Луговые разбойники

Глава XIV

Свидание негодяев. Разоблачение

Стоявший неподалеку от берега Фурш Лафава на краю большого болота дуб с двумя скрещенными нижними ветвями часто служил местом свидания членов шайки конокрадов. Неподалеку от него находилась полуобгорелая хижина, сожженная одним неосторожным охотником.

Не раз Роусон, давно познакомившийся с этим местом, желая поразить суеверных, малообразованных слушателей крестообразной формой ветвей, читал здесь свои проповеди и устраивал молитвенные собрания.

Покинув хижину Джонсона, Коттон пришел несколько раньше к назначенному месту свидания и решил остаток времени посвятить охоте. Поиски дичи оказались бесполезными, а Роусон все не приходил. Нетерпение разбойника возрастало, а вместе с ним росла в душе Коттона и тревога. После подозрительных происшествий прошедшей ночи конокрад все время находился под постоянным страхом, и каждый упавший лист, каждая хрустнувшая поблизости веточка заставляли его настороженно озираться по сторонам.

Вдруг в лесу раздался громкий треск валежника. Перепугавшийся Коттон припал к земле, пополз, как змея, и скрылся за огромным пнем. Здесь он замер в такой позе, выжидая, что будет. Вскоре его опасения рассеялись – то шел его долгожданный Роусон. Тогда он вскочил и сердито произнес:

– Давно было пора прийти! Вы заставили меня промучиться здесь битый час, показавшийся мне чуть не вечностью!

– Я не опоздал. Сейчас всего половина девятого, а я обещался прийти в девять. Чего же вы горячитесь?

– Ну, значит, я ошибся во времени. Однако к делу, так как это наше свидание будет последним!

– Это почему? – удивился Роусон. – Да что с вами, Коттон? – спросил он, заметив состояние своего собеседника. – Что означает и эта бледность, и этот необъяснимый страх? Неужели…

– Я сообщу вам ужасные подробности! Кто навел регуляторов на след – не знаю, только Джонсон, ушедший ночью, долго не возвращался, и я, желая отыскать его, пошел на разведку и убедился, что регуляторы вломились в дом Аткинса и схватили его!

– О, проклятие! – вскричал, бледнея, Роусон. – Неужели Аткинс проболтался?

– Почем я знаю! Я уверен только, что они захватили Уэстона и Джонсона. Когда я убедился, что Джонсон пропал, то пошел к ферме Аткинса. Приближаясь к ней, я еще издали услыхал какой-то подозрительный шум. Вскоре до моего слуха донесся топот скачущих лошадей. Я дополз до нашего тайника и увидел, что ворота его отворены настежь. Понятно, что я с большой осторожностью уполз обратно в лес и издал наш условленный сигнал – крик совы. Ответа не последовало. Тогда я повторил крик во второй раз, в третий…

– И что же?

– Только через долгий промежуток времени раздался ответный крик, но совсем не столько раз и не с такими промежутками, как у нас было условлено. Я понял, что дело дрянь, и начал осторожно пробираться к лесу. В это время при свете молнии я разглядел, что регуляторы вяжут какого-то человека, и по голосу догадался, что то был Уэстон. Медлить более было нельзя. Я быстро бросился к нашей хижине, забрал все необходимое, спрятал в дупле, а хижину поджег. Даже идя сюда, на свидание с вами, я не был уверен, придете ли вы, не схватили ли регуляторы и вас!

– Положение чертовски затруднительное! Как вы думаете, где сейчас Джонсон?

– По-моему, тоже в руках регуляторов! Иначе он давно был бы здесь!

– Единственное, что нам теперь остается, – бежать, и как можно скорее.

– Если мы этого теперь не сделаем, нас поймают!

– Нам необходимо постараться тем или иным путем скрыться во что бы то ни стало!

– И мы покинем в несчастье наших друзей? – спросил Коттон.

– Нашел о ком заботиться! Да что, им легче, что ли, будет, если нас повесят рядом с ними? Не время думать о других, нужно позаботиться о собственной шкуре… О, проклятье! Я и забыл, что сегодня у меня должны собраться гости, черт бы их побрал!.. Вот что: направляйтесь к моему дому и спрячьтесь на чердаке, а я поспешу к Робертсам, постараюсь оттянуть их приезд и скоро вернусь к себе! – И методист поскакал к дому своей невесты, где шли спешные приготовления к брачной церемонии и где его с нетерпением ожидали.

Гарпер и Баренс уже находились тут. Хлопотливая миссис Робертс носилась по всему дому, укладывая и снова разбирая по десяти раз сложенные сундуки.

– Ты бы шла одеваться, Мэриан, – сказала она. – Эллен тебе поможет. Поспеши; как только приедет мистер Роусон, я с Самуилом уложу вещи на лошадей и отправлюсь вперед.

Девушки отправились к себе в комнату, а миссис Робертс снова принялась за свои хлопоты. Наконец она решила, что все сделано, приготовлено, вещи уложены, и она может немного отдохнуть. Только она подняла голову от последнего завязанного сундука, как увидела перед собой Ассовума. Лицо его, полускрытое густыми волосами, имело такое дикое выражение, появление его было так неожиданно, что миссис Робертс вскрикнула от страха и изумления.

– Господи, да это ты, Ассовум! Как ты меня напугал! Где это ты пропадал столько времени, скажи на милость?

– Состоялась ли уже свадьба бледнолицего человека с вашей дочерью? – ответил Ассовум вопросом на вопрос. – Не опоздал ли Ассовум?

– Что вы говорите? Не случилось ли чего-нибудь с мистером Роусоном? Вы ведь его, кажется, называете бледнолицым человеком?

– О, с ним ничего не случится! О нем теперь позаботятся регуляторы!

– Какое дело мистеру Роусону до регуляторов? Он ничего общего не имеет с ними и даже не одобряет их действий!

– О, без сомнения, не одобряет! – иронически произнес Ассовум, улыбаясь. Его улыбка вышла такой свирепой, лицо индейца так исказилось, что миссис Робертс, слышавшая, будто Ассовум после гибели жены стал несколько ненормальным, сочла его вконец помешавшимся.

Ассовум прекрасно понял, что подумала про него хозяйка дома, и сказал более мягким, но все же твердым тоном:

– Ассовум совершенно здоров и пришел спасти вашу дочь. Неужели ваш друг, краснокожий, опоздал?

– Спасти мою дочь? От кого?

– Ваша дочь стала уже женой бледнолицего человека?

– Нет еще! Но что же тебе нужно от мистера Роусона?

– Его ищут регуляторы! Он – убийца Гитзкота!

– О, боже мой! – воскликнула миссис Робертс, в совершенном изнеможении опускаясь на ближайший стул. – Нет, не может быть! Ты лжешь! Кто посмеет обвинить этого человека в таком ужасном преступлении?

– Я! – спокойно ответил индеец. – Он, конечно, будет иметь возможность защищаться, но у меня в руках неопровержимые доказательства. Я даже подозреваю, что он – убийца и моей дорогой Алапаги!

– Да не может же этого быть, говорю тебе! – с отчаянием в голосе воскликнула миссис Робертс. – Я никогда этому не поверю! Это просто какая-нибудь ошибка. Я уверена, что мистер Роусон будет оправдан каким угодно судом!

– Ну, я так не думаю! Где ваш муж? Где ваша дочь? Где, наконец, сам бледнолицый человек?

– Мистер Роусон вот-вот должен приехать и тогда сам опровергнет ложное обвинение против него!

– Ложное обвинение? Припомните, миссис, с каким жаром он схватился за мысль, что убийца Гитзкота – Браун; припомните, что на другой день после убийства Алапаги он был ранен, а вот томагавк, которым защищалась моя жена; наконец, вот пуговица, найденная мною в зажатом кулаке моей жены; многие, хорошо знавшие Роусона, утверждают, что она сорвана с его охотничьей куртки…

Слова индейца были прерваны топотом лошади. Приехал Роусон.

– Да вот и он сам! – торжественно произнес краснокожий, поспешно убирая со стола томагавк. – Если этот бледнолицый задрожит, когда старая женщина скажет ему в глаза, что он убийца, что, она и тогда тоже не поверит Ассовуму?

С этими словами Ассовум скрылся за альковом кровати, и почти тотчас же вошел Роусон. Не будь он так озабочен собственными проблемами, ему сразу бы бросилась в глаза неестественная бледность хозяйки. Но, не обратив на это внимания, он спросил, где его невеста и готова ли она.

Та отвечала, что все уже отправились к нему домой. Злобное проклятие чуть не сорвалось с губ проповедника. Однако, рассчитывая на быстроту своего коня, Роусон решил, что ему удастся догнать их раньше, а уж там поступать, как укажут обстоятельства. Он уже собирался выйти, но миссис Робертс остановила его.

– Мистер Роусон, мне нужно поговорить с вами. Обещайте быть со мною совершенно откровенным!

– Но разве я был когда-нибудь с вами неоткровенным? – спросил он, опуская глаза под пытливым взором хозяйки: негодяй точно чувствовал какую-то беду.

– Мистер Роусон, сегодня мне передали такие слухи относительно вас, что я попросту отказываюсь им верить!

– Относительно меня? – с содроганием произнес Роусон. – Кто же принес вам это сообщение?

– Я, конечно, не верю им и не сомневаюсь, что вы окончательно опровергнете подобные обвинения, но…

– О чем вы говорите? Решительно отказываюсь понимать вас! – пробормотал Роусон, искоса поглядывая на всякий случай на дверь и опираясь руками на стол, на краю которого лежала оставленная Ассовумом, нарочно или нечаянно, пуговица.

– Бога ради, не дотрагивайтесь до этой пуговицы! – в ужасе воскликнула миссис Робертс. – Это…

– Это пуговица от моей охотничьей куртки. Чего вы испугались, миссис Робертс? Вероятно, она случайно оторвалась…

– Так это ваша пуговица? – перебила его миссис Робертс.

– Ну да! Что ж тут удивительного или ужасного?

– Эта пуговица найдена в кулаке убитой Алапаги! – произнесла миссис Робертс, поднимаясь со стула. – Потерять ее мог только убийца индианки!

Роусон быстро схватился за пистолет, спрятанный в кармане. В эту минуту из-за занавески показался Ассовум с наведенной на него винтовкой и произнес:

– Если двинешься с места, я тебя прикончу!

Миссис Робертс, думая, что Ассовум на самом деле убьет Роусона сейчас, бросилась между ними и отвела рукой ствол винтовки.

– Ради Создателя, не убивайте его хоть при мне!

Роусон мгновенно воспользовался моментом – выскочил в окно, вскочил на лошадь и помчался в лес.

Ассовум, осторожно отстранив обессилевшую от пережитых волнений хозяйку, выскочил вслед за ним, вырвал у негра, водившего лошадь, приготовленную для миссис Робертс, повод, сбросил женское седло, вскочил на нее и поскакал вслед за удиравшим негодяем.

Глава XV

Осада

– Вот и дом Роусона! – сказал Робертс, указывая на уютный домик, стоявший почти на самом берегу реки.

– А я не знал, что он находится так близко от моей фермы. Значит, мы теперь будем соседями, мисс Мэриан!

– Ну, Мэриан, нравится тебе твое новое жилище? – спросил отец. – По-моему, здесь немного пустынно. Впрочем, густые вековые деревья несколько скрадывают пустынность и оживляют картину!

– Да, здесь как-то одиноко и жутко! – ответила Мэриан дрожащим голосом. – Я думаю, что здесь жить не слишком весело!

– О, все это скоро примет более оживленный вид, стоит только пустить на лужайку скот с бубенчиками на шее, а во двор – домашнюю птицу!

– Да зачем же мистеру Роусону обзаводиться хозяйством, если через несколько дней он переселится на ферму Аткинса? – спросил Гарпер.

– Все равно, – сказал Баренс. – Семейному человеку и дня не прожить без привычной домашней обстановки…

– Что с тобою? – спросила вдруг Мэриан у Эллен. – Отчего ты вздрогнула?

– Мне показалось, что кто-то смотрел вон в то чердачное окно! Впрочем, я, вероятно, ошиблась!

– Конечно, ошиблись! – засмеялся Робертс. – Если и предположить, что какой-нибудь гость забрался в дом спозаранок, то зачем ему торчать на чердаке, когда в доме несколько удобных комнат!

Тем временем гости спешились и подошли к крыльцу.

– Какая крепкая дверь! – сказал Гарпер, входя в сени. – Такую не скоро сломаешь. Право, здесь вовсе не дурно! Как жаль, что мой дом, особенно после смерти Алапаги, не сравнить с этим!

– Полно, Гарпер, вскоре, может, и у вас заведется хозяйство. Брауну давно пора жениться, думаю, он приведет в ваш дом хозяйку, а она живо все устроит как следует!

– Эй, Мэриан, иди сюда, принимай гостей: теперь ведь это твои владения! А мы, господа, пока наберем дров да растопим камин, так что к приезду моей жены все будет готово. Где топор у хозяина? Должно быть, во дворе! Пойдемте, друзья мои!

Мужчины вышли во двор, а девушки остались одни в комнатах.

– Отчего ты все плачешь, Мэриан? – участливо спросила Эллен. – Какое горе тебя удручает? Ты не поделишься с подругой?

– Да, я все скажу! – всхлипнула девушка, горячо обнимая подругу. – Все равно, теперь ничего не вернешь! Но что ты увидела в окне?

– Мэриан, смотри, кажется, твой жених. Его понесла лошадь!

– Стойте, Роусон, стойте! – кричал тем временем на дворе Баренс. – Чего вы скачете как безумный!

– О, дьявол! – воскликнул Гарпер, чуть не сшибленный лошадью, отскакивая в сторону. – Что с ним стряслось?

Роусон не удостоил их ответом, даже не взглянул на них. Быстро соскочив с лошади, он вбежал в дом, запер дверь на задвижку и оглянулся вокруг. Видя, что в доме нет никого, кроме девушек, он схватил со стены винтовку и, сверкая глазами, громко крикнул:

– Коттон, вы здесь?

– Здесь, – раздался голос сверху, – я вижу индейца. Он, вероятно, преследует вас, будьте внимательнее!

– Живо спускайтесь! – продолжал Роусон. – Сколько там наших врагов? Нам придется выдержать неравную борьбу!

Коттон спустился вниз. Эллен, увидя человека, которого боялась больше всего на свете, зашаталась от волнения.

– Мистер Роусон, что все это значит? – спросила Мэриан. – Пустите меня к отцу. Еще раз спрашиваю вас, что это значит?

– Скоро вы все узнаете! – иронически произнес Коттон, беря вторую, стоявшую в углу винтовку. – А вас, Роусон, я не поблагодарю! Зачем вы заставили меня целый час сидеть на чердаке? Чтобы попасться в западню? Да будь я теперь в лодке, не дожидаясь вас, уплыл бы себе преспокойно!

– Убирайтесь к черту! – закричал кому-то через дверь Роусон. – Если вы еще сунетесь сюда, я пущу вам пулю в лоб!

В подтверждение своих слов он выстрелил и, бросив карабин на пол, быстро достал из-под матраца кровати еще четыре ружья.

– Ну, теперь проклятый краснокожий не так-то легко отделается от меня!

– А что будем делать с этими девчонками? – спросил Коттон.

– Оставим здесь как заложниц: их жизнь служит обеспечением нашей собственной. Только бы продержаться до вечера, а там мы спасены!

– Все-таки не понимаю, на кой дьявол они нам сдались? Все равно эти негодяи подожгут дом!

– В том-то и штука, что не посмеют! Девчонки поумерят их прыть. Вон подходит старик Робертс, без оружия. Должно быть, ему хочется повидаться с дочерью, но я ему этого не позволю.

Когда ошеломленные охотники расступились перед быстро скакавшим Роусоном, тотчас же скрывшимся в доме, из лесу показался гнавшийся за ним Ассовум с винтовкой в руке.

– Ассовум! – закричал Баренс. – Почему ты преследуешь Роусона? Что ты от него хочешь?

– Я разорву его на части, вырву сердце и выпущу кровь! – яростно проревел краснокожий, соскакивая с лошади и влезая на изгородь.

В этот-то момент и раздался выстрел Роусона. Индеец свалился с забора, но через секунду вскочил и укрылся за большим деревом, откуда мог удобно наблюдать за домом и, следовательно, воспрепятствовать бегству Роусона.

Баренс и Гарпер поспешили присоединиться к индейцу, а Робертс направился к дому, чтобы вырвать из рук Роусона свою дочь. Он еще не знал, что именно совершил Роусон, но уже был уверен, что тот сотворил что-то недоброе.

– Назад! – закричал ему через дверь Роусон, не подпуская близко к дому. – Назад, говорю вам, если жизнь вам дорога!

– Выпустите мою дочь! – крикнул Робертс. – Что вы имеете против нас? Отпустите ее ко мне!

– Назад! – закричал Роусон, вскидывая винтовку.

Мэриан, увидев опасность, грозившую ее отцу, бросилась к своему жениху и помешала ему выстрелить.

– Коттон! – крикнул взбешенный таким вмешательством методист. – Да уберите от меня эту несчастную девчонку!

– Так давайте свяжем обеих!

Негодяи набросились на беззащитных пленниц и стали их связывать.

– На помощь! На помощь! – закричали девушки, пытаясь вырваться.

– Мерзавец, негодяй, разбойник! – гремел за дверью Робертс, налегая на нее плечом; она не поддавалась. Баренс и Гарпер, еще не совсем оправившийся от болезни, бросились на помощь своему другу, но было уже поздно: девушек связали, и оба разбойника приготовились к защите с винтовками в руках.

– Первому, кто приблизится к дому, всажу пулю в лоб!.. – громко заявил Роусон, переходя затем к устроенной им из досок бойнице, откуда он намеревался высмотреть индейца. Однако Ассовум предвидел это и спрятался за дерево, лишь по временам посматривая назад: регуляторы вскоре должны были приехать к дому Роусона.

После отступления огорченный Робертс предложил своим приятелям остаться за оградой, а сам, один, без оружия подошел снова к дому. Но не успел он начать переговоры, как Роусон прервал его:

– Пожалуйста, без долгих рассуждений! Что вам надо? Возвратить вам дочь? На каких условиях?

– Я согласен на любые ваши условия. Берите мою лошадь и спокойно уезжайте, куда хотите! – отвечал вне себя от горя несчастный отец. – Возвратите нам мою дочь и Эллен, и никто не подумает преследовать вас!

– Роусон, соглашайтесь скорее! – прошептал Коттон. – Конечно, в случае, если мне будут предложены такие же условия.

– Что я, дурак, чтобы поверить болтовне старого черта? Да Ассовум тотчас же угрохает нас на месте, едва мы высунем нос! Неужели вы думаете, что он добровольно согласится отпустить того, кого он ненавидит больше всего? Подождем до ночи, тогда и постараемся спастись!

– Отчего бы не попробовать сделать это сейчас? Наши враги немногочисленны и почти безоружны!

– Они-то нам не страшны, а вот краснокожий портит все дело!

– А что будем делать, когда прибудут регуляторы?

– Поджечь дом они все равно не решатся, так как им придется проходить под нашими пулями, если же мы продержимся здесь до ночи…

– И тогда?..

– Тогда мы спасены: под полом подземный ход, вырытый мною и Джонсоном; он ведет к реке, туда, где спрятана лодка!

– Так отчего же мы не пользуемся этим прекрасным средством спасения до прибытия регуляторов?

– Вы совсем перестали что-нибудь соображать! Ассо-вум засел у реки совсем недалеко от того места, где укрыта лодка. Если бы даже нам и удалось незаметно от него спустить ее в воду, он по шуму догадается, что происходит.

– А регуляторы?

– Черт бы их побрал! Во всяком случае, пока девчонки в наших руках, мы в относительной безопасности.

– Что же вы не отвечаете? – раздался у дверей голос Робертса. – Согласны на мое предложение? Быть может, вы не одни в доме, так мы согласны отпустить и ваших сообщников. Отдайте девушек и проваливайте!

– Ассовум грозился убить меня и непременно исполнит свою угрозу. Постарайтесь уговорить индейца подтвердить ваше условие, тогда я соглашусь. В противном же случае при первой попытке взять дом штурмом я убью девчонок!

– О, конечно, Ассовум согласится! – радостно воскликнул в ответ на это предложение Робертс. – Он подтвердит мое обещание!.. Но, боже мой, уже поздно, подъезжают регуляторы!

Робертс сказал правду: это были они. Обрадованный этим, Ассовум поспешил к ним навстречу, испустив полный торжества воинственный клич своего племени.

Роусон сразу понял, какой смертельной опасности он подвергнется, если попадет в руки своего непримиримого врага и мстителя. Однако ужас не помешал ему воспользоваться неосторожностью Ассовума, покинувшего свое укрытие. Разбойник быстро прицелился и выстрелил, на этот раз удачнее: кровь индейца из задетого пулей предплечья брызнула на землю. К счастью, рана оказалась пустяковой, и индеец возвратился на прежнюю позицию. Возмущенные регуляторы быстро спешились и бросились к дому, но вернувшийся в это время Робертс предупредил их об опасности, которой они подвергают девушек своим нападением.

– О, неужели Мэриан во власти этого негодяя? – с ужасом воскликнул Браун. – Что же теперь делать?

– Выломаем дверь и ворвемся в дом, – предложил Гарфильд, – а если негодяи попробуют причинить хоть малейший вред девушкам, мы сожжем их заживо. В противном же случае мы готовы удовольствоваться повешением! Вот и веревки!

– Нет, это вряд ли нам удастся! – отвечал Браун. – Разбойники, доведенные до крайности, готовы на все. Нужно придумать что-то другое. Где Ассовум?

– Господа! – вмешался Стефенсон. – Пока мы здесь будем совещаться, негодяи могут удрать. Нужно расставить вокруг дома часовых!

– Дом оцеплен! – ответил Браун. – У самого опасного места – у реки стоит Ассовум, он-то уж не упустит их!

– По-моему, – продолжал Стефенсон, – следует хорошенько стеречь их – вот и все. К вечеру нужно будет разложить костры, чтобы негодяи не воспользовались темнотою. Я полагаю, что ночью они непременно попытаются бежать к реке, через которую рассчитывают перебраться вплавь или на лодке, если таковая имеется у них! Но вон подходит Ассовум, послушаем, что он скажет.

Браун поспешил перевязать своему другу руку и спросил:

– Отчего вас так боится Роусон?

– Потому что чувствует, что я узнал, кто убийца Алапаги!

– Кто же?

– Он сам!

– Как! Убийца Алапаги – Роусон? – воскликнули окружающие.

– Алапага убита им. Его кровь запеклась на рукоятке ее томагавка.

– Вот так праведник! – с иронией воскликнул Гар-фильд.

– Не вздумайте нападать на дом, – продолжал Ассовум, – так как, во всяком случае, Роусон умрет и умрет мужественно, даже с удовольствием. Но он принадлежит одному мне, прекрасно это знает и потому не дастся живым в руки. Подождите, пока стемнеет. Тогда Ассовум берется провести вас к такому месту, где можно захватить негодяев живыми!

В это время подъехал негр, слуга Робертсов, посланный своей госпожою с поручением узнать, как обстоят дела. Ей решили пока ничего не говорить об опасности, которой подвергается ее дочь.

– Когда мы проезжали мимо их дома, – сказал Кук, – миссис Робертс кричала нам, чтобы мы спасли ее дочь от негодяя Роусона. Откуда она могла узнать о его преступлении?

– Он сам выдал себя! – ответил Ассовум. – Ну, да об этом я расскажу позже.

Глава XVI

План Ассовума

– Смотрите, – сказал Коттон, – Ассовум покинул свой пост. Не воспользоваться ли удобным моментом и ускользнуть на лодке?

– Вы с ума сошли! Если теперь заметят лодку, мы лишимся последней надежды на спасение. Дождемся ночи!