Миссисипские пираты

Глава XXII

Харчевня «Старый медведь»

На окраине города, на так называемой Лицевой улице, стоял одинокий домик. Соседнее с ним место было раскуплено по участкам, но спекулировавшие на этой покупке ошиблись в расчетах, вновь прибывшие колонисты предпочитали селиться не в Хелене, а в Наполеонвиле, у устья реки Арканзаса, и потому это пространство осталось пустым.

Домик был построен первым покупателем участка, потом переходил из рук в руки. Последний хозяин его выхлопотал себе патент на продажу спиртных напитков, с известным ограничением, то есть без права продавать вино индейцам, неграм и солдатам. В городе ходили слухи о том, что этот погребок служит и игорным притоном, но многочисленные обыски, произведенные в нем полицией, не подтвердили этого. Притом домик этот стоял настолько в стороне, что многие в городе и не знали о его существовании, поэтому все толки о нем скоро совершенно прекратились.

К вечеру того дня, в который произошли рассказанные в предыдущей главе события, в питейном заведении собралось много народа с судов, ночевавших в Хелене по причине густого тумана, застилавшего реку. Эти люди распивали виски и разговаривали так шумно, что почти не заметили появления одного изящно одетого джентльмена, который быстро прошел мимо них и скрылся за дверью небольшой комнатки, выходившей окнами на берег.

Лишь только он переступил порог, другой человек, сидевший в комнатке у стола хотел прошмыгнуть в заднюю дверь. Но вошедший окликнул его, и тот остановился, как пораженный громом на месте.

– Незачем бежать, Уатерфорд! – произнес неожиданный гость. – Я не стану сейчас допрашивать тебя, почему ты покинул свой пост. Об этом мы поговорим позже. Нынче ты нужен мне. Тоби уже здесь?

– Нет, ваша милость, – смиренно ответил человек, застигнутый врасплох, глядя на пришельца единственным глазом, другой был выбит чьим-то кулаком.

– Так пошли Белью тотчас же за ним, и пусть он скачет к острову во весь опор. Когда увидите сигнальные ракеты, то будете знать, что делать. Пошли оповестить всех, кого можно, и пусть каждый приготовится к неотложному бегству. Иди!

– Слушаю, капитан!

Уатерфорд исчез, а говоривший с ним кликнул хозяина погребка и сказал ему торопливо:

– Я жду вестей с озера, но мне надо поспешить тотчас на остров. Какой бы посланец ни явился, пошлите его вслед за мной. Вы же все оставайтесь спокойно до завтра, припрячьте только все, что может показаться подозрительным, и будьте настороже еще более, чем обычно.

На дворе раздался конский топот и голос Сандерса:

– Пошлите скорее нарочного к капитану Келли.

– Сам капитан здесь, – отвечал хозяин, пропуская прибывшего в заднюю комнату и притворяя за ним дверь.

Сандерс, видимо, вконец измученный, быстро подошел к капитану и шепнул ему:

– Мы обнаружены.

К его удивлению, Келли не смутился при таком известии, даже не сделал никакого замечания, но строго спросил:

– Почему вы не исполнили моего поручения?

Сандерс смешался в первую минуту, и Келли, хорошо изучивший людское сердце, угадал, по-видимому, тайный умысел своего подчиненного. Но тот скоро оправился, стал рассказывать о поимке мулата и о своих опасениях насчет признаний этого человека. Объяснение было довольно правдоподобно, по мнению Сандерса, но капитан слушал его, не выказывая ничем своего мнения.

– Что же вы скажете, наконец? – спросил молодой человек довольно дерзко.

– То, – отвечал Келли, медленно поворачиваясь к нему, – что настал, как вы сами видите, кризис. Можно только удивляться, что нас не открыли ранее. Но преследователи наши делают промахи и теперь они дают нам время вырваться из их когтей!

– Но мы должны торопиться, – возразил Сандерс, – и я очень прошу вас выдать мне поскорее ту сумму, которая приходится на мою долю и лежит у вас в общей кассе. Я должен признаться вам, что у меня теперь совершенно пусто в кармане, так что нечем даже заплатить за проезд до Нового Орлеана. Вы, кажется, обращаете мало внимания на мои слова? Но я уверяю вас, что за нами уже собирается погоня. Дайте же мне сколько-нибудь денег вперед. Хоть пятьсот долларов, вы их удержите из моей доли при завтрашнем дележе кассы. Мне необходимо вновь одеться с головы до ног, я в чужом платье и похожу на разбойника, а мне надо побывать у миссис Дейтон. Я обещал навестить милых дам.

– Я посоветовал бы вам воздержаться от этого визита, хотя, как вам известно, они послали за вами нарочного. У них в гостях одна дама, которую зовут миссис Гэвс из Синквилла.

– Что за шутки! В такие минуты, когда у нас над головой висит дамоклов меч, вы потешаетесь так странно. Что до меня, то я вовсе не расположен смеяться.

– Я не смеюсь, мистер Сандерс. Миссис Гэвс в этот самый час у миссис Дейтон, которая ухаживает за ней вместе с мисс Аделью. Сегодня же ирландец О'Тул отправился исследовать остров номер 61, а через час, с той же целью, поедет еще один молодой человек. Вот мои сведения. Как вы думаете, ловки мои агенты?

– Но каким образом Мария…

– Все это не трудно угадать. Но пока еще рано называть наше положение совершенно отчаянным, и я нахожусь здесь именно для того, чтобы расстроить замыслы наших врагов. Только необходима предельная осторожность, и я настаиваю на том, чтобы вы не показывались в городе в течение дня. И даже после, когда стемнеет, старайтесь скрываться. Я же поеду на остров.

– Вы говорите, что какой-то молодой человек отправляется к нам на розыски?

– Да, – сказал Келли, усмехаясь презрительно, – он намеревается это сделать, но удержать его очень легко. Можно прибегнуть к законной власти.

– К законной власти?

– Именно. Это мое дело.

– Но ирландец?

– Справимся и с ним. Во всяком случае, мы или успеем спастись, или сумеем отбить нападение. Мы гораздо могущественнее, нежели думают наши противники!

– А как же насчет денег, капитан? – спросил Сандерс после некоторого молчания.

– Со мной нет такой суммы, – отвечал Келли, медленно направляясь к двери. – Подождите часов до восьми и тогда получите деньги. Но советую вам быть как можно осторожнее и не показываться нигде до тех пор.

Сандерс угрюмо проводил его взглядом и вскочил с места, воткнув с досады свой нож в стол, за которым сидел.

– Так я и поверил! – пробурчал он. – Нет пятисот долларов для подачки тому, кто доставил вам целую груду золота в течение этого месяца! Ждать до восьми часов, и для того, чтобы получить вместо денег опять какое-нибудь скандальное поручение! Так нет же! Вы, любезный капитан, позаботились уже, по-видимому, о своей особе, позвольте и мне сделать то же для себя. Надо прижать старуху Бредфорд, она довольно загребла, благодаря мне. Пусть теперь раскошеливается!

С этими словами он вышел, пренебрегая приказанием Келли, и скрылся в густом тумане, обволакивавшем город…

Глава XXIII

Арест невиновного

Том неторопливо расхаживал по Лицевой улице возле одного из домов. Мистер Дейтон назначил ему свидание здесь, но все не показывался. Между тем пароход «Ван-Борен», успевший уже отремонтироваться, готовился отплыть, приняв лодку Тома на буксир.

– Пройду еще раз вдоль улицы, и если доктор не подойдет, – решил Том, – я уйду без его рекомендательного письма.

Он сделал несколько шагов, как вдруг, мимо него быстро прошел какой-то человек, закрывавший платком лицо как бы от зубной боли, но, несмотря на это и на туман, Том узнал тотчас этого прохожего: белокурые, длинные, волнистые волосы выдали мнимого мистера Гэвса.

Том бросился за ним вслед. Этот человек, уже отнявший у него счастье, начинал казаться ему теперь весьма подозрительным. Был он здесь случайно или уже знал о положении Марии? Зачем он находился в этом квартале, а не там, у нее, и как будто скрывался? Но если он не знал еще ничего, что надо было ему сказать.

Сандерс остановился на повороте улицы, у какого-то дома и постучал. Ему не тотчас отворили, и он нагнулся к замку, крича в замочную скважину:

– Миссис Бредфорд, это я… Сандерс, у меня к вам важное дело!

В ту же минуту, услышав за собой шаги, он оборотился и увидел перед собой Тома. По-видимому, эта встреча так испугала его, что он совершенно изменился в лице и готов был бежать, но Том, хотя и удивленный теми словами, которые расслышал, был слишком занят мыслью о Марии и приписал волнение Гэвса совершенно иной причине.

– Не думайте, что я затаил на вас зло, мистер Гэвс, – сказал он, – не бойтесь ничего. Если я и был враждебно настроен против вас, то теперь не время вспоминать прошлое. Знаете ли вы, что миссис Гэвс здесь, в Хелене?

– Знаю. Как же, знаю и спешу ее увидеть, – ответил Сандерс, редко терявший присутствие духа.

– Спешите к ней, а хотите войти в этот дом?

– Здесь живет мистер Дейтон, – возразил Сандерс, вполне оправившись от смущения, но все еще не смея взглянуть в лицо молодому человеку.

– Мистер Дейтон? – повторил Том, чувствуя новый наплыв подозрений. – Мне показалось, что вы вызывали какую-то женщину, говоря, что хотите сообщить ей что-то важное.

– Вам почудилось. Я иду к мистеру Дейтону. Если я звал эту женщину, то лишь для того, чтобы пригласить ее в сиделки для моей жены. Но ее, кажется, нет дома.

– Кажется, так, – сказал Том, решив не оставлять этого человека, не выяснив его поведения. – А вы знаете, где живет мистер Дейтон?

– Разумеется, но если вы, мистер Барнвель, идете в ту сторону, то не сделаете ли мне одолжение зайти к Дейтонам и уведомить их, что я тотчас к ним приду? Надеюсь, что буду иметь удовольствие застать вас еще там?

Он сделал движение, чтобы уйти, но Том схватил его за руку.

– Стойте! – произнес он. – Я не могу отпустить вас, прежде чем вы не объяснитесь. Ваша жена здесь, больная, полупомешанная, а вы расхаживаете по городу и в такой странной одежде, очевидно, чужой.

– Я мог бы вовсе не отвечать вам, – ответил Сандерс высокомерно, – и улица, по правде говоря, не место для объяснений. Что вам за дело, почему я так одет, а не иначе? Но если эти подробности вас занимают, то вы можете узнать их от мистера Джеймса Лейвли. Далее я вам скажу, что сознаю сам, насколько такой костюм, вдобавок изорванный, неприличен для входа в дом мистера Дейтона, и потому желаю приобрести все новое и тогда же пойти к Дейтонам. Я вам очень признателен за вашу заботу о миссис Гэвс, но так как я уже здесь, то мог взять теперь эти хлопоты на себя и снять с вас эту обязанность или это удовольствие, как вам будет угодно назвать выражение вашего сочувствия.

Несмотря на всю развязность наглеца, Том не дал себя озадачить и только выпустил его руку, потому что спор, происходивший на улице, начинал уже привлекать внимание соседей. Многие из них выглядывали из окон.

– Вы правы, мистер Гэвс, – проговорил Том, – улица не место для объяснений. Я пойду лучше с вами к мистеру Дейтону и там…

– Не знаю, какое право имеете вы следовать за мной по пятам? – гневно возразил Сандерс. – Я уже сказал вам, что иду переодеться, для того чтобы иметь возможность пойти к Дейтонам, но я вовсе не желаю, чтобы вы меня сопровождали. Кажется, это понятно?

– Даже очень, – сказал Том. – Во всем вашем поведении есть тайна, но я постараюсь ее открыть. Но вот, кстати, и сам мистер Дейтон.

Дейтон шел, действительно, к говорившим и закричал еще издали:

– А, мистер Барнвель! Очень рад вас встретить. Я был на берегу, у пароходной пристани, надеясь застать вас там, но мне сказали, что вы пошли в эту сторону.

– Да, – сказал Том, – я пошел сюда и, благодаря этому, имел удовольствие нагнать мистера Гэвса.

– Удовольствие было испытано только вами, никак не мной, – перебил Сандерс.

– Господа, я не понимаю… – начал Дейтон.

Но речь его была прервана криком:

– Держите его! Вот он! – и двое каких-то людей подбежали к разговаривавшим.

– Он ли это? – спросил один из них, оказавшийся констеблем.

– Он, мистер Никольтон, он самый! Берите его, арестуйте.

– Арестовываю вас, именем закона! – произнес констебль, кладя руку на плечо Тома.

Молодой человек даже не испугался, до того это показалось ему нелепым.

– Вы ошибаетесь, констебль! – сказал он, смеясь.

– Разве не вы отплыли отсюда вчера вниз по течению и не возвратились обратно на пароходе? – спросил полицейский.

– Совершенно верно, но что же из этого?

– Так и есть.

– Позвольте, констебль, – вмешался Дейтон, – нет ли тут какого недоразумения? Я знаю этого джентльмена, это мистер Том Барнвель. Моя семья познакомилась с ним недавно.

– Прекрасно, господин судья, – перебил человек, который привел с собой констебля, – дружба дружбой, но правосудие своим порядком! И разве вы сами не подписали приказ о взятии его под стражу?

– Его… то есть, того лица, которое обворовало вашу кассу, забравшись к вам в дом.

– Так это он самый и есть! Подлый грабитель, который подстерегает минуту, когда честные люди на работе, влезает к ним и забирает, что может! Он и часы мои утащил.

Сцена на улице привлекла множество народа, и Сандерс хотел воспользоваться этим, чтобы уйти незаметно, но Том, не упускавший его из виду, сказал, обращаясь к Дейтону:

– Я не могу оскорбляться обвинением этого человека, его, вероятно, обокрали и он, вследствие какой-то ошибки, подозревает меня. Но такое странное и неприятное для меня обстоятельство не должно помешать нам потребовать объяснений у мистера Гэвса, объяснений крайне необходимых. Пусть эти люди пойдут с нами, если они боятся, что я уклонюсь от суда, но одно ваше присутствие, господин судья, должно успокоить их насчет того, что я не вздумаю бежать.

– Нет, извините! – крикнул обвинитель Тома. – Я не желаю прогуливаться по городу из-за прихоти всякого арестанта! Констебль, исполняйте ваш долг! И вас, мистер Дейтон, я прошу, как судью, оказать мне содействие! Если этот человек убежит, ответственность падет на вас.

– Но можете ли вы доказать с точностью, что это именно тот, которого вы ищете?

– Не угодно ли вам пойти со мной на берег? Там найдется немало людей, готовых заявить под присягой, что это именно он.

Том видел, что дело, казавшееся ему совершенно нелепым, начинало принимать серьезный оборот. Он обратился к Дейтону с просьбой оставить его на свободе, но тот только пожал плечами, говоря, что вмешательство его будет тут неуместно и что констебль лишь исполняет свой долг. Бедный молодой человек видел, что ему приходится покориться силе, но даже в эту, столь тяжелую для него минуту, он не забыл о Марии и просил Дейтона потребовать объяснений у Гэвса.

Дейтон обещал выполнить это и ушел с Сандерсом, а констебль препроводил Тома в местную тюрьму, находившуюся тут же неподалеку.

Глава XXIV

Испорченный карабин

Плоскодонные барки на реке Миссисипи, прозванные «Ноевыми ковчегами», очень тихоходны, а матросы на них очень ленивы. Они крайне не любят грести, хотя их, собственно, и нанимают для этого, и предпочитают пускать барку просто по течению, прибегая к веслам лишь при обходе подводных камней или при заходе судна в гавань. Люди, нанятые Эджвортом, были тоже недовольны тем, что он их понукал, желая скорее выбраться на простор из массы судов, загромождавших фарватер у Хелены, но Билл стоял в этом случае за хозяина и покрикивал на лентяев.

– Будет уже! Выбрались! – произнес один из них, бросая весло. Другие тотчас же последовали его примеру.

– Это что? – закричал рулевой. – Боб! Джонсон! Дик! Беритесь снова за весла!

– Хозяин молчит, а этот распоряжается! – дерзко возразил первый матрос. – Мистер Эджворт говорил, что можно будет и перестать, когда выйдем на открытое место. Мы и вышли. Если он хочет, чтобы мы снова гребли, пусть сам прикажет, а не ты!

Билл бросил руль и кинулся на обидчика с кулаками, но тот ожидал нападения и стал в позу боксера.

– Что же, почистим друг друга! – сказал он. Но Блэкфут поспешил предотвратить драку.

– Стыдитесь! – сказал он. – Разве можно ссориться так во время плавания? Беритесь за весла, делайте, что следует.

– Если мистер Эджворт прикажет, то ладно, – сказал тот же матрос. – Но нам надоело плясать под дудку этого типа. Пока еще был здесь мистер Барнвель, он не смел командовать, а теперь вон как распоясался. Да нет, полно! И я очень хотел бы рассчитаться с ним еще до того, как мы распростимся!

Билл смотрел на него с бешенством и готов был снова кинуться на дерзкого, но Блэкфут выразительно посмотрел ему в глаза, и тот воротился на свое место, сердито ворча.

Эджворт не вмешивался в ссору, но наблюдал за происходившим, и взгляд Блэкфута не ускользнул от него. Ему припомнились слова Смарта о сговоре между этим рулевым и покупателем, и он убедился теперь в этом, но отнес все к покупке товара и только решил впредь поостеречься и не дать обмануть себя при расплате.

Блэкфут, усевшись возле Билла, указывая ему рукой на берега и притворяясь, что рассказывает о чем-то, говорил между тем:

– Ты с ума сошел, Билл! Можно ли затевать ссоры в такую минуту? Тебе, напротив, нужно бы подружиться с этими людьми, привлечь их на свою сторону. Среди них, глядишь, и нашелся бы кто-нибудь, кто стал бы заодно с нами.

– Как же, ищи! Они все возненавидели меня. Собака и та ворчит, лишь только я подойду. Давно уже собираюсь ее утопить, да она не отходит от старика. Но обойдемся и без этих подлецов. Лишь бы ты успел за клепать его карабин. Вот тебе несколько гвоздиков, этого вполне довольно. Зачем нам рисковать шкурой, если можно без этого обойтись?

– Хорошо, только мудрено стянуть у него винтовку.

– Знаешь, что? Предложи ему поменяться. Твое ружье с богатой отделкой, а у него старенькое, не нарядное.

– Дельная мысль. Эти люди любят обмен. Я попрошу у него впридачу деньги, разумеется.

– И проси побольше, а то ему покажется подозрительным.