Элен Крейг и Призраки замка Монсегюр

ГЛАВА 4

Раймонд де Парейль с удовольствием показывал Матильде сад, и удивлялся – он всегда держался особняком от придворных и, особенно, от девушек. Они любили подшучивать над ним. И тут он увидел ее. Она была такой красивой, такой трогательной, такой юной, и так не похожей на всех тех, кого он знал, и ему захотелось подарить ей последнюю розу из сада. Сколько восторга он увидел в ее глазах. Нет, она совсем не такая, как придворные девицы.

Они гуляли уже довольно долго, и гуляли бы еще, но девушка остановилась и посмотрела на него со страхом.

– Мне нужно вернуться в комнату. Мой отец будет меня искать и рассердится.

– Я проведу вас, – предложил Раймонд. – И защищу от гнева вашего отца.

– Большое спасибо, – поблагодарила его Матильда. У нее не было честолюбивых планов, как у отца, но внимание наследника ей льстило. Она видела, что он не красавец, но характер у него добрый. Но в ее сердце уже давно поселился красавец Эдмонд. Матильда жила надеждой его увидеть. Наверняка, кроме увеселений, будет служба в Храме. И она увидит его, услышит его бархатный голос. Матильда улыбнулась своим мыслям, а Раймонд принял ее улыбку на свой счет и подумал, что ей приятно его общество.

– Где вас поселили? – спросил он.

– На втором этаже. Там разноцветные стекла и много факелов. Я помню дорогу.

Не застав дочь в комнате, барон не стал за нее волноваться. Он знал, что Матильда любопытна, и предполагал, что она сразу же отправиться на прогулку. Но приближалось время обеда у графа, а ее еще не было. Барон начал злиться. Он возлагал на этот обед больше надежды. Наконец он мог представить свою красавицу дочь графу и ее сыну. Барон вышел в коридор, чтобы самому поискать дочь, но от неожиданности остановился. Он увидел Матильду, которая шла в комнату, но не одна, а под руку с графским сыном. Барон тут же поклонился.

– Ваше сиятельство.

– Добро пожаловать в Монсегюр, барон. Не сердитесь на вашу дочь. Я показывал ей наш сад, и мы задержались.

– Спасибо за оказанную честь, ваше сиятельство, – только и смог сказать барон.

– Не буду вас задерживать. Встретимся за обедом, – сказал Раймонд. Затем он повернулся к Матильде. – Большое спасибо за прогулку, мадмуазель, – он поцеловал ей руку и посмотрел на нее. Сердце барона готово было выпрыгнуть из груди от радости – столько восторга он увидел в глазах Раймонда, когда тот смотрел на его дочь.

– Вам спасибо, ваше сиятельство, – поклонилась Матильда.

Раймонд ушел, а барон с дочерью пошли в ее комнату.

– Я вижу, что ты познакомилась с сыном графа де Парейль, – не сдерживая любопытства, приступил с расспросами барон.

– Да, я гуляла в саду, и он подарил мне розу, – Матильда показала цветок.

– И как он тебе?

– Кто? Раймонд? Довольно застенчивый.

– Ты ему понравилась.

– Возможно, – кокетливо сказала Матильда.

– Сделай так, чтобы он в тебя без памяти влюбился, – сказал барон, открывая свои карты.

– Зачем? – не поняла Матильда. – Раймонд милый, но я не люблю его. И он далеко не красавец.

– Это не главное. Главное, он – Раймонд де Парейль. И однажды ты сможешь стать графиней де Парейль. Подумай об этом. А сейчас переодевайся. Тебя представят самому графу.

Барон вышел. Пришла служанка и начала помогать Матильде одеваться. Затем она сделала ей прическу и надела на нее жемчужное ожерелье и серьги. Матильда посмотрела на себя в зеркало. Впервые она посмотрела на себя глазами женщины, и нашла, что она красива. В ушах звучали слова отца: «Однажды ты сможешь стать графиней де Парейль». А это значило очень много. Но Раймонд некрасив. И ее сердце принадлежало Эдмонду. Так ничего не придумав, Матильда вышла из комнаты. Барон уже ждал ее в коридоре. Увидев, что Матильда постаралась принарядиться, он сделал вывод, что ей запали в душу его слова.

– Какая ты красивая, – сказал ей барон.

Матильда улыбнулась. Каждой девушке приятны комплименты, особенно если ей шестнадцать лет. И если она была уверена, что понравилась сыну графа, то сейчас ей хотелось произвести впечатление на самого графа.

Обед предстоял быть скромным – не более двадцати гостей. Поэтому и никакого торжественного представления не проводилось. Слуга открыл перед ними дверь в столовую, и они вошли. Матильда с любопытством осмотрелась. Посреди комнаты стоял большой стол, и на нем уже были приборы. В комнате было несколько человек, но Раймонда среди них не было. Зато она увидела довольно крупную девушку одного с ней возраста, и возле нее трех молодых людей. Матильда вопросительно посмотрела на отца.

– Постоим здесь. Скоро его сиятельство зайдет.

– Барон де Лонгри, и вы здесь, – услышала Матильда чей-то голос, и увидела, что к ним подходил большой тучный мужчина. – Рад вас видеть.

– И я рад вас видеть, барон де Низре, – кивнул ему отец Матильды. – Моя дочь, – он привлек к себе Матильду за талию. Хорошие манеры велели девушке поклониться, но рука отца не позволяла это сделать.

– Славная у тебя дочь, – кивнул барон де Низре. – А вон моя малышка, – он показал на толстую девушку у окна, – первый выезд, и уже три кавалера.

Барон де Лонгри улыбнулся, но не успел ответить. В комнату вошел слуга и доложил:

– Его сиятельство граф де Парейль с сыном.

Все присутствующие выстроились в линию. Дверь открылась и вошли граф, высокий мужчина с узким лицом, и Раймонд. Все застыли в глубоком поклоне. Граф шел медленно, иногда останавливаясь возле кого-то из вассалов. Так он остановился возле барона де Лонгри.

– Эмиль, рад, что вы приехали.

– Спасибо за приглашение, ваше сиятельство.

– И я уже успел услышать о красоте вашей дочери, – его взгляд впился в Матильду. Она застыла в поклоне, опустив глаза.

– Позвольте вам ее представить. Матильда де Лонгри.

Матильда присела еще глубже, затем выпрямилась и посмотрела на графа.

– Какая красавица. Добро пожаловать, мадмуазель.

– Спасибо за гостеприимство, ваше сиятельство, – сказал Матильда, а затем посмотрела на Раймонда. Юноша не скрывал восторженного взгляда. И этот взгляд заметила не только Матильда.

Граф пошел к столу и сел во главе. Раймонд, вместо того, чтобы сесть, застыл на месте, посмотрел на отца, затем на Матильду, покраснел и подошел к девушке.

– Разрешите провести вас на ваше место, мадмуазель.

– С удовольствием, ваше сиятельство.

Она подала ему руку, и он повел ее за стол и посадил рядом с собой. К своей большой досаде, Матильда заметила, что граф был недоволен выходкой сына. Не важно, насколько она красива, или насколько Раймонд влюблен, но для графа она всего лишь дочь вассала. Самолюбие девушки было задето, и она решила бороться за право выйти замуж за Раймонда и стать графиней.

Обед протекал вяло. Граф говорил мало, Раймонд был занят только Матильдой, а девушка делала вид, что смущена повышенным вниманием наследника. Эмиль де Лонгри ликовал, а барон де Низре был зол: что с того, что возле его дочери аж три кавалера, если Раймонд уделял время другой.

Обед подошел к концу. Граф встал со стола и кивнул присутствующим.

– До завтра, господа, – он вышел, и гости начали расходиться по комнатам. Раймонд предложил руку Матильде.

– Вы ездите верхом? – спросил он.

– Да. Я очень люблю верховую езду.

– Не хотите ли покататься со мной?

– Я? С удовольствием. Но что скажет батюшка? Он сочтет это неприличным, – Матильда потупилась.

– Я могу попросить его. Хотите?

Матильда кивнула. Раймонд поискал глазами барона. Тот стоял возле двери и ждал дочь. Он хотел услышать ее решение, но прервать ее разговор с Раймондом не решился. Впрочем, он догадывался, что его слова запали ей в душу. Пусть юный граф и не красавец, но он не жестокий человек, и не самодур. И если Раймонд уже в руках прекрасной Матильды, то граф так просто не сдастся.

– Барон де Лонгри, – Раймонд подошел к отцу Матильды. – разрешите, пожалуйста, вашей дочери сопровождать меня на прогулке верхом.

– Для нас это большая честь, ваше сиятельство, – поклонился ему барон. – Только вот не скомпрометирует ли это доброе имя моей дочери?

– Уверяю вас, у меня даже в мыслях не было ее скомпрометировать, или отнестись без должного уважения.

– Я в вас нисколько не сомневался. Но злые языки… Я могу попросить, чтобы с вами поехала служанка Матильды?

– Пусть едет, – кивнул Раймонд.

– Большое спасибо, отец, – сказала Матильда.

Раймонд провел Матильду до комнаты и договорился встретиться с ней на нижнем этаже. Он ушел, а девушка вбежала в комнату.

– Жанна, мое платье для верховой езды, быстро. И ты собирайся. Поедешь со мной.

– Да, госпожа. Только вы же знаете, что я плохо езжу.

– Ничего страшного. Главное, чтобы все видели, что я не одна.

Спустя пол часа, Матильда и Жанна уже были готовы. Они спустились на нижний этаж, где их уже ждал Раймонд. Увидев его, Жанна поклонилась и застыла на месте. Раймонд даже не посмотрел в ее сторону. Он подошел к Матильде и взял ее за руку.

– Вы прекрасны, – сказал он, удивляясь своей смелости.

– Благодарю вас, – поклонилась ему Матильда, и взяла его под руку. – Жанна, идем.

Графские конюшни располагались на заднем дворе. Там были лошади, как графа и его семьи, так и придворных. Матильда, любившая этих прекрасных животных, искренне восторгалась. Раймонду это было весьма приятно.

– Я рад, что вы любите лошадей, – сказал он. Юноша, привыкший к одиночеству, часто совершал прогулки верхом.

– Очень. Дома часто езжу одна. Отцу это не очень нравиться.

– Я приказал оседлать вам Ночь. Посмотрите, какая она красавица, – Раймонд подвел ее к вороной кобыле.

– Она прекрасна, – Матильда погладила ночь по шелковистой черной шерсти. – Для Жанны нужно смирную лошадку. Она не очень хорошо ездит.

– Я так и подумал, – улыбнулся Раймонд.

Прогулка была не долгой. Они выехали з Монсегюр и спустились к реке. Затем, по тропе, они поехали вдоль леса. Раймонд все время любовался Матильдой. Он признался себе, что влюбился, но сказать это вслух, он не решался. К тому же он не мог обнадежить девушку, не переговорив об этом со своим отцом. А он знал, что тот хотел женить его на дочери графа Тулузкого.

Матильда вернулась с прогулки усталой. Она хотела раздеться и лечь спать, но в комнату пришел ее отец.

– Я вижу, что Раймонд не на шутку увлекся тобой, – сказал он.

– Да. Но не думаю, что граф это одобрит, – сказала Матильда. Она сидела на кровати, и мечтала раздеться.

– Хм, – барон почесал подбородок. – Тут ты права. Нужно подумать, как действовать.

– Поговорите с ним.

– Нет, что ты. Если бы я был герцогом, или графом.

– Тогда бы вы нашли мне партию получше.

Барон усмехнулся: оказывается, его дочь не только красива, но и умна.

– Нужно действовать через Раймонда. Нужно, чтобы он настолько в тебя влюбился, чтобы сам поговорил с графом. Чтобы сам настоял на жениться на тебе.

– Я сделаю все, что от меня зависит, отец. Я стану графиней де Парейль.

ГЛАВА 5

Еще один гудок, и поезд «Голубая стрела» отправился в путь из Парижа в Ниццу. Элен и Джеффри занимались раскладыванием вещей. Вернее, этим занималась Элен. Джеффу же было поручено сидеть в стороне и не мешать. Когда все вещи заняли своим места, Элен разложила на столе свои записи, и погрузилась в их изучение.

– Ты бы и мне рассказала, что нашла, – обижено сказал Джеффри.

– Очень мало информации, и много легенд, – вздохнула Элен. – Барон упоминал о Книге Света, а я прочла, что у Совершенных была Книга Звезд. Много пишут о Чаше Грааля, и о сокровищах. Совсем не то, что нам нужно.

– Ну, если мы найдем и Книгу, и Чашу, и сокровища, тоже будет неплохо, а?

– Неплохо, – согласилась Элен. – Я заказала нам гостиницу в Лавеланете. Это недалеко от замка. Возьмем машину и будем проводить исследования. Замок полностью заброшен. По дороге заедем в Каркасон. У меня есть рекомендательные письма к директору музея. Он нам даст разрешение на осмотр замка.

– Ты думаешь, что сокровища в замке? – спросил Джеффри.

– Нет, не думаю. Но где-то рядом. Очень рядом. Замок был окружен, но люди оттуда ушли. Что это значит?

– Что? – заинтересованно спросил Джеффри.

– Что в замке есть подземный ход. И его еще не обнаружили. Барон говорил, что катары перебирались через стену. Но…

Джеффри восторженно посмотрел на Элен. Она права! Даже во Франции можно найти приключения. А если они найдут таинственных ход, который за семьсот лет никто так и не смог обнаружить, их имена впишут в историю. Впрочем, вряд ли Элен захочет, чтобы ее имя стало известным. Она и так известна тем, кто в ней нуждался. Но быть первооткрывателем всегда приятно.

В купе постучали – проводник приглашал их в вагон-ресторан на обед.

– Благодарю вас, мы сейчас пойдем, – кивнула ему Элен. – Я только переоденусь.

– Я подожду тебя в коридоре, – сказал Джеффри и вышел. Вскоре к нему присоединилась Элен. Она надела очаровательное голубое платье.

– Идем, – она взяла брата под руку. – По правде говоря, я проголодалась.

В вагоне-ресторане было не многолюдно, и Элен принялась изучать попутчиков. Влюбленная пара, вероятно, молодожены отправились на Ривьеру на медовый месяц; пожилая пара; семья с двумя детьми; одинокий и респектабельный джентльмен; а вот этого мужчину вряд ли можно назвать джентльменом. Взгляд Элен остановился на молодом мужчине. Он был одет не совсем подходяще для вагона-ресторана: клетчатая, немного мятая, простая рубашка, расстёгнута на две верхних пуговицы, и потертые брюки. Он уже закончил трапезу, и пил кофе. В руках он крутил серебряную табакерку. Не похоже, что он был беден. Поймав на себе взгляд Элен, он улыбнулся ей, кивнул, и в свою очередь начал наблюдать за ней. Но его взгляд был цепким и оценивающим. Элен отвела взгляд. Наверняка этот нахальный тип решит навязать знакомство. Нужно держаться от него подальше.

Обед закончился, и Элен вернулась в свое купе, а Джеффри остался в ресторане. Он хотел немного пройтись и выкурить сигару.

– Только не играй в карты, – предупредила его Элен. – Я не стану оплачивать твои долги.

– Ну что ты, сестричка. Ты же знаешь, что во время дела я не играю.

Это была правда, и Элен, успокоившись, ушла. В купе она переоделась в удобное дорожное платье, и опять стала читать свои записи – вдруг она что-то пропустила. И лучше их выучить наизусть, на случай, если они потеряются, или их украдут. Послышался стук в дверь, и Элен быстро спрятала записи.

– Войдите.

В дверях показалась голова Джеффри.

– Извини, я не один. Можно?

Элен, нехотя, кивнула и постаралась скрыть досаду: вечно Джефф должен с кем-то познакомиться. И, наверняка, это окажется тот наглый тип. Но она ошиблась. Это оказался джентльмен, который сидел за дальним столиком.

– Здравствуйте, – он галантно поклонился. – извините за вторжение. Но я разговорился с вашим братом, и у нас оказались одинаковые интересы.

– Правда? – удивилась Элен. Неужели Джеффри рассказал о цели их поездки первому попавшемуся незнакомцу?

– Разрешите представиться: я – Алан Принс, археолог.

– Неужели? Мне знакомо ваше имя, – Элен не лгала. Имя Алана Принса было известно тем, кто увлекался археологией. По роду своей деятельности, она не раз прибегала к этой науке. – Садитесь, – пригласила она его. – И что же рассказал вам мой брат?

– Практически, ничего, – ответил Алан, присаживаясь. – Он просто сказал, что вы захотите со мной поговорить. Вы тоже увлекаетесь археологией?

– Немного. Наши родители были археологами. Они погибли на раскопках в Египте. Поэтому я не пропускаю ни одной из статей в газете о новых открытиях. Куда вы сейчас отправляетесь, мистер Принс?

– В Лангедок. Меня заинтересовали катары.

– Катары? Никогда не слышала.

При этих словах Джеффри удивился. Но вскоре он понял игру сестры: ничего не рассказав самой, она решила вытянуть из археолога всю информацию. Мысленно, он ей поаплодировал.

– На юге Франции, давным-давно, возникло религиозное течение. Их называли катары, или альбигойцы. Католическая церковь объявила их еретиками и уничтожила.

– Ужасно! – воскликнула Элен. – Так вы провидите там раскопки?

– Нет. На это у меня нет разрешения. Просто хочу посетить те места. Там осталось несколько замков. Есть легенда, что катары владели самой Чашей Грааля.

– Как интересно. Но я слышала легенду, что ею владели тамплиеры.

– Никто не знает, – вздохнул Алан. – Я уже давно веду поиски Чаши. Но натыкаюсь только на легенды.

– Желаю вам успехов, – улыбнулась ему Элен. Ей показалось, что археолог ей что-то не договаривал. Или пытался самому у нее что-то выведать. Хотя, цель ее поездки была известна не многим – барону, мадам Бриен, Джеффри, и ей самой. Так что археолог не мог знать о ее поисках. Поэтому она надела на себя маску равнодушия.

– Расскажите еще что-то о катарах, – попросил Джеффри. – Вы меня очень заинтересовали.

– С удовольствием. Может, пойдем в мое купе, – предложил археолог. – Я вижу, что миледи не очень интересно.

– Да, идите, – поддержала Элен. – Я устала, и голова что-то разболелась.

Археолог и Джеффри вышли, а Элен разделась и легла. Она, и правда, была уставшей после Парижа, а у Джеффри прекрасная память. Да и этот Алан Принс не подумает, что она лично заинтересовалась катарами. Если он не знал о цели ее поездки, то точно слышал о ней, как об искательнице сокровищ.

Джеффри вернулся перед самым ужином. Элен как раз уже переоделась и ждала его. Но поговорить они не успели.

В вагоне-ресторане были все те же посетители. Увидев их, археолог поднялся.

– Садитесь со мной, – пригласил он.

– С удовольствием, мистер Принс, – ответил Джеффри. Элен заметила, что при этих словах, незнакомец с наглым взглядом внимательно посмотрел сначала на археолога, затем на них.

Еще один искатель приключений, – подумала Элен. – Наверняка потом заведет знакомство с археологом. Нужно держаться от них всех подальше.

Спустя несколько дней пути, поезд прибыл в Ниццу. За это время Джеффри подружился с Аланом Принсем, а незнакомец с наглым взглядом никак не докучал Элен.

В Ницце, распрощавшись с археологом, Элен взяла такси, и они отправились к ее лучшей подруге Мари. Они дружили уже много лет, но в последнее время им редко приходилось встречаться. Элен жила в Лондоне, и постоянно была в разъездах, а Мари уже год была замужем за преуспевающим архитектором и жила в Ницце. Она, ее муж Пьер и его младшая сестра недавно приобрели небольшую виллу на берегу моря. Поэтому Элен решила сделать небольшой крюк и навестить подругу.

Мари уже ждала ее возле калитки дома. Элен первая вышла из машины, и Мари тут же заключила ее в объятия.

– Элен! Сколько лет, сколько зим! Как я соскучилась!

– И я, Мари, дорогая. Как ты похорошела! – сказала Элен, глядя на подругу. – Замужество пошло тебе на пользу. Ты счастлива?

– Я счастлива, – кивнула Мари.

– Я рада за тебя.

– Привет, Мари. Красавица, как всегда, – поздоровался Джеффри.

– Привет, повеса, – Мари и Джеффри расцеловались. – Ну, идемте в дом. Я познакомлю вас с Пьером и Патрисией. Это младшая сестра моего мужа. Ты же не была у меня на свадьбе.

– Не получилось.

Мари повела Элен и Джеффри в дом. В зале они увидели молодого привлекательного мужчину и девушку лет семнадцати. Они сидели за столом и с увлечением играли в шахматы.

– Приехали, – весело сказала Мари, введя Элен и Джеффри в комнату. Пьер и Патрисия вскочили, позабыв про игру.

– Добро пожаловать, – сказал Пьер, расцеловал Элен в обе щеки, а затем обменялся с Джеффри рукопожатием.