Хозяйка магической фабрики, будь моей женой!
- -
- 100%
- +
Во-первых, бабуля выглядела совершенно иначе. Она сидела в кресле во главе стола, а служанка кормила ее с ложечки жидкой кашей. Куда подевалась та бойкая старушка, с которой я общалась накануне вечером? Ее место заняла старая развалюха.
Когда я пожелала бабуле Ви доброго утра, она подслеповато сощурилась и громко переспросила, весьма мастерски изображая глухоту:
– Ась?
Актриса! Я ощутила укол зависти. Вот у кого следует поучиться актерскому мастерству. Станиславский рукоплескал бы ей стоя.
Вторым сюрпризом стал Рю. Подлетев к бабуле, он устроился у нее в ногах и выдал:
– Рю – дурачок!
Прозвучало совсем как «попка дурак». Собственно, под неразумную птицу он и косил. Получалось, кстати, отлично. Если бы я минуту назад не вела с ним осмысленную беседу, ни за что бы не поверила, что он на такое способен.
Весь этот спектакль был затеян ради одного зрителя – поверенного Рорка Хейдена. Он тоже был в столовой. Сидел за столом и поглядывал на дверь, ожидая меня.
Едва я вошла, как он поднялся на ноги. В руках у него была неизменная трость, а на соседнем стуле лежал какой-то бумажный сверток. Из него выбился белый локон, показавшийся мне подозрительно знакомым. Да это же мой императорский парик! Он что, так и таскает его с собой?
Мне резко стало дурно. Да он же меня ищет! А вдруг он меня узнал?
Следующие слова Рорка пригасили панику.
– Алеса, – кивнул он мне, – рад видеть, что ты в добром здравии. Утром я получил записку с просьбой о встрече. Но, если честно, ума не приложу, что ты хотела со мной обсудить.
Он вроде говорил вежливо, но вместе с тем недвусмысленно подчеркивал, что у него не может быть общих дел с такой, как Алеса. Чем собственно она ему не угодила? Снисхождение в голосе Рорка ужасно раздражало. Сразу захотелось доказать, что со мной надо считаться.
Но для начала я порадовалась – Рорк Хейден меня не раскусил. Чужое тело – превосходная маскировка. О парике я спрашивать не стала. Лучше сделаю вид, что не заметила его, а не то рискую нарваться на неудобный разговор.
– Я хотела обсудить свое наследство, – заявила я и устроилась за столом.
Мне повезло – большинство блюд выглядели знакомыми. Омлет с беконом, тосты, джем – все пахло крайне аппетитно, а я не ела со вчерашнего обеда. Разве что фрукты сходу не могла опознать, поэтому воздержалась их пробовать.
Рорк поморщился, но сел вслед за мной. Он ждал, что я возобновлю разговор, но я сосредоточилась на еде. Придется ему потерпеть, пока я поем.
Сам он к еде не притронулся. Пока я уминала омлет за обе щеки, он нервно барабанил пальцами по столу и, в конце концов, не выдержал.
– Что именно тебя интересует? – спросил он.
От резких нот в его голосе я вздрогнула и ткнула себя вилкой в щеку. В управлении чужим телом еще случились косяки, не без этого.
Зато к новому имени я привыкла быстро. По странному совпадению оно звучало почти так же, как мое. Разница всего в одну букву – незначительна.
Естественно, Рорк заметил мою оплошность.
– С тобой все в порядке? – нахмурился он.
Упс, неловко вышло. Я, конечно, быстро вернула контроль над рукой, но сделанного из памяти очевидцев не сотрешь. Зато всегда можно перевести тему.
– В полном, – заверила я и тут же заговорила о другом: – Меня интересует фабрика. Я много думала о семейном наследии. «Темпус» – дело всей жизни моего отца, и я хочу принимать участие в его развитии. Так я стану к нему ближе.
Эту речь я приготовила заранее и даже отрепетировала перед зеркалом. Вроде прозвучало неплохо. Вот только собеседник меня неправильно понял.
– Я могу провести для тебя экскурсию как-нибудь на днях, – ответил Рорк.
Н-да, к черту намеки, тут надо говорить напрямик.
– Я хочу управлять фабрикой, – заявила. – Как единственная наследница я имею на это полное право.
В гостиной повисла напряженная тишина. Рорк смотрел так, будто решал, как лучше меня прикончить. Рука, в которой была трость, сжалась до побелевших костяшек. Он словно не трость держал, а душил меня. Уверена, именно мою шею он сейчас воображает под своими пальцами.
– Рю дурачок! – раздалось внезапно, и мы с Рорком одновременно вздрогнули. Разрядил филин обстановку, ничего не скажешь.
– Это весьма неожиданное заявление, – наконец, осторожно произнес Рорк.
– А в чем проблема? Есть причины не подпускать меня к делам?
– Нет, разумеется, таких причин нет, – качнул он головой.
– Отлично. А то я уже испугалась, что вы что-то от меня скрываете, – я улыбнулась, но вовсе не мило. Пусть не думает, что я из тех наследниц, которых легко облапошить. – Так когда я смогу приступить к делам? Мне прямо не терпится.
На самом деле у меня просто времени в обрез. Сорок каких-то там часов. Песочных, кажется. Что по-нашему чуть больше месяца. Не разгуляешься.
– Завтра, – произнес Рорк и повторил: – Я жду тебя на фабрике завтра, – при этом у бедняги дернулась щека.
Я довела поверенного до нервного тика. Честное слово, я не нарочно.
Рорк резко поднялся со стула, так что все, включая меня, отшатнулись. Не глядя ни на кого, он направился к двери. Я смотрела ему в спину, гадая – зачем он таскает с собой трость? Он ведь не хромает. У него уверенная, широкая походка. Трость ему не нужна. По крайней мере, для того, чтобы на нее опираться.
Когда Рорк подошел к двери, я получила ответ на свой вопрос. Он использовал трость как дополнительную руку. Ею он толкнул дверь, чтобы не дотрагиваться до ручки даже через перчатку. Похоже, у него серьезная фобия прикосновений. Тем удивительнее, что в ванной он коснулся моей щеки голыми пальцами.
Рорк вышел, дверь за ним закрылась с хлопком, и я повернулась к бабуле с Рю.
– Ну что, мы победили. Завтра фабрика будет нашей.
Эти двое переглянулись. Что-то не вижу энтузиазма на их лицах.
Глава 6. Коварство – мое второе имя
Древко трости затрещало, так сильно Рорк его сдавил. Маленькая вертихвостка. Решила поиграть в хозяйку. Она не знает, во что ввязывается! Ее ждет бооольшой сюрприз.
Придумала тоже, фабрику ей подавай. Да она и дня на ней не пробыла. Никогда Алесу не интересовала работа отца. Откуда вдруг желание взять управление на себя?
Самое паршивое, что Рорк не мог отказать. Девчонка имеет полное право встревать в дела фабрики. В конце концов, это ее наследство. Но она ничего не понимает в делах! Ее вмешательство сулит одни проблемы. А их и так немало…
Рорк едва знал Алесу, но, как и все, был наслышан о похождениях богатой наследницы. Пустоголовая, вздорная эгоистка – вот какой ее считали в обществе. Но, конечно, в лицо ей это опасались говорить.
Даже любящий отец признавал, что слишком избаловал дочь. Но после смерти жены, которую Виктор обожал, Алеса – единственная, кто у него остался. Он чересчур любил дочь, а чрезмерная любовь не приводит ни к чему хорошему. Тем более в воспитании.
Его друг все прощал дочери. Всегда ее оправдывал, и вот результат – он вырастил чудовище.
Алесе еще и магия досталась сильная, а это тоже кружит голову. Девчонка возомнила себя особенной. Законодательница мод, могущественная магисса, золотая девочка, не знающая бед и страданий. Рорк всей душой презирал таких пустых созданий, как она.
Его подопечная понятия не имеет, как на самом деле обстоят дела, а они идут скверно. Имущество семьи было заложено еще при жизни Виктора.
Рабочий стол Рорка завален требованиями от кредиторов семьи Вирингтонов. По правде говоря, он один стоит между Алесой и сворой голодных псов. Если он отойдет в сторону, ее разорвут.
Возиться с взбалмошной наследницей – последнее, чего Рорк желал, но он обещал другу. А слово Рорк Хейден привык держать.
– Я назначил тебя поверенным в случае своей смерти, – вспомнил он разговор с Виктором.
– Что за блажь? – тогда Рорк не воспринял его слова всерьез. – Ты еще молод, смерть нескоро постучится в твою дверь.
– Я болен, Рорк, – признался друг. – Смертельно. Мне осталось недолго. Прошу тебя, – он вскинул руку, – давай обойдемся без жалости и советов по лечению. Поверь, я перепробовал все. Последнее, чего я хочу – бросать Алесу в столь плачевном положении. Она – моя главная забота. Я беспокоюсь о дочери.
– Есть отчего. Твоя дочь знаменита на весь Ривердин своими вечеринками и вызывающим поведением.
– Она хорошая девочка, – вздохнул Виктор. – Но еще слишком молода. Я верю, что удачное замужество поможет Алесе остепениться. Она станет отличной женой и матерью, вот увидишь. Ей просто нужен надежный, спокойный мужчина. Тот, кто послужит ей якорем.
Рорк недоверчиво хмыкнул. Потребуется весьма увесистый якорь, чтобы удержать столь своенравную девицу у семейного берега. Она напоминала ему ураган – настоящую природную катастрофу. Везде, где появлялась Алеса, потом еще долго приходилось разгребать последствия.
– Наши дела идут из рук вон плохо, – признался Виктор. – Но я позаботился о будущем дочери. С момента ее рождения мы с Адель каждый год откладывали средства на специальный счет в императорском банке. После смерти Адель я продолжил эту традицию. В итоге скопилась приличная сумма.
– Почему бы тебе не взять эти средства и не поправить на них дела фабрики? – предложил Рорк.
– Нет, они для Алесы. Если все рухнет, она не должна остаться ни с чем. Я не поступлю так с дочерью. Но я слишком хорошо ее знаю. Если деньги отдать ей, она спустит их на ерунду – вечеринки, наряды, украшения. Поэтому я дописал в завещание новое условие – Алеса получит доступ к счету только после замужества. Так о ней хотя бы позаботится муж.
– Она знает об этом условии?
– Нет. Наверняка она будет пытаться его оспорить после моей смерти. Поэтому мне необходим поверенный. Тот, кому я доверяю и кто проследит, чтобы условие было обязательно выполнено.
Рорк устало потер лоб. Друг хочет взвалить на него поистине тяжелую ношу. Он уже мысленно слышал визг Алесы в тот момент, когда она узнает об условии отца.
Но Виктор так много сделал для него… поддержал, когда самому Рорку было плохо. Он не мог ему отказать.
Сейчас Рорк ужасно жалел, что ввязался в эту авантюру. Алеса Вирингтон управляет фабрикой «Темпус» – это будет настоящий фарс. Страшно представить, что их ждет.
Рорк вдруг резко остановился, так что сзади идущий прохожий налетел ему на спину. Мужчина пробормотал извинения, но Рорк их даже не услышал. Слишком был погружен в собственные мысли.
Уголки его губ приподнялись в усмешке. Алеса хочет управлять фабрикой? Что ж, он предоставит ей такую возможность, но пусть потом не жалуется.
Это будет еще то шапито. Рорк с удовольствием понаблюдает, как избалованная богатая наследница, выросшая в тепличных условиях, на полном ходу врежется в реальность. Да она сбежит, роняя тапки, уже через пару дней! А он отлично развлечется, наблюдая за процессом.
***
Было невыносимо больно, но Алеса никак не могла определить, что именно болит. Голова, рука, нога? Ах да, у нее теперь ничего этого нет. Она просто сгусток энергии, зависший в воздухе, а эти боли – фантомные. Привычка к телу дает о себе знать. От нее не так-то легко избавиться.
Новой вариант существования ее в корне не устраивал. Быть никем – это точно не для нее. Алеса с детства привыкла к вниманию. Ее всегда считали особенной. Самой красивой, самой одаренной, самой любимой. Все это она намеревалась себе вернуть.
Не зря отец любил повторять, что его дочь настоящий гений. Пусть даже некоторые не разделяли его мнение. Но именно ей удалось сорвать план вора. Он так и не получил желаемое – Алеса спрятала свою магию. И весьма надежно, надо заметить.
А дальше все зависит от бабули. Уж она ее точно не бросит. Ни в коем случае! Прабабку все давно списали со счетов. Мол, она выжила из ума еще тысячу песчаных часов назад, но Алеса знала, что это не так.
Бабуля Ви поумнее многих. Просто она не любит, когда ее беспокоят. Вот и придумала себе легенду – глухоту и старческое слабоумие, но для любимой правнучки сделала исключение. Алеса с детства посвящена в ее тайну. Именно бабуля помогла ей пережить смерть матери, пока отец занимался своей фабрикой.
«Темпус»! Как она ненавидит эту фабрику. Давно пора было ее продать, никакого от нее толку, одни расходы. Именно так Алеса и собиралась поступить, вступив в права наследства, но вор перечеркнул все планы.
Она дернулась вперед в попытке выбраться из места, где ее заперли. Но лишь в очередной раз ударилась о прозрачную преграду.
Кто-то возвел вокруг нее невидимый купол. Сколько она ни билась, не могла его преодолеть.
Впереди мелькнула тень. Наверняка это он. Вор! Иногда он заглядывал в место, где заточил ее – какой-то темный подвал. Детали Алеса не могла рассмотреть, как и лицо вора. У нее была всего одна зацепка – его явно мужской голос.
– Выпусти меня немедленно! – крикнула она.
Как ни странно, вор ее услышал, хотя у нее не было рта. Видимо, уловил ее мысли. Он подошел ближе, наклонился и уточнил:
– Или что?
– Или тебе не поздоровится.
– Угрожаешь мне? – расхохотался он. – Да ты просто сгусток энергии в банке. Говорящая консерва. Что ты мне сделаешь?
В банке? Вот куда он ее посадил? Алеса в ужасе заметалась в тесном пространстве. Это все дурной сон, кошмар, от которого она непременно скоро очнется. Не может быть, чтобы все так закончилось!
Глава 7. Подруга дней моих суровых
На следующее утро было запланировано посещение фабрики, и я не собиралась его откладывать. Часики тикают. Хотя в этом измерении все часы – песочные, никаких стрелок. Поэтому уместнее сказать – песчинки сыплются.
– Я не могу с тобой пойти, – сказала бабуля Ви. – Все считают меня выжившей из ума старухой.
– И вы не хотите рушить легенду. Понимаю, – вздохнула я.
Она кивнула и сделала глоток из фляги, которую носила на поясе. Я давно ее приметила.
– Что вы там постоянно пьете? – спросила.
– Это микстура, поддерживает мое здоровье, – ответила бабуля и вернулась к теме фабрики: – Одну тебя тоже нельзя отпускать, так что возьми с собой Рю.
– Ух! – филин ухнул от неожиданности.
Я тоже чуть не ухнула вслед за ним:
– Зачем он мне?
– Поможет, если что. Все считают Рю глупой птицей, но ты сама видела – это далеко не так. К тому же он отличный защитник. Одной тебе ходить небезопасно.
Я хихикнула, вспомнив его коронное «Рю – дурачок». Похоже, скрываться за ширмой слабоумия – это у них с бабулей общее. Вот это я понимаю, нежелание общаться. Интроверты нервно курят в сторонке.
Но про опасность бабуля вовремя напомнила. На Алесу открыта охота, а я теперь вроде как она – настоящая подсадная утка. Вот только сидеть на попе ровно и не крякать – это не про меня. Лучше я первой найду вора, чем он сам меня схватит.
– Хорошо, Рю идет со мной, – согласилась я. – Поддержка и защита мне не помешают. Я здесь ничего и никого не знаю.
– Ты справишься, я уверена, – бабуля привычно похлопала меня по плечу.
Где-то на первом этаже особняка звякнул колокольчик – это подали карету. Итак, сегодня я – Алеса Вирингтон, богатая наследница и хозяйка магической фабрики. Роль получена, сюжет обрисован, пора включать актрису.
К карете я вышла, сопровождаемая Рю. Он, как обычно, летел низенько-низенько. Что за странная птица? Еще и цвет поменял на лиловый под мое платье, и получился весьма оригинальный живой аксессуар.
В карету я забралась с помощью кучера. Оказывается, не так-то это просто. Есть, конечно, ступени, но лишь на них встала, как карета наклонилась в мою сторону, словно вот-вот завалится прямо на меня. Так себе ощущение.
Когда мы поехали, все стало только хуже. Меня подбрасывало на каждом ухабе, и даже подушка под пятой точкой не особо смягчала удары.
– Это не поездка, а настоящий кошмар, – ворчала я. – Надеюсь, нам недалеко.
– Фабрика находится за городом, – просветил Рю. – Слишком сильные выбросы магии загрязняют воздух.
Все как у нас, кто бы подумал.
Я выглянула в окно. Пора познакомиться с городом.
То, что я увидела, напомнило мне элитный дачный поселок – двух, максимум трехэтажные дома, многие с личным газоном. Настоящий рай для богатеев. Этакая Рублевка другого измерения.
Движение по улицам регулировали люди в формах. Один взмахнул рукой, и наша карета остановилась, пропуская встречный поток.
Пока стояли, я изучала пешеходов. Мужчин в сюртуках и бриджах, женщин в пышных платьях. Внезапно девушка, на которую я смотрела, подняла руку и помахала мне, а потом быстро направилась к карете.
– Она идет сюда! – ткнула я пальцем в стекло. – Кто это вообще?
Рю выглянул в окно и произнес:
– Ванесса Стельтхаус, подруга Алесы.
– О нет, мы пропали, – простонала я. – Подруги хорошо знают друг друга. Ванесса сразу поймет, что я не та, за кого себя выдаю.
– Не паникуй, – пискнул Рю. – Веди себя естественно. Если Ванесса спросит что-то, чего ты не знаешь, отмалчивайся. Пусть думает, что ты не в настроении болтать.
Я кивнула. Ничего другого не остается. Ванесса уже открыла дверцу и лезла внутрь кареты.
– Алеса, куда ты пропала? – спросила девушка, плюхнувшись на сиденье напротив меня. – Мы же договорились сегодня прогуляться за новыми нарядами.
– Прости, у меня появились другие планы, – выдавила я.
– Куда мы вообще едем? – Ванесса выглянула в окно. – Неужели за город? Что ты там забыла?
– Там находится фабрика моего отца.
– И что с того?
– Хочу ознакомиться с текущими делами.
Кажется, я сказала лишнее. Ванесса уставилась на меня так, будто увидела перед собой пришельца, захватившего тело ее подруги. А ведь так и есть.
– У тебя жар? – она протянула изящную руку и потрогала мой лоб. – С каких пор тебя интересует производство?
– С тех пор, как умер отец. Кто-то должен вести дела, у него нет других наследников.
– Но ведь есть господин Хейден. Ах, Рорк, – Ванесса мечтательно закатила глаза. Кажется, кто-то неравнодушен к моему поверенному. – Подожди! Он тоже будет там, ему же надо ввести тебя в курс дела.
Я осторожно кивнула.
– Решено! Я еду с тобой, – заявила Ванесса и удобнее умостилась на подушках.
Ну вот, теперь мне от нее не избавиться. Но, может, получится использовать ее присутствие себе во благо. Ванесса неровно дышит к Рорку Хейдену, а значит, многое о нем знает.
Мне сведения точно не повредят. Тем более Рорк – подозреваемый номер один. Да, именно он возглавляет мой список опасных типов. Откровенно говоря, пока он там единственный. Ведь он получает выгоду от смерти Алесы – все ее состояние достанется ему.
Надо только осторожно завести разговор, чтобы Ванесса не догадалась о моем интересе…
– Рорк, Рорк, Рорк, – заголосил вдруг филин.
– Ах, он такой лапочка, – тут же подхватила тему Ванесса.
Лапочка? Мы точно об одном мужчине говорим? Рорка Хейдена я про себя называла «мистер Мрачный». Это прозвище подходило ему куда больше, чем «лапочка».
– А еще он такой загадочный, – не унималась Ванесса. – Почти не появляется в обществе. Это все его темный дар. Люди считают его опасным. Разве они не дураки?
Рю сделал все за меня. Он буквально вывел Ванессу на разговор о Рорке, и с тех пор она болтала, не останавливаясь. О предмете своей тайной страсти любая девушка может говорить часами.
За время поездки я многое узнала, увы, по большей части бесполезное. Например, о широких плечах Рорка и его стальном прессе.
Но мои мучения не были напрасны. Среди вороха пустой информации попались золотые крупицы важных знаний, и касались они магии Рорка. То, что я услышала, категорически мне не понравилось.
– У лапочки Рорка серьезные проблемы с отношениями, – посетовала Ванесса. – Это все его темный дар… А как по мне, нет ничего страшного в том, что его прикосновения забирают песчинки жизни. Он же в этом не виноват!
Чего?! Хорошо я сидела, а не то упала бы. Песчинки – это минуты. Значит, песчинки жизни в переводе на язык моего измерения – это минуты жизни. Рорк через прикосновения забирает чужое время! Это не просто темный дар, это сущий кошмар.
А ведь он касался меня, трогал теми самыми руками, которыми отбирает время. Я могла пострадать! Может, я уже пострадала, просто пока не знаю об этом. Вот как умру на несколько лет раньше…
Кольцо этому Рорку на палец и Горлума навстречу! Ну держитесь, мистер Мрачный, я дико на вас зла.
– Я готова пожертвовать песчинкой-другой ради его поцелуя, – Ванесса между тем сложила губы бантиком, точно в ожидании этого самого поцелуя. – Каждый раз, когда это говорю, по спине бегут мурашки. Не правда ли опасность возбуждает? А еще будоражит разница в возрасте. Обожаю мужчин постарше.
На этом моменте я насторожилась. Ванесса – моя ровесница, а Рорк не настолько уж старше нас. По крайней мере, внешне. Или я опять чего-то не понимаю?
– Но выглядит он потрясающе, не правда ли? – произнесла Ванесса. – Намного моложе своих лет. Все благодаря темному дару. Отобранные у других песчинки переходят к нему, – просветила она.
Как удобно, даже не надо задавать вопросы, Ванесса сама все рассказывает. Просто находка для такого шпиона, как я.
И все же от парочки вопросов я не удержалась:
– Сколько же ему на самом деле лет?
– Полагаю, где-то тридцать шесть – тридцать семь, – пожала плечами Ванесса.
А выглядит лет на десять моложе. Неплохо он устроился с этим своим темным даром.
– Так он ворует чужие песчинки? – уточнила я.
– Что ты! Не говори такого, без согласия другого человека это запрещено. Но мужчине очень сложно никогда никого не касаться. Ну ты понимаешь, – Ванесса густо покраснела.
Я понимала только одно – Рорк Хейден чрезвычайно опасен. Кража чужого времени – это вам не шутки. Так можно и до кражи чужой магии докатиться.
Глава 8. Хозяйка магической фабрики
– Подъезжаем, – Ванесса кивнула на окно.
Я, отодвинув шторку, посмотрела в указанном направлении и обомлела. Умом я понимала, что фабрика должна быть большой, но не думала, что настолько.
Широкое двухэтажное здание с множеством труб. Они были самые разные по форме и размеру: длинные и короткие, пузатые как арбузы и тонкие как иглы, спиральные и восьмеркой. И каждая выбрасывала в воздух разноцветный дым. Небо над фабрикой было окрашено во всевозможные цвета. Просто какой-то взрыв на радуге. До того красиво, что я не могла оторвать взгляд.
Ванесса моего восторга не разделяла. Прикрыв нос платком, она недовольно пробормотала:
– Ох уж эти магические выбросы! Ты знаешь, я люблю тебя, Алеса, ты – моя лучшая подруга, но с этим надо что-то делать. На той неделе над Ривердином прошел дождь из остатков магии. Кусты роз на газоне перед моим домом обрели разум, откопались и ушли. Садовник бился в истерике, матушка еле его успокоила.
– Это случилось из-за фабрики? – поразилась я.
– Конечно. Ты только посмотри на небо, – она указала на красивые, разноцветные облака. – Сплошь магические отходы.
Да уж, как говорится, не все то золото, что блестит. Магические выбросы выглядели весьма эффектно, но несли в себе опасность для жителей города. Я не знаток производства, но в моем мире заводы как-то очищают свои отходы. Надо подумать, как это внедрить здесь.
Ого, вот это я вжилась в роль! Уже размышляю, как улучшить фабрику. А ведь я здесь совсем не за этим. Мне надо найти вора и вернуть сознание Алесы, пока не поздно.
Карета через ворота въехала во внутренний двор фабрики. Здесь была настоящая парковка для экипажей. Их, кстати, стояло немало. Что-то там бабуля Ви говорила о том, что фабрика не только производит магические товары, но и продает их. Видимо, люди приехали за покупками.
Меня уже ждали. Темная фигура Рорка маячила возле широких двойных дверей фабрики. Ужасно хотелось все ему высказать. Он подверг меня опасности, коснувшись без перчатки! Но пришлось задавить гнев и обиду. Если что-то скажу Рорку, он поймет, что в ванной с ним была я. Но ничего, я придумаю, как отомстить, не раскрывая свое прикрытие.
Заметив меня, Рорк нахмурился.
– Я надеялся, что ты передумала и не приедешь, – вместо приветствия заявил он.
– Жаль тебя разочаровывать, но я свои решения не меняю, – я тоже решила отбросить вежливость и перейти на «ты». Как он, так и я.
Мы, конечно, могли всю прогулку перекидываться колкими фразами, но я предпочла натравить на Рорка Ванессу:
– Ты знаком с моей лучшей подругой? Она пройдется с нами, если ты не против.
Возразить Рорк не успел – Ванесса мигом взяла его в оборот. Подскочила ближе, повисла на предплечье мужчины и защебетала:
– Ах, господин Рорк, магическое производство – это безумно интересно. Покажите мне все, что у вас есть, – последнее прозвучало весьма двояко.
Ванесса потащила Рорка вперед, а мы с Рю двинулись следом. Рорк оглянулся на меня чуть ли не с мольбой в дымчатых глазах. Я же в ответ лишь злорадно улыбнулась. Вот она – моя маленькая женская месть. Это Ванесса только разогревается, все еще впереди. У меня, признаться, от ее болтовни уже виски ломило – пока ехали, она не замолкала ни на секунду. Пусть Рорк помучается.