Жизнь по крупицам
- -
- 100%
- +
Детство
Ещё на подступах жнивьёв полях за чайной,и, кажется – не доживёмдо причитаний.Продмаг – заветный магазин:дверь, колокольца,баранки виснут из корзинжелтее солнца.Деду порога ни о чёмбубнит о лете,а у молодки за плечомкоса да ветер.Неспешно выметет крыльцо,принарядится,пройдёт по улице с ленцойв цветастом ситце.Подружки, словно гурт опят,вдруг двор заполнят,всех нас за молодость простяти не запомнят.Не знаю чем и по чемумир этот мерить —лет двести детству моему,но не поверить…31.05.18
Море – непреходящая любовь
«.Было всё отмечено и понятно нам..»
Словно где-то в сумраке северного дняБродит моя молодость в поисках меня.«Ледокол»Вячеслав МолодяковБыло всё отмечено и понятно нам:уплывал фиордами утренний туман,разрывалась шхерами ледяная хмарь,брошенная осенью на сырой фонарь.Завздыхал приливами, заскрипел чуть светотдыхавший в заводях флагманский корвет.Бухнул борт над бухтою бронзовой трубой,разорвал тельняшечку, поманил с собой.Размотал по палубе бечеву проблем,помолился берегу, побожился всем.Отбивали скляночки, задрожал флагшток,заскучал на камбузе по Джамбулу кок.Оборвав швартовые, разломив причал,уходила галсами грусть-тоска-печаль.За кормой, казалось, что – не порвётся след,а очнулся за полночь, здесь и моря – нет!12.12.09
«Небосвод и море клином…»
А он, мятежный, просит бури.«Парусник»М.Ю.ЛермонтовНебосвод и море клиномразрубают мир на части,и, захлёбываясъ дымом,наш корабль роняет мачты.Крошки хлеба – слишком много,если склянки бьёт посуда,если вечность у порогаи нет тем для пересуда,если волны, горб навьючив,тяжелы и непреклонны,если думы, словно тучи,а желания – исконны.И глоток воды здесь лишний,совершенно по причине —знаем мы не понаслышке,как корабль летит в пучине.Где, скорей всего, мы сгинем,утоляя жажду жизни,восхищаясь, морем синим,что бывает так капризным.Но всегда в тот миг тревожит,гонит желчь по пищеводумысль, что где-то в море тожеищет парусник свободу.1971–2010
Прощание с Флотом
Когда в порт придёшь ты, я буду в глубокой печали,сегодня в последний раз вижу свинцовый прибой,сегодня мне чайки в последний раз вслед прокричали:возьми то, что хочешь, и душу свою успокой!Возьми, бог с тобой, это море и дикие скалы,фиорды, обрывы, озёра – весь Кольский залив,туманы, парящие, словно невесты вдоль залы,зелёные флаги небес под лиловый отлив.И рад бы забрать океан весь – такое безбрежье,суровые будни и след корабля за кормой,я рад место дать в своём сердце надежде,что память об этом останется точно со мной.Но мне не задуть, как свечу, солнца свет негасимый.«Прощанье Славянки» – молитва моя и беда!Прощаться с любовью – больнее, чем даже с любимой,тем более, зная, что это уже навсегда.Пойдут корабли, заскрипят мачты, ванты заноют,поднимется дым над трубой, а счастливым тебяне будет на вахте, и тайны весь мир не откроютсирены морские, и путь не укажет судьба…На суше спокойно, и даже найдётся, быть может,что слаще, чем соль лееров и упругость перил,но что-то ведь гложет, отчаянно что-то всё гложет,и, кажется, за борт я счастье своё обронил…1972-30.11.17
Корабль
Посвящается ПБПЯ «Дмитрий Галкин»
Северный ФлотВ заливе воды кроют чёрным глянцеми утро спотыкается впотьмах.Оно ещё заснеженным румянцему сопок не алеет на щеках.Корабль – такая истина в квадрате,его махина – куб железных мышц,он в темноте, как космос, необъятен,как воздух на морозе, свеж и чист —вдруг отойдёт от пирса в русле поймы,куда-то к тайнам северных широт,и, не спеша, по-взрослому спокойным,откроет океан, как банку шпрот.Антенны дёрнутся струной капризной,обшарят неба звёздный горизонт,пытаясь отыскать за сотни жизнейпрописанный нам путь на нынешний сезон.Нам не известно, по какой причинеидёт корабль неведомо куда,где можно кануть в вечность в той пучине,где не видать родные берега.Хотя ответ для нас совсем не сложен,не червь сомнений истине в укор:корабль у пирса, точно конь стреножен,весь океан ему – степной простор!1972–2017
Москва – Рига
Вилли Хазенфусу – флотскому другу
Апрель, двухтысячный, как в запале,и на нервах и в интригах.На возбуждённом Рижском вокзалепоезд скорый Москва-Рига,где на перроне нам сказали,стал вагоны наши двигать.Он под парами и мы все также,слово «вперёд» – нам знакомо,это, как нового вечно жаждетраз вкусившая истома.Это, как истины не докажетне подтверждённая аксиома.Пусть соседи – одно междометье,впрочем, вижу: Саша Збруев – в строгом,рядом тёзка – Абдулов, заметьте —весь поджарый, весь с народом.Так и надобно, может, на свете:либо с другом, либо с Богом!Утром – просто: чувства, всхлипы,нетерпение – как скоро?!Рига это то, во что все влипли:воздух, звуки, духи моря.Вилли, это всё, где мы и скрипыбашни Домского собора.2000-27.03.16
В Кейптаунском порту
Слова на историю П. Гандельмана
поправил Е. Гешин
В Кейптаунском портуС какао на борту«Джанетта» поправляла такелаж.Но прежде, чем уйтиВ далёкие пути,На сушу был отпущен экипаж.Идут, сутулятся,По шатким улицам,И клёши новые ласкает бриз.Припев:Они идут туда,где можно без трудаНайти себе подругу и вина.Где эль и женщиныДавно обещаны,Где исполняется любой каприз.Им дверь открыл в вертепПортье от миссис Кэт,И, словно в мире сказочных сирен,Кругом, куда никинь,Богини из богиньЗаманчивых кейптаунских таверн.Их души сильные,Любвеобильные,Уже в объятиях прекрасных дам…Припев:Они пришли туда,Где можно без трудаНайти себе и женщин и вина.Где пиво пенится,Где пить не ленятся,И юбки узкие трещат по швам.А ночью в тот же портВорвался пароходВ сиянии своих прожекторов.И чуть забрезжил свет —Сошли на берег вследЧетырнадцать французских моряков.Их клёши клёвые,Полуметровые,А украшает вид – лихой берет.Припев:Они идут туда,Где можно без трудаНайти себе и женщин и вина.У них походочка,Как в море лодочка,А на пути стоит таверна Кэт,Войдя в тот ресторан,Увидев англичан,Французы стали все разозлены:Нам здесь красавицы —Безумно нравятся,Мы этих девочек берём взаймы…Здесь всё повенчаноС вином и женщиной,И юбки узкие трещат по швам.Припев:И можно без труда,Лишь заглянув туда,Найти себе и женщин и вина.Пусть Джон не корчитсяУвидев кормчегоИ чалит к собственным он островам…Английский мореманУже был в доску пьянИ не желал подобное простить.Он высказался вслух,Что некий Жан-петухПусть ищет женщин в трюмах de Paris.Тут кортики достав,Забыв морской устав,Они дрались всем дьяволам под стать.Припев:Война пришла туда,Где можно без трудаНайти себе и женщин и вина.Но спор в КейптаунеРешает браунинг,И англичане начали стрелять.Жаль больше не зайдут,На бак свой и на ютЧетырнадцать французских моряков.Уйдёт без них в походФранцузский пароходНа свет манящих души маяков.Не быть им в плаваньяхВ уютных гаванях,И страны дальние не видеть вновь.Припев:Им не ходить туда,Где можно без трудаНайти себе и женщин и вина.Их клеши клёвые,Полуметровые,Залила алая в то утро кровь.Припев:Так не ходи туда,Где можно без труда,Найти дешёвых женщин и вина.Найти дешёвых женщин и вина.1967-03.02.2019Признание
Чем-то осень была хороша
«Шелест нежных губ»Александр ЛыковЧем та осень была хороша?От сплетений надежд и обманаотходила, смиренно, душав окруженье росы и тумана.Беззаботные флюгеры трубприуныли, вздыхая от скуки,да с весны недорубленный срубждал зимы, как хорошие руки.За окном, за последней чертой,лист забился истерзанный в нише,и брела за унылой четойнепогода, сморкаясь в затишье.Где-то клин журавлиный ворчал,ворон каркнул над чьей-то судьбиной,и казалось – начало началв этой сырости неколебимой…Только осень кружила вокруг,и таинственность капала с крыши,только шелест любви нежных губбыл заманчиво в сумраке слышен.18.12.09
Первый снег
Эти веточки, ветром обглоданы,листьев прошлых хранили остатки,словно все те билеты, что проданы,но забытые в жёлтой тетрадке.И в жилище, и в боговом капищепервый снег сыпанул солод в брагу,невзирая на то, что в закат ещёсолнце рвёт облака как бумагу.Не смотрите на жизнь озабоченно,осень – только кусок декораций:вот сгребут снег обратно к обочине —и умрёт он, как цирк без оваций.И обиды стираются насухо,размываются временем фразы…Подержите обиду за пазухой,если камень-ледышка из вазы.Как пройдёт тихо месяц, покажется,что забыт этот снег осложнений,ты прижаться вдруг снова отважишьсяи растаять без всех сожалений;но тут буря обрушится тоннами,заметёт все пути вьюга злая…И тот снег, первый, вспомнится, тоненький,как предвестник зимы и раздрая!07.11.10
Не покидай
Не покидай моё бренное тело, душа,не оставляй без тепла и надеждой не мучай,ритмам заветным стучать сердцу ты не мешайи о любви позаботься на экстренный случай.Если уйдёт из груди потаённая грусть,если покинет нечаянно тихая радость,скажет печаль: я, наверно, уже не вернусь,или подумает, что возвращаться не надо —не попрошу у судьбы ни «копья», ни рубляи бриллиантов не буду просить ни карата,только пусть искра сверкнёт из пустого угладля освещения точки как места возврата.Не покидайте меня, как запущенный сад,мысли заветные, чувства смешного величья.Пусть, что ушло не вернётся сомненьем назад,пусть, что забыто, не станет совсем безразлично.01.03.12
«Не считай, не трудись, не зуди…»
Не считай, не трудись, не зуди —солнце – это ещё не победа —пусть растают снега, что в груди,ну, хотя бы сутра до обеда.Разожги между сосен костёри дымком знаки дай Белоснежке,и никто не посмеет в укорвам устроить запруд в перелеске.И навряд ли узнают с ночи,утомленные зимами люди,отчего сон капелями будит,и зачем побежали ручьи…06.03.12
О былом
Мне этот век смартфонов и айпедов,в прищуре видится пещернее стократтого, когда, сутра вино изведав,бродил по Аттике всё ведавший Сократ.Мне кажется, честнее был и прощесвирепый викинг каменных фиорд,когда к изрубленной мечами рощевалькирии за ним ступали вброд.И скиф таинственный, коня стреножив,не зная тайн движения светил,в степи под звёздами, в шатре из кожибыл искреннее нас, когда любил!25.05.12
Наступление весны
Стекали под солнцем дворы и площадки,река рукавами в излучинах блекла.Весна наступала всё время на пятки,как будто бежала из адского пекла.Несложно природу понять и осмыслить,хотя ещё к пасхе кулич не замешен,как нежно в кудрявых головках повислисерёжки ольховые маминых песен.Вы снова открытой любовью простыли,и нет воспалений сильнее, чем это…Идёшь по Портовой на встречу – не ты ли?!Не ты ли целуешь меня до рассвета?!И что говорить по прошествии о́но,что этой весной вновь болезнь дождалась нас —и пусть всё больнее, до спазм и до стона —не стану лечиться до смертного часа!03.06.12
Любовь за компьютером
В ней отражение величия и статитогда не привечало слов «Привет, Насть!»,и возбуждало самолюбие некстатиеё противоречивая корректность.«Люблю тебя!» – годится для начала,но доказательность всегда слаба без дела.И пусть, казалось, никого не замечала —его бы всё равно не проглядела!И с той поры, из всех живущих в мире,он звуки мантры[3] переводит в чаты[4],и в том пространстве, как в пустой квартире,берёт её, опустошая центры чакры[5].01.07.12
Знойное лето
В парке г. Чайковского
Время встало полуденным часом,и жарою асфальт был пропитан.Лето било фонтаном, и квасом,и волной деревянную пристань.Наполнялось искрящимся скерцов голубом бесконечном просторебеззаботное девичье сердцеи горячее синее море.Солнце брызгалось в окнах, и лицаотстранялись от мира очками,и, дарующий жизнь по крупицам,день тянулся в истоме и к Каме…Только в парке царило иное —в хлорофилле зелёного лака,утомлённый невежеством зноя,одинокий ручей тихо плакал.30.01.14
«Зима над округой водила руками …»
Зима над округой водила рукамии в уши шептала: беда – не беда.Я верил ей, словно замёрзну,но с нами уже не случится ничто никогда.В блестящем убранстве резного узора,сверкая короной из детского сна,она не боялась людского укораи в прутьях стеклянных стального заборасквозила, стучала, сводила сума.Любимая, как холодна ты зимой на рассвете!И руки синее снегов и небес.Прижмись, отогрейся и помыслы все те,что душу тревожат, развей по окрест.Представь, что за этой железной оградойуже разливают в бокалы ручьинадежду беспечного летнего садаи то, что потом и жалеть-то не надо —любовь, нетерпенье и помыслы чьи…17.04.14
Рассвет
Как хорошо! Без заморочки,без ложных всхлипов утром ранорассвет плескал ковшом из бочкив заливе розовым туманом,скользил по глине и суглинку,слонялся по ручьям и, скажем,совсем не ощущал заминкуна совершенно голом пляже.Он, как красавчик в женской стае,снимал бретельки на предплечьеу тех, кто по ночам листаетроманы толстые на печке,бесцеремонно, в кои веки,от сотворения причины,вздымает к жизни наши векис рождения и до кончины,и, как любовь, в укор навету,что где-то спит с другими вроде,всем вдохновением к поэтус утра под ручку с ней приходит.03.03.15
«Распушатся утром берегом пологим…»
Распушатся утром берегом пологимлёгкие туманы, длинные дороги.Словно изгибаясь, как принцесса станом,сонные берёзки вдоль опушки встанут.Всё мечталось – брошу в жизни параллелии очищусь разом под конец недели.Оттого, возможно, быть хотелось лучше, что боялся тайно – вдруг бессмертны души.А тебя люблю я без того огляда —как оберегаться неразумным надо…Но из всех достоинств, наводящих слепость,я предпочитаю детскую нелепость.22.10.15
Поздняя осень
Тонны хлюпов – на жалость,всё, как в жизни, всерьёз,к роще жёлтой прижалась,вытираясь от слёз.Эта мокрая поросльдеревенских зазноб,эта нервная моросьи вечерний озноб.Эта дрожь нетерпеньяи цветной выпендрёж —осень, вся на измене,ей давно невтерпёж.Шаг вперёд – на пороге,два, себе на беду —завтра, голой к дороге,побредёт на виду.23.11.15
Та девочка
Это позднее прозренье —хоть не плачь, хоть не плачь,что та девочка, наверно —из удач, из удач!Что она в тебе забылаи ещё – да ещё,что же в ней такого былоза душой, за душой?!Сколь за скользкие перилане берись, не берись,чтобы девочка любила —брось корысть, брось корысть.На ветру в парижской лужеты не стой, ты не стой —за морями жизнь не хуже,но не с той, но не с той.Это позднее прозренье —словно плачь, как палач.А та девочка-везенье —как калач, хоть не плачь.Как она тогда любила!..И ещё – да ещё,сколько космоса в ней былоза душой, за душой!22.12.15
«Роща, осенью острижена…»
Роща, осенью острижена,в душегреечке худойкак-то жалобней и ближе нам,словно делится бедой.Ноу друга слов не вытяну —не жалеет, не грустит,может, знает он про истинутам, где дождик моросит?!Говорит: не это выдюжу,всё отдам и всё приму,за одну веснушку рыжую —хоть на плаху, хоть в тюрьму!24.12.15
Март
Весна черкнёт в календареи почерк не исправит,хотя мороз, как в январе,и снег ещё навалит.Неугомонный, как каприз,как гомон свиристели,Март свесил ноги за карнизуже в конце недели.Он щурит веки, как пацани хулиганит с Вестом,но обещает до венцадойти своим невестам.Что ж он такой, ни дать, ни взять —всё радуется веку,да что-то хочет рассказатьна ухо человеку!24.01.16
Святая наивность
Он был, как Бог, как грустный генийкасаясь нежных губ.Он, словно призрак поколений,которые не лгут.Как откровение Вселенной —спасёт и сохранит —он был той истиной нетленной,что твёрже, чем гранит.Она внимала этой сути,смотрела чуть дыша,и даже камень на распутьене видела душа…Шёл тихий вечер. Моросило.Погода у дверейЕго, единственно, просилас блаженной быть добрей.В подушках розового ситца,рассудку вопреки,причёске тоже будет снитьсякасание руки…26.01.16
Морозный день
Солнце, выспавшись в сугробе,светит вниз, совсем не грея,я ему при всём народев ковш плесну вина, не меря.Пусть протрёт своё глазище,разомнётся по поляне —мир внизу, как лёд на днищев чьей-то выброшенной ванне,воздух синькою подкрашен,словно простынь на морозе:то ль соседкой одомашнен,что сутра в суровой позе,или сам промёрз, как суслик,и стоит столбом с зевотой.Что ж – мороз, совсем по-русски, —с наказаньем и заботой…А в серебряном уборе,под фатою подвенечной,ждёт берёзка на угоредруга малого беспечно.18.02.16
Многоточие
Я закат уроню на колении тебе напишу среди ночи —не разбудит любовь без сомненийнезатейливый смысл многоточий.Ничего, что ты спишь без оглядкии посланий не ждёшь до рассвета,я пишу, и не хватит тетрадки,чтобы знала ты даже про это.Будут тайны проситься под дверьюи на ухо шептать кто-то будет —я святое желанье доверюэтой ночи – властителю судеб.Может, утром поднявшись с постели,улыбнувшись, ты скажешь: поверь мне,я ждала тебя ночь, в самом деле,а ты щёлкаешь перья и время…Ночь прошла, и окно заалело —так рассвет режет дня пуповину,но, в записке, где сердце болело,многоточия сказку покинут.26.12.16
«Этот Март – это солнечное застолье…»
Этот Март – это солнечное застолье,этот сенный запах винной пробки,и, сюда привезённый кем-то, за сто лье[6],па-де-де[7] Рено с Пежоу самой бровки!Выпить утра бокал иль сто грамм, в охотку,расплескавшейся зари с набегом,ощутить зацелованных губ шарлоткуи забыть навсегда про лыжню со снегом.Можно скинуть зипуну сырой оградыи в расшитой рубахе рвануть – ей-богу,мы весне, завсегда, бесконечно радысловно девке красной, что глядит с порогу!С крыш капели весь день лить дай до заката,чтоб размазать стылые узы поп-арта.Ну, а что, вообще, пожелать от Марта,если век тебе он за родного брата?!02.03.17
Начало зимы
Начало зимы.С крыш – ни капли,и кто-то грустит о былом.Но суть новизны в том,что снег – словно перья у цапли,точнее, как пух под крылом.Как плед на плечахтвоих, вязкий,белее, чем начатый лист,и то, как сейчасздесь свежо, а из утренней сказкипрошёлся ершом трубочист.Как ласковый взгляд,без оглядки,призывен и неотразим,хотя, наугад,не решит той извечной загадкиначала всех прожитых зим.04.12.17
О любви
Я рисую любовь —это важно!Я рисую, как есть,на холсте, на стене,вместо слов,на заборе – отважно.Я считаю за честь то,что выпало мне!Я пишу о любви —это сложно!Утром рано, когдаспит ещё целый дом,ты войдипосмотреть, как так можно:о любви, без следа,написать целый том?!Для любви я живу —это ясно!А иначе нельзя:на всём свете – аврал!Наявупроживёшь век напрасно,если в горьких слезахты её не терял!1972-06.12.17
«Она приближается криком и гамом…»