- -
- 100%
- +
– Вы так спешите быть наказанным? – усмехнулся барон, – всему свое время. Поспешите.
– Не люблю ждать наказаний, – вздохнул Анри.
В комнате, когда Рене и Анри переодевались, Рене пытался поддержать своего друга.
– Рене, все в порядке, я не боюсь.
– Правда? Но почему же ты так поступил?
– Не знаю. В зале было столько людей, и мне захотелось на воздух, хотелось свободы.
– Свободы? А что такое свобода? Даже у герцога её нет. Почему учитель присудил тебе пятнадцать розог, а не десять? Тебе будет больно!
– Потерплю. Идем в зал, а то опоздаем, и тогда мне достанется двадцать пять розог, – пошутил Анри, и они отправились на урок фехтования.
А в это время баронесса де Муаре упрекала своего супруга.
– Муж мой, не слишком ли вы строги с Анри? Ну, увеличили бы количество розог, но зачем в темницу?
– Анри совершил провинность. И серьезную провинность. И когда он делал это, то понимал, что поступает нехорошо. Значит, был готов к наказанию.
– Он не думал, что опоздает.
– Да, не думал. Тем не менее, он не солгал, чтобы уберечься от наказания. Я уверен, что никто из моих воспитанников не поступил бы так же. Обязательно бы солгали.
– Из него получиться замечательный рыцарь, – заметила госпожа де Муаре.
– Еще рано судить. Посмотрим, как он перенесет наказание.
– Почему же вы не наказали сейчас? Наверняка, мальчик напуган. А ему предстоит фехтование.
– Не думаю, что он напуган. Пошли в зал и убедимся в этом своими глазами.
Все воспитанники были на месте, и только ждали своего учителя. Несмотря на тревоги госпожи де Муаре, глядя на Анри, нельзя было сказать, что он напуган. Он стоял в окружении своих друзей, и они весело смеялись над чем-то. Готье также был окружен друзьями, и в их окружении тоже было весело. Но тема для веселья у них была одна – предстоящее наказание Анри.
– А теперь, господа, взяли в руки мечи, и я вас построю по парам.
Как и следовало ожидать, Анри достался Готье. Барон давно заметил неприязнь, возникшую между ними. А, как известно, неприязнь порождает соперничество, а соперничество – жажду победы. Ведь если Анри будет драться с Рене, то они будут уступать друг другу, и азартной битвы между ними не получится.
В ходе сражения, Готье пытался больнее уколоть Анри насмешкой и жестоким словом. Но, на каждый такой «укол» Анри лишь улыбался и не отвечал. Зато он быстро и ловко парировал все удары мечом, и, воспользовавшись приемом «скручивания», приставил острие своего меча к груди Готье.
– Ты убит! – воскликнул Анри.
– Черт! – выругался Готье.
– Молодец, Анри! Старайтесь, и очень скоро вы вернете мое расположение к себе, – сказал барон. Анри улыбнулся.
– Не радуйся бедам других, ибо ты не знаешь, что ждет тебя самого, – сказал он Готье.
Урок закончился, потом был ужин, а после ужина, мальчики разошлись по своим комнатам.
– Когда же меня накажут?! Не люблю неопределенность, – делился Анри с Рене.
– Почему ты спешишь?
– Хочу, чтобы это осталось позади.
– Тебя посадят на двое суток в темницу, – грустно сказал Рене. Надеюсь, что мне разрешат тебя проведать.
– Не думаю. Но ты не скучай. Обещаешь?
– Постараюсь.
На следующий день, после занятия с госпожой де Муаре, мальчики встали, чтобы отправиться в тронный зал исполнять свои обязанности. Но барон остановил их.
– Одну минуточку. Вернитесь на свои места.
Пажи сели на свои стулья. Рене испуганно посмотрел на Анри. Он понял, что барон сейчас будет того наказывать. Анри и сам понял это. Несмотря на показную храбрость, ему было немного страшно. К горлу подкатил ком и не давал дышать полной грудью, сердце бешено колотилось. Но он старался держать себя в руках и не показать ни своей слабости, ни страха.
– Анри, – сказал барон, – пришла пора платить за свое непослушание.
– Да, учитель, – сказал Анри твердым голосом, встал со своего места и подошел к барону.
Жозеф де Муаре положил свою руку ему на плечо.
– После порки, Анри отправится в темницу, – обратился барон к своим воспитанникам. – И, если я увижу, что кто-нибудь приносит ему или пищу, или еще что-нибудь, что помогло бы заключенному легче перенести наказание, сам будет наказан. Анри, раздевайтесь и ложитесь на скамью.
Пока барон выбирал подходящую розгу, Анри приготовился к наказанию – он разделся, лег на лавку, зажмурился и крепко схватился руками за свое деревянное ложе. Барон не торопился. Он словно испытывал своего ученика – действительно ли его сила воли, выносливость и мужество велики, или он сорвется и начнет просить пощады.
От первого удара Анри вздрогнул всем телом, но не издал ни крика, ни стона. Второй удар, третий… спина и ягодицы болели, но Анри все яростнее кусал губы и держался за лавку, чтобы не закричать, не попросить пощады, не проявить слабости.
– Пятнадцать, – сказал барон и отбросил розгу в сторону. – Вставайте, Анри. Вы с честью выдержали наказание.
Анри поднялся и привел свою одежду в порядок. От стыда его щеки горели. Вот сейчас он посмотрит на пажей, которые присутствовали на наказании, и увидит насмешливые лица Готье и его компании. Анри пересилил себя и посмотрел на своих недругов. Странно… На лице Готье нет радости, наоборот – злость. Почему?
Готье и правда, злился. Он рассчитывал усладить свой слух криками, стонами и плачем этого графа. Но тот все стерпел, и Готье не почувствовал радости от того, что Анри наказали.
– Куда мне идти для отбывания дальнейшего наказания, сударь? – спросил Анри, глядя в глаза барону.
– Шарль вас проводит. Шарль! – на зов вошел один из слуг. – Проводи графа де Суансе в темницу на первом уровне.
– Слушаюсь, господин. Пойдемте, ваше сиятельство.
Анри посмотрел на Рене, улыбнулся ему, кивнул, и вышел вслед за слугой в темницу на целых два дня.
VII
Анри вошел в темницу и осмотрелся – камера была маленькая, из мебели в ней только и было, что кровать – широкая доска на четырёх ножках, на которой лежало сено, и деревянная табуретка; свет в темницу проникал через небольшое окошко, которое находилось почти под потолком.
Анри вздохнул и сел на кровать – тут ему предстоит провести два дня. И самое страшное то, что ему нечем заняться…
Анри взбил сено и лег. Если нечем заняться, значит, время нужно скоротать. А быстрее всего время бежит, когда спишь.
Он лег и закрыл глаза, но сон не шел. Ведь ночью он отлично выспался, невзирая на страх наказания. Тогда Анри принялся мечтать. Сейчас его мечты приняли более реальные очертания, чем тогда, когда он жил в родном доме. Теперь он знал, сколько труда нужно вложить, чтобы стать рыцарем. А ведь он только в начале пути. Прошло лишь три месяца с его приезда ко двору герцога. И за все это время ни дядя Антуан, ни дядя Раймонд его не навестили. Анри вспомнил свой родной замок, и его охватила тоска. Хорошо было бы опять очутиться дома, и взять с собой Рене.
Незаметно пришло время обеда. Анри услышал, как в замке повернулся ключ. Дверь открылась, и в темницу вошел Шарль.
– Я принес обед, ваше сиятельство, – сказал он и поставил на табурет кувшин с водой и ломоть черного хлеба.
– Спасибо, – поблагодарил его Анри, – я действительно проголодался.
Шарль вышел, а Анри сел на своей кровати и принялся есть хлеб и запивать свою скудную трапезу водой. Он не наелся, но не стал отчаиваться – эти временные неудобства нужно рассматривать, как подготовку к жизни рыцаря. Кто знает, какие лишения ему суждено пережить в будущем, когда он будет в военном походе.
После обеда, Анри вновь лег на кровать и задремал. Его разбудил голос Шарля:
– Ваше сиятельство, пора ужинать.
– Да, хорошо, – Анри открыл глаза и сладко потянулся. Он сел на кровать. – Неужели уже время ужина? А я не успел проголодаться, – соврал он.
Шарль поставил на табурет кувшин с водой, хлеб и свечу, так как в камере царила темнота.
– Приятного аппетита, ваше сиятельство, – с этими словами Шарль забрал пустой кувшин, который приносил Анри на обед и вышел, не забыв запереть за собой дверь. А Анри принялся за свой ужин.
– Анри, – услышал он голос, который доносился откуда-то сверху. Мальчик поднял голову, и увидел, что к нему в темницу, в окошко, заглядывал Рене. – Как ты тут?
– Рене! Как ты меня нашел? – удивился Анри.
– Тут несколько окон, я заглядывал в каждое и увидел тебя. Я тебе тут принес, возьми, – и Рене просунул ему в окно небольшой сверток.
– Что это?
– Еда. Мне удалось взять на кухне.
– Нет, я не возьму. Тебе запрещено, – решительно сказал Анри, несмотря на голод.
– Возьми. Ты голодный. Съешь и никто не узнает, – убеждал Рене.
– А если узнает? Тебе попадет. Не нужно было тебе приходить сюда.
– Анри, ты же мой друг. На, возьми, ешь.
Анри взял табуретку, поставил возле стены, где было окно, и взобрался на неё. Его голова оказалась на уровне окна, и он увидел, что Рене сидит на корточках.
– Спасибо, Рене, я тебя не выдам, – сказал Анри, беря сверток с едой. – А теперь беги, чтобы тебя никто не увидел.
– Хорошо. Возьми и это тоже, – Рене протянул Анри еще один сверток.
– Что это?
– Укроешься этим ночью.
– Нет! Шарль увидит!
– Спрячешь. На чем ты спишь?
– На сене.
– Спрячешь под сено, а когда тебя выпустят, оставишь, – посоветовал Рене.
– А ты?
– У меня есть чем укрыться.
– Спасибо, Рене, ты настоящий друг, – поблагодарил Анри, беря одеяло.
– Ты бы сделал для меня то же самое. Как ты тут?
– Нормально, только скучно.
– Держись. Я обязательно приду завтра.
– Только осторожно. Я не хочу, чтобы тебя наказали.
– Не волнуйся. Пока.
– Пока.
Рене поднялся, и бросился со всех ног в свою спальню. Анри принялся за ужин.
Ночью он мысленно благодарил Рене за одеяло. Было холодно, и, даже зарывшись в сено, он бы продрог. Как только солнечный луч осветил темницу, Анри проснулся, спрятал одеяло под сено, и опять лег – если он уснет, то никто не узнает, что ночью ему было тепло и уютно.
Так пролетело два дня. Наступило время освобождения. Анри еще раз внимательно осмотрел темницу – не осталось ли где следов, что ел он не только хлеб, но и другие продукты, не видно ли одеяла, которое он тщательно спрятал под сеном. Вроде все в порядке. Анри вздохнул с облегчением и сел на кровать – теперь нужно набраться терпения и ждать Шарля. Последние минуты ожидания всегда тянулись дольше.
Анри вернулся из заточения тогда, когда баронесса закончила рассказывать пажам о житие святого Августина.
– Рада вас видеть, Анри, присоединяйтесь к мальчикам, – поприветствовала она пажа.
– Я тоже рад вас видеть, госпожа, – кивнул ей Анри, – господин, – кивнул он барону и последовал на свое место.
– Постойте, Анри, – остановил его властный голос барона де Муаре. Анри остановился и обернулся к нему.
– Да, господин учитель.
– Хотелось бы послушать, как прошло ваше заточение?
– Мне было очень одиноко, господин, – ответил Анри печальным голосом.
– Неужели вас никто не навещал?
– Нет, а что, можно было? – Анри искренне удивился.
– Нет, но ведь есть окно, – голос барона де Муаре сделался вкрадчивым. Анри насторожился – неужели учитель что-то знает о Рене, и хочет выпытать у него.
– Нет, господин, меня никто не навещал, – сказал паж твердо.
– Хорошо, можете идти, – Анри вздохнул с облегчением, и повернулся, чтобы пройти на свое место, но барон опять остановил его: – Хотя, нет, постойте.
Анри повиновался.
– Я вас слушаю, господин учитель.
– Неужели вас никто не навещал? – опять спросил барон, – И никто не приносил еду?
Анри похолодел: он понял, что барону что-то известно, но решил стоять на своём.
– Почему никто? Шарль мне приносил завтрак, обед и ужин.
Барон улыбнулся.
– Я знаю. Шарль приносил вам только хлеб и воду. А я спрашиваю о ваших друзьях.
– Я же сказал, что нет, господин учитель.
– А если я скажу, что вы лжете.
– Я не лгу, – стоял на своем Анри.
– Шарль! – позвал барон слугу. Тот незамедлительно явился.
– Я слушаю, господин.
– Пойди в темницу, где сидел Анри и хорошенько проверь её: не забыл ли он там что ни будь. Тщательно проверь сено, – приказал барон.
– Да, господин, – Шарль ушел, а Анри остался стоять посреди комнаты, гордо вскинув голову, и глядя в глаза барону де Муаре.
– Пока Шарль не вернулся, у вас есть время признаться – кто к вам приходил и приносил еду. Тогда я накажу его, но не вас. Но, если вы промолчите, а Шарль что-то найдет, то вас ждет новое наказание – двадцать ударов розгами.
– Меня никто не навещал, – твердо ответил Анри.
Спустя несколько минут вернулся Шарль, неся в руке одеяло. Анри закусил губу, но ничего не сказал.
– Это моё одеяло, – Рене вышел вперед и стал рядом с Анри. – Я дал его Анри. Он отказывался, но я настоял. Иначе ему было бы холодно.
– Рене, зачем ты лжешь? – повернулся к нему Анри.
– Я не лгу. И еще я приносил Анри еду. Я готов к наказанию, учитель, – твердо сказал Рене и его голос не дрогнул.
Барон де Муаре взял у Шарля одеяло и осмотрел его.
– Вы не лжете, Рене. Тут вышито ваше имя. Возьмите, – барон де Муаре протянул одеяло Рене. – Я не буду вас наказывать. Ни вас, ни Анри. Каждый из вас был готов понести наказание ради друга. Похвально. Я горжусь вами. Возвращайтесь на свои места.
Анри и Рене улыбнулись друг другу и вернулись на свои места.
– Да, – продолжил барон де Муаре, обращаясь ко всем пажам, – я горжусь Анри и Рене. Они только что показали пример настоящей дружбы. Сейчас они готовы понести наказания друг за друга. С годами узы их дружбы усилятся, и они будут готовы умереть друг за друга. Берите все с них пример. – Барон сделал паузу, и сказал одно лишь слово: – Готье.
– Да, учитель.
– Ложитесь на лавку.
– За что, учитель? – побледнел Готье.
– А вы не догадываетесь? – с иронией спросил барон де Муаре. – Ведь именно вы мне рассказали, что Рене приносил Анри еду. Вместо того чтобы помочь другу, вы его предали.
– Но, ни Рене, ни Анри мне не друзья, – попытался защититься от наказания Готье.
– И напрасно. Главное, что вы все христиане, вассалы герцога Бургундского. Когда вы станете рыцарями, и разразится война, вы будете сражаться плечом к плечу. Готье, неужели и тогда вы предадите Анри или Рене врагу?
– Нет, учитель, – ответил Готье, хотя не был уверен в искренности своего ответа.
– Прошу на лавку.
Готье, понурив голову, поплелся к месту наказания, пока учитель выбирал розгу.
– Так, значит, он выследил тебя и донес, – прошептал Анри своему другу. – Поделом ему. – Рене кивнул.
А тем временем барон де Муаре начал экзекуцию. Готье очень хотелось выдержать наказание молча. Показать, что не только Анри обладал мужеством и выносливостью. Но это ему не удалось, и комната наполнилась криками Готье.
VIII
После обеда барон собрал своих воспитанников в зале для фехтования. Некоторые из пажей пошли за мечами, но учитель их остановил.
– Нет, мы не будем сегодня фехтовать. Я хочу начать учить вас действовать группой, а не поодиночке. Хочу научить вас полагаться на товарища, как на самого себя. Хочу вас научить понятиям дружбы, взаимовыручки, самопожертвования. Сегодня вы видели это на примере Анри и Рене. Станьте в шеренгу.
Пажи построились в одну линию. Барон де Муаре стал перед ними, одобрительно кивнул и позвал:
– Анри, подойдите ко мне.
– Да, господин учитель, – Анри вышел вперед и стал напротив барона.
– Становитесь сюда, рядом со мной, – когда Анри выполнил его приказание, барон обвел рукой оставшихся мальчиков и сказал: – Анри, вы будете главным рыцарем первого отряда. Можете выбрать себе четырёх младших рыцарей.
Анри кивнул, посмотрел на мальчиков, улыбнулся, и, как все от него ожидали, сначала назвал имя своего друга:
– Рене.
– Рене, выходите и становитесь рядом с Анри, – сказал барон, что Рене и сделал. – Дальше.
Анри обвел глазами остальных и его взгляд остановился на Готье. Тот испугался: ведь Анри специально мог выбрать его, чтобы командовать, насладиться властью.
– Этьен, Отон и Гастон, – назвал Анри тех, с кем был в хороших отношениях, и не боялся никакого подвоха и их стороны.
– Отлично! – одобрил барон, – Готье, вас я назначаю главным рыцарем второго отряда. Анри, становитесь на место, рядом со своим отрядом. – Когда Анри выполнил его распоряжение, барон продолжил. – Итак, первое задание: каждому отряду я дам по подкове. Ваше задание – спрятать свою подкову и найти подкову соперника.
Мальчики переглянулись, и Рене осмелился спросить:
– Но, как это сделать, господин учитель? Мы должны будем обыскать весь дворец и постройки? Или у нас будет ограниченная территория?
– Хороший вопрос, Рене, – улыбнулся ему барон. – Но я расскажу вам все постепенно. Итак, сейчас у вас есть время, чтобы придумать, куда спрятать подкову. Ограничимся дворцом и, прилагающими к нему, постройками. Запрещается прятать в личных покоях кого-либо. Потом, вы сочините вашему сопернику загадку, и дадите мне. Все остальное – завтра.
В зал вошел Шарль, неся в руках две обыкновенные подковы, только концы их были покрашены: одна в зеленый цвет, другая – в малиновый.
– Анри, Готье, подойдите ко мне, – сказал барон, и, когда мальчики подошли, он взял подкову, окрашенную в малиновый цвет, и дал ее Анри, – это подкова вашего отряда, и, отныне, это ваш опознавательный цвет. Готье, опознавательный цвет вашего отряда – зеленый, – барон протянул ему подкову, окрашенную в зеленый цвет. – Со временем вы получите опознавательные накидки, которые будете одевать на соревнования.
Мальчики вернулись на свои места.
– А теперь можете думать. Шарль, – обратился барон к слуге, – принеси каждому отряду лист бумаги, перо и чернила.
Шарль ушел выполнять приказ. А мальчики начали думать, как бы спрятать подкову так, чтобы ее не нашел ни отряд-соперник, никто-ни будь другой, случайно.
– Где будем её прятать? – Анри взвесил подкову в руке. – Она тяжелая. У кого какие предложения?
– В кузнице, – предложил Отон. – Её будет незаметно среди других подков.
– Интересное предложение, – одобрил Рене.
– Да, интересное, – подтвердил Анри. – Но её могут нечаянно использовать по своему прямому назначению.
– Можно спрятать в одной из многочисленных ваз во дворце, – предложил Этьен.
– Под троном герцога, – подал идею Гастон и все засмеялись.
– А это идея. Им нелегко будет там искать. Нужно быть очень ловким, чтобы спрятать подкову под трон, и еще ловчее, чтобы её там найти, – одобрил Анри. – Но сможем ли мы туда проникнуть?
– Я могу попробовать, – предложил Рене.
– Попробуй, – кивнул ему Анри и обратился к барону: – Господин учитель!
– Да, Анри, хотите спрятать вашу подкову?
– У нас есть идея, но мы не знаем, или она осуществима. Можно попробовать?
– Пробуйте.
– Давай, – подбодрил Анри Рене.
Рене взял подкову и вышел. Тут из второй группы поднялся Готье.
– Господин учитель, мы тоже готовы.
– Хорошо, Готье, как только Рене вернется, вы пойдете прятать свою подкову.
Рене вернулся через несколько минут, и, к большому сожалению мальчиков, подкова все еще была в его руках.
– Не получилось, – грустно сказал он.
– Не страшно, у вас еще есть время подумать, – успокоил их барон. – Готье, идите прятать.
– Нет, мы хотим еще подумать.
– Что случилось? – спросил Анри, как только Рене сел рядом с ним.
– Стража не пропустила меня.
– Жаль. Можно в конюшнях. Я могу спрятать в кормушке у Бурана. Гийом меня не выдаст.
– Можно, но если Готье, и его компания подумают на конюшни, они сразу же будут искать у твоего коня, – возразил Гастон. – Поэтому предлагаю прятать у моего. Он, кроме меня и Гийома, никого к себе не подпустит.
– Годится. Но в конюшню пойду я, чтобы на тебя не подумали, – предупредил Анри. – Гийом мне поможет.
– Хорошо. Удачи.
Анри встал, и вышел прятать подкову. Все прошло хорошо. Гийом, который любил Анри, помог спрятать подкову в стойле у Черного Ветра, коня Гастона. Вернувшись в зал, они сочинили подсказку, и отдали барону. Отряд Готье тоже справился со своим заданием.
– Молодцы! – одобрил и тех и других барон. – А теперь – ужинать.
Мальчики побежали на ужин, а барон де Муаре окликнул Анри.
– Да, господин учитель, – Анри отстал от друзей и пошел рядом с бароном.
– Куда же вы хотели положить подкову в первый раз, что у вас не получилось? – полюбопытствовал учитель.
– Гастон предложил положить её под трон его сиятельства.
Барон де Муаре рассмеялся.
– Весьма смелая и оригинальная идея. И вы ее одобрили?
– Да, но стража не пропустила Рене.
– Да, когда герцог не в зале, стража никого не пропускает к трону. Ну, бегите к вашим друзьям. Удачи.
На следующее утро, после завтрака, барон вывел своих учеников на ристалище. Оно имело четырехугольную форму, и было обнесено деревянным барьером с широкими воротами. Рядом с ристалищем находились скамейки и ложи для зрителей. Само ристалище было небольшим, и его использовали для тренировок оруженосцев и небольших турниров, в честь посвящения в рыцари. Для больших рыцарских турниров, на который приглашались знатные гости из других стран, специально устанавливали большое ристалище за городом.
По сторонам ристалища были установлены небольшие деревянные сооружение, на которых развевались небольшие флаги – с одной стороны зеленый, с другой – малиновый. Благо, погода была подходящая и земля на ристалище успела высохнуть после дождей.
– Теперь внимательно слушайте меня, – сказал барон. – Сейчас вы получите подсказки, где искать подковы. Но, – улыбнулся учитель, – я вам создал дополнительные трудности. У каждой группы будет своя крепость. Готье, ваша крепость вот эта, с зеленым флагом, Анри, ваша – с малиновым флагом. – Барон указал рукой на сооружения. – В крепости есть оружие. Но им можно пользоваться только на ристалище. Ваша задача: разгадать загадку противника, найти нужную подкову и благополучно принести её в свою крепость. При этом вы должны мешать своему врагу, выполнить свое задание. Нельзя заходить на территорию противника. Видите, ристалище поделено на три части – территория одной крепости, общая, и территория второй крепости. Можно брать пленников.
– А пытать пленников можно? – спросил Тибо.
– Пытать? – удивился барон и задумался. – Что ж, можете пытать, но при этом нельзя причинять боль, и нельзя унижать.
– Тогда как же пытать? – удивился Готье.
Барон посмотрел на них, и в его взгляде можно было прочесть некоторое отвращение.
– Я учу вас быть рыцарями, а не палачами. Анри, – барон обернулся к своему ученику, и его взгляд потеплел, – вот ваша загадка. Идите в крепость. Готье, возьмите вашу загадку.
Барон отдал воспитанникам загадки, и те, со своими отрядами, пошли в свои крепости.
Войдя в крепость, Анри и его друзья остановились в восхищении.
– Ого! – только они и смогли промолвить. За большой деревянной ширмой были скамейки в виде буквы «П», посредине – небольшой столик, а в углу – коробка, наполненная несъедобными каштанами.
– Так это и есть наше оружие? – спросил Этьен, беря несколько каштан в руку, – Если такой попадет, будет больно.
– Потерпишь, – отмахнулся от него Анри. Он сел в центре стола, и позвал остальных занять свои места. – Садитесь. Давайте разгадывать, где они спрятали подкову. – Анри положил лист бумаги на столик и прочел: «Подкова находится в красивом, красивое – в прекрасном, а в прекрасном находимся мы.»
Мальчики прыснули от смеха.
– Это кто там такой поэт? – спросил Рене. – На Готье не похоже.
– Думаю, что Робер, – предположил Этьен. – Однажды я нашел у него под подушкой стихи, которые он посвятил даме по имени Луиза.
– Уж не мадам де Муаре? – спросил Анри. – Ей это не понравиться, а уж учителю тем более. – Ладно, давайте думать. Подкова в красивом, красивое в прекрасном, а в прекрасном мы. Что это может быть? Мы в прекрасном…
– Мы сейчас на ристалище, – сказал Отон.
– Нет, мы были в зале фехтования, когда писали загадки. О том, что мы будем на ристалище, мы не знали, – возразил ему Гастон.
– А так, как ни у кого не было возможности что-то спрятать в зале, значит, речь шла о дворце, – предположил Анри.
– Хорошо, – согласился с ним Рене, – если прекрасное – дворец, то, что такое красивое? Во дворце все красивое.
– Нужно идти во дворец и искать. Это может быть только в общих коридорах, – Анри встал. – Идемте.
– Может быть красивое это ваза? – предположил Этьен. – Их там много.
– Может и ваза, – согласился с ним Анри. – Обязательно заглянем в каждую из них.
Анри осторожно выглянул из-за ширмы, и тут же в него полетели каштаны: Тибо и Филипп стояли у границы территорий и обстреливали их.