Искушение. Орхидеи для Киры

– Кирочка проснулась, – говорит Паулина и зовет ее к себе. – Познакомься, это мой Павлик.

– Павел Орлов, – представляется он и указывает на книгу в руке. – Вижу, она вас читать заставила…

– Ничего. Мне было не так сложно, а вашей бабушке приятно, – ответила девушка.

– Простите, – извинился он.

– Все хорошо. Мне нужно идти. До свидания.

Лицо старушки погрустнело, стоило только девушке выйти из палаты.

Павел догоняет Киру у выхода. Говорит довольно уверенно и смотрит в глаза.

– Вы не могли бы прийти завтра вечером?

– Зачем?

– Вы понравились моей бабушке. А это редко, когда ей кто-то нравится. Я, если честно, удивлен, что она с вами так спокойна. Обычно бабуля любит пошуметь и покапризничать.

– Для этого есть сиделка, – заметила Кира.

– Думаете, я не пробовал? Любые сиделки и часа не выдерживают, а с вами… Это всего на пару дней. До выписки.

Кира замялась. Опустила глаза в пол и задумалась, кусая нижнюю губу, а позже заметила:

– Вы могли бы больше времени проводить со своей бабушкой. Ей одиноко.

– Я понимаю, но у меня есть работа, которую я должен закончить вовремя. Очень важный проект. После этого у меня будет много свободного времени. Выручайте. Я буду платить вам, сколько нужно.

– Не стоит. Мне ваша бабушка тоже понравилась…

– И?.. – протянул он в ожидании.

– Я согласна приходить к ней как друг и платить мне не требуется.

Павел расплылся в улыбке и расслаблено опустил плечи. Попрощался и вернулся в палату, чтобы сказать бабушке приятную новость.

Кира дошла до остановки и села на лавку. Мимо проносятся машины. Разные. Быстро. А затем проезжает черный джип. Сколько в городе таких машин? Много. Но именно этому джипу необходимо было остановиться и сдать назад. Открывается дверца и из салона выглядывает Эдуард. Кира продолжает сидеть и смотреть на него. Мужчина манит ее пальцем. Девушка встает и делает шаг вперед. Сердце бешено колотится в груди. Она сжимает кулаки и замечает, как быстро выражение его лица становится суровым, и в серых глазах появляется блеск. Кира на секунду отводит взгляд в сторону, поворачивается и бежит прочь. Забегает в арку незнакомого ей дома и оборачивается. Никого. Замедляет бег. Дышать становится трудно. Во рту пересохло. Дальше идет уже спокойным шагом. Долго идет. Дворами. Ключи от дома держит наготове. Вот уже дверь подъезда. Входит. Поднимается на свой этаж. Поворот ключа в замочной скважине и…

– Родное убежище, – шепчет она, перешагивая порог.

– Рано расслабилась, – кто-то произносит за спиной.

На пороге возникает Эдуард. Он подталкивает девушку в коридор и проходит в квартиру. Закрывает дверь и щелкает замком. Кира отшатнулась назад, врезаясь в дверной косяк. Эдуард стоит перед ней во весь рост и, словно разъяренный зверь, сверлит взглядом.

– Я не люблю, когда игнорируют мои звонки и сообщения, – заявляет мужчина, указывая ей пальцем.

– А я не давала согласия на то, чтобы вы причиняли мне боль и унижали, – говорит она, делая шаги назад, углубляясь в темную гостиную. – То, что вы оплатили лечение моей сестры, не дает вам права совершать подобное. Это преступление.

– Так накажи меня. Я готов понести наказание.

– И я это сделаю, – твердо заявила Кира.

Он остановился. Прищурился. С чего это она такая смелая? А где же ее дрожь и волнение? Страх в глазах? Где все то, что ему так в ней нравится? Эдуард расстегнул пуговицы на жилетке. Потом вход пошли и пуговки на рубашке.

– Не знаю, что вы там надумали себе…

– Все, о чем я могу думать, это ты. С самого первого дня, как увидел тебя в кафе вместе со своим женихом…

– Покиньте мой дом! – указала Кира на дверь.

Затем берет телефон и быстро набирает номер полиции. В два шага мужчина оказывается перед Кирой. Вырывает телефон из рук и пытается ее обнять. Девушка начинает защищаться, бить его по лицу и царапаться, как кошка. А так как она была ниже ростом и слабее, Эдуард с легкостью поворачивает ее спиной к себе и обхватывает руками. Прижимает так крепко, что Кире приходится сдаться.