Сердце Дракона. Чары и Пламя
- -
- 100%
- +
Ведьма усмехнулась.
– Будь на твоём месте любая другая, я бы, даже не думая, уничтожила. Нашла бы как уничтожить. Но ты… Предчувствия ведьм никогда не ошибаются. Что-то в тебе есть очень близкое. То, что я не могу предать. Мне странно это говорить тебе, но я точно уверена, что мы не просто так встретились. Одни богини знают, для чего свели нас. Как жаль, что ведьмы не могут предсказывать ни себе, ни другим ведьмам. Но, кажется, я сегодня слишком лирична. Скажи мне, Рейя, как ты догадалась? Ты же понимаешь, что подобное проклятие можно было и купить, на том же чёрном рынке.
– Можно было, – согласилась я, и страх перед Мерионой начал отступать. – Вот только в таком случае, навряд ли стоило так усиленно создавать себе алиби. В стране, где почти всех ведьм забрали на войну, всё ещё проходят шабаши? Ковен существует?
Лицо женщины вытянулось. Она резко села прямо.
– Что ты хочешь?
– Понять, кто там был и почему вы решили его…
– Тшшш, милая, тшшш, – ведьма скользнула ко мне, как стремительная ящерица, и прикрыла мой рот своей рукой. – Здесь везде есть уши.
Она подошла к двери и щёлкнула пальцами, выставляя барьеры.
– Каждый день ставлю их, – сказала с горькой насмешкой. – И к вечеру всегда взломано. Как думаешь, это делают кто-то из моих девочек или клиентов? Уже несколько лет пытаюсь выловить… Просто волшебство какое-то. Даже имея дозвол, я всё равно нахожусь под властью императора, его инквизиторов и соглядатаев.
Она развернулась и, подойдя ближе, взяла меня за руку заставляя встать.
– Идём.
Мы прошли к камину. Ведьма провела рукой, и тот отодвинулся в сторону, освобождая тёмный проход. Мериона втянула меня в него, и камин тут же закрылся. А следом загорелись огни, открывая передо мной совсем другую комнату. Здесь не было окон. Все стены были заставлены стеллажами с книгами. Посередине лежал круглый чёрный ковёр с нарисованной на нём шестиугольной звездой. Чуть дальше – два кресла, между ними столик.
Между стеллажами я заметила тёмные дыры коридоров. Отсюда явно можно было уйти ещё невесть куда.
– Туда мы не пойдём, – улыбнулась ведьма. – Просто здесь наш разговор будет более приватным. Садись.
Она указала мне на одно из кресел. Я прошла и села. Ведьма устроилась напротив.
– Оно у тебя, – протянула Мериона мне руку через столик.
Я кивнула, вытащила из кармана юбки пробирку и подала ведьме. Женщина покрутила её в руках, смотря на клубящиеся внутри змейки чёрных игл и путающуюся между ними нить яда.
– И всё же ты удивляешь меня, Рейя. Ты никогда не сталкивалась с другими ведьмами, но всё же безошибочно определила, что это ведьмовское проклятие. – Она усмехнулась и устремила пронзительный взгляд на меня. – Уверена, ты точно знаешь, кем оно создано.
– Я так понимаю, вами, Мериона.
Ведьма вздохнула и дунула на пробирку. Проклятие послушно замерло и осыпалось прахом. Это значило одно: хозяйкой проклятия действительно была Мериона.
– Я слишком вовремя уехала на шабаш?
Я кивнула. Женщина отставила уже пустую пробирку на столик.
– И ведь так было не раз, но только ты сразу сопоставила эти события. Я не могла упустить такой шанс. Акиба – умная и талантливая в своём роде девочка. Одна встреча, пара капель соблазна… – Мериона тяжело вздохнула. – Это могло бы сыграть значительную роль в том, что сейчас происходит. А по поводу шабаша… Рейя, я правда хотела бы снять с тебя твои браслеты. Но совсем не для того, чтобы отправить тебя на войну или к инквизиторам. Да, шабаши проводятся. Нам, оставшимся ведьмам, нужны силы. Но я пока не могу тебе доверять, тем более сейчас…
– Тогда зачем вы мне это говорите? – удивлённо перебила я.
В её взгляде появилась грусть.
– Всё, что произойдёт далее, уже не будет зависеть от меня. Я сейчас хочу взять с тебя клятву: ты никогда и никому не расскажешь о том, что произошло. И тем более, о своих догадках.
– Я приношу клятву, – уверенно заявила я, уже точно зная, что сдержу её. – Я не выдам сестёр. Как бы ни повернулась судьба.
Мериона облегчённо выдохнула и вдруг улыбнулась.
– Это проклятие создавала я не одна. Были и другие. Ковен ещё существует. Но нас очень мало. Мы пытаемся сохранить память ведьм. Те, кто остались свободными, прячутся в горах и лесах, в глубоких пещерах. Это единственный выход для нас. Мы собираемся, пишем книги, сохраняем все наши знания и воспоминания. Иногда нам кажется, что совсем скоро придёт время, и уже некому будет их передавать. Так пусть они сохранятся в тайных стенах храма ковена.
– А он существует? – я была поражена.
Глаза Мерионы сузились, и в них вспыхнул такой яростный огонь, что ему мог позавидовать любой дракон.
– Император уничтожил город ведьм, но уничтожить храм, стоящий на могилах сотен ведьм, он не сможет! Храм находится на поле, окружённый костями наших погибших сестёр. И их души прячут его от посторонних глаз. Души, вставшие на защиту нашей святыни после гибели, в тот день, когда наш город был взят. Предательски сдан императору.
– Предательски? – удивлённо протянула я. Я никогда не слышала о падении города ведьм. Даже от матери. Она говорила о нём как о существующем, и сейчас для меня стало откровением, что города ведьм нет.
Мериона откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза.
– Да, Рейя, нас предали. Наша же сестра раскрыла тропу ведьм, ведущую к городу. Мы не ожидали, что к нам придут инквизиторы. Их было много. Кровавое побоище, где у нас не было ни шанса, лишь выбор. – Она горько усмехнулась. – Сама понимаешь какой.
В тайной библиотеке зависла тяжёлая тишина, которую нарушила я.
– Что стало с той ведьмой, что предала свой ковен?
Мериона медленно открыла веки и с внезапной усталостью произнесла:
– Навеки заклеймёна ведьмами Стейлортана, изгнана из ковена, и узы крови с ним у неё обрезаны, чтобы более никогда не могла найти путь.
И снова тишина, лишь пустой взгляд Мерионы в пустоту. А у меня мурашки пошли по коже.
«Изгнана из ковена. – Молнией сверкнуло в сознании. И так страшно стало. – Нет, мама точно не могла такое сделать! Я даже думать об этом не хочу! Это была какая-то другая ведьма. Мама никогда бы не предала своих. Я не буду об этом думать».
– А тот мужчина, кто он? – тихо спросила я.
Хозяйка борделя тяжело вздохнула.
– Он тот, кто сделает всё, чтобы храм был уничтожен.
– Зачем? – воскликнула я. – Разве не хватило падения города ведьм и их порабощения?
Губы Мерионы скривились.
– Он понимает, что есть и те, до кого они не могут добраться. Те, у кого больше сил, чтобы спрятаться от взора императора. А это значит более сильные чары. То, что так необходимо инквизиторам для войны с драконами. В храме хранится книга ведьм. Книга поколений. Высший артефакт: в него при рождении высшие силы рукой верховной жрицы вписывают имена каждой ведьмы ковена. Чары храма хранят книгу, и никто, кроме жрицы, не может её открыть. Но, открыв её, можно прочесть имя каждой, а проведя определённый ритуал, можно узнать, где находится каждая из нас. Мы связаны с этой книгой, словно пуповиной. Она была создана для того, чтобы мы не теряли друг друга, а совсем не для того, чтобы кто-то окончательно уничтожил наш род.
– Почему император не заставил жрицу открыть книгу ведьм? – спросила я.
Мериона усмехнулась.
– Жрица погибла при захвате города. И теперь, чтобы открыть книгу, нужно уничтожить храм, а его нужно найти. Именно этим занят тот, кого ты спасла.
– Высший инквизитор? – ахнула я, озарённая догадкой.
Ведьма кивнула.
– Гелион Арквейн, главнокомандующий армией императора Каэлора Виктуса, его правая рука и главный советник. Я очень много сил положила, чтобы незаметно столкнуть их с Акибой. А дальше действовали чары. Кем бы ни были инквизиторы, они всё же мужчины.
– И я сорвала ваш план, – сокрушённо сказала я.
– Да, – холодно подтвердила ведьма. – Любую другую на твоём месте я бы просто уничтожила после этого, но ты…
Она пристально смотрела на меня. Я съёжилась под её взглядом.
– Что со мной не так?
Ведьма передёрнула плечами.
– С тобой всё не так, Рейя. Но особенно меня волнует уверенность, что мы уже встречались, и ты мне знакома.
– Может, моё лицо слишком простое и похоже на сотню любых других ведьм, – усомнилась я. – Вот и этот инквизитор тоже увидел во мне кого-то.
Мериона напряглась. Это стало видно по её внезапно изменившемуся лицу. Казалось, кожа на нём натянулась так, что исчезли даже малейшие морщинки.
– Он что-то сказал тебе? – медленно спросила она.
– Он назвал меня чужим именем, – честно призналась я.
– Каким? – её голос задрожал. – Каким? – она выкрикнула вопрос, и волосы на её голове зашевелились, словно змеи.
– Эляна.
От вида ведьмы меня снова обуял страх, и я вжалась в кресло.
Мериона метнулась ко мне, вцепилась в подлокотники, нависая надо мной.
– Эляна? – прохрипела она. – Что он ещё тебе сказал?
– Ничего, – пролепетала я. – Он просто назвал меня Эляной.
Ведьма порывисто отшатнулась.
– Эляна… – протянула она, глядя на меня расширившимися глазами.
– Вы знаете, чьим именем он назвал меня? – спросила я, пытаясь вернуть себе самообладание.
Лицо ведьмы молниеносно стало непроницаемым.
– Нет, – отрезала она чётко. – Я не знаю. Но это очень плохо, что он видел тебя. В каком бы состоянии ни был инквизитор, он запомнил тебя и будет искать.
И тут же, в подтверждение её слов, огни в комнате ярко вспыхнули. Свет забурлил, изменяясь с приглушённо-желтоватого до ярко-алого.
Ведьма вскинула голову, глядя в потолок. Её глаза побелели.
– У нас гости, – она перевела взгляд на меня.
Я вздрогнула. Передо мной стояла истинная ведьма во всей красе. Такой я видела только маму в моменты призыва высших чар. Белые глаза, побледневшая до сияющего алебастра кожа, яркие чёрные дуги бровей. Развевающиеся от притока силы волосы, словно ожившие, источающие вокруг себя энергию. Это было красиво и пугающе.
Мериона сунула руку в карман и вытащила небольшой мешочек, затем вложила его мне в руки.
– На первое время хватит. Беги отсюда, Рейя. Забирай Лизу и уходите по коридору. Я направлю вам путеводную звезду. Беги, Рейя!
– Что происходит, Мериона? – испуганно зашептала я.
Она взмахнула рукой, указывая на один из коридоров между стеллажами.
– Это пришли за тобой, Рейя. Просто беги. И не показывайся пока здесь. Я постараюсь тебя найти. Обещаю, что найду вас с Лизой. Беги! – рявкнула она, а свет в комнате уже стал кроваво-красным.
Я больше не задавала вопросов, вскочила и бросилась в коридор. Едва ступила в него, как передо мной возник яркий светящийся шарик, который понёсся вперёд. Я бежала за ним, пока он не остановился. Совершенно внезапно в темноте проявилась дверь в нашу с Лизой комнату.
Я заскочила внутрь. Лиза сидела у стола, записывая новый рецепт.
– Нам нужно бежать! – воскликнула я, хватая с вешалки наши плащи.
Она вскинула на меня удивленный взгляд. Я понимала, что времени на объяснения нет, схватила её за руку и, не говоря ни слова, потянула в коридор.
Светящийся шар летел быстро, торопя нас. Коридор вилял, сворачивая то налево, то направо, то ныряя ступенями вниз, а следом взмывая вверх по спиральным лестницам. Это совсем не походило на коридор борделя и всё больше напоминало лабиринты древнего подземелья. Он тянулся и тянулся, а потом я увидела свет в конце туннеля. Настоящий солнечный свет. Огненный шарик моргнул и потух.
Послышалось множество голосов, стук колёс, донёсся запах свежей выпечки.
– Где мы? – крепко сжимая мою руку, спросила Лиза.
– Не знаю, – ответила я и потянула её к выходу.
Глава 10
Судя по количеству проносящихся мимо карет, прохожих на широких тротуарах, а также фонтану и аллеям, мы оказались на главной площади. Мериона молодец, она направила нас туда, где среди большого количества людей можно было быстро затеряться. Даже на то, что мы практически вывалились на тротуар, никто не обратил внимания. Я оглянулась – позади нас была кирпичная стена, ни одного намёка на тайный ход. Я даже пощупала стену. Холодный, твёрдый кирпич.
«Кажется, я очень мало знаю о ведьмовских тропах, – с интересом подумала я. – Этому меня мама не учила. Если всё же снова встречусь с Мерионой, обязательно у неё поинтересуюсь, как работают такие тропы».
Но это будет в возможном будущем, а сейчас нам нужно было уйти как можно дальше. Что-то мне подсказывало: нам необходимо путать следы.
Я потянула Лизу в самую гущу прохожих. Здесь были обычные зеваки, дети с родителями, молодые парочки и просто мимо бредущие. А ещё множество торговцев газетами, цветами, милыми детскими игрушками и сладостями, пытавшихся продать каждому свой незатейливый товар. Мы шли через площадь чуть быстрее, чем обычные гуляющие пары. На нас никто не смотрел, пока мы не достигли фонтана. Здесь стоял одноглазый дядька, держа в руке десяток сахарных леденцов на палочках.
– Купите сладости! Берите сладости для вашей радости! – кричал он. Увидев нас, криво улыбнулся: – Купите, леди. Чудесные сахарные петушки!
Я мимолётно глянула на него и тут же отвела взгляд.
Мне почудилось, что среди толпы мелькнули парочка чёрных плащей с яркими эмблемами ищеек.
Я торопливо накинула капюшон плаща и поспешила подальше от фонтана.
– Что произошло? – шёпотом спросила Лиза, когда мы свернули на оживлённую аллею.
Я оглянулась. Кажется, за нами никто не гнался. Я указала на пустующую беседку. Мы прошли и сели. Нужно было перевести дух. У меня сердце билось, как у испуганной лани.
Уже здесь, сделав вдох и выдох, приводя пульс в относительное спокойствие, я чуть слышно начала объяснять:
– Мне почудились ищейки.
– А нас ищут? – удивилась Лиза. – Что происходит, Рейя? Почему мы убежали из борделя?
Я вздохнула.
– Мужчина, которого мы спасли, оказался верховным инквизитором. И он видел меня. Вероятнее всего, он понял, кто я. За нами пришли в бордель. Мериона успела отправить меня за тобой и приказала бежать.
У Лизы расширились глаза.
– Верховный инквизитор?! – поражённо воскликнула она.
– Тише! – прижала я палец к губам.
– Верховный инквизитор, – перешла она на шёпот, – который гуляет с девочками из борделя? Интересные нравы в столице Стейлортана.
Я пожала плечами.
– Кто их знает? Может, порочные связи помогают высшим особам снять стресс.
Лиза нервно улыбнулась.
– Кто бы нам сейчас помог его снять.
– Берите сладости для вашей радости! – раздался уже знакомый голос совсем близко. Мимо беседки неторопливо прошёл одноглазый, косясь в нашу сторону.
– Идём отсюда, – я поднялась. – Здесь слишком много ушей и глаз.
Лиза не сопротивлялась, и мы направились с площади, туда, куда, как мне казалось, шло меньше всего народа.
Мы не знали города и около двух часов просто плутали по улицам.
– Нам нужно найти, где переночевать, – сказала я, глядя в витрину небольшой таверны. За стеклом было многолюдно: там ели и пили. У камина сидел седой мужчина и играл на лютне. Ярко горел камин, разгоняя осеннюю прохладу каменных стен, а между столиками уверенно лавировали подавальщицы с огромными блюдами еды. У меня в животе заурчало. Мы ведь остались даже без завтрака – Мериона вызвала нас на допрос с утра, и теперь голод давал о себе знать. Интересно, сколько в мешочке, который дала нам ведьма? Я нащупала его в кармане юбки. Сколько бы там ни было, еда в хорошей таверне нам не по карману. Неизвестно, как долго нам придётся прятаться. Нужны деньги на жильё, что-то подальше от посторонних глаз.
– Купите сладости для вашей радости!
Я вздрогнула от этого голоса. Лиза резко обернулась.
Одноглазый стоял в паре шагов от нас, криво улыбаясь.
– Всего одна лира за сахарного петушка, – сказал он, щурясь на нас.
Я с опаской смотрела на мужчину. Он приблизился, и я внутренне напряглась, призывая драконью стихию.
Одноглазый, словно почувствовав опасность, остановился и протянул нам пару конфет.
– Я вижу, леди в затруднительном положении. Не бойтесь, берите. Я могу дать два за одну лиру.
Лиза встала за моей спиной.
– Возьмите, – улыбался мужчина. Лицо торговца было щетинистым, с тусклыми, запавшими глазами, в которых я видела больше хитрости, чем доброты.
Я всё-таки вытащила мешочек и заглянула в него. На первый взгляд – лир триста, не такая уж и маленькая сумма. При должном учёте трат, может хватить на неделю. Видимо, это всё, что было у ведьмы на тот момент. Я ещё раз мысленно поблагодарила Мериону, достала одну монету и протянула одноглазому.
Он снова оскалился в улыбке. Одна щека у него заметно дёргалась. Мужчина подал нам сладости и быстро схватил монетку.
– Кушайте, – сказал он, пятясь назад, но вдруг остановился. – Леди не местные?
– Почему? – глухо спросила я.
Он пожал тощими плечами.
– Местные не передвигаются по всему городу на своих двоих. Им проще нанять двуколку или экипаж. Леди в трудном положении? Я заметил вас ещё на площади, вы уже довольно далеко ушли от неё, заглядываете в окна таверн, – дребезжащим голосом продолжал он. – Вам негде ночевать? Я могу предложить недорогую ночлежку.
Лиза схватила меня за плечо и быстро зашептала на ухо:
– Я ему не доверяю. Он странный. Почему он шёл за нами?
– Это моя работа, – новый оскал заставил меня слегка отступить. – Я смотрю, кто приезжий, не местный, предлагаю им свои услуги.
– И какие же услуги вы предлагаете? – осторожно поинтересовалась я.
Он развёл руками.
– Всякие. Что вижу – то и предлагаю. Вот вам вижу, нечего есть и негде спать. Предложил сладости и ночлег.
– У вас своя гостиница? – недоверчиво спросила Лиза.
Он растянул рот в широкой улыбке, и я заметила, что зубов у него было совсем мало, да и те – кривые.
– Посмотрите на меня, – сказал мужчина. – Откуда у меня гостиница? Но я знаю, у кого она есть, и кто может предложить вам ночлег за приемлемую цену. А уж там мне заплатят за то, что я привёл клиентов.
– Я всё равно ему не доверяю, – ещё тише прошептала Лиза.
– Как хотите, – произнёс одноглазый, расслышав её слова, и отвернулся, направляясь прочь от нас.
– Стойте! – негромко воскликнула я.
Лиза вцепилась в моё плечо так сильно, что я ощутила её пальцы.
– Рейя…
Я оглянулась и твёрдо сказала:
– У нас нет выбора. Нам нужно найти ночлег. Мы не можем остаться на ночь в городе, на улице.
Продавец сладостей стоял, повернувшись ко мне с ожидающим выражением на лице.
– Нам нужен недорогой ночлег и небольшой ужин, – сказала я, делая к нему шаг.
Он кивнул.
– Я знаю, кто вас примет и накормит буквально за тринадцать лир.
Позади меня недовольно вздохнула Лиза, но я уверенно произнесла:
– Мы согласны.
Глава 11
Идти пришлось долго и пешком. Когда мы свернули на невзрачную улицу, где пахло кислым супом и затхлыми отходами, а из небольших тёмных домиков доносились крики и ругань, я уже еле передвигала ноги. Солнце зашло за крыши домов, но фонари ещё не зажглись, и в переулке было сумрачно. Лиза шла нахмурившись и тревожно озиралась по сторонам.
– Не смотрите, что здесь трущобы, – сказал нам одноглазый. – Я приведу вас в порядочное место. Его хозяйка, тётушка Дабл, строгая, но хорошая женщина. У неё небольшая местная таверна. Готовит тётушка хорошо и постояльцев принимает. Всего три комнаты, зато меньше соседей.
Меня это вполне устраивало. А то, что трущобы… Ну, что же, зато, может, инквизиторы и их ищейки побрезгуют сюда соваться.
– А вот и пришли, – кивнул одноглазый на неказистый домик.
Мы посмотрели на так называемую гостиницу. Над деревянной дверью висела треснувшая вывеска с надписью «Таверна Хромой гусь». Вполне подходящее название для этого места. На улицу выходило одно мутное окно, плотно задернутое серой занавеской, и деревянная дверь с кривым кольцом. Наш проводник толкнул её плечом, открывая, и отступил, пропуская нас вперёд.
Вопреки внешнему виду, внутри оказалось весьма приемлемо для подобного места: деревянная стойка с пузатыми бутылями, наполненными сомнительными жидкостями, каменный камин, в котором потрескивал огонь, пять круглых столиков, все занятые. Раздавался стук кружек и громкие голоса выпивающих мужиков. Между столиками сновала девчонка-подавальщица. При нашем появлении всё разом стихло, и все пристально уставились на вошедших.
Одноглазый встал рядом с нами, громко выкрикивая:
– Дабл! Эй, Дабл, шевели своей толстой задницей! Посмотри, кого я к тебе привёл! Дабл! Эй…
– Чего орёшь? – раздался недовольный женский голос.
Мы повернулись на него, наблюдая, как по скрипучей лестнице на другой стороне зала спускалась полная женщина.
– Ох, Дабл, ты стала ещё больше! – скривился одноглазый.
Дабл пропустила его слова мимо ушей.
Она действительно была очень полной, с косынкой, скрывающей волосы, в домотканом сером платье, которое делало её практически необъятной, и цветным фартуком, визуально определяющим талию. Женщина медленно спустилась и окинула зал острым взглядом.
– Чего уставились? – гаркнула, заметив пристальный интерес посетителей к нам. – Не к вам пришли!
Едва мужики услышали её голос, как тут же отвернулись, и в таверне снова загомонили голоса и застучали стаканы. А хозяйка таверны уставилась на нас. В отличие от одноглазого, она выглядела более опрятно. И главное – у неё было два глаза, которыми Дабл внимательно скользила по нам, словно оценивая, насколько мы платежеспособны.
Очевидно, она пришла к выводу, что мы можем заплатить, и кивнула.
– Тринадцать лир за сутки. В стоимость входит завтрак и ужин. Если хотите ещё и обед – доплачивайте три лира.
Мы с Лизой переглянулись.
– Обед не нужен, – торопливо сказала полуэльфийка.
Хозяйка безразлично пожала плечами.
– Не нужен, так не нужен. Идёмте, покажу комнату, – развернулась и жестом пригласила нас следовать за ней к лестнице.
– А мой ужин? – выкрикнул одноглазый. – Я же девчонок на постой привёл!
При этом выкрике троица мужчин, сидящих у стены, повернулась и внимательно посмотрела на нас.
– Будет тебе ужин, – прошипела хозяйка. – А ты бы рот прикрыл, Шпон.
Он тут же замолк, боязливо оглядываясь по сторонам.
– Иди, сядь там, где место свободное, – продолжила Дабл. – Я сейчас девочек провожу и спущусь.
Когда мы поднимались по лестнице, то увидели, как Шпона подозвали те самые трое, и он присел к ним за столик.
Мы с Лизой проследовали за Дабл. Она указала на первую дверь на втором этаже и, громыхая связкой ключей, открыла её.
– Входите, располагайтесь.
Мы вошли в небольшую комнату. Убранство было более чем скромным: две узкие кровати с жёсткими матрасами, небольшой деревянный столик у окна, два простых стула и маленький шкаф. Стены были голыми, за исключением грязноватой занавески, скрывающей вид из окна на невзрачную улицу. Тусклая лампа на столе едва освещала пространство. Ощущался запах сырости. Я поёжилась – в комнате было прохладно.
– Постельное в шкафу, полотенца там же. Уборная и душевая в конце коридора, – хмуро сказала хозяйка, затем поинтересовалась: – Если устраивает, оплатите за сутки вперёд.
– Ну, выбора у нас нет, – вздохнула Лиза, осматриваясь.
– Зато есть крыша над головой, – заметила я, сбрасывая плащ на кровать и сунув руку в карман, вытащила мешочек.
Дабл замерла, цепким взглядом оценивающе посмотрела на него и расплылась в улыбке. От хмурости не осталось и следа.
– Надолго хотите остаться?
Я отсчитала тринадцать лир и протянула хозяйке.
– Посмотрим.
Дабл вся осветилась.
– Ужин будет позже. Сама вам его принесу, – сказала она, пряча деньги в карман фартука и отступая к двери. – На ужин картошка с овощными котлетами. Если хотите салат – будет ещё один лир.
– Нет, спасибо, обойдёмся без салата, – ответила я.
– Не буду вас больше тревожить, – сказала Дабл, выходя. – Отдыхайте, девочки.
Лиза проводила её пристальным взглядом.
– Не нравится она мне, – сказала девушка, пройдя к двери и внимательно осмотрев её. – Здесь нет ни задвижки, ни крючка.
Она выглянула, посмотрела в коридор.
– Не дело это, – вернулась и прикрыла дверь.
Я отмахнулась.
– Кому мы здесь нужны? Давай лучше заправим кровати, Лиза. И попробуем немного обогреть комнату магией, иначе замёрзнем под этими тонкими пледами.
Девушка оглянулась, взяла стул и, подойдя к двери, подперла её.
– Так будет лучше. Рейя, давайте я застелю кровати, а вы займётесь магией. Здесь и правда холодно.
Прошло более двух часов, когда в комнату постучали. Лиза бросилась к двери, отодвинула стул и открыла.
На пороге стояла наша хозяйка с подносом в руках.