- -
- 100%
- +
Жоаб встал, пошел в Гессур и привел Авессалома в Иерусалим. И сказал царь: пусть он вернется в свой дом и пусть не видит лица моего. И вернулся Авессалом в свой дом и не увидел лица царя. И не был, как и Авессалом, человек этот красив во всем Израиле, а весьма красив: от подошвы ноги его до макушки головы его не было у него ни одного пятна. И когда он подстриг свои волосы (а стриглись они раз в год, потому что цезари обременяли его), то он взвешивал волосы на голове своей двести сиклей по общему весу. И родилось у Авессалома три сына и одна дочь, по имени Фамарь, красивой формы.
Авессалом пробыл в Иерусалиме два года и не видел лица царя. И послал он к Жоабу, чтобы тот послал его к царю, но тот отказался прийти к нему. И когда он послал во второй раз, и он не пришел к нему, и сказал он рабам своим: вы знаете поле Жоаба, близ моего поля, на котором собран ячмень; итак пойдите и сожгите его огнем. И слуги Авессалома сожгли зерно в огне. И когда пришли слуги Жоаба, они разорвали на себе одежды и сказали: слуги Авессалома подожгли часть поля. И встал Жоаб, и пришел к Авессалому в дом его, и сказал: зачем рабы твои сожгли хлеб мой огнем? И отвечал Авессалом Жоабу: я послал к тебе просить тебя прийти ко мне, и я пошлю тебя к царю, и ты скажешь ему: зачем я пришел из Гессура? Для меня было бы лучше быть там; поэтому я умоляю тебя увидеть лицо царя: и если он вспомнит мое беззаконие, пусть убьет меня. И вошел Жоаб к царю и рассказал ему все: позвали Авессалома, и он вошел к царю, и поклонился на земле перед ним, и поцеловал царь Авессалома.
15. После этого Авессалом сделал себе колесницы и всадников и пятьдесят человек, чтобы идти перед ним. И встал Авессалом утром, и стал у входа в ворота, и всякий человек, имевший дело прийти на суд к царю, звал к себе Авессалома и говорил: из какого ты города? Он ответил и сказал: Я твой слуга из одного из колен Израилевых. Авессалом отвечал ему: слова твои кажутся мне добрыми и справедливыми, но нет никого, назначенного царем, чтобы слушать тебя. И Авессалом сказал: Кто назначит меня судьей на земле, чтобы все имеющие дело могли приходить ко мне, судье праведному?
Но когда к нему подошел человек, чтобы поприветствовать его, он протянул руку свою и, взяв ее, поцеловал его. И сделал он это всему Израилю, пришедшему на суд, чтобы они были услышаны царем, и смутил сердца сынов Израилевых.
Через сорок лет Авессалом сказал царю Давиду: я пойду и выполню обеты мои, которые я дал Господу в Хеброне (Hebron). Ибо раб твой, когда был в Гессуре Сирийском (Gessur Syriæ), дал обет, сказав: если Господь вернет меня в Жерусалем (Jerusalem), я принесу жертву Господу. И сказал ему царь Давид: иди с миром. И он встал и пошел в Хеврон. И послал Авессалом соглядатаев ко всем коленам Израилевым, говоря: как только услышите звук трубы, скажите: Авессалом правит в Хеброне. И пошли с Авессаломом двести человек, призванных из Иерусалима, идущие с простодушным сердцем и совершенно не зная дела. Авессалом также призвал Ахитофела (Achitophe) гилонитянина, советника Давида, из Гило (Gilo). И когда он принес жертвы, образовался сильный заговор, и народ, соглашавшийся с Авессаломом, увеличился.
Тогда к Давиду пришла весть: Весь Израиль всем сердцем следует за Авессаломом. И сказал Давид слугам своим, бывшим с ним в Иерусалиме: встаньте, побежим, ибо не будет нам спасения от лица Авессалома; выйдем поспешно, чтобы не пришёл он случайно и не настиг нас, и наведи на нас разорение, и порази город острием меча. И сказали ему слуги царя: все, что повелел господин наш царь, мы, рабы твои, с радостью исполним. И вышел царь и весь дом его пешком, и оставил царь десять наложниц охранять дом. И вышел царь и весь Израиль на ноги свои, и стали вдали от дома и все слуги его шли подле него, а легионы церетийцев, и фелетхов, и всех гетов, сильных воинов (legiones Cerethi, et Phelethi, et omnes Gethæi), шестьсот человек, следовавших за ним пешком из Гефа (Geth), предшествовали царю.
И сказал царь Ефаю Гефею (Ethai Gethæum): зачем ты пришел с нами? Возвратись и живи у царя, потому что ты пришелец и ушел из места твоего. Ты пришёл вчера, а сегодня вынужден выйти с нами? Но я пойду, куда иду: возвратись и возьми с собой братьев твоих, и явит тебе Господь милость и истину, потому что ты явил благодать и веру. И отвечал Ефай царю, говоря: Господь жив, и господин мой царь жив, ибо в каком бы месте ты ни был, господин мой царь, в смерти ли, или в жизни, там будет раб твой. И сказал Давид Ефаю: приди и пройди. И перешёл Ефай Гефийский и все люди, которые были с ним, и остальной народ. И плакали все громким голосом, и весь народ перешел; перешел и царь поток Цедрон (Cedron), и весь народ двинулся против дороги, обращенной в пустыню. И пришел Садок (Sadoc) священник и все левиты с ним, неся ковчег завета Божия, и поставили ковчег Божий. И шел Абиатар (Abiathar), пока не закончился весь народ, вышедший из города.
И сказал царь Садоку: возврати ковчег Божий в город: если я найду благоволение в очах Господа, Он приведет меня обратно и покажет мне его и шатер свой. А если он скажет мне: «Ты мне не угоден: я готов», пусть делает то, что хорошо в его глазах. И сказал царь Садоку священнику: провидец, возвратись в город с миром, и Ахимааз (Achimaas), сын твой, и Жонатан, сын Авиатара (Jonathas filius Abiathar), двое из сыновей твоих, будут с тобой. Вот, я скроюсь на равнинах пустыни, пока не придет от тебя слово, говорящее мне. И возвратили Садок и Авиафар ковчег Божий в Иерусалим и остались там.
И взошел Давид на гору Оливару (Olivarum), взбираясь и плача, ходя босыми ногами и с покрытой головой; но и весь народ, который был с ним, взошел с плачем и с покрытой головой. И донесли Давиду, что Ахитофел (Achitophel) также был в заговоре с Авессаломом, и сказал Давид: молю Тебя, Господи, пусть совет Ахитофела будет непостижим. И когда Давид взошел на вершину горы, куда он собирался поклониться Господу, вот, встретил его Хусай Арахитис (Chusai Arachites), одежда его разорвана, и голова его полна земли. И сказал ему Давид: если ты пойдешь со мной, ты будешь мне в тягость. Но если ты вернешься в город и скажешь Авессалому: я раб твой, царь; как я был рабом отца твоего, так и буду рабом твоим, – ты разрушишь замысел Ахитофела. И есть у тебя Садок и Абиатар священники, и всякое слово, какое услышишь о доме царском, пересказывай Садоку и Авиатару священникам. И есть с ними двое из сыновей их: Ахимаас, сын Садока, и Ионафан, сын Авиатара; и через них посылай ко мне всякое слово, какое услышишь. И когда Хусай, друг Давида, пришел в город, вошел и Авессалом в Иерусалим.
16. И когда Давид прошёл немного через вершину горы, навстречу ему явился Сиба (Siba), слуга сына Мифибосета (Miphiboseth), с двумя ослами, нагруженными двумястами хлебами и сотней мер винограда, и сто каменщиков вина и бутылка вина. И сказал царь Сибе: что они имеют в виду? И ответил Сиба: Ослы, пусть сидят слуги царские: хлебом и лепешками накормите детей ваших, а вина пить не удалось в пустыне. И сказал царь: где сын господина твоего? И Сиба ответил царю: Он остался в Иерусалиме, говоря: Сегодня дом Израилев вернет мне царство отца моего. И сказал царь Сибейский (rex Sibæ): все, что было у Мифибосета, будет твое. И сказал Сиба: Я молюсь, чтобы я мог обрести благосклонность перед тобой, господин мой царь.
И дошел царь Давид до Бахурима (Bahurim), и вот, человек из рода дома Саулова (Saul), по имени Семей (Semei), сын Геры (Gera), вышел оттуда. И бросил камни на Давида и на всех слуг царя Давида, и весь народ и все воины двинулись по правую и по левую сторону царя. И так говорил Семей, когда проклинал царя: Выйди, выйди, человек крови и человек Белиала (Belial). Господь возвратил тебе всю кровь дома Саула за то, что ты вторгся в царство его, и Господь отдал царство в руку Авессалома, сына твоего; и вот, зло твое угнетает тебя, потому что ты – человек крови. И сказал Абисай (Abisai), сын Сарвии (Sarviæ), царю: почему эта мертвая собака проклинает господина моего царя? Я пойду и отрублю ему голову. И сказал царь: что до меня и вас, сыновья Сарвии? отпусти его, чтобы он проклял: ибо Господь повелел ему проклясть Давида: и кто осмелится сказать, почему он так сделал? И сказал царь Абисаю и всем слугам своим: вот, сын мой, вышедший из чрева моего, ищет души моей; тем более ли сын Жемини (Jemini)? Отпусти его на проклятие по повелению Господню: может быть, Господь взглянет на мое страдание и воздаст мне Господь благом за нынешнее проклятие. И пошел Давид и его спутники по дороге с ним. И выступил Семей против него со стороны через ярмо горы, проклиная его, и бросая в него камни, и разбрасывая землю. И пришел царь и весь народ с ним, утомленный, и отдохнули там.
Но Авессалом и весь народ его вошли в Иерусалим, но и Ахитофел с ним. Когда же друг Давида Хусай Арахит пришел к Авессалому, он сказал ему: радуйся, царь, радуйся, царь. Ему сказал Авессалом: это ли милость твоя к другу твоему? Почему ты не пошёл со своим другом? И Хусай отвечал Авессалому: нет, ибо я буду тем, кого избрал Господь, и всем этим народом, и всем Израилем, и останусь с ним. Но и это принесу, кому мне служить? Разве это не сын царя? Как я был с твоим батюшкой, так я буду и с тобой. И сказал Авессалом Ахитофелу: посоветуйся, что нам делать. И сказал Ахитофел Авессалому: войди к наложницам отца твоего, которых он послал охранять дом, чтобы, когда весь Израиль услышит, что ты бросил вызов отцу твоему, укрепились бы руки их на твоей стороне. И поставил Авессалом шатер свой на дворе, и вошел к наложницам отца своего в присутствии всего Израиля. И совет Ахитофела, который он дал в те дни, как если бы вопрошали Бога: таков был весь совет Ахитофела, и когда он был с Давидом, и когда он был с Авессаломом.
17. И сказал Ахитофел Авессалому: я выберу себе двенадцать тысяч человек, и встану и преследую Давида этой ночью. И бросившись на него (как будто он устал, и с распущенными руками), ударю его: когда весь народ, который с ним, разбежится, поражу опустошенного царя. И верну весь народ, как обыкновенно возвращается один человек, ибо вы ищете одного человека, и весь народ будет в мире. И понравилась речь его Авессалому и всем старейшинам Израилевым.
И сказал Авессалом: позови Хусая Арахитена, и послушаем, что он тоже говорит. И когда Хусай пришел к Авессалому, Авессалом сказал ему: Ахитофел сказал такое слово: сделать нам это или нет? Какой совет вы дадите? И сказал Хусай Авессалому: совет, который дал Ахитофел на этот раз, нехорош. И сказал Хусай еще раз: Ты знаешь, что твой отец и люди, которые с ним, очень сильные и жестокие сердцем, как если бы медведь охотился на украденных детенышей в лесу; но твой отец также человек войну, и не останется с народом. Может быть, он теперь скрывается в ямах, или в каком-нибудь месте, где пожелает; и когда один из них падет в начале, тот, кто услышит, услышит и скажет: язва произошла среди народа, последовавшего за Авессаломом. И самый храбрый человек, у которого сердце подобно льву, объявит страх: ибо весь народ Израилев знает, что отец твой силен, и все те, кто с ним, сильны. Но мне кажется, что это правильный план. Весь Израиль соберется к тебе, от Дана (Dan) до Берсабеи (Bersabee), как песок морской без числа, и ты будешь среди них. И набросимся на него, где бы он ни оказался, и покроем его, как обыкновенно роса падает на землю, и не оставим ни одного из людей, которые с ним. А если он войдет в какой-либо город, то весь Израиль окружит тот город веревками, и мы затащим его в поток, так что не останется в нем и камня.
И сказал Авессалом и все Израильтяне: совет Хусая Арахиты лучше совета Ахитофела; но добрый совет Ахитофела был разрушен по кивку Господню, чтобы Господь навел беду на Авессалома. И сказал Хусай Садоку и Авиафару священникам: Ахитофел дал такой-то совет Авессалому и старейшинам Израилевым, а я дал такой-то совет. Итак, пошлите скорее и скажите Давиду, сказав: не стой в эту ночь на равнинах пустыни, но пройди скорее, чтобы не погибнуть царь и весь народ, который с ним.
Ионафан и Ахимааз стояли у источника Рогел (Rogel); служанка пошла и рассказала им. И отправились они сообщить новость царю Давиду, потому что их нельзя было увидеть и войти в город. И увидел их некоторый мальчик и известил Авессалома; но они вошли в дом одного человека в Бахуриме, у которого в притворе был колодец, и спустились к нему. И взяла женщина его, и положила завесу на устье колодца, как бы высушивая птисаны: и так дело было сокрыто. И пришли слуги Авессалома в дом, и сказали женщине: где Ахимааз и Ионафан? И женщина ответила им: Они прошли быстро, попробовав немного воды. Но те, кто искал, и не нашли, вернулись в Иерусалим.
И, выйдя, вышли из колодца и, идя, известили царя Давида и сказали: встань и скорее перейди реку, ибо такой совет дал против тебя Ахитофел. И встал Давид и весь народ, который был с ним, и перешли Жорданем (Jordanem), пока не рассвело, и не осталось ни одного, кто не перешел бы реку. Ахитофел, видя, что план его не осуществился, оседлал осла своего, встал и пошел в дом свой и в город свой; и когда дом его был устроен, он умер через повешение и был похоронен в гробнице отца своего.
И пришел Давид в стан, и Авессалом перешел Иордан, он и все Израильтяне с ним. Авессалом поставил Амасу (Amasa) над войском вместо Жоаба: Амаса был сыном человека по имени Жетра из Жезраэля (Jetra de Jezraëli), который приходил к Абигаиле (Abigail), дочери Нааса (Naas), сестры Сарвии, матери Жоаба. И расположился Израиль станом с Авессаломом в земле Галаад (Galaad).
И когда пришел Давид в лагерь, Соби (Sobi), сын Нааса из Раббаты (Naas de Rabbath), из Аммонеев (Ammon), и Машир (Machir), сын Аммихеля из Лодабара (Ammihel de Lodabar), и Берзеллай Галаадитес из Рогелима (Berzellai Galaadites de Rogelim), предложили ему постель, и ковры, и глиняную посуду, и хлеб (frumentum), и ячмень, и муку, и поленту, и фасоль, и чечевицу, и жареный нут, и мед, и масло, и овец, и откормленных телят, и накормили Давида и народ, который был с ним, ибо подозревали, что народ будет изнурен голодом и жаждой в пустыне.
18. Поэтому, осмотрев народ свой, Давид поставил над ним трибунов и центурионов, и отдал народа третью часть под руку Жоаба, и третью часть под руку Абисая, сына Сарвии, брата Жоаба, и третью часть под руку Ефая, который был из Гета. И сказал царь народу: я выйду и я с вами. И отвечал народ: не выйдешь: ибо, если мы побежим, это не будет много беспокоить их о нас: даже если половина из нас падет, они не будут достаточно заботиться, потому что ты считаешься одним из десяти тысяч: это поэтому лучше, чтобы ты был для нас гарнизоном в городе. Кому царь говорит: я сделаю то, что тебе кажется правильным. Тогда царь стал у ворот, и народ вышел своими отрядами, сотнями и тысячами. И приказал царь Жоабу, Абисаю и Ефаю, говоря: сохраните для меня мальчика Авессалома. И весь народ услышал, как царь повелел всем князьям об Авессаломе. И вышел народ на поле против Израиля, и произошла битва в лесу Ефрама (Ephraim). И было в тот день великое поражение и, были убиты там сыны Израилевы войском Давидовым, двадцать тысяч. И произошла битва по всему лицу земли, и было гораздо больше тех, кого лес пожрал из народа, чем тех, кого пожрал меч в тот день. И случилось, что Авессалом встретил слуг Давида, сидящих на муле: когда мул вошел под дуб густой и большой, голова его прилипла к дубу, и мул, на котором он ехал, проехал мимо, подвешенный между небом и землей. Кто-то увидел это и рассказал Жоабу, говоря: я видел Авессалома, висящего на дубе. И сказал Жоаб человеку, который рассказал ему: если бы ты увидел это, почему ты не ударил его землёй, и я бы дал тебе десять сиклей серебра и один пояс? Он сказал Жоабу: если бы ты взвесил в моих руках тысячу сребренников, я бы никогда не возложил руку свою на царского сына. Но даже если бы я смело поступил против своей жизни, не мог ли этот царь пройти мимо, а вы стояли бы на противоположной стороне? И Жоаб сказал: Не так, как ты хочешь, но я нападу на него раньше тебя. Затем он взял в руку три копья и вонзил их в сердце Авессалома. Десять воинов Жоаба побежали и они ударили его и убили его. И Жоав протрубил в трубу и удержал народ, чтобы они не преследовали бегущего Израиля, желая пощадить народ. И взяли Авессалома, и бросили его в лес, в большую яму, и нанесли на него весьма большую кучу камней, а весь Израиль побежал в свои шатры.
А Авессалом еще при жизни воздвиг себе титул (столб), который в долине Царя, ибо он сказал: нет у меня сына, и это будет памятник имени моему. И он назвал этот титул своим собственным именем, и он (столб) до сего дня называется Рукой Авессалома (Manus Absalom) (Наследием Авессалома).
Но Ахимааз, сын Садока, сказал: я побегу и скажу царю, что Господь осудил его от руки врагов его. Кому Жоаб сказал: не будешь ты посланником в этот день, но объявишь в другой день: сегодня я не хочу возвещать тебе, ибо царский сын умер. И сказал Жоаб Хуси (Chusi): пойди и расскажи царю, что ты видел. Хуси поклонился Жоабу и побежал. И снова Ахимааз, сын Садока, сказал Жоабу: что мешает, если и я погонюсь за Хуси? Жоав сказал ему: почему ты хочешь бежать, сын мой? Вы не будете носителем хороших новостей. Кто ответил: А если я побегу? И сказал ему: беги. Ахимаас побежал по большой дороге и прошел мимо Хуси. Давид же сидел между двумя воротами; но страж, который был на верху ворот над стеной, подняв глаза свои, увидел человека, бегущего одного. И, возгласив, известил царя, и сказал царь: если он один, то благая весть в устах его. И когда он пошел вперед и приблизился, разведчик увидел другого бегущего человека и, крича на вершине, сказал: Я вижу другого человека, бегущего одного. И сказал царь: И это хорошая новость. И шпион: я наблюдаю, говорит, течение первого, как поведение Ахимааца, сына Садока. И сказал царь: Он хороший человек, и он приходит с хорошими новостями. Но Ахимааз, плача, сказал царю: радуйся, царь. И, поклонившись царю перед ним, распростертый на земле, он сказал: Благословен Господь, Бог твой, заставивший замолчать народ, поднявший руки на господина моего, царя. И сказал царь: есть ли мир отроку Авессалому? И сказал Ахимааз: я видел большое смятение, когда слуга твой Жоаб, царь, послал ко мне слугу твоего; другого я не знаю. Кому царь сказал: перейди и стой здесь. И когда он прошел и остановился, явился Хуси и, подойдя, сказал: приношу благую весть, господин мой царь, ибо Господь судил тебя в этот день от руки всех восставших на тебя. И сказал царь Хуси: есть ли мир отроку Авессалому? На что Хуси ответил: Пусть враги господина моего царя и все, восстающие против него во зло, станут как дитя. И опечалился царь, взошел в горницу ворот и плакал. И сказал он так: Авессалом, сын мой, Авессалом, сын мой: кто даст мне умереть за тебя, Авессалом, сын мой, Авессалом, сын мой?
19. Жоабу сообщили, что царь плачет и оплакивает своего сына. И обратилась победа в плач в тот день для всего народа, ибо слышал народ, как было сказано в тот день: плачет царь о сыне своем. И люди отказались войти в город в тот день, как обычно люди склоняются к битве и бегут от нее. И покрыл царь голову свою и воскликнул громким голосом: сын мой Авессалом, сын мой Авессалом, сын мой.
И вошел Иоав в дом царя и сказал: сегодня ты посрамил лица всех рабов твоих, которые спасли тебе жизнь, и жизни твоих сыновей и дочерей, и жизни твоих жен, и жизни твоих наложниц. Ты любишь ненавидящих тебя и ненавидишь заботящихся о тебе; и ты показал сегодня, что не заботишься о начальниках твоих и слугах твоих; итак встань и иди, и, когда ты скажешь, удовлетвори рабов твоих; ибо клянусь тебе Господом, что, если ты не выйдешь, никто не останется у тебя в эту ночь; и это будет для тебя хуже, чем все беды, которые постигли тебя от юности твоей до настоящего времени. И встал царь и сел в воротах, и донесли всему народу, что царь сидит в воротах. И весь народ пришел к царю, а Израиль побежал в свои шатры.
И воевал весь народ во всех коленах Израилевых, говоря: царь избавил нас от руки врагов наших. Он спас нас от руки Филистинян (Philisthinorum), и теперь убежал из земли из-за Авессалома. А Авессалом, которого мы помазали над собой, погиб в битве: доколе ты будешь молчать и не вернуть царя? Но царь Давид послал к Садоку и Авиафару священников сказать: скажите старейшинам Жуды (Juda) и скажите: зачем вы пришли последними, чтобы вернуть царя в дом его? (И дошло слово всего Израиля к царю в доме его.) Вы мои братья, мои уста и моя плоть, почему вы последние, кто вернул царя? И скажи Амасе (Amasæ): не ты ли моя кость и моя плоть? Боже, соделай мне это и прибави это, если ты не был до меня начальником войска у Жоаба. И склонилось сердце всех Иудеев, как один человек, и послали они к царю сказать: возвратись ты и все рабы твои.
И возвратился царь, и дошел до Жордана, и вся Жуда пришла до Галгала, чтобы встретить царя и перевести его через Иордан. И поспешил Семей, сын Геры, сына Жемини, из Бахурима, и пошел с иудеями навстречу царю Давиду. и тысяча человек Вениамина (Benjamin) и Сиба, мальчика из дома Саулова, и пятнадцать сыновей его и двадцать слуг с ним, и ворвались к Иордану пред лицом царя. Они переправились на лодках, чтобы перевезти дом царя и сделать по его приказанию.
И сказал ему: не вмени мне, господин мой, беззакония, и не вспоминай обиды раба твоего в тот день, когда ты, господин мой царь, выходил из Иерусалима, и не положи это, царь, на сердце твое. Ибо раб твой сознает грех мой, и потому сегодня я пришел первым из всего дома Жосепа (Josep) и пошел навстречу господину моему царю.
Абисай, сын Сарвии (Abisai filius Sarviæ), сказал в ответ: не будет ли Семей предан смерти за эти слова, за то, что он проклял Христа Господа (Christo Domini, χριστὸν κυρίου)? И сказал Давид: что до меня и вас, сыновья Сарвии? Почему ты сегодня сделал меня сатаной? Будет ли в этот день убит человек в Израиле? Разве я не знаю, что сегодня я стал царем Израиля?
И сказал царь Семею: Ты не умрешь. И он поклялся ему. И Мипхибосетх, сын Саула, пришёл навстречу царю с небритыми ногами и небритой бородой, и не стирал одежды своей с того дня, как вышел царь, до того дня, когда он вернулся с миром. И когда в Иерусалиме встретил царя, царь сказал ему: почему ты не пошел со мной, Мипхибосет? И он ответил и сказал: господин мой, царь мой, раб мой пренебрег мной; и я сказал ему: я раб твой, чтобы расправить для меня осла, и я сяду и пойду с царем, ибо я твой слуга хромой. И меня, раба твоего, он обвинил перед тобой, господин мой царь, а ты, господин мой царь, подобен Ангелу Божию: делай, что тебе угодно. Ибо дом отца моего не подчинился смерти господина моего царя, но ты поставил меня рабом твоим среди гостей за столом твоим: на что же мне справедливо жаловаться? или что еще мне взывать к царю? Тогда царь сказал ему: о чем ты говоришь? то, что я сказал, зафиксировано: вы и Сиба (Siba) делите имущество. И ответил Мипхибосет царю: да, пусть он получит все, после того как господин мой царь вернется с миром в свой дом.
И Берзеллай Галаадитян (Berzellai Galaadites), пришедший из Рогелима, привел царя до Иордана, готовый следовать ему даже за рекой. Берзеллай Галаадитян был очень стар, то есть восьмидесяти лет, и сам доставлял пищу царю, когда тот оставался в стане, ибо он был очень богатый человек.
И сказал царь Берзеллаю: пойди со мной, чтобы ты мог спокойно отдохнуть со мной в Иерусалиме. И сказал Берзеллай царю: сколько дней жизни моей, чтобы мне идти с царем в Иерусалим?
Мне сегодня восемьдесят лет: достаточно ли сильны мои чувства, чтобы отличить сладкое от горького? Или раб твой может быть доволен едой и питьем? или я могу слышать за голосом певцов и певцов? зачем твоему слуге быть обузой господину моему царю? Пусть раб твой пройдет немного с тобою от Иордана: перемена эта мне не нужна, но прошу, чтобы раб твой возвратился и умер в городе моем, и был похоронен возле гробов отца моего и матери моей. Вот раб твой Хамаам (Chamaam): пусть он пойдет с тобой, господин мой царь, и делай с ним все, что тебе угодно. И сказал ему царь: пусть он перейдет со мной Хамаам, и я сделаю для него все, что тебе угодно, и все, чего ни попросишь у меня, ты получишь.
И когда весь народ и царь перешли Иордан, царь поцеловал Берзеллая и благословил его, и он вернулся в свое место. И перешел царь в Галгал, и Хамаам с ним. И весь народ Иуды перевел царя, и пришла только половина народа Израиля. И собрались все израильтяне к царю, и сказали ему: зачем братья наши, сыны Иуды, украли тебя и привели царя и дом его к Иордану, и всех людей Давида с ему?
И каждый Иудей отвечал израильтянам: потому что царь ближе ко мне, что вы гневаетесь на это? Ели ли мы что-нибудь от царя или дары нам дарили? И отвечал Израильтянин людям Иуды и сказал: я в десять раз больше у царя, и Давид больше принадлежит мне, чем вам; почему вы причинили мне зло, и мне не было сказано раньше, что я должен вернуть моего царя? Но иудеи ответили израильтянам более жестко.