Пропащие. Истории, рассказанные из глубин травмированного подсознания

Широкие пустыни раскинулись вдоль нас, все они были однообразные, но тем не менее очень красивы. Вскоре нас провели в старый храм, который разваливался на глазах. Стены побитые и пыльные, крыша появлялась местами, неровный пол. Я даже поверить не могу, что кто-то здесь смог изобрести нечто такое гениальное. Вскоре, после того как мы прошли несколько коридоров и комнат, нас завели в «лабораторию», посреди которой стоял старик. Мы подошли вплотную к старику, думая что это и есть тот самый ученный. Он мало понимал по английский, поэтому говорить с ним мы могли только с помощью переводчика. По его речи и виду лица можно было сказать, что разум его был затуманен. Порой он сбивался, заикался, говорил так словно не хотел чтобы кто-то услышал. Да и глаза у него были странные, немного ярко желтоватые, словно как у кошки. От этого мне ещё более стало непонятно, как он открыл столь интересное свойство, а рассмотрев так называемую лабораторию впритык, мне стало ещё больше непонятно. Здесь не было сложных приборов или каких-то веществ, это больше походило на стол травника. Все указывало на это, только одно не вписывалось. С краю стола, справа лежала книга, которая по виду была старше чем эти руины. Кожа на обложке стерлась, но ещё держалась. Открыв её пока никто не видел, я начал листать её. Меня привлекали странные рисунки, которые здесь были нарисованы. Они изображали какие-то дыры, порталы если по фантастическому, какие-то редкие металлы, которые я никогда не видел и странные иллюстрации существ словно сошедших из чьих-то кошмаров. Ничего не было понятно, из-за того что все это было написано на языке, который я никогда не видел, это не походило ни на египетский, что странно, ни на какой-либо ещё древний язык. На одной странице, меня крайне привлекла одна зарисовка, точнее не зарисовка, а формула. Не знаю почему, но она меня сразу заинтересовала. Все были заняты разговором с так называемым ученным, поэтому я быстро переписал формулу и слова, которые к ней прилагались, даже не понимая их смысла, а потом быстро убрал все на место. Я встал рядом с другими из своей группы и стал слушать о чем они говорят. Итог не очень обрадовал всех. Сам этот ученный не мог объяснить как он смог синтезировать те или иные вещества, казалось в его глазах был страх. Он попытался провести демонстрацию, но тут резко, в него будто бес вселился. Он стал кричать, махать руками. На этом моменте я совсем перестал понимать что происходит. Какой-то старик, старый храм, книга. Что это всё значит? Тут я вспомнил про свою формулу, которую составил ещё в школе, затем я достал формулу, которую увидел в книге. На секунду мне показалось, что они похожи, мелкие детали различали их. В своей я использовал деление неудачных попыток и повторений, а тут было вычисление через теорему которую я никогда не видел, а потом шло умножение на теорию вероятности, и в итоге мы переводили в проценты. Здесь всё это было, отличалось только начало. Мне хотелось разобраться в тексте, что здесь написан. Все эти размышления заставили меня думать о том, ни является ли мое присутствие здесь предопределением? Может вселенная хотела, чтобы я сейчас стоял здесь с этой формулой и разгадал одну из её тайн. Быть может.

По итогу наша экспедиция ничего не дала. Университет будет в ярости когда узнает, не знаю что будет со мной, но явно ничего хорошего. Тот ученный попросту прогнал нас, у него началось нечто схожее с психической атакой. Мы пытались помочь, только вот грозился плеснуть в нас ядом какого-то скорпиона, никто не хотел искушать судьбу, так что мы оставили этого безумца в покое, и по делом ему, пускай сгниет там. До нашего отплыва было ещё несколько дней, которые я решил потратить на поиск переводчика. Почему же я не показал её нашему переводчику? Что же, все просто, не думаю, что она сможет перевести эти записи, вдобавок я не хотел чтобы кто-то из экспедиции видел эти записи. Кто знает, может в них таятся интересные заметки, которые помогут мне стать именитым ученным, а не простым практикантом. Недалеко от Александрии, была деревню в кою мне посоветовали обратиться, мол слышали как одна старуха говорила на странном, никому неизвестном языке. Я отлучился от группы под предлогом посмотреть маяк, одно из бывших чудес света. Правда на что там было смотреть? Как неумолимо время. Казалось бы земле миллиарды лет, а такие вещи кажутся такими далекими, хотя по сравнению с общей историей прошло всего несколько мгновений. Мы есть остатки сверхновой, просто пыль которая осела и осталась. Через сотню лет люди не будут помнить о том что произошло конкретно, останутся мифы и загадки, ну что поделом.

В этой маленькой деревни было всего жителей тридцать, все они выглядели уставшими и измождёнными. Я взял с собой словарь, который мог мне помочь и по нему я спросил человека о женщине. Поначалу, он немного кривился, но потом отвел меня к старушке о которой говорили в городе. Я стоял в тени, внутри старого дома из соломы и палок, а перед мной на свету была старая женщина. По виду ей было лет девяносто, может меньше и при этом она умело управлялась по дому. Кожа её была сморщенной и как будто змеиной. Тот мужчина, что привел меня сюда о чем-то говорил с ней. Изредка она поглядывала на меня, при чем взгляд у неё был странный, будто нечеловечий. Она подозвала меня жестом руки. Она говорила, а я переводил как мог.

«Чего тебе надо?»

«Я бы хотел, чтобы вы перевили мне этот, этот лист»

Говорить с помощью словаря было невероятно тяжело.

«Чего в нем важного?»

«Это нужно мне срочно очень»

Я достал лист и подал его женщине. Она долго смотрела на него, странно осматривала, глядя сквозь свет.

«Я знаю что это за язык и смогу тебе написать что тут сказано»

«Хорошо»

Она отошла в сторону, там где у неё был стол. Села и начала писать. Через минут пять все было готово и листок оказался вновь в моих руках. Я бы хотел уйти, но она остановила меня.

«Стой!»

«Что такое?»

«Откуда у тебя листок с этими буквами. Давно я его не видела, очень давно»

«Нашел в храме»

«Знаешь откуда этот язык?»

«Нет»

«По легендам и слухам, мой дальний предок однажды встретил человека, который говорил, что видел богов и знает письменность некого древнего народа, только вот читать эти буквы мог только тот кто примет возвышение богов. Тогда мой предок сделал транскрипцию на наш язык и знают его всего несколько человек мира и только те кто побывал здесь»

Я не стал ничего отвечать в ответ, и так уже намучался с переводом. Поэтому я просто уехал обратно в Александрию, а оттуда мы поплыли в старый и добрый Лавкинг.

По приезду домой я уже смог перевести египетский язык, коим были написаны все слова на листе. И похоже эта формула содержала вычисление вероятности того или иного события, а так-же общей детерминированности, насколько она вероятна вообще. Теперь мне стало интересно откуда такие увлечения и знания оказались в древнем Египте и кто это все придумал, возможно были даже какие-то расчеты. Во всяком случае у меня на руках теперь имелось нечто очень интересное и мне очень хотелось это испытать.

Я провел несколько дней разбирая составляющие формулы. Казалось, что в ней нет ничего сложного и она состоит из того, что даже проходят в школе. Но если ты начнешь разбирать детали, совсем мелкие и как кажется незначительные, то ты поймешь, что все не так просто. В предисловии сказано, что формула служила вычислению вероятности на успех того или иного действия, (какого не уточняется), и что процент всегда был низким. А вторую часть формулы, ту что на детерминированность, описывали как попытку понять они ли отвечают за свои действия, потому что очень было похоже на то что против судьбы не пойдешь, а как написано ниже:

«Мы и есть судьба»

Все это казалось мне странным. Вопросы как и откуда уже было поздно задавать, а поэтому оставалось лишь одно, попробовать вычислить что-то с помощью этой формулы. Идеальным местом для этого я считал универ, где повсюду прямо таки шастали подопытные, только они сами не знают этого.

Всё казалось как в старые времена в школе, только теперь приходилось начинать сначала и следить за всем снова. В уравнении так-же упоминалось странное число, которое было делением и умножением нескольких переменных, а так-же пары чисел, которые были заранее прописаны. Порой мне казалось, что я выгляжу как маньяк, который высматривал жертву. Я высматривал любые детали, каждое движение и эмоцию. Все это влияло на результат и на то что надо записывать в блокнот, а потом как следствие в формулу. Я несколько дней наблюдал за одним студентом, который как по обыкновению часто забывал что-то, а после учебы порой ходил в два места. Либо домой, либо в ближайший бар. По истечению нескольких дней я смог выявить закономерность между действиями. Как итог все необходимые данные были внесены в формулу. Я решил провести испытание во вторник. В этот день он обычно приходил в восемь часов, учился, а потом шел в бар. Я подставил все переменные, которые могли помешать ему провести день именно так и как итог все совпало, точно до секунды. Я вычислил вероятность в сто процентов и она сбылась. Естественно, как профессионал я не поверил сразу и для этого провел ещё несколько тестов, при чем все они были разного рода подготовленности. За одним человеком я следил день, а за другим всего несколько часов и как итог все повторилось. Конечно, это можно списать на случайность или простое, что они каждый раз делают одни и те же вещи в определенный день, но формула всегда показывала сто процентов независимого от сложности. Для закрепления я пришел в бар и заметил какого-то мужчину. Казалось бы обычная деталь, но даже имея столь мало информации я смог просчитать через сколько он выйдет отсюда и оказался прав до мельчайшей детали. Вы имеете полное право мне не верить, но практика показывала иной результат. Казалось бы, обычная деталь что мужчина зашел в бар и уселся за свой любимый столик, он принял это решение, только вот нет. Возможно и да у него есть выбор в таких мелких деталях, но в более крупных его выбор предопределен. От самого своего взрыва вселенная стремилась в одну точку только для того чтобы мужчина сел именно за этот стол, а не за другой. Все предопределенно и я могу просчитать это. Я могу просчитать сядет ли мужчина, что он закажет, зачем он надел рубашку синего цвета. Все предопределенно. Это дело каждого верить или нет, но только на секунду остановитесь и подумайте:

«Я ли ответственен за свои выборы и решения?»

Я продолжал экспериментировать с учениками и это приносило свои плоды. Вскоре я должен был представить результат своей работы комиссии. Я предвкушал успех своего исследования, в конце концов я получил то что заслужил, кто же виноват что эти ученные не смогли оценить мой потенциал по достоинству, а я самый что ни на есть настоящий ученный, такой, который размышляет и анализирует, вычисляет и создает. А пока я сижу дома и готовлюсь к выступлению. Резко с улицы послышались странные звуки, что-то билось об окна. Слегка приподняв занавеску, я понял что это было. Дождь пошел.

Странно конечно, но эти пара дней казались мне томительными и скучными. Я ещё раз прошелся по формуле дабы закрепить результат, но меня одолевали сомнения. Было как-то страшно. А вдруг все пойдет не так в последний момент? Естественно, формула показала свою дееспособность, но сомнения человека были сильнее. Мне даже казалось, что на меня нахлынула паническая атака, в совсем легкой форме, но все же. Я несколько дней провел изучая и думая над тем как формула попала к тому старику, что язык был там, что за боги? Единственный ответ, который приходил ко мне на ум, это суеверие и общая безграмотность людей, которые далеки от прогресса.

В один день мне стало совсем дурно. Это произошло, когда я в очередной раз делали свои вычисления по формуле и как итог почти все пошло не по плану, но итог был предсказан верно. Это меня совсем напугало и ввело в ступор. Если путь разный, но итог один, можно ли считать это доказательством. Наверное, вы скажете только если мы нацелены на итог, но если мы берем и разбираем это все по деталям, то нет. Это заставило меня думать о неправильности формулы, о её какой-то неисправности, или о том что я где-то напортачил с вычислением, но это все равно заставило меня понервничать и как итог заставило меня сомневаться. А сомнение в наши дни вещь сильная, она может все в этом мире перевернуть, в том числе и для человека.

Как-то раз заходя в самую популярную таверну города, я начал делать шуточные предсказания, но итог их был совсем не шуточный. К примеру одному человеку я предсказал, что тот поломает ногу, другой порежется, ну а третий умрет. Это все я делал от скуки и не более. По обычаю здесь было шумно, некоторые веселились, но многие были не слишком радостными, ведь дождь, который случился пару дней назад, сделал землю влажной и грязной. Так что большинство рабочих хотелось побыстрее забыться о том, что им придется работать в грязи и влаге. Я же был весел, ведь с того момента как формула не смогла предсказать возможность мелких событий, я стал думать о том что выбор мелких вещей по типу как сесть за стол, а не за стойку действительно зависел от человека. Свои результаты исследований я должен был предоставить комиссии через два дня, а до этого времени я развлекался тем, что делал мелкие предсказания. Казалось бы ничего не предвещало беды или того, что вечер будет испорчен, но через секунду как я подумал об этом, сзади меня донеслись крики. Вся таверна посмотрела на того кто кричал и я тоже. Обернувшись, я увидел мужчину, который зажимал руку, с которой текла кровь. К нему быстро подбежали и начали перевязывать. Эта ситуация напугала меня. Одно из трех предсказаний сбылось, осталось ещё два. Нет, стоять, это же простая случайность. Я старался себя успокоить. Но случайности не подходят под мою идеологию, то есть, что это тогда? А может это все по теории хаоса? Это всё ещё не давало мне покоя. Я нервничал. Ничего лучше, кроме как уйти из таверны мне в голову не пришло. Домой я добрался быстро. Зайдя в свою маленькую квартиру, я уселся на маленькое кресло, в котором мне всегда было удобно, но сейчас я чувствовал дискомфорт. Я быстро стучал пальцами по столу, смотрел на глобус и старался отвлечься. Вскоре, я услышал крик, который доносился с улицы. Я со страхом выглянул в окно и там увидел как человек берется за ногу и кричит.

«Аааа, как больно. Черти тебя бери, сломал наверное»

Следующий день вышел для меня напряженным. Все свое время я провел выслушивая разговоры людей и читая газеты, каждую новую партию. Порой заходил в полицейское управление, дабы узнать не было ли каких-то случаев. И один раз в морг. Всё было тихо, но все равно меня гложило такое чувство, будто я сделал не все. Порой я посматривал на людей, дабы понять все ли нормально с ними. Каждый чих или какой-то резкий жест приводил меня в ужас. Но все пока сводилось только к моим нервам. Может, я слишком себя накручиваю. А вот если бы я не предсказал те события, то порезался ли тот человек, сломал ли ногу другой, и не умрет ли кто-нибудь сегодня? Предрешено или это я сделал так? Не знаю и не хочу. Я уже перестал понимать. Раньше хотя-бы как-то отдаленно, а теперь совсем потерялся. Запутался в том, в чем я по сути профессионал. Либо я не такой уж профи, либо человеческий мозг не может воспринять все, что происходит со мной. Психика рушиться и как следствие я не понимаю где реальность, а где мой разум играет со мной. Это чувство ужаснее всего. Это враг, которого не поймаешь, не покалечишь, не увидишь, ведь он сидит в твоей голове, он есть ты. Я боялся самого себя, не хотелось даже смотреть в зеркало, дабы увидеть себя. Я был уверен, что мне станет противно. Так что я просто сидел и ожидал конца этого дня.

На часах без пяти двенадцать. Ещё немного и все. Я надеялся на этот раз обмануть вселенную. Я не хотел становиться убийцей. Хотя почему же я убийца? Я опять вернулся к вопросу о том я ли виноват в травмах других. Если кто-то и умрет сегодня, то это по замыслу вселенной, не моему. Хотя умер бы он или она, если бы не я? Все эти вопросы сводили с ума. Оставалось всего пара минут, четыре если быть верным. Я слышал как томительно тикают часы, этот звук бесил меня. Я ритмично дергал ногой, не знаю почему, наверное от нервов. Осталось две минуты, сорок три, две секунды. На секунду я и в правду подумал о том, что все обошлось. Я с легкостью откинулся в кресле и принялся с счастьем досчитывать остаток. Оставалось всего тридцать секунд, это меня обнадежило и казалось, что все. Три, два, один, все. Часы пробили полночь и я выдохнул. Казалось, что камень упал с плеч. Я был так рад, но вдруг послышались крики и вопли.

«Убили, убили! Зверски закололи прямо в сердце и по горлу, боже!»

Сердце ушло в пятки. По лбу ступил холодный пот, я посмотрел на часы, на которых было двенадцать часов и одна минута. Похоже, что вселенная оказалась сильнее и что все идет её чередом. А кто я такой, чтобы помешать ей и считать по-другому. Считать мол я что-то могу и значу, что я имею свободу выбирать и любить, нет. Нет, ничего этого я не могу. Я встал с кресла и начал думать, но все мысли сводились к одному. Никто не должен видеть и даже знать о формуле, но столь ценное знание должно остаться у меня. Взяв деньги, я отсчитал ровное количество на поездку в Египет. Маршрут я помнил, поэтому путь не должен доставить мне проблем. На последок я оставил у себя в квартире записку:

«Всякий, кто думает, что он что-то может будет обречен катиться в пучину несчастий и страданий, только некоторые могут достичь чего-то в этой жизни, другие же безнадежны»

«Таинство в морозах»

Я доктор Эрих Вильям Чутский, врач психиатр, и здоровый в умственном плане человек, собираюсь поведать историю, кою мне рассказал один мой пациент и друг. Друга моего зовут Лиям Бранский. И я всё изложу так как он мне поведал, не изменяя и не подвергая слова действительности, ведь человек находится хоть и в трезвом уме и памяти, но присутствует запуганность и нервные тики.

1

Были мы тогда около одного леса, у нас была экспедиция, я и мой родной брат Джек Бранский, ученные зоологи. Это случилось зимой 1934. Зима была холодной, но было спокойно. Поэтому поход должен был пройти гладко. Двинулись мы к одному лесу далеко на севере Канады, мне прислали письмо о редкой породе оленя в тех краях, с необычным раскрасом и мы хотели это запечатлеть, это стало бы сенсацией, группой из пяти человек, в неё входил я и мой брат, а также три наших друга. Мэт Паркер – Фотографист и художник, крайне занимательный и общительный человек. Пит Мэтьюз – мастер по восхождению в горы, большой профессионал, покоривший множество гор. И последний был Александр Дагер – хороший человек и товарищ, но особыми навыками не обладает. Вот двинулись мы всей этой компанией на север. Остановились в одной деревне «Ель», что располагалась средь лесов нужных нам. Маленькая, с гнилыми и сгоревшим домом, прямо на против места, где мы остановились. Слухи про эту деревню ползли разные: Начиная от всяких нелепиц и заканчивая вполне серьёзными и интересными слухами. Говорили, что здесь водятся духи и культы, и по правде говоря, это место походило на него. Далекая, средь лесов и странными местными жителями. Но никто из нас не верил слухам, что рассказывали нам о этом месте. Пока в один день хозяин того дома, в котором мы жили не завел с нами разговор.

«Многое я слыхал о своей деревне, и о культах, и о жертвоприношении, но те нелепицы, что складываются там далеко, ни на йоту не приближены к правде, но кое-что есть»

Говорил он тихо, осторожительнно, будто боясь.

«У нас в округе господствует „Хозяин чащи“. Древняя легенда. Про неё начали говорить ещё когда дед был мой при рассвете сил»

«Сначала это была традиция, но вскоре люди как помешались»

Он наклонился поближе. «Пропадали люди, дети в том числе. Никого не нашли. Помню одну девочку, подругой была моей, звали Иоля. Так в один день след её простыл, искали недели, нашли только одно её кольцо, всего их было два, древняя семейная реликвия. По сей день, мать Иоли ходит на могилу к дочери. Бедная мисс Брант. Полиция тоже не помогла. У нас в деревне давненько никто не пропадал, ведь мы далеко в лес не лезем теперь. От греха подальше. Но Хозяину всё равно делаем подношения. К примеру драгоценности, мех и мёд»

Говорил он это всё в серьёз. По Майклу (так звали трактирщика) не скажешь, что он слишком суеверен, но по нему видно было, во что, во что а в «Хозяина чащи» он верил.

«И что же подношения кто-то берет?»

«Нет, лежат там кучкой, но мы все равно преподносим дары»

«А как выглядит Хозяин?» Спросил я с интересом.

«Высокий, стоящий на двух ногах козёл с изогнутыми рогами, мех черный, а глаза блестят, можно сказать светятся белым цветом. Лапы его, как наши руки, но только вместо пальцев – когти, острые как бритва, а на груди пентаграмма вырезана»

Мы тогда даже удивились.

«А кто дал вам такое описание» тогда спросил Мэт, явно хотя запомнить для своих работ.

«Один человек, который встречался с ним, но давно это было. Джордж зовут этого бедолагу. По сей день не может отойти от того, что с ним случилось»

Мы все сидели в полной тишине, только звуки треска досок нарушали тишину.

«А где мы можем найти этого Джорджа?» Спросил тогда Джек.

«Он живет в доме, что в конце основной тропы. Будьте с ним спокойнее, он слишком пуглив»

«А где можно найти мисс.. мисс Брант?»

«Живет она в самом дальнем доме деревни, либо там, либо на кладбище. А кладбище наше чуть западней деревни, не далеко к нему идти»

На этом и кончилась беседа, ведь вечер был тогда и всех валило с ног. Но перед сном мы немного подискутировали на эту тему.

«Это же выдумка, не бывает козлов на двух ногах. Это антинаучно и нелогично»

Говорил тогда Пит, а Алекс поддерживал. Я и сам не очень-то верил всем рассказам Майкла, но верил в то, что люди здесь пропадали. В этом меня поддерживал Мэт. Джек не принимал никого участия в беседе, не хотел.

«В пропажу людей я с охотой верю, но не из-за «Хозяина леса»

Молвил тогда Пит.

«Может нам следует прекратить экспедицию»

Неожиданно бросил мой брат.

«Никак нет. Мы можем увидеть новый вид оленей и я не хочу отказываться от такой роскоши»

«А если тот кто похищает людей в лесу ещё там, что тогда?»

«Майкл говорил, мол людей не похищали давно, быть может он ушел уже оттуда»

У всех были эмоции рассуждения.

«Только подумайте, что нам светит за открытие нового вида»

Лица ни чуть не изменились.

«Хорошо» сказали все в один голос.

«Но» Сказал Алекс.

«Но надо расспросить бабушку и того, кто видел „Хозяина“ вблизи»

Его поддержали все, да и мне было интересно послушать, что нам скажут.

План был составлен. Отправится в лес мы должны были через два дня.

2

То был следующий день. Мы позавтракали и ещё раз обговорили план. Я и Мэт идем опрашивать людей, а остальные закупать провизию и нанимать собак для вылазки. Мы все вместе вышли из дому и попрощавшись побрели каждый своей дорогой.

Вид деревни внушал недоверие. Маленькие, одноэтажные полусгнившие домики с соломенными крышами. Через раз встречаются совсем уж дряхлые дома. Телеги стоят на каждом углу. Жители все грубые и посматривают с недоверием и даже злобой. И всё это окружено лесом. Пробираясь по тому, что они называли основной тропой, мы вышли к дому в конце тропы. Это и был нужный дом. Маленький, гниющий, ничем не отличающийся от всех остальных. Мы постучались. Из глубины дома донеслось недовольное ворчание. Из-за двери послышалось.

«Вы кто будете?»

«Я Мэт Паркер – фотограф и портреист, а со мной мой друг Лиям Бранский – зоолог»

«Значится вас там двое. Простите, а что фотографу и зоологу от меня надобно»

Дальше инициативу в разговоре перехватил я.

«Мы знакомые Майкла, сказал, мы можем у вас кое-что узнать»

«Майкл послал?»

«Да»

Дверь отворилась. Перед нами, в темноте стоял человек лет пятидесяти, с седеющими волосами и щетиной. Ростом он был не высок, но телосложением упитан. Я еле смог это всё разглядеть. Он сделал шаг и лицо его окатил свет. Теперь мне были видны морщины и усталость в глазах.

«Пройдемте за мной»

Мы вошли в хлипкое сооружение. Внутри всё казалось не лучше чем снаружи. Пол с хлипкими деревяшками, бедное наполнение в виде: стола и стульев, и пары вязаных картин и те грязные и пыльные. Небольшой деревянный канделябр стоял на столе и освещал небольшую комнату, где мы стояли. Дула небольшая прохлада из небольшого деревянного окна, с небольшой шторкой.

«Так что надобно знакомым Майкла у меня»

Недовольство в голосе слегка уменьшилось.

«Что вы знаете о «Хозяине чащи»

Лицо нашего собеседника резко переменилось. Он стал напуганным и растерянным, но эти слова даже и близко не описывали его лица. Слегка сгорбившись, он подошёл к окну и плотно его зашторил, после пригласил нас за стол. Усевшись, он начал подозрительно на нас глядеть.