Магический договор – 2

– Да, вреда от этого договора столько, что его уже можно почитать злейшим врагом, – Анрион с такой силой сжал ладонь, будто у него в руках оказался боевой меч. – Вот только врага можно уничтожить, тогда как договор почти неуязвим.

– Вы правы, – рассеянно посмотрев в окно, Беатрис удрученно воскликнула: – о, только не это!

Король Мумирии почитал себя особой неприкасаемой, значительной и замечательной во всех отношениях. И был совершенно уверен, что женщина, которой он окажет высочайшую честь, назвав своей супругой, будет от радости на небесах.

А то, что леди Салливерн раз за разом отказывались даже говорить на эту тему, он объяснял их боязнью не справиться с той огромной честью, что им выпадала. И теперь, уведя Изабель в парк, он велеречиво начал:

– Дорогая леди Салливерн, я решил, что вы вполне подходите на роль моей супруги!

Ожидая пылких изъявлений благодарности, он приосанился, но услышал скептическое:

– Вы решили? Ну надо же! Эко мне счастье привалило! И что должна будет делать ваша супруга?

Мэксимиэно озадаченно захлопал глазами.

– А что она должна делать? Да ничего ей не нужно будет делать! – сообщил он об ожидающей Изабель невероятной удаче. – Дворцовыми делами занимается моя сестра, принцесса Мэррита, королевством – кабинет министров. А вы будете просто моей любимой женой.

Изабель хотела постучать себя кулаком по лбу, намекая на явную умственную ущербность собеседника, но невероятным усилием воли сдержала недостойный порыв. Старания леди Клариссы по воспитанию у нее чувства приличия не прошли даром.

– То есть я должна буду смирно сидеть в покоях и ждать, когда вы соизволите меня посетить, чтоб провести со мной ночь?

Его величество, уверенный, что в этом и заключается счастье любой женщины, которой повезло стать его королевой, важно согласился.

– А то, что я очень сильная магиня, вас не смущает? – угрожающим шепотом спросила Изабель.

Он снисходительно усмехнулся, доведя ее до тихого бешенства.

– О, вы вполне сможете приложить свои таланты к организации дворцовых праздников, помогая моей сестре. Уверен, цветы с вашей помощью долго не завянут! – подразумевая, что ни на что более сложное она не годится.

У бедняжки Изабель, вынужденной сдерживаться изо всех сил, опасным огнем заблистали глаза.

– А то, что я в порыве гнева могу поставить на голову не только весь ваш двор, но и вас самого, вас не беспокоит?

– Не думаю, чтоб у вас получилось что-либо подобное! – король небрежно тряхнул длинными тонкими пальцами, отчего в перстнях пестрой радугой засверкали драгоценные камни. – Даже если не учитывать то, что на мне амулеты, не позволяющие ничего подобного, ваша магия не настолько сильна, чтоб так обращаться с сильными мужчинами.

– А вот сейчас и проверим, насколько сильна моя магия! – прорычала позабывшая про все наставления гувернантки взбешенная Изабель и швырнула в него сгусток огня.

Он легко прошил все амулеты короля и опалил ему лицо, волосы, брови, бородку и усы, оставив голую кожу. Но поскольку у Изабель не было намерения его обжечь, то боли он не почувствовал, лишь сильный шок.

– Ну как, сильно помогли вам ваши амулетики? – Изабель залюбовалась плодами рук своих – абсолютно гладким, без всякой растительности, лицом короля. – И учтите, что у меня вполне достаточно сил, чтобы стереть с лица земли этот дворец, который защищен гораздо лучше, чем ваш!

Все еще пребывая в прострации после откровенного на него нападения, чего ему в слишком уж спокойной жизни не довелось испытать ни разу, Мэксимиэно молча смотрел на предполагаемую невесту, не в силах от потрясения вымолвить ни слова.

Изабель еще раз удовлетворенно оглядела лицо короля, ставшее похожим на картонную заготовку для карнавальной маски, и вполне доброжелательно предложила:

– А давайте-ка я прямо сейчас отправлю вас домой, а то как бы с вами чего не случилось по дороге, ведь она так трудна и опасна!

Он хотел возразить, что у него есть амулеты переноса, но Изабель уже открыла портал и подтолкнула его в спину порывом сильного ветра. Король буквально влетел на порог своего дворца, чуть не сбив с ног выходящую оттуда принцессу, которая, не признав его в таком необычном виде, громко взвизгнула и позвала стражу.

– Не волнуйтесь, ваше высочество, это всего лишь ваш брат! – язвительно успокоила ее Изабель, закрывая портал и добавив напоследок: – Вот видите, как вам повезло, ваше величество, что у вас нет такой ужасной жены, как я!

Слетевшей к ней из окна обеспокоенной Беатрис призналась с чувством хорошо выполненного дела:

– Да, я немножко увлеклась, но он сам на это нарывался! Представляешь, этот олух заявил, что магии у меня хватит только на то, чтоб не завяли цветочки на его балу! Кроме того, я должна была, ничего не делая, молча сидеть в своих покоях, ожидая, когда же он изволит меня посетить, чтоб заделать наследничка, пока он невесть где развлекается. А заправлять всеми дворцовыми делами должна была его милая сестрица, потому что я, видите ли, с ними бы не справилась. В общем, меня планировали использовать как племенную кобылу, и только.

Поскольку Беатрис тоже терпеть не могла подобное отношение к женщинам, она без попреков взяла сестру за руку и повела по дворцовой площади, рассказывая о новых фокусах магического договора. Узнав, что Беатрис, скорее всего, является старшей, Изабель ожидаемо возмутилась:

– То, что договор вас жахнул молнией, совершенно ничего не значит! Нужно попробовать нечто подобное провернуть и со мной. Только вот кого заставить признаться мне в любви и взять в это время за руку?

Беатрис рассмеялась.

– Ты упустила прекрасную возможность. Вполне возможно, что, получив заряд бодрости еще и от нашего договора, обиженный король великой Мумирии никогда больше в нашу сторону и смотреть бы не стал. А мы бы выяснили, кто же из нас старше.

Изабель с досадой пожала плечами.

– Ну, я же не знала о новой эскападе мерзкого договорчика. Теперь будем искать того, кто не побоится сделать мне предложение, взяв за руку. И узнаем наконец, кто же из нас с тобой главнее хотя бы номинально, ведь младшие должны слушаться старших!

Обсуждая, будет или нет иметь неприятные последствия для Помаррии необдуманная проделка Изабель, сестры мирно возвращались во дворец. Шатающиеся неподалеку придворные с любопытством глазели на них, но никто не подходил.

– Кого бы из них изловить для моего эксперимента? – Изабель оценивающе оглядывала мужчин, неодобрительно хмыкая. – Какие-то они все квелые. Ни одного приятного лица, сплошь собачьи морды, только что не гавкают.

Беатрис ничего подобного не заметила.

– Не придирайся, моя дорогая, мужчины как мужчины. Среди них вообще редко встречаются умные лица. Кстати, маркиз Парванский вполне даже ничего. Можно использовать для этой цели его. Если не думать, сколько ему лет на самом деле.

– Ха-ха-ха! – Изабель иронично захихикала. – Ты в самом деле считаешь, что он предложил бы мне руку и сердце, а не сеновал на пару ночей? Тогда ты на редкость наивна, моя дорогая! – вернула она сестре парфянскую стрелу.

Беатрис слегка зарумянилась. В ее представлении леди не должны были употреблять столь недостойных выражений в присутствии посторонних, но Изабель никогда не исполняла требования хорошего тона, считая их редкостным занудством.

Увлекшись, они чуть было не столкнулись со стремительно сбегавшим по лестнице Криспианом.

– О, я как раз вас и ищу! – выпалил он, в последний момент ловко отпрыгнув в сторону.

– Для чего? – подозрительно осведомилась Изабель. – Уж не собираешься ли ты жениться на мне, как честный человек?

– Не нужно так шутить! – граф аж побледнел от подобного предположения. – Мне вовсе не нужна жена! Я всего лишь хочу напомнить вам о бедняге Бенедито Журском!

Подошедший к ним Анрион друга поддержал:

– В самом деле! Думаю, маркиз уже достаточно наказан, все осознал и его можно вернуть во дворец. Тем более что он мне нужен, дел полно.

– Да как хотите! – Беатрис очень хотелось помочь Анриону.

Изабель, почитая чрезмерной услужливость сестры, неодобрительно сморщила носик и отвернулась. Забыв о запрете прорывать защиту, Беатрис открыла портал перед избушкой лесорубов. Холодный ветер тут же принялся завывать прямо в холле дворца, унося тепло. Призывно помахав рукой следившим за ней Анриону с Криспианом, она вошла внутрь избы. Мужчины поспешили следом.

Немного поколебавшись, Изабель нехотя поплелась в избушку, мысленно обещая сестре все мыслимые и немыслимые кары.

Внутри оказалось чисто и пусто.

– Однако, где все? – Беатрис озадаченно оглядывала небольшую комнатку, служившую лесорубам гостиной и столовой. – Рабочий день же закончен?

Она суетливо пробежала по всей избушке, состоявшей из гостиной, спальни и кухни. Весьма озадаченная вернулась к спокойно ожидающим ее мужчинам и сестре.

– Надеюсь, вы не станете искать их по всей округе? – саркастично поинтересовалась Изабель у друзей маркиза. – Похоже, он без вас вовсе не скучает.

Разочарованный Криспиан вздохнул. Он-то уже сегодня надеялся весело, как в былые времена, отпраздновать освобождение приятеля из лесорубного рабства. И вдруг такое невезение. Но делать было нечего, он повернулся, чтоб покинуть негостеприимное жилище, и чуть было не столкнулся с входившими в избушку здоровенными мужиками.

– О, кто тут у нас? – Бенедито радостно хлопнул друга по плечу, отчего того перекосило на левый бок. – Что, тебя тоже отправили на исправление сюда, в этот ледяной край?

Заметив леди Салливерн, громко галдящие мужики замолчали и чопорно поклонились.

Граф поспешил опровергнуть неприятное предположение маркиза:

– Нет, дружище, я за тобой! Возвращаемся! Нас ждут во дворце! – обрадовал он его, широко улыбаясь.

И услышал совершенно им не ожидаемое:

– Вот еще! Я тут себя впервые нормальным человеком почувствовал, без всяких до чертиков надоевших этикетов. И силушку подкачал. Развернись плечо, размахнись рука! Знаешь, какие я сосны валю?! В десять обхватов! А что мне во дворце делать? Политесы разводить? Не хочу!

– Но как же ты обходишься без женщин? – от удивления Криспиан даже забыл, что о таком при леди говорить крайне неприлично. – Ты же прежде ни одной юбки не пропускал!

– Ну, после целого дня тяжелой работы как-то не до них, – смущенно признался Бенедито. – Но в воскресенье мы дружно едем на оленях в соседний городок, по плотному насту это сплошное удовольствие. Тут не так уж и далеко – всего-то пару часов пути. А там есть ну очень славные цыпочки. Я себе нашел одну, милая такая.

Его голос зазвучал как-то по-особенному нежно. Анрион едва заметно приподнял бровь, не ожидая от всегда небрежного в отношении женщин дружка подобной сентиментальности.

– Ты серьезно не хочешь возвращаться? – обескуражено переспросил Криспиан. – Но у тебя есть дворцовые обязанности, ты же кавалер из свиты герцога-младшего!

– Анрион, отпусти меня, будь снисходителен! – взмолился маркиз Журский, умоляюще глядя на сюзерена. – Ну не хочу я во дворец с его интригами и дрязгами! Здесь мне гораздо лучше!

– Как хочешь, – Анрион никого насильно себе служить не заставлял. – Можешь оставаться.

– Ты просто дурак, Бенедито! – откровенно высказался граф Ванский. – Променять герцогский дворец на эту халупу может только полный простофиля!

– Это все новизна, – Изабель не скрывала, что все это ее изрядно веселит. – Маркиз человек непостоянный, скоро ему новая жизнь прискучит. Вот тогда он и вернется. Думаю, теперь, когда его светлость здесь побывал, для него открыть сюда портал труда не составит, амулеты переноса у него есть.

Анрион кивнул, пообещал Бенедито навещать его время от времени, оставил маяк, чтоб не путаться с порталом, и несостоявшиеся спасатели вернулись во дворец. Сбежавшиеся на прорыв защиты маги, увидев герцога-младшего, недовольно сморщились и ушли.

– Нет, такого я и предположить не мог! – граф отмахивался так, будто его атаковали полчища злых мошек. – Нет, как это так?!

– Все нормально, – Анриону было смешно. Они-то переживали, как в тех суровых краях выживет изнеженный маркиз, а тот просто блаженствовал! – Бенедито, похоже, впервые в жизни влюбился, ко всем прочим удовольствиям, предоставленным ему судьбой.

– Ты считаешь рубку леса удовольствием? – Криспиан насупился, почитая это грязным и тяжелым трудом.

– Он нашел то, что ему по нраву. Физическая работа ему намного более по душе, чем умственные усилия, которые приходилось совершать в моей свите. Он же постоянно боялся ударить в грязь лицом, хотя и тщательно это скрывал.

– Умом он не блистал, это так, – вынужден был согласиться с ним граф, – но…

– Хватит махать руками после драки! – сурово вмешалась в разговор Изабель. – Хочет там жить – пусть живет. Хотя мы рассчитывали на другой результат. Лучше скажите, герцог, кто из кавалеров вашей свиты неровно ко мне дышит?

– Что-что он делает? – Криспиан вытаращил глаза, не в состоянии уразуметь, отчего нужно из-за кого-то неровно дышать.

Изабель снисходительно глянула на него и пояснила:

– Кто в восторге от моей неземной красоты и готов сделать мне предложение по всей форме? И чтоб обязательно держал меня в это время за руку?

– К-какое предложение? – от возмущения Криспиан начал заикаться. – А то, что вы как бы моя невеста, вас не смущает?

– Ничуть! – Изабель было ничем не прошибить. – С чего это меня должно смущать, когда мне нужно выяснить, кто из нас с сестрой старше?

– Ааа… – граф неожиданно продемонстрировал высокую сообразительность. – То есть если за этим предложением никаких экзекуций от договора не последует, то старшей точно является Беатрис? – и он лукаво подмигнул девушке.

– Ужасно, правда? – та поникла. – Я уже вовсе не хочу быть старшей. Я согласна быть и младшей, только чтоб меня не заставляли выходить замуж за того, кто мне вовсе не нравится.

– Полностью поддерживаю! – горячо присоединился к ней Криспиан. – Можно сказать, всей душой за!

Изабель решительно прервала эти глуповатые сантименты:

– Ну так что, кому из придворных кавалеров я нравлюсь? Предупреждать о том, что в ответ его может слегка шибануть молнией, вовсе не обязательно.

– Нужно подумать, – герцог-младший не спешил огласить список поклонников Изабель. – Дело в том, что за предложением о женитьбе обычно следует свадьба.

– И что? – не поняла его странных обиняков Изабель.

– Магический договор не обманешь. То есть если мужчина сделает вам предложение стать его женой, и вы ответите согласием, то, вполне возможно, придется идти до конца, особенно если вы младше Беатрис и магический договор будет не против, – несколько туманно пояснил Анрион. – Вы к этому готовы?

– Не вижу смысла выходить замуж только для того, чтоб выяснить, младше я или старше! – отрезала Изабель. – После испытания договора мы с моим несостоявшемся женихом просто мирно разойдемся!

– А если не получится? Ведь для того, чтобы договор проявил себя, мужчина должен испытывать к вам истинные чувства, а не притворяться. – Анрион пылко взглянул на зарумянившуюся под его взглядом Беатрис. – И ваше согласие расценивать как настоящее.

– Я потом своему поклоннику все объясню, – Изабель никак не могла уразуметь, в чем тут проблема. – Не думаю, чтоб он стал возмущаться.

– А вот я уверен, что бедолага будет крайне недоволен! – Криспиан озадачено потер затылок. – Если б я влюбился, сделал предложение, получил согласие, а потом внезапно от ворот поворот, я бы точно взбеленился. А если б еще и узнал, что меня просто использовали для своих не слишком благовидных целей, тогда вообще берегитесь все, кто в этом участвовал!

– Вот об этом я и говорю! – присоединился к нему Анрион. – Поэтому не знаю, что делать.

– Ладно, обойдемся и без вас! – Изабель недовольно дернула уголком рта. – Забудьте о том, что я вам говорила!

Подчиняясь этой команде, Криспиан тут же заговорил о маркизе Журском, строя планы по излечению того от дури, которой он почитал его стремление остаться простым лесорубом.

– Чем строить неосуществимые прожекты, вы бы лучше сходили и рассказали его матери о решении сына некоторое время поразмяться в лесу, – мягко посоветовала Беатрис. – Она ведь наверняка беспокоится!

– Беспокоится? – граф округлил глаза, с трудом борясь с желанием рассмеяться. – Не думаю. У маркизы столько любовников, что она в них постоянно путается, и даже не пытается запомнить имена, обращаясь ко всем «мой милый». И помнить, когда в последнее время она видела сыночка, у нее просто нет возможности. Она уверена, если б с ним случилось что-то плохое, ей бы непременно сообщили. А если не сообщают, то и оснований для волнения нет.

Сестры пораженно переглянулись.

– Какие у вас странные нравы! – воскликнули, одновременно подумав о своей большой и дружной семье. – Не хотели бы мы жить так, как жил маркиз!

– Моя мать заботилась обо мне с неистовством дикой тигрицы, – Криспиан припомнил матушку, страстно опекавшую единственного сына, и с недостойной радостью воскликнул: – какое счастье, что это кончилось! – и вынужденно добавил под осуждающими взглядами окружающих: – Надеюсь, в монастыре ей неплохо.

– Можешь ее навестить и убедиться в этом собственными глазами, – предложил Анрион. – Амулетов переноса вполне достаточно, бери любой.

Представив льющиеся ручьем слезы, горестные упреки в неблагодарности, и одновременно со всем этим наказы хорошо одеваться и вовремя кушать, которых будет гораздо больше, чем он сможет вынести, любящий сынок вежливо поблагодарил кузена:

– Спасибо, непременно проведаю матушку, как только выдастся подходящий момент. А теперь мне пора! – и он стремительно исчез, дабы не быть насильно перемещенным в монастырь вредными невестушками.

– Похоже, подходящий момент не наступит еще очень долго, скорее даже никогда, – Изабель вытянула губы скептической трубочкой, – но я его понимаю. Графиня Ванская – та еще штучка.

Анрион помрачнел.

– Да, тетя показала себя во всей красе, – он почувствовал горечь во рту при мысли о гибели матери. – Я знал, что она нас не любит, но не предполагал, что до такой степени.

К нему подошел лорд Крауфт, поклонился и произнес, умудряясь одновременно смотреть и на сестер, и на герцога:

– Ваша светлость, вас приглашает его светлость Эрнольд Второй для приватной беседы.

Анрион чуть заметно вздохнул. В смерти матери он винил отца не меньше тетки и видеть его не хотел, боясь сорваться и наговорить много неприятных вещей. Но отказаться было невозможно. Попрощавшись с леди Салливерн и пообещав найти их при первой же возможности, он удалился вместе с дворецким.

– Однако! – Беатрис насмешливо смотрела им вслед. – Как у этого господина глаза-то не косят? Это ж какая нужна практика – одновременно смотреть в разные стороны!

– Вот этого типа мне вовсе не жаль, – несколько невпопад заявила Изабель.

– Ты о проверке нашим магическим договором? – тут же догадалась сестра. – Но он о нем знает! И смотрел он на нас вовсе не с мужской точки зрения, а из праздного любопытства. Он уверен, что кому-то из нас придется-таки выйти замуж за графа Ванского.

– И это наверняка будешь ты! – с некоторым раздражением уточнила Изабель. – Если выяснится, что я младшая, у нас не останется другого выхода, как просить помощи у лорда Кариссо, хоть и жутко не хочется. Если б я была старшей, я бы спокойненько вышла за этого недотепу Криспиана, а потом избавилась бы от него. Но для тебя такой вариант не прокатит.

Беатрис, и без того угнетенная провалом объяснения с Анрионом, вспылила.

– Как бы ты избавилась от своего несчастного муженька, милая сестрица? Утопила бы, как ненужного котенка?

– Котята ненужными не бывают! – Изабель категорично рубанула рукой, как саблей. – А с графом Ванским можно было бы поступить проще – проделать с ним тоже, что и с герцогиней! После женитьбы договор за нами следить бы перестал, возможно, и исчез бы за ненадобностью. А я вовсе не против побыть соломенной вдовой. И Криспиану хорошо, жил бы где хотел в свое удовольствие, а уж как приятно было бы нам…

– Потише! Будь осторожнее! – предусмотрительная Беатрис оглянулась по сторонам. – Не хватало еще, чтоб кто-то заподозрил нас в помощи Генриетте и доложил об этом герцогам! Эрнольд непременно попытается ее вернуть!

Изабель понизила голос и сокрушенно продолжила:

– Но теперь все пропало. Если за Криспиана все-таки придется выходить тебе, как старшей дочери в роду, то твоим отношениям с Анрионом придет конец. Даже если брак с графом Ванским будет фиктивным.

– Анрион благородный, это так, – в голосе Беатрис вовсе не слышалось ни радости, ни гордости, – для него чужие жены под запретом. Мне кажется, стоит все-таки обратиться к Кариссо, ведь он нам должен.

Изабель постучала себя по носу.

– С одной стороны это так, а с другой не знаю. Что-то мне неспокойно становится, едва речь заходит о нем. Уж слишком он коварен. И то, что у него ничего не получилось с герцогами Помаррийскими, еще ни о чем не говорит, возможно он это и планировал. Помнишь, как мы с тобой стояли под колпаком его магии и ничего не могли сделать?

Нервно поежившись, Беатрис призналась:

– Ужасное было чувство. Я такого еще никогда не испытывала.

– Вот именно, я тоже. – Изабель потянула сестру в парк. – А представь, появимся мы перед ним, он расторгнет этот мерзкий договор, и что дальше?

– Он вполне может посчитать долг уплаченным и делать с нами все, что его душенька захочет.

Изабель кивнула.

– Этого-то я и боюсь. Я предпочту никогда к нему не обращаться ни по какому поводу и жить спокойно.

– Я тоже. Но что-то мне говорит, что мы его еще увидим. И, вполне возможно, очень скоро. Гораздо быстрее, чем хочется, – Беатрис помрачнела, опасливо поглядывая по сторонам.