Запретное. Любовь без границ

Глава 4. Оружие

Во время следующей тренировки, Джаспер достал револьвер.

– Зачем он тебе? – насторожилась я. – Верни его в кобуру.

– Возможно, если твоей жизни будет угрожать реальная опасность, – задумчиво произнес он и взвел курок, после чего направил револьвер на меня, – то оружие проявит себя.

– Ты не выстрелишь, – пробормотала я, пятясь от эфирнала.

– А вдруг ты выставишь щит? – предположил он. – Иногда оружие срабатывает на самозащиту.

– Вот именно – иногда. Мне что-то не хочется проверять.

Но кого волнует мое мнение? Уж точно не белобрысого эфирнала. Он дал мне немного форы, а потом принялся стрелять. В меня! Самыми настоящими пулями, не холостыми!

Я носилась по спортивному залу, где проходили тренировки, как угорелая. Уклонялась, перекатывалась, прыгала, уходя от пуль.

Я не обольщалась – если бы Джаспер хотел попасть, он бы попал. Пули из его револьвера особенные. Они подчиняются воле хозяина и способны лететь даже не по прямой. К счастью, Джаспер пытался лишь напугать меня, а не убить. Надо сказать, у него получилось.

– Я требую замены наставника! – прокричала я, отскакивая вправо от очередной пули.

Повезло, что у меня хорошая реакция. Но Джаспер все равно умудрился меня задеть. Видимо, решил, что боль подстегнет. Пуля зацепила плечо, неглубоко оцарапав кожу, но я взвыла так, будто мне руку оторвало.

Джаспер не на шутку испугался и бросился ко мне. Я встретила его ударом в челюсть, которого он не ожидал и не успел увернуться. Это была не какая-то там дамская пощечина, а полноценный апперкот. А нечего в меня стрелять!

– Стерва! – выругался Джаспер, потирая скулу.

Я, зажав рану на плече, в долгу не осталась:

– Сволочь!

Мы сверлили друг друга недружелюбными взглядами. Первым сдался Джаспер. Хмыкнув, он кивнул мне:

– Неплохо. Но твое оружие мы так и не нашли. В следующий раз продолжим.

Джаспер убрал револьвер обратно в кобуру, но с тех пор я держала с ним ухо востро. Похоже, он еще более безумен, чем Лекс.

В конце концов, мы собрали все вещи, какие были при мне и на мне в тот злополучный день. Пересмотрели каждую. Особые надежды Джаспер возлагал на резинку на запястье, которую я носила постоянно, на заколку для волос и на горсть монеток.

Резинка и заколка никак себя не проявили. Тогда Джаспер переключился на монеты.

– Возьми, – он ссыпал монетки мне в ладонь. – Сосредоточься и попробуй призвать силу Мрака, чтобы он активировал оружие.

– Как ты себе представляешь монеты-убийцы? Что они должны делать? Это же нелепо! Нелепее, пожалуй, только резинка для волос.

– Вот и разберемся. Порой оружие принимает странные формы.

– Какое самое необычное ты знаешь? – полюбопытствовала я.

Джаспер на секунду задумался и ответил:

– Карандаш.

– Серьезно? – удивилась я. – И что он делает? Протыкает существ насмерть?

– Он рисует потрясающе реалистичные картины. Не всегда оружие эфирнала несет смерть. В редких случаях оно способно созидать.

Это было что-то новое. Я была уверена, что дар Мрака – это исключительно оружие. Как же много я не знаю об эфирналах!

Увы, с монетами я тоже потерпела крах, как и со всеми прочими вещами. Все они были пустышками. Похоже, у меня просто нет личного оружия или хоть какого-нибудь дара от Мрака. Возможно, он решил, что спас мне жизнь и хватит.

Но Джаспер не желал с этим мириться.

– Так не бывает, – упрямо твердил он. – Оружие обязано у тебя быть.

Дошло до того, что вмешался Лекс. Надо же, снизошел до меня. Если ради встречи с ним надо потерять личное оружие, то я готова вовсе остаться без него, лишь бы Лекс был рядом.

– Раз в личных вещах нет оружия, – размышлял Лекс, – значит, им могло стать что-то поблизости. Вспомни, что было рядом с тобой, когда ты приняла Мрак?

Я нахмурилась. Мне не нравилось, как Лекс говорит со мной. Опять холодно и отчужденно, как в начале нашего общения. Неужели эмоции снова покинули его? Я смотрела в его глаза и видела в них пустоту. Это было неприятно.

В такие моменты мне даже хотелось, чтобы и мои чувства поскорее ушли. Может, тогда исчезнет эта глухая тоска по мужчине, с которым мне никогда не быть.

– Да ничего там не было, – буркнула я. – Вокруг Грани сплошная пустыня. Камни да песок.

– Надо съездить туда, – сказал в итоге Лекс. – Возможно, там найдется твое оружие. Заодно лично осмотрим место нового разлома.

Я была готова отправиться хоть на край света с Лексом, так что согласилась быстро. Вдруг мне повезет и удастся пробиться через броню одного вредного эфирнала?

Глава 5. У Грани

Следующей ночью мы поехали к Грани втроем – я, Лекс и Джаспер. Новый разрыв исследовали еще в тот день, когда он открылся, и взяли под контроль. Сейчас на месте дежурили законники.

Подъехав, мы вышли из машины, и Лекс попросил показать, где именно я приняла Мрак. Ему нужно было точное место, буквально до сантиметра. Так что я направилась к обрыву. Лекс двинулся за мной, а Джаспер задержался у поста, расспрашивал законников об обстановке.

Пока шла, по пути попадались черные воронки – здесь погибли мои товарищи по несчастью.

– Зачем чародей сделал это с ними? – я кивнула на одну из воронок.

– Энергия смерти, высвобождаясь, подпитывает Мрак и дает Грани силы на расширение. Чем сильнее погибший, тем больше энергии. Не пойму только, почему он выбрал тебя, – Лекс покосился в мою сторону. – Ты обычный человек.

– Ну да, – кивнула я и отвела взгляд.

Чародей по кличке Кудесник знал, что делал. Недаром он приготовил меня напоследок. Моя энергия была особенной, и он возлагал на меня большие надежды. Представляю, как он удивился, когда я исчезла. Вот это облом!

– Все случилось здесь, – я остановилась неподалеку от края Грани.

Не знаю, как именно определила место. Оно ничем не отличалось от других. Такой же красно-желтый песок и острые камни. Но что-то внутри меня подсказывало – все произошло в этой точке. Это место моего перерождения.

Лекс присел на корточки и коснулся земли.

– Чувствуешь что-нибудь? – спросил он.

Я вздохнула. Еще как чувствую. Например, тоску по нему.

– Я говорил о другом, – поправил меня Лекс.

Я едва удержалась, чтобы не столкнуть его с обрыва. Вот как общаться с этим чурбаном безэмоциональным?

– Пошел ты, Лекс Нолан! – в сердцах выпалила я и развернулась, чтобы уйти.

Эфирнал выпрямился. Как всегда он двигался молниеносно, я не успела среагировать. Лекс схватил меня за запястье, но я уже сделала шаг. В итоге он дернул меня назад. Я потеряла равновесие, и правая нога неловко подвернулась.

– Ой, – вскрикнула я и дернулась. – Пусти!

– Что? – Лекс разжал пальцы.

Я получила свободу, но далеко уйти уже не могла из-за боли в лодыжке. В паре шагов от меня был большой валун, я доковыляла до него и села.

– Из-за тебя я вывихнула ногу, – проворчала я.

– Дай взгляну, – Лекс опустился на колени и принялся развязывать шнурки на моем кроссовке.

– Разве один эфирнал может касаться другого? – ехидно спросила я.

– С чего ты решила, что нет?

– Но ты… сам сказал…

Я замолкла. Опять он меня провел, а я купилась. Надо что-то делать с моей доверчивостью.

– Прикосновения не запрещены, – ответил Лекс, стягивая кроссовок с больной ноги. – Нельзя… хм, все остальное. То, что может вызвать всплеск Мрака.

– Всплеск? – переспросила я.

– Возбуждение, – пояснил Лекс.

Его пальцы ощупали мою лодыжку и поднялись выше. Я напряглась. Мягким скользящим движением он добрался до колена, где точно ничего не болело. Но у меня язык не повернулся его остановить.

Поглаживая мою ногу, Лекс смотрел прямо мне в глаза. Я же задыхалась от его, в общем-то, невинных прикосновений. Не знаю, как эфирнал это делает. Его пальцы и жар тела будили во мне что-то дикое и запретное. Рядом с ним я становилась сама не своя.

Мне казалось, он заигрывает со мной. Клянусь, я видела морщинки в уголках его глаз. Те самые, что появляются при улыбке. Вот только самой улыбки не было. Может, и морщинки мне почудились. Лекс мог просто щуриться от ветра с песком, а я придумала то, чего нет.

Но тем и хороши иллюзии – в них хочется верить. Я перед своей не устояла. Не отдавая себе отчета, потянулась к губам Лекса, и он тоже подался мне навстречу. Еще немного, последние даже не сантиметры, а миллиметры. Крохотное расстояние, разделяющее нас, размером с целую вселенную. Его ничего не стоит сократить, но вместе с тем его невозможно преодолеть.

Дыхание Лекса уже коснулось моих губ, и я прикрыла глаза, предвкушая поцелуй. Но вместо этого услышала:

– Твоя нога в порядке. Ты можешь идти сама.

И все исчезло. Очарование момента, притяжение и желание почувствовать его губы на своих – растворилось без следа. Несколькими словами, сказанными ровным голосом, Лекс уничтожил их.

Но не могла же я все придумать? Лекс явно тянулся ко мне, я видела. Он хотел этого поцелуя не меньше, чем я. Но его хваленая выдержка снова победила. Однажды я разобью эту броню, чего бы мне это не стоило.

Я, открыв глаза, часто заморгала. Все никак не могла прийти в себя. Разве так можно? Девушка чуть ли не сама ему на шею вешается, а он прямо жертва снежной королевы – мальчик с куском льда вместо сердца.

Отпустив мою ногу, Лекс встал с колен, повернулся ко мне спиной и направился к припаркованному вдалеке автомобилю. А я осталась сидеть на камне с открытым ртом и в одном кроссовке. Нельзя же так! Сперва ощупал меня всю, довел до того, что я была готова сама на него наброситься, а потом взял и гордо удалился.

Честное слово, когда-нибудь я убью одного эфирнала. И пусть меня за это отправят на Одинокий остров. Хотя если судьей будет женщина, она меня поймет и оправдает.

Но в одном Лекс был прав – нога перестала болеть.

Глава 6. Откровенный разговор

Мы пробыли возле Грани до утра. Все искали мое оружие. Джаспер заставлял меня медитировать, настраиваясь на него. Но единственное, к чему привела медитация, так это к урчанию в моем желудке. По вине двух эфирналов-извергов я осталась без обеда и ужина.

– На сегодня хватит, – сжалился надо мной Лекс.

– Мне кажется, в принципе хватит. Пора уже признать, что у меня нет оружия, – проворчала я. – Вот такой я неправильный эфирнал. Похоже, я не очень-то понравилась Мраку, и он решил оставить меня без подарка.

Я плюхнулась на пассажирское сиденье автомобиля и скрестила руки на груди. Сегодня был отвратительный день, и я не собиралась притворяться, что все в порядке.

– Отвези меня домой, – попросила я Джаспера.

– Я останусь у Грани, – качнул он головой. – Законники говорят, что новый разлом ведет себя неспокойно. Хочу понаблюдать за ним лично.

Я повернулась к Лексу. Он выглядел так, словно лучше пойдет в город пешком, чем сядет со мной в одну машину. Не бросит же он меня посреди пустыни! Хотя с него станется.

– Я отвезу, – в итоге сдался Лекс.

– Как благородно с твоей стороны, – пробормотала я и отвернулась.

Поведение эфирнала начало меня утомлять. Кажется, он был уверен, что пора поставить жирную такую точку в наших отношениях. В конце концов, между нами ничего особого не было. Пара поцелуев не в счет. Лекс быстро о них забыл. Но забуду ли я?

Снова мы мчались в одном автомобиле. Колеса поднимали столбы пыли в воздух, и за машиной была настоящая песчаная буря. Огни Циви стремительно приближались. Вскоре мы въедем в город, а там рукой подать до моей новой квартиры. Кто знает, когда еще мы останемся с Лексом наедине. Возможно, это наш последний шанс поговорить начистоту.

Молчать дальше я не могла, так что сказала напрямик, что думаю:

– Мне казалось, между нами что-то есть.

Пальцы Лекс едва заметно дрогнули на руле. Что это – реакция? Или я опять выдаю желаемое за действительное?

– Между нами и правда что-то было, – он прямо-таки подчеркнул это «было». Жирным таким пунктиром. Чтобы я точно поняла – все в прошлом.

Его слова, это его спокойствие, отдающее вечной мерзлотой, ужасно меня разозлили. Вот просто накопилось. Как можно быть таким… эфирналом?! Скоро это слово станет для меня ругательством.

– Ты даже не дал нам шанса, – вспылила я. – Вечно у тебя находятся отговорки. Я была человеком – тебя это не устраивало, ты боялся мне навредить. Теперь я эфирнал, но тебе снова все не так. Придумал какую-то несовместимость. Может, ты просто трус, Лекс Нолан?

Пожалуй, последнее я сказала зря. Или нет. Ведь мне удалось пробить броню эфирнала. Лекс резко ударил по тормозам. Я не вылетела через переднее стекло лишь потому, что была пристегнута. Когда Лекс за рулем, я всегда пристегиваюсь. Знаю я, как он водит. Сплошные аварийные ситуации.

Машину занесло на песке и развернуло боком, но, к счастью, не перевернуло. Еще не стих визг тормозов и не осел песок, а Лекс уже покинул салон, хлопнув дверью. Вышел воздухом подышать. Находиться со мной в тесном пространстве ему было невмоготу.

Наивный. Если он думает, что я так просто отстану, то он ошибается. Я выскочила на улицу вслед за эфирналом. Обошла машину и приблизилась к Лексу.

Он стоял, спрятав руки в карманы, и смотрел на горизонт. Челюсти сжаты, скулы напряжены. Злится? Что ж, я тоже.

– Ты сама приняла решение, – сказал он, не глядя на меня. – Ты выбрала стать приманкой и помочь Джасперу в поисках Сердца Логова.

– Что ты за эфирнал, если я несколько раз сбегала от тебя? – фыркнула я.

– Я тебе доверял. Только и всего. Но я тебя не отпускал.

– Но и не держал. Ты собирался отправить меня обратно к людям и забыть о моем существовании.

Он все же повернул голову и посмотрел на меня. Встреча наших взглядов походила на столкновение автомобилей на огромной скорости. Все вдребезги.

Я опомниться не успела, как Лекс оказался рядом. Одним широким шагом он уничтожил разделяющее нас расстояние.

– Будем смелыми, – его хриплый голос пробежал током по моим напряженным нервам.

Я слишком хорошо знала этот абсолютно черный взгляд. Лекс хотел меня. Это была чистая ничем не разбавленная страсть. Дикое желание близости, которое я разделяла телом и душой.

Лекс толкнул меня к машине и прижал к ее железному боку. Буквально набросился. А затем поцеловал так сильно, что зубы заныли. В движениях эфирнала не было ласки. Он был зол, даже агрессивен.

Но я не боялась. Я точно знала, что Лекс не причинит мне вреда. Даже в таком состоянии, толкая меня к машине, он не забыл подставить между мной и дверцей собственную руку, чтобы я не ударилась.

Я на сто процентов отдалась поцелую. Закрыла глаза и погрузилась с головой в ощущения. Лишь когда Лекс оторвался от моих губ и проложил дорожку поцелуев к шее, я распахнула веки.

Тогда-то я заметила, что вокруг нас происходит что-то непонятное и даже пугающее. Воздух дрожал и искрил. Метались черные всполохи, закручиваясь по спирали. Мы словно попали в эпицентр урагана.

Автомобиль позади меня вибрировал. Железо стонало. Песок, который должен был уже осесть, снова поднялся в воздух. Надвигалась самая настоящая песчаная буря. И, кажется, породили ее мы.

Мир дрожал, словно вот-вот разрушится. Как если бы наша близость наносила ему непоправимый урон. Мы две частицы, которые не должны сталкиваться. Эпицентр ядерного взрыва.

Вокруг нас вились тени – черные всполохи Мрака. Он выбрасывал щупальца, слепо шаря по земле. Словно искал что-то или кого-то. Я знала, что будет, когда найдет. Уничтожит. Мрак не ведает пощады.

Я не на шутку испугалась. Происходило что-то неправильное и жуткое. Даже возбуждение спало.

Лекс мгновенно ощутил перемену в моем настроении. Он всегда безошибочно определял мои эмоции.

Мы отскочили друг от друга, словно обожглись. Дышали часто и быстро. Кожа горела в тех местах, где Лекс совсем недавно касался меня. Губы пощипывало после поцелуя. Безумно хотелось продолжить. Искушение было такой силы, что я едва с ним справлялась. Но нам нельзя.

Я провела языком по губам, слизывая с них вкус поцелуя, и Лекс вздрогнул. Втянул с шипением воздух через сжатые зубы и резко отвернулся.

Едва наш зрительный контакт разорвался, я ощутила облегчение и одновременно пустоту. Огромную черную воронку, затягивающую в себя все хорошее, что есть во мне. Кажется, мне ее уже ничем не заполнить. Она со мной навсегда.

Наверное, это оно и есть. Мрак по крупице поглощает меня. Разъедает мои эмоции как кислота, оставляя после себя обугленное нутро. Еще немного и я превращусь в выжженную пустыню. Ту самую, что окружает Грань. Наконец я поняла, откуда она взялась. Пустыня – дело рук Мрака. Он ее создатель.

Лекс отошел от меня. Я хотела шагнуть следом, но эфирнал резко поднял руку вверх, призывая меня оставаться на месте. Вскоре между нами было уже шагов десять.

Теперь Лекс стоял поодаль, медленно вдыхая и выдыхая в попытке успокоиться. Чернота в его зрачках постепенно отступала на свое обычное место. Появился синий цвет и вместе с ним вернулся контроль.

А самым удивительным было то, что буря вокруг нас улеглась. Исчезли искры и черные всполохи, осел песок. Пустыня снова была спокойна и безмятежна.

– Ты это нарочно сделал, – догадалась я. – Поцеловал меня.

– Ты не верила мне на слово, – пожал он плечами. – Я подумал, если ты увидишь все собственными глазами, то поймешь.

– И что это было? – я имела в виду бурю.

– Взаимодействие Мрака, – пояснил Лекс. – Я говорил: эфирналы не сочетаются друг с другом из-за него.

– Так будет каждый раз?

– Это только начало. Если продолжим, станет хуже. Вплоть до полного разрушения.

– Чего? – шепотом уточнила я.

– Всего. И нас в том числе.

Я до крови прикусила губу. Вот, значит, как это происходит. Два Мрака, встречаясь, стремятся уничтожить друг друга. Наша с Лексом близость грозит закончиться взрывом. И я сейчас не об оргазме, а об эквиваленте тротила. Погибнем мы сами и, вероятно, все живое в округе.

– Отвези меня домой, – попросила я, обхватив себя за плечи. В пустыне вдруг стало ужасно холодно. Или это только меня трясет?

Глава 7. Слабость

Проверяя лодыжку Лиссы, Лекс поймал себя на том, что его руки зашли намного дальше, чем это требовалось. Ему нужно было прикосновение. Всего одно, хоть ненадолго, вскользь, просто прикосновение к ней. Такое сладкое и такое… опасное.

Опасное, потому что, как вскоре выяснилось, одного прикосновения мало. Это как дразнить голодного хищника куском мяса, а кинуть ему в клетку пучок травы. Хищник рассвирепеет и потребует свое. Так и Лекс отчаянно жаждал большего.

Поэтому он сбежал, оставив Лиссу. Но разве от нее уйдешь? Спустя время они ехали вдвоем в проклятой тесной машине. Это была самая тяжелая поездка в его жизни. Неудивительно, что она привела к срыву.

Лисса посчитала поцелуй умышленной демонстрацией того, что будет, если два Мрака схлестнутся. Он не стал ее разубеждать.

Но, по правде говоря, он просто не сдержался. В тот момент ему было плевать на все. Пусть даже поцелуй убьет его. Что ж, он умрет счастливым. А еще злым.

Да, Лекс злился на Лиссу за то, что она ослушалась его. За то, что делала его слабым. За то, что всегда близко, но вместе с тем так далеко. Недосягаемая для него.

Злился и хотел. И то, и другое давно забытые эмоции. Но все же что сильнее? Злость или похоть? Дикий коктейль, перед которым не устоять. Кровь взорвалась адреналином. Такое случилось только рядом с Лиссой.

А ведь она считает его бесчувственным. Но правда в том, что его бесчувственность давно дала трещину. Броня, в которую заковал его сердце Мрак, начала осыпаться в тот самый миг, когда Лекс чуть не потерял Лиссу, и с тех пор процесс не прекращался.

Это было невероятно. Эфирнал не может забрать эмоции эфирнала. Но эмоции Лиссы каким-то непостижимым образом все еще подпитывали его. Как будто между ними установилась нерушимая связь. Она действовала всегда и везде, независимо от расстояния. Лекс проверял – нарочно избегал встреч с Лиссой. Старался даже в Альянсе не бывать, когда она там. Но ничего не менялось. Он все еще ощущал ее так, словно она рядом.

Похоже, они теперь навсегда связаны на ментальном уровне. Кто знает, как установилась эта связь. Но одно точно – она нерушима.

Именно тогда Лекс понял, насколько сильно нуждается в Лиссе. Не просто в эмоциях, которыми так приятно подпитываться, а в самой девушке. В ее улыбке, в язвительных ответах, во взрывном характере и острых реакциях. Без нее жизнь казалась пустой.

Лекс нашел свою идеальную женщину и потерял ее. Теперь уже навсегда.

Лисса снова научила его чувствовать, но лучше бы он и дальше жил без эмоций. Ничего хорошего они ему не принесли. Они терзали и мучили. Эмоции – это океан в шторм. Бурная стихия. Она не ведает пощады и топит слабых. Эмоциями так легко захлебнуться.

Лекс и забыл, какими болезненными они бывают. Как точно бьют в цель. Каждая как ржавый гвоздь, протыкающий сердце.

Когда-то, еще будучи человеком, он мечтал стать врачом. С этим ничего не вышло, судьба свернула в иную сторону, но кое-что он запомнил. Например, про сердечные струны – сухожилия внутри сердца. После глубокого эмоционального потрясения они могут порваться, сердце потеряет форму и не сможет нормально перекачивать кровь. Оно в прямом смысле разобьется.

В его сердце, похоже, больше нет струн. Все лопнули. Парочка, когда он только встретил Лиссу. Целый десяток, когда думал, что потерял ее навсегда. И вот сегодня те, что еще остались, когда он увидел в ее глазах отчаяние.