Дикое племя. Убивать легко

Глава 5

Как ни странно в столице оказалось прохладнее. Бурый, сложив руки на груди, стоял неподалеку от нужного четырехэтажного дома и спокойно смотрел в его сторону. Вокруг суетились люди из каких-то спецслужб. Они контролировали дом с момента поступления звонка от Махмуда. Вокруг обычная советская обстановка – белье сушится на проволоке, бабушки на скамейках, голуби на крышах, пыль и стайки детей, бегающих либо за мячом, либо по другим причинам… Общий вид напоминал любой другой маленький российский городишко. Бурый понимал, что Юлдуз могли спугнуть. Люди хоть и военные, но вряд ли им в точности объяснили, с кем придется иметь дело. Единственное, что удалось – оцепить район. Хотя… Вряд ли этим ее остановишь.

– Что у нас? – он приблизился к главному.

– Какое-то движение в спальне…, – ответил тот, отведя в сторону рацию. – Но женщины не видно. В принципе, мы можем и дальше наблюдать.

Бурый придвинулся к Мельнику.

– Думаю, ждать не имеет смысла, – проговорил он, разочарованно почесав бровь. – Они тут всех распугали.

– Ага… Только пусть заходят с окон.

Бурый вернулся к главному.

– Можно приступать. Но имейте в виду, дверь может быть заминирована. И вообще… пусть в квартире ведут себя осторожнее…

Человек хмуро кивнул, не отрывая взгляда от дома. Поднес рацию ко рту.

– Халиф… Начинайте!

Бурый и Мельник присели на лавочку. Под ногами хрустела шелуха от семечек. Оставалось только ждать. Они грустно изучали ржавеющий «Запорожец» перед ними – такие в России уже не встретишь. Понимали, что от них уже ничего не зависело. Возможно, поспешили с приглашением людей со стороны. Для них это очередное задание, которое выполнялось автоматически. Юлдуз или обычные террористы… Какая разница?! Никакого творчества! Послышался грохот, визг разбитого стекла и народное оханье… Главный не шевелился. На его лице никаких эмоций. Напряженно вслушивался в переговоры своих людей. Что-то резко отвечал. Тишина длиной в минуту. Уже неплохо. Значит, никто не отстреливается. Или… некому… Через минуту главный подал им знак.

– Женщины нет, но есть мужчина в кровати… Судя по всему, его пытали… Возможно, выживет. Врачи уже поднимаются…

– Мы можем посмотреть? – Бурый, скорее, не спрашивал.

Руководитель захвата равнодушно пожал плечами. Его работа выполнена.

Бурый с Мельником медленно расхаживали по квартире. Искали какие-то зацепки, следы или даже тайные ходы, по которым может скрыться хозяйка. Глянули на мужчину в кровати. Кровь на теле, кровати, стенам… Пытали не один день. На полу уже черные затвердевшие сгустки. Врачи вводили в него какие-то препараты. Кто-то освобождал его от наручников, сковывавших его ноги и одну руку. Другая рука с перерезанными венами лежала рядом с головой. Возможно, он успел ее освободить. После, потерял сознание от потери крови или боли. Запах мочи пытались выветрить за счет меленькой форточки.

– Он будет жить? – Бурый присел возле врача. Он понимал, что этот свидетель – везунчик, который видел Юлдуз! Возможно, даже слышал ее голос. ОН ДОЛЖЕН ВЫЖИТЬ!

– Пока не знаю, – тот сосредоточенно покачал головой. – Потеря крови и… похоже отравление… Мы должны отвезти его в больницу и провезти полное обследование…

– Пожалуйста… Сделайте все возможное, – Бурый выдал это очень добрым голосом. И сам удивился. Никогда не думал, что придется молиться на жизнь совершенно незнакомого человека. Дернул за локоть Мельника и отвел его в пустующую комнату. – Нельзя его в больницу! Она обязательно достанет его там!

– Мы можем обеспечить его охрану, – вяло возразил Мельник.

– Кто?! Они тут все не знают ее методов! Облажаются! А он реальная зацепка! Нужно подойти к этому предельно серьезно!

– Хорошо. Я поговорю с Хамидом. Нужно обеспечить ему одновременно и лучшее лечение и безопасность. Пусть сами думают, что смогут предложить…

Хамид почему-то благодарно смотрел на чистое небо, сквозь распахнутые окна огромной веранды. В глазах даже некие символы счастья. Глубоко и свободно вдыхал в себя прохладный летний воздух. Иногда жара отступала, отвлекаясь по мелочам.

– Хвала Аллаху, что в нашем доме имеется своя операционная и даже реабилитационный центр! – наконец проговорил он. – Мы делали этот дом на все случаи жизни!

– Значит, и тайные ходы тоже предусмотрели, – Бурый, как бы удивленно дернул бровями, демонстрируя предполагаемую реакцию собеседника.

Тот оценил жест. Нейтрально улыбнулся и нарочито равнодушно вздохнул, продолжая следить за редкими облачками.

– Хвала Аллаху, что он выжил, – Бурый понял, что рассчитывать на откровенность пока рано.

– Судя по всему, она и не желала его убивать.

– Она пытала его! – Бурый согласно кивнул. – Хотела что-то вытянуть из него. Нам важно понять, что?! Неужели нет никакой возможности понять, кто он?

– Вы же знаете, она сожгла кончики его пальцев, накачала какой-то отравой, изменила его внешность… Единственное, что нам остается, ждать, когда он сумеет говорить.

– И что это с ней? Эта история может навредить ее репутации! Если народ узнает, что она зверски издевается над людьми…

– Вы народу не докажете, что это она. Ее сила в том, что ее имя никому не известно.

– Да, меня не это даже интересует! – горячо воскликнул Бурый. – Вы должны задействовать все силы, чтобы опознать его! Зачем она пытала его?! Возможно, через него пыталась выйти на вашего хозяина? Каким образом? Что он мог знать такого?! И почему молчал? Для него что, важно, чтобы Махмуд-ака выжил?! Хамид… вы понимаете, сколько вопросов с связи с этим человеком? И каждый на вес золота!

– Господин… м… Бурый… Поверьте мне, мы все понимаем. И именно по этой причине мы вызвали из Германии лучшего хирурга! Мы сделаем все возможное, чтобы он выжил и начал говорить!

– Прекрасно. И предупредите охрану, от нее можно ждать любой провокации! – Бурый скривился, посмотрев на появившегося человека с подносом. – Что у вас?!

– Прошу прошения, но к нам пришло письмо от… Юлдуз, – человек наклонился, демонстрируя на зеркальной поверхности тонкий конверт.

– Письмо?! – Бурый приподнялся. Увидел, как Хамид протянул к подносу руки. – Стойте! Оно может быть заминировано! Осторожно положите поднос на стол.

Человек дрогнул и поспешно выполнил пожелание.

– Как оно пришло? – Бурый жестко смотрел на него.

– Обычной почтой… в этом конверте.

– Она когда-нибудь выходила с вами на связь? – Бурый глянул на Хамида.

– Никогда!

– В следующий раз, если придет письмо от нее – сразу предупреждайте начальника охраны или меня! В конверте может быть все, что угодно!

Народ согласно кивнул. Бурый ногтем придвинул конверт к Мельнику.

– Будь добр, проверь.

Мельник осторожно глянул на весточку от Юлдуз, приподнял, посмотрев на просвет.

– Проводов вроде не видно, – пробормотал он. – Я скоро. – Он резко повернулся и вышел из комнаты с конвертом.

Несколько минут посидели молча. Каждый думал о своем. Вернее, о ней. Ее присутствие ощущалось каждым сантиметром кожей и нервной системой. Большинство в этом доме держались из последних моральных сил. Хотелось все бросить и уехать на необитаемый остров. Вот, где она точно не достанет!

– А… поймать ее не было никаких шансов? – подал голос Хамид.

– Сложно сказать… Но если она постоянно появлялась на квартире, значит, оставляла там какие-то метки… Чтобы знать, о засаде… А тут… полно народу, милиции… Чтобы ее поймать, в следующий раз, возможно стоит нам с Мельником поехать вдвоем… Так опаснее, но вернее.

– Махмуд-ака считает, что можно было лучше использовать этот шанс.

– Понимаю его огорчение, – Бурый сжал зубы. Упрек в его адрес! Вот, что он ненавидел больше всего в жизни! Поэтому не любил начальников. Невозможно быть идеальным, потому что не все зависит от одного человека. Но как это объяснить клиенту? Но и с себя нельзя снимать ответственность. Надо всегда действовать в одиночку!!! Потому что все вокруг идиоты и лентяи!!! Этот лозунг попахивает манией величия, но в делах помогает лучше всего. – Я постараюсь больше никого не допускать к Юлдуз!

– Но все же… он попросил передать восхищение тем, как вам удалось так быстро выйти на нее.

Бурый отстраненно кивнул. Он понимал, что в него пока продолжают верить и дают еще один шанс. Уже лучше. Концентрацию никогда нельзя терять! Периодически он забывал об этом. Почему?! Захотелось треснуть себя по голове… Он посмотрел на прибежавшего Мельника.

– В письме предложение, – тот сразу проговорил, не отрываясь от черновика. – Мы отдаем ей мужчину, а она прекращает охоту на Махмуда.

Хамид опустил глаза, давая понять, что решение подобных вопросов в его права не входят. Бурый знал, что Юлдуз никогда не остановится. Но ее мученик… Теперь, становился главным героем.

– Что еще интересного?

– Отпечатков точно нет, – Мельник присел. – По поводу остального, работа ведется.

– Думаешь, врет?

– Конечно!

– До смерти хочется узнать, что за человечка мы нашли!

– Но…, – Хамид ненавязчиво приподнял указательный палец, – мы же сообщим Махмуду-ака о письме?

– Вы этим и займитесь, – кивнул Бурый. Он нетерпеливо барабанил пальцами. Хотелось взорваться и лететь к звездам. Поймал на себе несколько взглядов. Демонстративно вздохнул и спрятал руки в карманах брюк.

– Думаете, нам не стоит принимать ее предложение?

– Она убьет вашего хозяина и заберет своего пленника! – Бурый для убедительности нагнулся к Хамиду. – Она обязана выполнить заказ! Иначе, от нее избавятся! Нам всем будет выгодно, если мы сразу избавимся от иллюзий!

Глава 6

Махмуд Салимович Курбанов. Встретил падение Союза Социалистических Республик неоднозначно. Понимал, что это событие дает больше возможностей, в виду открытия границ и изгнания уродливого явления под названием «коммунизм». Времена, когда наличие денег и желание стать лучшим специалистом в своей области вызывали всеобщие порицание и ненависть. Будь нищим и серым, тогда ты будешь примером для потомков и удобным для общества. Вместе с тем, мгновенно пришли новые проблемы! Точнее, одна – смертельная. Будущий глава новой независимой республики пожелал утвердиться на своем посту. Для этого потребовалось провести массовые расстрелы особо влиятельных лиц в криминальном мире. В этом списке Махмуд Салимович занимал почетное седьмое место. По каким критериям ему достался такой номерок оставалось загадкой. Приходилось ограничиваться лишь догадками. Первые пятеро являлись непримиримыми воинами, к тому же стремились к власти. Их расстреляли в первую очередь. Махмуд Салимович вовремя успел скрыться. Правда, понимал, что подобное состояние дел временное. Бежать заграницу не хотелось, не знал языка и не обладал там нужными связями. Деньги имелись, но кому они нужны в стране, где ты всегда будешь черным эмигрантом?! Даже Россия не прельщала. С таким же успехом можно встретить пулю. Там в это время никто не вел переговоров. В общем, твердо решил остаться в республике. Для начала послал своего человечка к президенту с предложением полного подчинения от себя и сотрудничества. Правительство молчало. А человечка пытали на предмет выяснения места нахождения хозяина. Тот честно не знал. Пришлось погибнуть – сердце отказало. Мало кто выдержит разряды тока в тело. Вторая попытка наладить диалог оказалась успешнее. С посредником поговорили, намекнув, что расстрел – лучший выход. Позже, выяснилось, что лучший выход все же – вагон, набитый золотом. Махмуд Салимович с готовностью прислал его в столицу. Новому президенту требовались деньги. Оказывается, лишая жизни главарей мафии, невозможно дотянуться до их финансов. Они, словно испарялись. Живые конкуренты порой – тоже выгода! Наличие так же гарантий полного спокойствия в области и близлежащих городах. Кто лучше всего справляется с такой задачей? Мафия. Так что, пришлось признать всем – не бывает на свете только черного или белого! От расстрела ушли всего шесть человек из тридцати трех. Они, во-первых, отказались от посягательств на престол, во-вторых, сумели откупиться. Попутно выяснилось, что в республике дикое количество золота! И началась новая жизнь. Махмуду Салимовичу пришлось стать легальным бизнесменом. Непривычные ощущения! Например, пришлось наладить производство водки. Необыкновенно прибыльный бизнес! Если забыть про торговлю наркотиками… Изменить своим привычкам сразу не удалось. Поймался на цене водки, которую продавали по себестоимости. Возникли вопросы, откуда прибыль в тонны долларов?! И когда новый президент успел наладить работу спецслужб?! Они просто объяснили Махмуду Салимовичу, что нельзя торговать наркотиками, прикрываясь водкой. Тем более, что государство и без посторонней помощи способно наладить производство и продажу наркотических средств в соседние государства. В общем, обойдутся без ему подобных. Одновременно решили, что и водкой теперь будут заниматься только они! Попутно запретив ввоз спиртных напитков из заграницы. Махмуд Салимович достойно оценил свой статус. Можно допускать ошибки – главное вовремя их исправлять! Он оказался прилежным учеником. Начал строить рестораны и ночные клубы. Отличный бизнес! Если забыть про торговлю оружием… Можно поместить автоматы и гранаты в мебель и вывозить в Афганистан и Пакистан! И так до тех пор, пока на пороге твоего дома не появятся представители спецслужб. С каждым годом они появлялись все чаще. Научились работать, как голодные волки, учуявшие окровавленную добычу! И снова – нельзя! Он жмет плечами, невинно произносит – Да?! Откуда ж мне знать?! Они выплевывают прожеванную спичку изо рта и молча уходят. Мечта! Сказка! Если не думать о перспективах самому захватить власть… Тут еще и руки, по локоть заляпанные в нефти. Качаешь, продаешь и обрастаешь значимостью. Загляденье! Нет, серьезно! Нефть – это реальные деньги! Большой бизнес! Если бы не президентская дочка… И кто бы мог подумать?! Сначала повадилась отнимать ночные клубы, рестораны… Никакой компенсации! После… Нефтяной бизнес! Пуля в плече влиятельного человека! Махмуд Салимович, поморщившись, погладил плечо, которое постоянно ныло в холодную погоду. Попытался было поднять население, устроил погромы, наметил революцию… Дама приостановилась, схваченная за край делового костюма отцовской рукой. Для убедительности пришлось сжечь парочку ее ювелирных магазинов в Москве… Да, теперь и она уважала его! Но… Нефть по-прежнему течет другой рекой. Черт с ними! Он все же стал легальным бизнесменом. Оказывается, не так трудно и нудно, если привыкаешь. Правда… до сих пор не привык…

И ведь настали времена, когда бывшие враги осмелели. Расстрельный список на пятнадцать лет усмирил их амбиции. Но время все лечит, даже трусость и страх смерти. Повадились стрелять друг в друга. Обнаглели до такой степени, что принялись махать пушками перед носом своего хозяина! Всем вдруг захотелось стать вторыми, сразу после президента! Как следствие – передел собственности! Махмуд Салимович не верил, что бывают неразрешимые задачи. Знал, что справится с врагами. Все для этого делал! Но… кто же знал, что появится Юлдуз?! Еще одна женщина! Похоже, только у них он не может выиграть… Успела уничтожить всех его верных соратников! И теперь, летит к нему! Женщины! Это именно то сословие, которое он никогда не уважал, за исключением своей матери. На востоке не принято преклоняться перед женщиной. Но делать вид, что все ради них – обязательно! Вряд ли лицемерие. Здесь это уже просто вошло в привычку. Женщина должна сидеть дома и не работать! Почему-то домашние дела не считаются работой – мужское представление о жизни. Вместо этого, приходишь домой и она должна заботиться о тебе. Ни дай бог суп пересолен – это достаточный повод даже ударить ее! Плохая хозяйка! Хорошая – это идеальная, и это норма. Никто не поблагодарит даже. Нередки случаи, когда на востоке женщины вешаются, не в силах вынести унижения… Оказывается, у них есть характер и даже гордость… Оказывается, женщины тоже люди… Потом, мужчина плачет, и все соседи думают, что он искренне ее любил, потому что всем объявляют, что ее жизнь унес, например, сердечный приступ. Махмуд озадаченно потер подбородок. Юлдуз заставила его признать в женщине человека. Мучительный процесс. Он – бог! Он – правитель всех миров! И вдруг это ничтожество полностью остановило его могущественный караван! Не сдвинуться! Даже президент не способен на подобный подвиг! Пригласил лучших специалистов по уничтожению ненужных преград. И они не в состоянии даже приблизиться к ней! Впервые в жизни он полностью растерян! Никаких мыслей, лишь смиренное ожидание. В какой-то момент облегченно подумал, что смерть, если быстрая, вполне приемлемый выход. Пусть, если судьбе так угодно… Правда, на утро попытки выжить предпринимались с новой силой. Пока хватало внутренней энергии. Помогало упрямство и нежелание признавать в ней достойного соперника. Она никому неизвестна. Значит, и нет величия ее имени! Поэтому, не хотелось погибать от ее руки. Гордость даже теперь настигла его, повелевая!

Надежда затеплилась, когда в доме появился новый человек. Измученный пытками, как ни странно. Проводник в ее мир! Бесценный свидетель! Теперь, дело техники – добраться до нее. Он улыбнулся. Впервые за полгода. Приятно. Приятно быть живым. Редко об этом задумываешься. Только когда смерть рядом. Он посмотрел на дверь, в которую осторожно постучали.

– Я могу войти? – сначала появилась голова Хамида.

Махмуд одновременно кивнул и дернул двумя пальцами, призывая поторопиться. Хамид угодливо склонившись, присел на свободный стул.

– Ну… Что у нас? – Махмуд жестким взглядом вцепился в подчиненного.

– Человек будет жить прежней жизнью. Хвала Аллаху. Его здоровью ничего не угрожает.

– А как же с отравой в его организме?

– Ее полностью вывели.

– Он может говорить?

– Да. Правда, с трудом… Но если вы желаете, можно приступить сейчас же.

– Чего мне желать?! Пусть вопросы задают те, кому положено!

– Как скажете. Их предупредить?

– Кто у них сейчас главный?

– По-прежнему Сергей, но… Бурый принес новые идеи.

– Идеи его… не дешевые… Как он тебе?

– Знает свое дело. От него пока есть толк.

– Они не перегрызутся? Два самца в одной клетке…

– Все может быть. Но пока ведут себя… цивилизованно.

– Ага, – Махмуд улыбнулся, поглаживая бороду. Она более внушительная, чем у Хамида. Подчиненные обычно внимательно следили за ростом своей бороды, чтобы она не оказалась больше, чем у хозяина. Местный парикмахер имел постоянную практику в виду того, что хуже всех с растительностью на лице было именно у хозяина. – Не частая картина… цивилизованный русский!

Хамид улыбнулся, кивая. Нельзя не смеяться над шутками хозяина. Восток не всегда тонок. Особенно, если нет свидетелей и есть возможность угодить нужному человеку.

– Ты вот что…, – Махмуд убрал улыбку. Важные слова должны произноситься без нее, иначе могут не оценить смысл сказанного. – Заприметь для нас нужного среди них… Если между ними пробежит кошка, должен остаться тот, кто принесет большую пользу!

– Я буду следить внимательно!

– Теперь, давай поговорим со свидетелем, – Махмуд степенно поднялся. – Пригласи их, заодно посмотрю на вашего Бурого…

Бурый сидел перед кроватью свидетеля, внимательно разглядывая худого мужчину. Пытался определить, чем тот мог заниматься. Пальцы тонкие, несколько изящные. Возможно, политик. Мышцы на теле почти отсутствовали, хотя истинная сила всегда скрыта от взгляда. Вены на руках отлично просматривались. Значит, кровь бегает хорошо, без препятствий – обычно от физических нагрузок. Возможно, мужчина когда-то занимался спортом. Глаза тупо уставленные в потолок. В них никакого облегчения или радости. Казалось, он уже давно распрощался с жизнью. И тут неожиданное спасение, вроде ненужное. И что теперь делать с жизнью? В общем, обычный человек… Бурый глянул на Махмуда. Тот, в свою очередь, следил за ним. Не стесняясь. Спокойствие во всем образе. Здесь ничего нового. Обычный крестный отец в восточной обличие. Отвернулся, понимая, что будут давать оценку его работе. Рядом Мельник, недоверчиво трет нижнюю губу и скрипит стулом. И откуда в этом доме скрипучие стулья? Бурый дотронулся до ладони свидетеля. Прохладная. Хотелось вернуть его к жизни.

– Вы меня слышите? – сипло спросил. Почему-то не думал, что придется говорить.

Человек не реагировал. Видимо, потолок давал гораздо больше информации. Бурый сжал его руку сильнее. Она слабая, словно у ребенка.

– Поговорите со мной.

Его глаза медленно переместились в народ. Толком никого не видел.