся не меньше. Ступай.
Местное солнце начинало прятаться за белые верхушки гор на горизонте, когда я с удовлетворением открыл кран и убедился, что замененный участок трубы встал как родной. Стыки сухие, а это означало прибавление на моём личном счете и возможность в ближайшее время избавиться от проблемы с исподним. Ради любопытства я коснулся пальцем браслета и с изумлением увидел четыре светящихся камешка, говорящих о том, что мой труд уже оплачен. Времени думать, каким образом завхоз узнал о выполненной работе, не предвиделось, так как через двадцать минут я должен уже появиться на тренировке у Халка!
Отрапортовав бабушке Рите об исправной душевой, я был вознагражден еще одним пирожком и рванул в сторону своей комнаты, жуя сладкую выпечку на ходу, чтобы переодеться.
В комнате никого, видимо, парни уже свалили на тренировку. Открыв свой шкаф, я с грустью пялился на жалкую кучку секонд-хенда, пытаясь определиться с тем, в чём мне будет удобно демонстрировать орку свои физические навыки. С майкой без проблем, а вот в штанах показывать достойные результаты довольно сложно. Пришлось одними пожертвовать, превратив их при помощи ножниц по металлу в шорты. Кеды оставались на мне, и я, выскочив в парк, рванул к входу в главный корпус.