Отель «Лисий хвост»

***

Девушка очнулась в шелковой постели и медленно поднялась. Руки ее побелели еще сильнее прежнего, а чувство голода сводило с ума. Она посмотрела вперед и увидела сидящего у постели Гартхара.

– Чего ты удивляешься? Шелковой постели? А ты видимо думала, что мы в гробах спим. Бред полный. Пойдем, тебе нужна еда. Ты ведь хочешь есть?

Лесиния энергично закивала и направилась вслед за лордом. Ее переодели в темное синее платье, а на плечи накинули длинный плащ, который волочился по полу, переливаясь от света свечей. Они спускались все ниже и ниже, пока не уперлись в укрепленную железом дверь. Открыв ее, лорд высвободил десятки стонов и криков о помощи. Здесь держали тех, кому предстояло очутиться на столе у вампиров.

Маленькая девочка сидела в своей клетке и обнимала тряпичную куклу. Слезы катились по еще пухлым щечкам, а губы шептали молитву. Молодая пара, обнявшись, молча сидели у стены и уперлись глазами в пол. Таких здесь было много, больше, чем могла выдержать Лесиния.

– Семнадцать заложников, моя гордость. Все они молоды и здоровы. Если тебе захочется свежей крови, то можешь смело заглядывать сюда. Все они, кроме детей , в твоем распоряжении. Дети принадлежат только мне.

Потом они поднялись на кухню , где Джо горячо поприветствовал девушку и протянул ей внушительный бокал с красной жидкостью.

– Она разбавлена, можешь пить– закивал Джо.

–Она должна выпить– твердо заметил лорд и смерил взглядом девушку.

Лесиния закрыла глаза и попыталась выпить залпом, но это было не так легко. Вязка жидкость наполняла ее энергией и одновременно отвращением, тошнотой и болью. Она осознавала, что пьет чью-то жизнь. Она стояла, пошатываясь и едва не стошнила на пол кухни. Лорд резко обошел ее и крепко сжал ладонью рот. Девушка пыталась вырваться, но бесполезно. Она выпила ее… Выпила чужую жизнь, вместе с мечтами и стремлениями другого человека, возможно ребенка…

В следующие несколько дней ей было мучительно плохо. Лесинию мутило, рвало. Она то выпадала из реальности, то возвращалась на краткий промежуток времени. За ней, словно за дочерью заботливо ухаживали невесты лорда. На третий день она поняла, что уже не так больна , и приняв ванну, направилась напрямик к лорду. Он сидел в саду и молча наблюдал за течением времени.

–Лесиния, тебе лучше? Я рад, искренне рад. Мы все переживали за тебя. Тебе весьма тяжело дается наш ритм жизни, но ты привыкнешь. Скоро снова сможешь сесть за любимые книги и жить , не считая каждую минуту, до встречи со смертью.– он не дал ей сказать и продолжил. –Расскажи мне о звездах. Расскажи все, что ты знаешь о небесных телах и лунах.

Всю ночь, до рассвета они лежали на траве и разговаривали обо всем, что знала Лесиния. Ее переполняло счастье обладания бессмертием, она горела страстью познания нового. Вся ее жизнь круто изменилась и превратилась в сказку. Окружавшие ее сомнения и страхи улетучились, и казалось, покинули ее навсегда.

***

В один чудный вечер, она полулежала на софе и читала одну из книг из библиотеки лорда. Когда в залу вошел слуга и попросил ее спуститься в катакомбы к заложникам. Не теряя секунды, она мигом направилась вниз , где ее ожидал Гартхар.

–Сегодня великий день, моя дорогая. Сегодня, ты станешь членом нашей семьи. Все уже собрались и ждут только тебя. Сегодня, ты отведаешь первой живой крови!– он спустился вниз, поманив ее за собой. В центре стоял столб, к которому был прикована женщина. Вокруг стояли все обитатели замка, мирно разговаривая о предстоящем обряде. Они поприветствовали вошедших, и радостно подбадривали Лесинию.

Она же сама подбадривала себя и уговаривала сделать это. Все кричали и подталкивали ее ближе к жертве. Она подошла и почувствовала, как в жилах женщины течет живительная красная влага, райский напиток любого вампира. Женщина молилась и шепотом просила пощадить ее, говорила о матери и о детях, о муже, что уже погиб здесь. Лесиния заколебалась. Ее охватил жуткий страх и отвращение к самой себе, она возненавидела каждую клеточку собственного тела. Девушка развернулась и в испуге отрицательно покачала головой. В ту же секунду из толпы вышла одна из невест, вонзила кинжал женщине в живот, а затем впилась ей в шею. Лесиния закричала и была повалена на пол, остальные обитатели замка начали бить ее до тех пор, пока все это не остановил граф.

***

Теперь Лесиния находилась в одной из клеток подземелья. Синяки на белой коже быстро прошли, а вот жажда мучила ее так сильно, что она готова была перегрызть железные прутья. Пол был залит кровью, после пиршества пару дней назад . Вся ее жизнь оказалась сломлена, а мечты разрушены. Она тихо стонала от боли, которая разрывала ей душу. Мысль о смерти пришла так яростно и быстро, что напугала ее саму. Умереть ничего не достигнув, ей не хотелось, но и жить за счет жизней других она не могла. Лесиния медленно перевернулась на бок и улеглась на кипу брошенного сена. Она вспомнила своего жеребца, пастуха, конюшни, родной дом Вольгара… Как она была слепа ко всему, что было мило ее сердцу. Как глупо она отказалась от всего ради этого.

Она нащупала кулон, подаренный Вольгаром и крепко сжав его, заплакала. Громко и горько, уткнувшись в плащ. Плач ее звонко отдавался от стен и привлек внимание всех заточенных. Вдруг она ощутила , как чья-то ручонка тормошит ее волосы. Та самая маленькая девочка протянула руку сквозь прутья и жалела молодую вампиршу.

–Не плачь, ты хорошая. Мы все это видели два дня назад. Ты должна быть сильной, как я! – она ударила себя кулачком в грудь и улыбнулась.– Чем больше ты плачешь, чем пуще страдаешь, тем ты кровь для них делаешь слаще.

Вдруг входная дверь заскрипела, и переваливая словно гусь, вбежал повар Джо. Он подошел к ее клетке и тихо заговорил.

–Что же ты наделала, милая. Лорд на веки запер тебя сюда, на вечные муки и страдания. – он протянул ей пузырек и ключи– Вот возьми, иначе сойдешь с ума и перегрызешь собственные вены. А это… В общем, охранявшего больше нет. Этим утром уходи не медли. Эх, повесят меня за такое дело, но надеюсь не узнают. Беги , милая. Беги к старухе Сафии, она поможет. – Она поцеловала его в щеку и повар Джо быстренько ушел.

Жить по прежнему очень хотелось, и осушив пузырек девушка осталась ждать утра и с первыми петухами была готова выбежать из заточения. Все оказалось гораздо проще, чем могло быть. Выход находился в катакомбах, сразу к северу от камер заложников. Лесиния вышла сама и высвободила всех заточенных.

–Идем! Утром они все спят крепче, чем когда-либо. Я слаба и сон обходит меня десятой дорогой. Я не смогу вам дать ничего в дорогу, кроме свободы и жизни.

Пленники быстро нашли выход, а Лесиния вернулась назад. Она поднялась к лорду и увидела что тот, лежит мертвый на собственном столе. В других комнатах она нашла истлевшими других обитателей. На столе ножом был приколот лист, на котором кровью было написано: « Я, Вольгар, очистил замок лорда Гартхара во имя погибшей в их лапах Лесинии». Девушка упала на колени и заплакала. Для него она действительно мертва, нет, даже хуже. Она для него –лютый враг. Плакала она так долго, будто все слезы, которые когда-либо должны были пролиться, пролились именно сейчас. Она тихо доползла до софы и уснула от невообразимой усталости. Ее разбудил знакомый голос. Вольгар… Вольгар! Девушка подскочила, и со скоростью ветра отпрыгнула в другую часть комнаты.

–Лесиния, подожди, я все знаю. Не уходи, я все понял!

– Убей меня! Убей! Я чудовище! – она заметалась по комнате, хватала его за руки и молила на коленях. Но заглянув в его глаза, она поняла, что он не сможет этого сделать. Лесиния успокоилась и опустившись на ковер мерно рассказала всю свою историю Вольгару, без единой утайки. Тот только кивал и гладил ее по голове. Она прижалась к его ноге и едва слышно продолжала. –Сейчас наверно полдень. Уходи. Я останусь здесь, одна. Я не могу пить кровь и не стану отнимать чужие жизни, даю тебе эту клятву.

Она проводила его до больших кованых дверей и обняв, заплакала, но тихо, от счастья. Ее ждало избавление от мук. Он прижал ее к себе так крепко, будто хотел, чтобы она осталась с ним навсегда. Лесиния открыла дверь, оставаясь в тени, сняла подаренный им кулон и одела на шею Вольгару. Затем поцеловала его, и что есть силы побежала наружу. Прекрасный солнечный день оказался последним. Вольгар не сразу понял, что произошло и промедлив побежал вслед. Кожа ее начала трескаться, разрываться и тлеть. Силы ее покинули и она упала. Он сел подле нее и положил ее голову себе на колени. Девушка кричала и тлела. Касалась его лица рукой и заливалась слезами. Вскоре на руках Вольгара остался только пепел. Он закричал что есть силы и принялся бить от злобы и горя землю. Вскоре и он стих. Память о ней будет вечно жить в нем и во всех тех, кто был освобожден ей. В их светлой памяти образ ее обретет вечную жизнь, а душа теперь свободна…

***

Рассказ окончен, огонь в камине почти потух. Дед Фуро могучей лапой подкинул пару дров и обратил взор на сидящих. Почти все они утирали слезу , а Синга и вовсе заливалась в подушку. Все погрузились в мрачные думы и какие-то свои размышления. И даже вампир граф Свекский, стоявший в проходе, тупым взглядом уставился в пол. Его тоже посетили мысли, те что не решались к нему возвращаться ранее. Растроганная Синга подождала когда все постояльцы разойдутся и тихонько подошла к медведю с немым вопросом. Тот сел и большой шерстяной лапой, покрытой шрамами, утер ее слезы:

– Не переживай милая, они давно вместе, пускай и не в этом мире. Я видел их, говорил с ними, они счастливы. Просто поверь мне.– он развернулся и зашагал в развалку к ковру у камина, это было его самое любимое место во всем отеле.

Настроение феи сразу улучшилось, и она направилась убирать номера 3го этажа. Проходя по коридору, она заметила, что одна дверь немного приоткрыта, и ее любопытство, естественно взяло вверх над здравым смыслом. Синга вошла, и ее объял свежий бриз. На полу росла настоящая трава и чудесные белые ромашки. Мебель стояла грубая из чистого дерева, а на месте камина был водопад! Все это поразило фею до такой степени, что она еще долго всматривалась в диковинные преображения и удивлялась, что не видела такого за 212 лет работы в отеле. Но через некоторое время ее внимание переключилось на карты, которые весели на поросших зеленью и мхом стенах. Там были изображены неведомые ей земли и чудесные угодья, давно сгинувшие и утерянные.

На стойках для оружия покоились клинки с золотыми эфесами, инкрустированные рубинами, изумрудами и сапфирами. А на небольшом столике у водопада покоилась чаша , наполненная драгоценными камнями причудливой формы, все они представляли собой фигурки животных. Здесь были аквамариновые лошади, аметистовые собаки, гагатовые дикие коты, гранатовые медведи, нефритовые мамонты и даже топазовые олени. Забыв о времени и о всяком приличии, Синга села в кресло и начала перебирать фигурки ,и при этом каждую внимательно и пристально рассматривая. Ее отвлек легкое покашливание позади кресла. Со страха фея подскочила на месте и принялась так часто и быстро извиняться, что разобрать ее лепет было попросту невозможно. За креслом стоял огромный минотавр.

Минотавр молча выслушал тысячу извинений за несколько минут и негромко, но повелительным тоном потребовал принести ему настойку пустынных желтоцветиков и двойную порцию зеленого салата. Синга пулей понеслась на кухню и спустя полчаса уже стояла в дверях и просила разрешение войти.

– В прошлый свой визит ты, однако, разрешения войти не просила. А просто решила и оказалась у моего водопада.– Минотавр говорил спокойно и вовсе не злился. Он сидел в высоком кресле, больше похожем на трон, и его бычья морда мерно покачивалась с лева на право. Голос был низким и приятным, даже завораживающим– Да хватит тебе уже извиняться! Давай салат и присядь со мной, поговорим. Да не надо больше извиняться!

Фея молча вошла, понурив голову ,и поставила все на стол перед ним. Ей было совестно и смертельно любопытно разузнать как можно больше о необычном постояльце.

– Чего ты так смотришь? Комната понравилась? Да.. чудно у вас в отеле, номер принимает вид самый уютный для въехавшего постояльца, даже Хрустальный водопад в уменьшенной версии и тот присутствует. – видя не угаснувший интерес в глазах феи, он продолжил– Те фигурки, что ты видела, это мои работы. Я мастер каменного ремесла и могу вырезать из камня даже тебя! Но мы с тобою не знакомы, лесная фея. Меня зовут Элекайн, я родом с Южных угодий Солнечного королевства.

– Я Синга, дочь лесной царицы. Но вы не могли там быть, их уже нет на современных картах братьев Теньер.

– Ох, милая.. Я там родился, и жил пока не случилась беда…

Рассказ минотавра Элекайна .

Я действительно жил раньше в прекрасных Южных угодьях Солнечного королевства, далеко от здешних мест. Там изумрудно зеленая трава усыпана неисчислимым количеством разноцветных цветов и трав. Хрустальный водопад около 20 метров в высоту давал живительную влагу всей долине. Он питал нас чистейшей вкусной водой, давал жизнь нашим растениям на полях, и помогал плодовым деревьям расти и давать крупный урожай. Жили в счастье и благодати. Небо всегда было голубым кроме сезона дождей и кратких снегов. Это мой дом, мой рай.

Просыпаешься раньше солнца и идешь за водой к водопаду, купаешься в прохладной воде, дающей энергию и не дюжую силу. Затем медленно, не торопясь относишь воду в дом и бежишь на склоны наблюдать восход великого солнца. Когда всю долину заливает красный отсвет, меняется на оранжевый, и появляется пылающий красный диск. Цветы и травы тянуться выше, чтобы увидеть такое чудо. В такие моменты, когда счастлив, ты этого счастья не замечаешь, а ощущаешь каждой клеточкой, каждой шерстинкой его присутствия. Оно садиться рядышком и пристально вглядываясь в даль наблюдает с тобой за великим чудом света– Восходом солнца.

Не поймет меня тот, кто не видел, как обагрившиеся первыми лучами деревья, меняют свои оттенки в считанные минуты, и каждый листик трепещет от утреннего холодка. Дрожит земля и ждет, когда великое солнце согреет своим теплом и подарит свет всему живому и существующему. Когда первые птицы только распеваются и порой не попадают в ритм природы, а сонные звери выходят на луг , чтобы полакомиться травой, которая наполнилась сочной росой в предрассветные часы. Вот где счастье.

Народ наш дружелюбный и добрый, а всем кругом известно, что поселения минотавров всегда самые гостеприимные и приветливые. Нас только злить нельзя, а в остальном мы вполне себе благодушны. Не было меж нами ссор и разногласий , все решения принимали сообща, но был и правящий. В то время его звали Тедон. Он собирал народ, давал работу, принимал путников и следил за запасами еды и капитала. Помогал нуждающимся и своими делам заслужил уважение каждого поселенца .

Работы у минотавров всегда много, и помощь пригодиться в любое время. Женщины наши сильные, храбрые и могут работать наравне с мужчинами. Многие из них собирают на фермах овощи, а в садах сочные фрукты и ягоды. Некоторые шьют одежду или создают предметы обихода, начиная с посуды и заканчивая расписными вазами и картинами. Большинство знахарей и травников, как ни странно, тоже женщины. Они занимаются воспитанием подрастающих минотавров и дают им первые знания об окружающем нас мире.

Мужчины занимаются более грубыми делами. Они заготавливают дерево и распахивают поля. Расчищают площадки и воздвигают там красивые большие и просторные дома. В которых тепло даже в сезон коротких снегов. Мужчины работают на мельницах и привозят товары из далеких городов. Мастерят повозки, мебель и прочие необходимые для дома вещи. Работают в кузницах и добывают в скалах на севере драгоценные камни, с которыми я работал в собственной мастерской. Я был известным мастером и мои украшения и талисманы признавались лучшими в королевстве, мне приходилось работать даже с членами королевской семьи и их приближенными.

Мы жили тихо и мирно, пока всех нас не озадачило одно очень странное известие. Минотавр дровосек направился за холмы набрать сухих сучьев для большого праздничного костра, но вернулся не только с ними, но и со странной вестью. Он , совершенно не в шутку, рассказал, как пошел по обычному маршруту вдоль берега и заметил, что уровень воды в реке значительно поднялся и подтопил близлежащую рощу. Скажу честно, это напугало всех не на шутку. Ведь все мы находились в долине, словно в чаше и при подъеме воды окажемся не в самом выгодном положении. Женщины сразу зашептались за нашими спинами , а дровосек предложил проследить за водой и если подъем продолжиться, нам придется покинуть место, где жили наши предки сотни лет до нас. Это заявление было принято в штыки и было отвергнуто в самом зародыше, и зря. На шум собравшихся минотавров пришел правящий и выслушав все выше сказанное принял решение:

– Всем вам известно, что вода всегда поднимается после сезона дождей. Пусть в этот раз поднялась выше, но это не критично. Наши деды и прадеды никогда не покидали этих мест, а значит , и наводнений не было. К тому же скоро настанет день Великой яркой ярмарки и мы не можем просто собраться и уйти не имея на это достойного объяснения перед приезжими. А они начнут прибывать уже завтра. – он замялся на пару секунд и продолжил уже в более грубой форме– И еще, не стоит говорить им о той луже, что подтопило рощу. Эта ярмарка, даст нам возможность протянуть следующие снега.

Не став выслушивать ничего более старый Тедон быстро вернулся к себе в дом, оставив поселенцев в небольшой растерянности и смятении. Страх еще блуждал в их душах, но вера правящему была куда сильнее этого зыбкого серого страха. Вся ситуация благополучно забылась и замялась текущими заботами и трудоемкой работы. Вечером у костра все весело танцевали и пели древние песни, больше похожие на распевные мелодии. Дети играли в салки и их вовсе не трогали взрослые заботы. Они наслаждались теплым вечером и ночными сказками. А старый маг Кенут молча вглядывался в звездную даль и кивал головой. Иногда он даже бормотал странные слова на чужом наречии, а позже и вовсе ушел, оставив всех у яркого пламени.

Утром я встал гораздо позже обычного, на улице творилось что-то невообразимое. Суета витала в воздухе и словно заражала всех, кто выходил на улицу. Оказывается, что там, где еще вчера находились поля с тыквами, сегодня уже дети плескались в воде. Уровень воды поднялся даже в долине, а здесь было не до шуток. Тедон повторял сказанное вчера и твердил, что опасаться нечего. Ведь прибывшая вода едва покрывает детские копыта. Он быстро организовал поселенцев собрать с затопленных полей всю созревшую тыкву и отнести ее в амбары, а заодно подсчитать убытки. В процессе работы, оказалось, что потери куда более ощутимы. Жили мы дружно , и не очень большой группой и еды хватало на всех, но мы лишились не только одного поля, но и кустов с черникой и малиной, которые до половины ушли под воду у самой реки. Угроза голода встала очень резко, а кормить приезжих на ярмарке очень затратно, и не всегда оправдано.

Среди минотавров появились те, кто решил немедленно покинуть поселение и отправиться на поиски нового дома, ведь селиться на близлежащих холмах не имело смысла, земля хоть и порастала чудной травой, да дикими цветами, но была абсолютно бесплодной для одомашненных растений. Это посеяло небольшое смятение среди всех, и даже дети уже не были столь уверены в безопасном нахождении здесь. Тедон твердил свое и обещал, что все продукты привезет из больших городов. А купит их на деньги , вырученные на ярмарке. Это дало некий эффект, но весьма слабый. Я успокаивал всех как мог, занимал их работой до упаду, а вечером пел песни и развлекал разными историями и дедовыми сказаниями. Тревога буквально ходила следом и мешала провести все так, как это того следует. Ночь пришла спокойно, а утром вода действительно немного отступила и дала всем надежду и возвратила утраченную веру в слова сказанные Тедоном.

Близился день Великой яркой ярмарки, и со всех королевств к нам начали приезжать разнородный народец. Веселые лесные эльфы резвились с детьми на благоухающих травами и цветами полях, раздаривая фенечки и маленькие амулеты всем, кто пожелает, а тем кто не пожелал, тихонько запихивают в сумки или капюшоны. Ведьмы отвоевали себе самую большую комнату в гостевом зале и сразу принялись варить неведомое зелье, при этом страшно нецензурно ругаясь. Красивые нимфы с женским телом и торсом лани мерно расхаживали вдоль берегов рек и звонко смеялись в ответ на любые предостережения Тедона. Они плели венки и вешали их на оленьи рога друг дружке. Пришли и оборотни, но они больше держались в сторонке, стараясь не попадаться на глаза. Вампиры явились аккурат перед рассветом и успели спрятаться в гостевом доме, плотно закрыв ставни и двери. Ликаты явились позже всех, девушки и парни с длинными хвостами и ушками упорно заняли место у костра и пели завораживающие, чарующе мелодичные песни.

Вечер собрал всех у большого огня. Все пели, танцевали, резвились на поляне, где всем едва хватило места. Те кто изъявили желание, рассказывали чудесные истории о неведомых, невиданных местах и странно чудесных событиях. Все остальные, включая детей, слушали затаив дыхание, чутко ловили каждое слово и старались запомнить досконально каждый рассказ, вне зависимости от содержания. Я сам в это время подошел к нимфам и отвел в сторону наиболее взрослую из них. Определить возраст можно только по зарубкам на посохе, так как время не оставляет следов на их внешности и не властно над ними. Я отвел ее на холм и рассказал о все произошедших недавно событиях, связанных с подъемом воды.

–Как странно, подобного здесь не было уже сотни лет.-она плавно выхаживала стройными ножкам вдоль берега. Копытца покружились в песок, оставляя небольшие ямки, которые почти сразу восстанавливали песочную гладь. – Я боюсь предположить самое худшее. Но не зря ведь пришедшие оракулы наотрез отказываются говорить о будущем поселения. Они даже не вышли к костру, запустить волшебные порошки. Скажу честно Элекайн, мы с сестрами сильно сомневались, стоит ли приходить на ярмарку к вам, воды неподвластны никому, они дают жизнь и могут безжалостно ее отобрать. Но лесные эльфы говорят, что видели недалеко отсюда плотину или дамбу, которая по виду была построена несколько столетий назад. Я не знаю, Элекайн, решим это все только после ярмарки. А сейчас, проводи меня обратно к гостевому дому. Луны уже полноправно владеют ночью, а значит пора готовиться ко сну. – она помолчала и продолжила тихо и грустно– Нас завтра ждет тяжелый день. Ночь прошла спокойно, а утром река полностью вошла в прежнее русло. В заводи снова цвели кувшинки, а поля полностью освободились от водяного плена. Я направился на главный луг устанавливать свою торговую палатку. Там уже были все. Каждый старался выделиться по особенному, поэтому ярмарка имела вид весьма разнобокий, но в этом ее шарм и очарование. Толпы людей и существ пришли к обеду из разных королевств, чтобы своими глазами увидеть чудеса и , возможно, купить одно из них. Палатки были наполнены различными товарами.

Здесь были потрясающей красоты картины, гобелены, ковры. Были палатки с роскошным оружием и броней. Ведьмы продавали зелья, порошки и заколдованные предметы. Эльфы предлагали невянущие цветы и украшения, нимфы удивляли покупателей целебными напитками и расшитыми вручную, непревзойденными по красоте плащами на любой вкус. Я продавал те самые фигурки, что видела ты, только здесь в чаше собраны малыши, а на моем прилавке можно было увидеть животных различных размеров. А этих я просто не успел вынуть, оставил в заплечной сумке. Товаров было великое множество, и покупатели сметали все нарасхват, только и успевай подкладывать что-то новенькое. Наши женщины поставили палатку и предлагали чудесные пироги и разные вкусности с превосходным ароматом. Шумная ярмарка шла в самом разгаре.

***

Вдруг, раздался гул. Все затихли, и наступила мертвая тишина. В такой тишине есть нечто пугающее, похожее на плохое предчувствие. Что-то тихо зазвенело, и раздался сильный треск, да такой, что заложило уши. Женщины закричали, и крик ужаса застыл в моих ушах и надолго закрепился в душе. Со стороны водопада, сверху огромной волной хлынула вода. Безжалостно сильный поток на моих глазах сметал родные дома и постройки, люди пытались бежать, но мы находились словно в чаше. Нимфы со скоростью подобной ветру похватали тех, кто был ближе и быстро поскакали на холмы. Эльфы выдергивали из воды тех, кого она уже поглотила. Стоял оглушительный шум воды, она несла с собой смертоносные валуны и камни. Я бежал. Так быстро, что потерял связь с реальностью времени и места. Вода заглатывала в пучину всех, кто не успел подняться. Гибли женщины, дети, люди, вампиры, ведьмы… Ей было все равно, чьи забирать жизни. Крики и вопли слились в один жуткий звук, леденящий душу, но все стихло так же быстро, как и началось. Долина доверху наполнилась водой. Мы вместе ныряли и вытаскивали живых и мертвых, пока полностью не выбились из сил.