- -
- 100%
- +
– Нет, Демид, как прежде уже не будет, – качнула головой Мира. – Не будет у нас семьи. Не нужна она тебе.
– Будь у нас ребенок, все было бы иначе. Но ты не способна иметь детей. Мне об этом сказал Пименов. Больше к нему можешь не ходить и не тратить денег на обследования.
– Подожди, подожди… Почем он мне ничего не сказал? Я же была у него на приеме неделю назад, – растерялась Мира.
– Он мой друг. Решил, что я смогу тебе сообщить неприятную новость более мягко, чем врач. Но разговор не о том. Мне нужен ребенок, наследник. Я здоровый мужчина и хочу иметь детей.
– У нас может быть ребенок. Многие пары проходят через ЭКО. Это же обычная процедура.
– Для мужчины это унизительно. Это не мой вариант. Я тебе сотни раз говорил об этом. Алиса родит мне ребенка. Нам. Мы его будем воспитывать все вместе.
– Что? – выдохнула Мира. Она не понимала, о чем говорит муж. – Что за бред?
– Ты не можешь иметь детей, Алиса готова родить для нас ребенка. Моего ребенка. Идеальный вариант. Ты – прекрасная хозяйка. Ты любишь убираться, отлично готовишь. Алиса все это терпеть не может. Вы прекрасно дополняете друг друга.
– Ты понимаешь, что говоришь? – поднялась из-за стола Мира. – Брак втроем? Нет, это не мое, – рассмеялась она зло. – Ты с ума сошел? Ты что мне предлагаешь? Быть твоей прислугой? Готовить, убирать, стирать? А что взамен? Возможность нянчить вашего с Алисой ребенка? Да уж, отличная идея! Нет, спасибо, не надо.
– Как тебе удается всегда испортить все, что я люблю и чем дорожу? Ты не слышишь меня? Мира, я люблю тебя. Как и раньше. Люблю. Но ты не можешь дать мне полноту счастья, не можешь дать нормальную семью. Я нашел выход из положения. Но ты перевернула все с ног на голову. Как всегда! Ты мыслишь узко. Смотри на вещи шире. Мир давно поменялся и нет теперь семьи в привычном для закостенелого обывателя образе.
– Скажи, Демид, только честно… Ты давно… У тебя давно отношения с Алисой?
– Какая разница? – пожал плечами Демид.
– Для меня это важно. Хочу понять, как давно ты изменяешь мне.
– Не занимайся самокопанием. Это ни к чему хорошему не приведет. Я тебе уже все сказал. В постели ты мне перестала быть интересной давно. Детей иметь не можешь. Но я люблю тебя, я к тебе привязался за годы нашего брака. Вот пусть все и остается как было. Не усложняй жизнь всем. Мы же цивилизованные люди.
Не стоило Демиду говорить об их интимной жизни. Мира помнила, как у них все было хорошо. Не просто хорошо – отлично. Демид восхищался ею как женщиной.
Изменилось всего с полгода назад. Он охладел к жене. У них почти не было бурных ночей как раньше. Демид приходил с работы поздно, порой не ужинал и заваливался спать. Объяснял это усталостью на работе. Теперь Мире все стало понятно – Алиса украла у нее мужа. Вероломно и подло.
– Может объяснишь, чем же Алиса лучше меня? – горько усмехнулась Мира. – Ведь все дело в ней, верно?
– Ты умеешь выносить мозг! – вспылил Демид. – Что тебе надо объяснить? Алиса раскрепощенная, без идиотских предрассудков и без комплексов. Она не просто женщина, она в постели богиня, куртизанка, развратница. Страстная, ненасытная, смелая. Но ты же этого не понимаешь. И никогда не поймешь. Почему мужчины ходят к проституткам? Потому что жены у них никакие.
– Вы оба мне омерзительны, – Мира никогда раньше не испытывала подобного отвращения к людям. Неужели мужчине проще пойти к проститутке, чем объяснить жене, что он хочет от нее в постели? Почему всегда виноваты женщины? Всегда и во всем?
Слова Миры подействовали на Демида как красная тряпка на быка. Он медленно поднялся из-за стола.
– Как ты сказала? Повтори! – его глаза потемнели. – Я тебе омерзителен?
Мира смотрела на мужа и не узнавала его. Ей стало не по себе. Она попятилась из кухни. Демид в два прыжка догнал ее, схватил за плечи.
– Хочешь узнать, чем Алиса лучше тебя? Сейчас я тебе это объясню. Наглядно, – он потащил Миру в спальню, швырнул на кровать.
Начал срывать с нее одежду. Торопливо и грубо. Белье больно впивалось в кожу.
– Прекрати! – Мира пыталась защищаться.
Но Демид уже не слышал ее. Он вывернул жене руку, придавил к постели. Мира закричала, ладонь мужа плотно легла ей на рот, не давая дышать. Мира дернулась, пытаясь высвободиться, но силы были неравны.
Резкая боль в вывернутой руке не давала двигаться. Демид убрал ладонь с лица жены и положил ее на шею. Сдавил. Несильно, но крепко.
– Главное в сексе – доверие. Верь мне. И все будет хорошо. Получай удовольствие.
Он словно читал ей лекцию. Говорил ровно и спокойно. Мира замерла. Какое доверие, когда он в любой момент может задушить ее?
Демид сильнее сжал горло Миры. Она начала задыхаться:
– Демид, не надо, пожалуйста…
– Ты сама хотела узнать, чем Алиса лучше тебя. Вот и узнаешь. Ходить по грани это прекрасно. Тебе понравится… – шептал муж, обжигая ухо Миры горячим дыханием. Он уже потерял самообладание и не собирался останавливаться. – Страх и желание, похоть мешается с ужасом. Вот это настоящее удовольствие.
Демид отпустил Миру, и тут же резко перевернул ее на живот. Снова схватил ладонью за горло, но на этот раз не сдавил. Только погладил. Нежно и осторожно. – Бедняжка, ты испугалась… Зря. Все будет хорошо… Все будет просто прекрасно…
Шея у Миры саднила. Похоже, Демид ободрал на ней кожу. Муж дотянулся до шелкового халата, лежащего на краю кровати, выдернул из него пояс и ловко связал руки Миры за спиной. Крепко и больно.
– Отпусти меня, – снова попросила Мира, уже не веря в благоразумие мужа.
Он ничего не ответил, навалился на нее всем телом и снова сжал горло. Демид дышал тяжело, неровно. Он то сдавливал горло Мире, то отпускал и ласково гладил жену. Мира жадно хватала ртом воздух каждый раз, когда Демид ослаблял хватку. И мечтала только о том, чтобы все скорее завершилось.
Демид накинул на голову Миры ее халат, замотал и потянул назад. И начался кошмар. Кошмар, который Мира не забудет всю оставшуюся жизнь.
Глава 7
– Понравилось? – Демид лежал рядом с Мирой, поглаживая ее по плечам.
Ее руки по-прежнему были связаны за спиной. Мира молчала и только тяжело дышала. Она никогда не чувствовала себя такой униженной. Мира была противна самой себе, она в жизни не отмоется от этого.
Саднила кожа на шее, онемели стянутые за спиной запястья. Но не боль причиняла ей страдания. Боли почти не было. Миру изнасиловал муж. Он превратился в чудовище. Жестокое, похотливое, мерзкое. И это чудовище касалось ее тела жадно и грязно.
– Вижу, что не понравилось, – муж развязал шелковый пояс, заботливо потер запястья Миры. – Никогда ты не сможешь дать мне того, что дает Алиса. В сексе ты консервативна до неприличия. Хотя сейчас мне удалось немного оживить наши отношения. Но не думаю, что ты захочешь повторить. Заметь, это все происходило добровольно. Ты хотела попробовать, и попробовала. Жаль, но, тебе не понравилось… Это я говорю к тому, что тебе не стоит никому рассказывать о твоем неудавшемся опыте.
Сейчас спорить с мужем для Миры было равносильно самоубийству. Кто знает, что у него на уме? У Демида странные и опасные пристрастия. Чудо, что он раньше не проявил их в отношении к Мире. Очевидно, ему хватает Алисы.
Теперь Мира мечтала только о том, чтобы живой выбраться из дома. Но Демид уже намекнул – все было по взаимному согласию. Да и кому она может рассказать о подобном унижении?
Демид обнял Миру, уткнулся ей в плечо. Его борода щекотала кожу. Когда-то Мире это нравилось… Но не теперь. Она сжалась и боялась дышать.
– Все было бы отлично, если бы ты могла родить. Но ничего, скоро все будет как надо. Ты привыкнешь. Я уверен. И все у нас будет замечательно… Не надо рушить наши отношения из-за глупой ревности. Тебе пора принять современные реалии, а не жить в позапрошлом веке. Ты слишком зажата, и это не добавляет тебе сексуальной привлекательности.
Скоро Мира услышала ровное дыхание мужа. После бурного секса Демид всегда заспал. Эта черта раньше вызывала у Миры снисходительную улыбку. И даже нежность. Как это мило, как трогательно! Теперь это был ее шанс на спасение.
Демид мирно спал, обняв жену за талию, как в самом начале их отношений. Просто идеальная счастливая пара!
Мира осторожно выскользнула из-под руки мужа. Он не проснулся. Секс отнимал у Демида все силы. Он предавался ему без остатка, самозабвенно и увлеченно.
Зеркальная дверь шкафа открылась бесшумно. Мира поспешно взяла одежду и на цыпочках выскользнула из спальни. Быстро оделась, схватила сумочку с полки перед зеркалом. Глянула в него и ужаснулась.
Зареванные опухшие веки. Синяк под глазом налился фиолетовым. Он был невелик, но заметен. На шее пятна от пальцев мужа. Безобразные, багровые. Сейчас Мира похожа на алкоголичку.
Мира намотала на шею шелковый шарфик. Надела темные очки. Вечером это выглядело странно и легко понять, зачем женщина их нацепила. Хотя, какая разница?
Вышла на цыпочках из квартиры, тихо заперла дверь.
И куда теперь? В полицию? Или сначала в больницу? И что она скажет в полиции? Что ее муж изнасиловал? Да ее слушать никто не станет. У нее лицо как у хронической пропойцы.
Поехать к родителям? Родители начнут ахать и охать, переполошатся. Отец, скорее всего захочет разобраться с Демидом по-мужски, а мама будет плакать и причитать. И говорить, что она знала – этим все закончится. Мама всегда все знает наперед. Нет, сейчас Мире это надо меньше всего.
И вообще хорошо, что родители переехали в другой город к бабушке, отцовой маме. Пока им Мира ничего говорить не станет. Меньше знают – крепче спят. Не стоит их волновать лишний раз.
Где ей ночевать сегодня? В гостинице? А потом? Где она будет жить? Домой она не вернется. От одной мысли о Демиде Мире становилось дурно.
Как жаль, что родители продали квартиру. Хотя они хотели, как лучше. Половину денег истратили на благоустройство бабушкиного дома, а половина пошла на покупку элитного жилья Миры и Демида. Не лучшее вложение, как оказалось… Быстро эти деньги не вернуть.
Мысли перескакивали с одного на другое и Мира не могла сосредоточиться. Ей надо выговориться, это поможет принять решение. Позвонить Анжеле? Вот только телефон она утопила на том проклятом мосту.
С Анжелой Мира дружила со школы. Трое неразлучных подружек – Анжела, Алиса и Мира. Анжела вышла замуж, родила двоих сыновей-погодок. Ей стало не до общения.
Последнее время виделась они нечасто. Зато созванивались регулярно. Анжела умеет слушать. Именно это сейчас Мире и надо.
Можно, конечно, позвонить по телефону доверия для женщин, пострадавших от насилия. Кто знает, возможно, помогут советом. Только с чего звонить? Мобильник потерян.
Да и что скажет Мира? Она никогда не обращалась в подобные организации. Туда, наверное, звонят только женщины из неблагополучных семей, где муж пьющий, куча детей и жилье в общежитии. Хотя, чем трезвый Демид лучше разбушевавшегося алкаша?
Нет, лучше поговорить с Анжелой.
Но проблемы возникали одна за другой. Мобильника нет. Машина на парковке в торговом центре на другом конце города. Ловить такси с таким лицом Мира не решилась и пошла пешком. До дома Анжелки идти минут сорок, если не больше.
Впрочем, сейчас прогулка будет полезна, Мира сможет подумать, что ей делать дальше.
На город опускались летние сумерки. Медленно, лениво. Горизонт снова затянули облака. Но не грозовые, а пушистые, кудрявые, розовые от света клонящегося к закату солнца.
Мира шла, наклонив голову и время от времени поправляя очки. Ей казалось – все проходящие мимо смотрят на нее. С любопытством и осуждением. По дороге зашла в супермаркет, купила детям по шоколадке.
У подъезда Анжелы Мира замерла в нерешительности. Может, подруга занята? И вообще, у нее семья, а тут Мира на ночь глядя пришла жаловаться на мужа и на свою жизнь.
Солнце скрылось за высокими домами и сразу стало свежо. Мира потопталась на пороге и все же позвонила в домофон.
Ей ответили не сразу.
– Кто? – прохрипел динамик знакомым и сердитым голосом подруги.
– Анжела, это я – Мира.
– О, не ждала, заходи!
Звонко щелкнул замок и Мира вошла в подъезд потрепанной пятиэтажной хрущевки. На лестнице пахло жареным мясом, из какой-то квартиры неслись звуки шансона. Она поднялась на третий этаж. Дверь уже была открыта.
– Мирка, проходи на кухню! – донеслось до нее из глубины квартиры. – Тапочки в тумбочке, сама найдешь. Мы сейчас.
Что-то грохнуло, покатилось по полу.
– Вот зараза! – ругнулась Анжелка. – Матвей, держи отвертку. Руслан, уйди, не путайся под ногами!
Снова что-то упало. Раздался детский смех. Мира прошла на крохотную кухню и опустилась на табурет. Через минуту туда влетела Анжелка. Раскрасневшаяся и лохматая.
– Карниз вешаем, – пояснила она. – Купили под новые шторы.
На кухню заглянули мальчишки пяти и шести лет. Старший Максим и младший Руслан.
– Зрадссьте, теть Мир!
Мира торопливо протянула им шоколадки.
– Спасибо! – хором прокричали они.
– Мам, папе нужен шуруповерт! – заявил старший.
– Да, он его потерял, – поддержал брата Руслан, раскрывая шоколад и хрустя оберткой. – А я есть хочу.
– Подожди, я сейчас, – кивнула Мире Анжела. – Хозяйничай пока без меня. Чай налей, пакетики в коробке. Там и зеленый, и черный. Выбирай, что хочешь. Я быстро.
– Прости, я не вовремя, зайду в другой раз, – Мира поднялась, чтобы уйти.
– Сиди, я по тебе жутко соскучилась, – остановила ее подруга. Она сунула в руку младшего печенье.
– А бутерброд? – заныл тот.
– Хватит с тебя, ты хорошо поужинал. И шоколад весь не ешь. Дольку отломи и все. Остальное дай сюда. Идите, идите отцу помогать, нечего на кухне топтаться, – Анжелка отобрала у мальчишек шоколад и погнала сыновей впереди себя, как гонят в деревне гусей. – Ногами шевелим! Быстро, быстро, папа без вас не справляется!
Вот это и есть настоящее семейное счастье. Шумное, суетливое, веселое. Снова в зале что-то загремело, задребезжало, засмеялись мальчишки.
– Дурдом на прогулке, – вздохнула Анжела, возвращаясь в кухню. – А что чай себе не налила? – удивилась подруга. И тут же удивилась еще больше: – Ты чего в темных очках сидишь?
Мира сняла их и Анжелка всплеснула руками:
– Что случилось?
– Мам, папа потерял стамеску! – заглянул в дверь Матвей.
– Разбирайтесь сами! – гаркнула на него мать. – Меня не беспокоить, в кухню не входить! Никому! Отцу тоже. Понял? – строго посмотрела она на сына.
– Да, – испуганно кивнул Матвей и захлопнул дверь.
– Что случилось? – повернулась к Мире Анжела. – На тебя напали?
– Нет, – всхлипнула Мира. – Это Демид.
– Демид? – ужаснулась Анжела.
– Да, – вздохнула она в ответ. – Но я сама нарвалась. Спровоцировала его.
– Не говори глупостей. Дай, посмотрю, – она склонилась над Мирой. – Ужас какой. И на шее ссадины, – Анжела бесцеремонно сняла с Миры платок. – Гад! Ты в полиции была?
– Нет. Понимаешь, я не знаю, что мне делать. Прости, решила прийти к тебе. Мне надо подумать, а в голове каша…
– Правильно сделала, что пришла ко мне, – Анжела погладила Миру по плечам. – Разберемся вместе.
– Я запуталась. Чувствую себя глупой и беспомощной. Дура я, прав Демид, – вздохнула Мира.
– Так… – Анжела машинально переставляла посуду на столе. – Ладно… Надо сначала ко врачу. Потом в полицию. Нет, в полицию надо сейчас звонить, – Анежлка потянулась к мобильнику. – Может, скорую взывать?
– Погоди, – остановила ее Мира. – Не нужна мне скорая. У меня уже ничего не болит.
– Не ври.
– Правда. Почти не болит. Это… Это сложно объяснять. И долго. Я правда сама виновата. Я начала выяснять отношения. А Демид… Демид… – Мира смахнула слезы. – Изменил он мне. В Алиской.
– Что? – всплеснула руками Анжела. – Да вы же лучшие подруги! Ты уверена, что с ней?
– Да. Я увидела их в кафе. Это было так противно…
– Демид тебя что, душил? – осторожно спросила Анжела.
– Тут все непросто, – Мира вытерла слезы тыльной стороной. – Давай сначала я тебе все расскажу. И налей мне чай.
Анжела налила в чашку кипяток, пододвинула Мире. Поставила перед ней коробку с чайными пакетиками и вазочку с шоколадным печеньем.
– Купила на пробу. Ничего так, вкусное. Угощайся. Может, ты есть хочешь? У меня борщ – закачаешься. И рагу… – засуетилась Анжела.
– Нет, не надо. Я чай хочу. А на еду смотреть не могу.
И Мира рассказала все. С самого начала, с того момента, как увидела мужа в торговом центре. Слезы текли и текли по щекам нескончаемым потоком. Мира вытирала их бумажной салфеткой. Анжела качала головой:
– Вот ведь стерва эта Алиска! Нет, не стерва, гадина! Змея! Сучка! Я давно догадывалась, что она редкая дрянь. Она мне намекала, что подцепила женатика. А я значения не придала. А ведь была девчонка нормальная. И вот выросла из нее гадюка! И твой тоже хорош! Никогда бы не подумала. Вроде нормальный мужик был, и не догадаешься, что садист. А Алиска дура. Ее когда-нибудь кто-нибудь случайно придушит. Не понимаю, что это за удовольствие? Мужик тебе душит, а ты тащишься как удав по асфальту! Может, все-таки поешь? – вдруг переключилась Анжелка. – Говорят, от стресса помогает.
– Нет, – качнула головой Мира.
– Тогда пошли в травмпункт. Зафиксируем побои.
– Нет, не надо. Зачем? Толку от этого?
– Толк будет. Я – свидетель. Если надо, и Ромку моего возьмем. Для солидности. Рома! – закричала Анжела. – Карниз потом повесим. Одевайся, с нами пойдешь.
– Нет, не надо Рому, – остановила подругу Мира. – Я пока еще не знаю, что мне делать.
– Куда пойдем? – вошел на кухню широкоплечий запыленный цементом Роман, вытирая руки тряпкой. – Что за срочность?
– Пока никуда, – махнула ему рукой жена. – Погоди. Мы еще не решили. Тут у Миры проблемы. Семейные. Не мешай пока.
– Понял, – покладисто кивнул Роман и вышел.
– Тебе обязательно надо в травмпункт. Это не обсуждается. И в полицию. Заявление на мужа написать.
– Заявление я писать точно не буду. Не примут его…
– Примут как миленькие.
– Нет. В полицию не пойду. Не хочу рассказывать, что со мной случилось. Они же будут вопросы задавать, в подробности лезть. Нет, нет, я даже вспоминать об этом не хочу. Я как в грязи вся. Я никогда не отмоюсь от этой мерзости.
– Ладно, обсудим это позже. А врачу тебе показаться надо. Я иду с тобой. Травмпункт рядом, я туда весной ходила, когда ногу наколола о шип на даче. Там отличные врачи. Тут идти две минуты.
– Вроде ничего не болит уже, – попыталась возразить Мира, снова повязывая шею шарфом. – Зачем зря врачей от дела отвлекать?
– Идем. И не спорь. Знаю я тебя. Начнешь мужа оправдывать, в себе копаться. Нет уж, этого тебе делать точно не надо. Если муж бьет жену – это последнее дело. Спускать ему такое нельзя. Тем более что ты ни в чем не виновата. Это он тебе изменил.
Мира улыбнулась сквозь слезы. Все-таки Анжела замечательная подруга, хотя они и редко виделись в последнее время. Вот как бывает – дружили со школы втроем. Алиска без зазрения совести стала любовницей мужа лучшей подруги. А Анжела, с которой Мира почти не общалась в последнее время, сразу вызвалась помочь.
Анжела права – нельзя прощать Демида. Да Мира и не собиралась прощать его. Но и мстить не хотела. Пока не хотела. Сначала надо привести в порядок себя и решить, как жить дальше.
Одно Мира знала твердо – мужа у нее больше нет. Впереди маячил развод, раздел имущества. Ничего, она пройдет через это. Главное, не спешить и не наделать ошибок. Пора из домашней клуши становиться хладнокровной и расчетливой змеей. А это непросто. И надо, наконец, начинать жить для себя, любимой. А как это делать, Мира понятия не имела.
Чай из пакетика получился крепкий. Мира положила две ложечки сахара. Как делала когда-то в детстве. Она давно не пила сладкий чай. А сейчас ей захотелось попасть в прошлое, где не было предательства и лжи и где друзья не всаживали нож в спину.
Глава 8
Очередь в травмпункте двигалась медленно. И если бы не Анжела, Мира давно бы ушла. Она не видела смысла в обследовании. Ну что ей скажет врач? Посмотрит осуждающе, даст рекомендации, которые Мира и без него знает – холод на синяк, обработать ссадины. Переломов нет, серьезных повреждений тоже. Так чего вы сюда пришли, девушка? От работы доктора отвлекать?
Но Мира ошиблась. Врач оказалась очень внимательной и сердечной.
– В полицию обращались? – первым делом спросила она.
– Нет, не буду, – качнула головой Мира.
– На вас напали или знакомый?
– Муж, – потупилась Мира.
– Ты все расскажи, – встряла Анжела, сидящая поодаль. – От врачей ничего скрывать нельзя.
– Тут стесняться не надо. Мне важно видеть картину ваших травм целиком, – заметила врач.
Мира скомкано рассказала, что произошло, перескакивая с одного на другое и подбирая слова. Ей не хотелось вдаваться в подробности и вспоминать весь ужас пережитого.
Доктор слушала молча, только кивала.
– Принуждать не могу, но зря не хотите в полицию, – нахмурилась врач. – Семейное насилие очень опасно. Один раз вас муж слегка побил и подушил в порыве страсти. А в другой раз все может закончиться трагически. Но дело ваше.
– А вы ей справку о нанесении побоев дать можете? – попросила Анжела. – Я ее попробую уговорить в полицию обратиться.
– Я не пойду, – Мира упрямо наклонила голову.
– Может, еще передумаешь. Напишите, пожалуйста, что в таких случаях положено, – умоляюще посмотрела на врача Анжела.
– Разумеется, напишу. Но дам не справку – выписку. И направление в больницу. У нас нет гинеколога. А вам, девушка, к нему необходимо. Возможны повреждения, это может быть опасно. Еще советую посетить психолога. И в городе есть Центры по защите женщин, подвергшихся насилию.
Врач внимательно осмотрела Миру, выписала рецепт и дала рекомендации. Медсестра обработала ссадины, намазала чем-то прохладным синяк под глазом.
– Ну вот и все, будете как новенькая, – медсестра наклеила на синяк пластырь. – Снимите через два часа. Мазь с ментолом, снимет отек и боль.
– Да он не сильно болит, – призналась Мира.
– Вы просто терпеливая. Другая бы корчилась в конвульсиях и умирать собиралась, – призналась медсестра. – У нас пациентки такие концерты закатывают, что только держись!
Врач достала из стола буклет и протянула Мире:
– Прочитайте. В конце адрес и телефон Центра поддержки женщин. Работает круглосуточно. Поправляйтесь и не давайте себя в обиду, – улыбнулась на прощание.
– Спасибо вам, – у Миры на глаза навернулись слезы благодарности.
Зря она думала, что врачи в госклиниках все как один неквалифицированные хамы. Демид всегда говорил: «Хочешь хорошего лечения – держись подальше от участковой поликлиники и бесплатных врачей. Залечат до смерти».
Ну да, а в частной клинике лечение бесплодия куда как эффективно! Уже сколько денег отдали, а толку никакого. И все обещают, что вылечат. Надо сдавать анализы, пройти очередные обследования, делать уколы, пить витамины… Только что-то верится в пользу от этих процедур уже с трудом. А теперь вообще вынесли вердикт – бесплодие. Тогда от чего лечили?
Вызвали такси и съездили в больницу. Там Миру тоже внимательно осмотрели. К счастью, все было не слишком серьезно, хотя и болезненно. Гинеколог посоветовала обратиться в полицию. Анжела и у нее взяла заключение о результатах осмотра.
– Так, теперь в полицию, – заявила Анжела, когда они покинули здание горбольницы. – Справки есть, твой не отвертится.
– Нет, – решительно заявила Мира. – В полицию я не пойду. Не хочу ломать Демиду жизнь. Он мерзавец, но я не могу. Устала, домой поеду. Спасибо тебе за все.
– Ты что, в ним в одной квартире останешься? Он же тебя прибьет!
– Не прибьет. Совру, что в полиции была, заявление написала. Пусть не думает, что я испугалась. Пусть сам меня боится. Переночую, а завтра сниму квартиру. Надеюсь, это можно быстро сделать. Потом потребую продать квартиру, в ней моя доля есть, хотя и маленькая. И на развод завтра же подам.
– Стоп! – прервала размышления подруги Анжела. – Чушь городишь. Сегодня переночуешь у нас. Мы с Ромкой в зале разместимся.
– Спасибо, но нет. Вы и так вчетвером ютитесь в хрущевке.
– Да норм все. И не ютимся, а отлично живем. Трешка вполне себе удобная. Сейчас я Ромке позвоню, – Анжела уже набирала номер мужа.
– Погоди, – остановила ее Мира. – Погоди, не звони Роме.
– Ладно, – Анжела сбросила вызов. – Но все равно переночуешь у нас. А завтра решим, что тебе дальше делать.
– Нет, – задумалась Мира. – Я должна сама решать свои проблемы. Мне давно пора научиться это делать. А я жила в розовых очках, свято верила мужу, – печально улыбнулась она. – Надо взрослеть и начать трезво смотреть на жизнь. У вас я точно не останусь, прости, Анжела. Не хочу стеснять вас. Да и вообще, я же взрослая девочка!