Разум. Том 1. Землянин

Наконец, захлопнулись крышки верхнего и нижнего люков. Басовито загудел, набирая мощность, овал гравитационной подушки. Все огуны скрылись в штреках-убежищах. В это же время Орт Верт, смотря на экран монитора, дал команду на открытие капонира на чуть срезанной вершине неприметного террикона. Грузно поскрипывая, мощное перекрытие капонира съехало в сторону и корабль, мигнув на прощание взлётно-посадочными огнями и сразу же погасив их, взмыл навстречу струям дождя. Спустя несколько томительных минут, капонир вновь открылся, пропуская внутрь вернувшийся корабль.

Сбившиеся в кучу огуны что-то радостно кричали друг другу, и когда из нижнего люка показался землянин, ему даже не дали спрыгнуть на пол. Огуны подхватили его и принялись подбрасывать вверх, долго не отпуская из своих цепких рук. Ким еле отбился от них, и когда к нему с немым вопросом на лице подкатился Гонд, поднял вверх большой палец.

– Пал, ты сделал вот такую машину!

Огуны и появившийся в зале Верт восхищённо похлопывали Гонда по плечам и спине, а Пал, растроганно шмыгая носом, деланно ворчал.

– Русс, я тебя, о чём предупреждал? Ты пробыл в небе целых две лишних минуты! Тебя могли засечь радары СС.

Верт успокаивающе обнял коротышку за плечи.

– Не дрейфь, Пал, в такой дождевой ураган толку от радаров Врина или Буна мало. Ты лучше проверь показания систем корабля.

Взяв пилота за локоть, он отвёл его в сторону от ликующей толпы.

– Запомни, бронированный минисейф, в котором будет находиться дискета с нашим посланием, вмонтирован между обшивками спинки кресла пилота. Наступил сезон дождей и через два-три дня опять обещают проливные дожди. В один из этих дней ты улетишь.

Орт уже собрался было отойти к своим ликующим товарищам, но Русс не очень деликатно схватил его за руку.

– Послушай, Верт. Я с готовностью пойду в полёт, так как он и в твоих и в моих интересах, но что будет с Имгой и её родителями? Ведь ищейки СС наверняка выйдут на них и тогда…

Орт задумчиво посмотрел на него.

– Не беспокойся о них. Всю семью в этот же день мы эвакуируем на плато Гейзеров, где сейчас находится основная база Сопротивления. И поверь, там они будут в полной безопасности.

Вздохнув, Орт с необычной для него мягкостью добавил:

– Имга беременна и твой неожиданный отлёт, конечно, будет для неё тяжёлым испытанием. Но мы с её отцом постараемся всё ей объяснить. Не стоит этого делать тебе. В полёт нужно идти с холодной головой и спокойным сердцем. В твоих руках судьбы миллионов огунов и ваших людей, крунов и тзельмпенов. Надеюсь, ты с честью выдержишь это испытание и не дрогнешь в последний момент расставания со своей невестой.

Умом Ким понимал, что Верт прав, и всё же противный шершавый комок подкатил к его горлу и он, слегка заикаясь, выдавил.

– Я всё понимаю. Скажите потом Имге, когда, – он неопределённо махнул рукой, – ну когда всё это закончится, что она мне действительно нравилась и ещё, что я хотел бы когда-нибудь увидеть своего ребёнка.

На этот раз в голосе Верта звенел металл.

– Многое будет зависеть от тебя, пилот. Чем быстрее ты доберёшься до своих, тем быстрее закончится эта ненавистная война, и тем быстрее ты сможешь увидеть и Имгу, и ребёнка. Надеюсь, что эта встреча когда-нибудь произойдёт.

– Я тоже на это надеюсь, командир, – еле слышно прошептал пилот.

ГЛАВА 11

Вечер застал их стоящими, обнявшись у окна, в которое бились неистовые струи дождя. Муран и Онта ещё не вернулись из города, куда они отправились якобы по своим делам. Фактически, родители девушки дали время землянину попрощаться с их дочерью. Следом за ним, они заберут Имгу и тоже покинут этот дом, может быть навсегда…

Имга, словно чувствуя скорую разлуку и, несмотря на появившиеся первые признаки беременности – заметно налившиеся груди и чуть округлившийся живот – была, как никогда, неистова в своей ненасытности. Её чёрные, как смоль волосы, разметавшиеся по всей постели колыхались тяжёлыми волнами, когда она с глухим стоном то припадала к нему жаркими грудями, то с шорохом отлетали за спину, когда она в полуобморочном экстазе откидывалась назад…

– Я люблю тебя, землянин! Я люблю каждую твою клеточку, каждую веснушку на твоей коже, каждую твою печаль и радость. Твоя песня жизни слилась с моей музыкой любви, – едва слышно шептала она, целуя и прижимаясь к нему.

Наверно, в этот момент Ким не лгал ни себе, ни ей, отвечая на ласки.

– Я тоже люблю тебя, моя девочка. Настанет день, и ты увидишь свет настоящего жаркого солнца в мире, где ночь такая же тёмная, искрящаяся звёздами, как темны твои волосы, а день такой светлый и жаркий, что его тепло греет душу даже в холодные зимние дни…

Имга, тесно прижавшись к нему, блаженно улыбалась и через сон чувствовала тепло Его Солнца. Слушая сонное дыхание девушки, Ким с содроганьем подумал о том, что ещё десять дней назад все они: и он, и Имга, и её родители были буквально на волосок от гибели. Этот чёртов ошейник довольно жёстко напомнил ему о том, что в империи распоряжения таких всемогущих вельмож, как Эользул Бун, должны выполняться чётко и неукоснительно. Он в предполётной эйфории совершенно забыл о дате ви-зита в канцелярию командора. В тот день он только что проводил очередную женщину за дверь и передал её в руки Калинзы. И тут браслет, тонко пискнув, начал медленно сжиматься, перехватывая ему дыхание. Чувствуя, что ещё немного, и он будет задушен, Ким в два прыжка оказался в каморке Озза и быстро подключил ненавистный ошейник к разъёму пульта слежения. На дисплее тотчас же вспыхнула надпись: