Была у Егора «Красавица»
- -
- 100%
- +
– Какой санаторий! А корова, а несушки? И хата вымерзнет, не натопишь.
– Одна поезжай, досмотрю за всем.
Не хотела ехать, ох, как не хотела! Вернулась до срока, диагноз был, страшней некуда. Не поверил, повёз в область, в лучшую клинику положил. На операцию шла своими ногами и улыбалась, улыбалась, чтобы ему не страшно было.
Операция прошла хорошо, постарались хирурги. Но сердце не выдержало. Опомниться не мог, поверить не мог…
После похорон неделю пил и не пьянел. Потом ушёл на «Красавице» вверх по Дону. Вернулся дня через три или четыре, когда водка закончилась. Говорят, помогает забыться. Ему не помогла.
Варя, соседка, встретила у ворот. Наверно, выглядывала его «Красавицу» с того же мыса. Пошла за ним в дом и частила, частила:
– Невестка ваша мне корову продала. Деньги я отдала, чтобы она кого другого не искала. А уводить к себе не стала, вдруг вы не позволите.
– Как не позволить, если вы деньги заплатили. И корова мне теперь ни к чему.
– Можно, она в вашем сарае постоит, мне её и держать-то негде?
– Пусть, только ухаживайте сами, и молоко ваше.
Потом, потом… Молоко ему каждый день и масло, и творог, и сметану. И еду какую-то. Он рыбачил ещё, на рынок не ездил, улов раздавал – ей, Николаю, себе на уху и жарку, ничего другого не готовил, не умел. Отказывался сначала от её заботы, а потом рукой махнул.
Жил, как в тумане, поверить не мог, что Тони нет, не то, что привыкнуть. По дому ничего делать не хотелось. Весной вышел в огород, постоял, воткнул в грядку лопату и ушёл в дом.
Варя убирала в доме и во дворе, когда его не было. Приходил – чисто и обед на столе. А года через два нелепый разговор:
– Ты один, я одна…
– Прости, Варя, хорошая ты, добрая, и молодая ещё, тебе ровня нужна. В моей хате одна хозяйка, Тоня. И вот здесь – ударил себя в грудь, – тоже она одна.
Убежала, не заикалась больше. Сын у неё в тюрьме по третьему разу…
Время шло, он начал сдавать, и как-то получилось, что она стала почти хозяйкой. И уберёт, и на стол накроет, и рубаху глаженную на спинку стула повесит, пока Николай парит его в баньке.
Перед Варей он был в долгу, кругом виноват.
Глава 9
Нюра накрывала на стол, и Аля стала ей помогать.
– Как тебе Дон?
– Прекрасно! Я же в реке никогда не купалась, только на море и в бассейне.
– Сейчас отец мальчишек привезёт, будем обедать. Когда я на дежурстве, ты помогай ему, хорошо?
– Конечно, тётя Нюра, вы говорите, что нужно, я всё сделаю!
– Отдыхай, набирайся солнышка, вон ты какая бледненькая. Небось, в Лондоне совсем солнца не бывает.
– Да бывает, конечно!
Вернулся дядя Коля с мальчишками, в доме стало шумно и весело. И привёз ей флэшку, можно включать Интернет!
Поздно вечером ей удалось добраться до ноутбука.
И ушли в невидимые сети Интернета три письма, два коротеньких, маме и папе отдельно. И длинное – единственной подружке, они дружили все семь лет.
Аля хорошо помнила первые дни в пансионе – домашний ребёнок в чужом неприветливом доме. Пятнадцать девчонок разного возраста.
Одни приехали на полный курс, других присылали на год или два пожить в англоязычной среде, чтобы язык стал своим и лёгким, как родной.
Все говорили по-английски, Аля не понимала ни слова и молчала. Её прозвали Немой, над ней смеялись все, кроме Барби, высокой чёрненькой девочки, очень красивой, с огромными серыми глазами.
На самом деле её звали Мария, но так – только учителя и классная дама. Она подсела в первый же вечер, когда Аля тихонько плакала в подушку.
– Не плачь, Мышонок, я буду твоим гидом и переводчиком. И не бойся, рядом со мной тебя никто не тронет. Но английский будем учить, без него здесь нельзя.
Аля с трудом научилась понимать окружающих. Но сама не говорила, стеснялась. Когда, наконец, сказала своё первое слово по-английски – сэнк ю, спасибо, классная дама вздохнула облегчённо:
– Наконец, заговорила наша Немая. Привозят таких неподготовленных детей!
Дружба их была странноватой. Барби сторонилась других девочек и ревниво отгораживала от них Алю. Держалась, как умная старшая сестра с младшенькой глупышкой. Словно не замечала, что Аля росла, взрослела, много читала, училась хорошо. Но всегда, всегда была рядом!
«Барби, дорогая, привет! Прошло так мало времени, а я уже скучаю. Куда вы поехали на этот раз? Наверно, в какое-нибудь совершенно необыкновенное место! За мной мама не смогла приехать, а у папы отпуск через месяц.
Меня отправили к дяде Коле, папиному младшему брату в станицу. Оказывается, у меня трое братишек! Я уже гуляла по улице и купалась в реке, называется Дон. Жду письма! Обнимаю. Я».
Как люди жили без Интернета? Не успела оглянуться, от Барби пришёл ответ!
«Мышонок, ну, ты и путешественница! Может, тебя переименовать в Лягушонка? Странно и здорово, что у вас есть Интернет! Тебе не скучно там? Я в деревне никогда не была. Родственники не притесняют, не заставляют нянчить малышню, убирать, готовить, доить корову? Тебе же надо отдохнуть!
Мы живём на самом юге Индии в пятизвездочном отеле. Через неделю полетим в Гонконг и Сингапур. Жалко, что наши родители вовремя не договорились, мы могли бы взять тебя с собой!»
Глава 10
Варя зашла и разволновалась:
– Ты зачем встал, Егор, врач ведь велел полежать хоть недельку!
– Знаешь, так можно и совсем не встать. Понравится! Ты лежишь, Варя вокруг хлопочет…
– Смеёшься! Давай всё же – походил немного, полежи. Походил – полежи. Я так боюсь, что ты упадёшь, не дай Бог!
Боится она! Только она и боится…
Как Варя появилась в его жизни?
Соседский дом долго пустовал после смерти старушки Тихоновны. Сын её жил на Севере, даже на похоронах не был. И вдруг приехал с женой и ребёнком.
Егор познакомился сначала с главой семьи, вышли одновременно из дома. Сосед был крепкий краснолицый мужик лет сорока.
Какое-то время шли рядом, Егор спросил:
– На работу устраиваетесь?
– Надо обжиться сначала, дом в порядок привести.
– По специальности кто?
– На Севере нужно быть на все руки, я и шофёр, и механик, и плотник, и каменщик.
– Такие люди везде нужны. Осмотритесь, приходите к нам на Консервный. Завод огромный, работа всегда найдётся.
– Наработался я, по правде говоря. Но спасибо, надумаю, приду.
– И если нужно что, заходите по-соседски. Не заходил. И на завод не пришёл.
Соседка была почти ровесница их Антону, светловолосая, глаза светлые, то ли зелёные, то ли светло-карие.
Их с Тоней спокойная жизнь на этом закончилась. Пил Тимофей, как говорится, по-чёрному. Дружки завелись, приехал с деньгами, угощал.
В каждом селе, наверно, есть свои праведники, свои грешники, свои хулиганы и пьяницы тоже свои.
До Тимофея самым заядлым был Петро. Найдёт какую-никакую работёнку, в станице всегда можно. На бутылку заработает или заплатят самогоном, местной валютой, и готово!
И свела же их судьба с Тимофеем! Сдружились – ближе некуда. Теперь Петру даже работу искать не приходилось, денег на выпивку хватало у Тимофея. Начинали пить с утра, и к вечеру едва стояли на ногах.
Петро после выпивки добрел, лез ко всем обниматься, а Тимофей будто вливал в себя дополнительную дозу злости. Варвара пыталась говорить с ним, пока был трезв:
– Ты же обещал, когда уезжали, хозяйство будет, корову купим! Где та корова? И в доме – ни за холодную воду!
От пьяного пряталась, но находил, бил смертным боем.
Егора дома не бывало допоздна – то на заводе, то на рыбалке. Тоня места себе не находила. Однажды, осенью уже, глянула – дверь в их дом закрыта, а на порожке Вася, мальчишка лет девяти. В одной рубашонке, дрожит, обнял себя за плечики.
Увела к себе, за стол посадила. Осматривался светлыми серыми глазами.
– Васенька, чаю налить? Или, может, борщ?
Молчит, смотрит волчонком.
Налила борщ, из тарелки пар поднимается, сметана плавает. Взял всё же ложку. Тут соседка прибежала:
– Вот ты где. А я смотрю… Спасибо вам, но мы пойдём. Заснул он уже, не бойся!
Лет двенадцать было Васе, когда утонул Тимофей по пьяному делу. Как – никто не видел. Пропал мужик, как не было. А через несколько дней нашли рыбаки, вынесло на отмель.
Варя старалась, завела какое-никакое хозяйство. Но корову так и не купила. Тоня жалела её, ставила на крыльцо и молоко, и творожок со сметанкой.
– Зачем вы, тётя Тоня, я же работаю, могу взять в магазине.
– В магазине чего другого возьмёшь.
А так – и огород, и птица, даже кабанчик.
Васька без отца совсем от рук отбился. На мать кричал не хуже отца. Звали его теперь Воробей, и друзья были, Игнат с Пашкой. Ни учиться не хотел, ни работать.
Однажды увидел Егор – замахнулся на мать. Прибежал, скрутил мальчишку.
– Не имеете права! – кричал Васька. – Вы мне никто!
Вот уж, правда – и бандиты свои в каждой станице. Шли по улице втроём, встречные станичники на другую сторону переходили. А если по проезжей части, ни мотоциклу, ни редкому автомобилю дорогу не уступят – казаки идут!
Какие казаки, бандиты малолетние. В любую драку ввязывались. Воробей первым кричал:
– Шашки наголо! – Шашки, как же! Кулаки одни.
Но в одной драке появились ножички, и загремели все трое по малолетке.
Ездила Варя к сыну в колонию. Вернулась, Тоня спросила:
– Как он там?
– Как здесь, так и там. Нет на него управы, срок добавили.
Освободились – Игнат с Павлом пораньше, Василий на полгода позже. Правда, недолго побыли вольными казаками. Ограбили магазин в соседней станице, и опять осталась Варя одна.
Помогал ей Егор по-соседски то забор починить, то крышу у сарая, то крыльцо – без мужика дом не стоит, рушится.
Тоня молчала. А иногда увидит, что Варя не может расколоть полено – сама скажет:
– Егор, подсоби.
Егору за шестьдесят, но ему это полено – на раз! Завидовала Варя Тоне, за таким мужиком – что не жить, не петь да не смеяться! И внуки приезжают городские, чистенькие, спокойные. Бабуля да бабуля, да дедушка Егор…
Глава 11
У Ромкиных соседей был, как говорили Вовка с Витькой, «папин день». Мама уходила на дежурство вечером. Папа варил кашу им двоим и Олежке. Хотя их ждал завтрак в детском саду, считалось, лучше на всякий случай поесть дома. Мальчишки и от детсадовского завтрака не отказывались.
Аля с готовностью взялась помогать. Пока Николай варил кашу и кормил Олежку, накрыла на стол, пожарила яичницу. Николай в первый раз позавтракал в свой «папин» день, а то бежал в буфет перед началом работы.
И вот уже мальчишки в машине, и Николай несёт Олежку. Вышел за ворота и увидел Ромку и Артиста. Витька в станице знали все.
Останавливаться было некогда, но мелькнула мысль – надо же, девчонка, ребёнок совсем, а мальчишки уже в стойку!
Аля не знала, что её ждут. Убрала со стола, вымыла посуду, пол на кухне, дощатый, крашеный. Выглянула в окно.
Витёк прохаживался вдоль забора, Ромка подпирал столб. Схватила купальник, скорей, скорей, запуталась в бретельках сарафана и медленно вышла на улицу.
По дороге к пляжу Витёк, что называется, взял на себя инициативу, не умолкал ни на секунду. Рассказал историю станицы, и какие замечательные люди здесь живут.
– Школа – лучшая в районе, даже компьютерный класс, информатику проходим. Ром, у вас есть компьютерный класс?
– Есть.
– А Дворец культуры!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.