Хроники теней и света 3

«Нужно больше информации», – сказала наконец Алекс, ее голос был резок от усталости и напряжения. «Мы не можем просто сидеть здесь и ждать, пока они нас обнаружат. Рорик, ты говорил о захвате одного из этих… Пепельных. Возможно, из него удастся вытянуть хоть что-то».

Рорик кивнул, его рука привычно легла на рукоять топора. «Рискованно. Они сильны и, похоже, не болтливы. Но попробовать можно. Ночью, на окраине города, если повезет нарваться на одиночку».

Ларс, до этого молчавший и сосредоточенно смотревший на черную цитадель в центре города, покачал головой. Осколок Чистого Света на его груди слабо пульсировал, отбрасывая едва заметные блики на его бледное лицо. «Я не думаю, что это поможет», – сказал он тихо. «Их ауры… они почти одинаковы. Пустые, холодные, как выжженная земля. Словно их воля подчинена чему-то одному, единому центру. Если мы хотим понять их, мы должны попытаться достучаться до этого центра. До сердца этого города».

«До сердца?» – Алекс скептически подняла бровь. «И как ты себе это представляешь, Ларс? Вежливый визит к Пепельному Королю на чашечку… пепла?»

«Я чувствую его», – Ларс прижал руку к груди. «Там, в этой цитадели… невероятная концентрация энергии. Той самой серой, холодной, что пронизывает все это место. Но в ней, глубоко внутри, есть… что-то еще. Древняя, неизмеримая скорбь. Искаженная, извращенная, но… скорбь. Возможно, если я смогу… дотронуться до нее своим светом, мы поймем их мотивы. Поймем, чего они хотят».

Предложение Ларса было безумным. Пытаться установить эмпатический контакт с правителем этого мертвого царства, существом, которое, по всем признакам, было воплощением самой смерти и отчаяния…

«Это самоубийство, Ларс, – покачал головой Рорик. – Если этот твой Пепельный Король почувствует твое вторжение, он раздавит твой разум, как гнилой орех».

«Но если мы не поймем их, мы не сможем их победить. Или обойти», – настаивал Ларс. «Силой мы их не одолеем, их слишком много. А прятаться вечно мы не сможем. Я должен попробовать. Осторожно. Издалека». Он посмотрел на Алекс, и в его глазах была мольба. «Пожалуйста».

Алекс колебалась. Прагматичная часть ее натуры кричала, что это глупость, ненужный риск. Но она видела ту силу, которую Ларс продемонстрировал в Храме Тишины, видела его искренность. И, возможно, в его безумной идее был какой-то смысл. Понять врага… это всегда было ключом к победе.

«Хорошо», – сказала она наконец. «Попробуй. Но только отсюда, из укрытия. Сестра Лира, ты сможешь создать вокруг него защитный барьер? Брат Терон, будьте наготове. Рорик, Ульф, Йорген – глаз не спускать с окрестностей. Если что-то пойдет не так, мы немедленно уходим».

Подготовка заняла немного времени. Сестра Лира начертала вокруг Ларса круг из сложных рун, которые слабо засветились серебристым светом. Брат Терон приготовил свои целебные травы и настои. Алекс и Рорик заняли позиции, внимательно наблюдая за городом. Элиана с тревогой смотрела на Ларса, ее губы беззвучно шептали молитву.

Ларс сел в центр круга, скрестив ноги. Он закрыл глаза, его дыхание стало ровным и глубоким. Осколок Чистого Света на его груди начал светиться все ярче, его золотистое сияние, казалось, отгоняло серую мглу этого мира. Он сосредоточился на той далекой, темной цитадели, на том средоточии холодной, скорбной энергии, которое он чувствовал так остро. Он не пытался атаковать. Он пытался… слушать. Протянуть нить света и сочувствия в эту бездну отчаяния.

То, что он увидел и почувствовал, было за гранью человеческого понимания. Это была не просто скорбь – это была агония целого мира, застывшая во времени. Миллионы голосов, слившихся в единый, беззвучный вопль отчаяния, боли и… бесконечной, холодной ярости. Он увидел величественный город, полный жизни и света, который в одно мгновение был поглощен катастрофой – то ли магическим катаклизмом, то ли предательством богов, то ли сделкой с некой сущностью, которая обещала вечность, но дала лишь это пепельное небытие. И в центре всего этого – фигура Короля. Когда-то мудрого и справедливого правителя, который, пытаясь спасти свой народ, принес немыслимую жертву, обрек себя и всех своих подданных на это вечное существование между жизнью и смертью.

Ларс увидел его цель, искаженную веками страданий: не просто править этим мертвым царством, а… распространить его. Принести всему миру «благословение» вечного покоя, избавить его от страданий жизни, от хаоса эмоций, от пламени желаний. Погрузить все в холодный, серый, упорядоченный сон. Спящий со своим первобытным хаосом был для него таким же врагом, как и трепыхания живых. Пепельный Король видел себя не тираном, а мессией, несущим окончательное, пусть и ужасное, избавление.

И тут Пепельный Король почувствовал его.

Ларс ощутил это как удар ледяного молота по своему сознанию. Беззвучный, ментальный крик невероятной силы, полный холодной ярости и приказа. «Прочь. Ничтожество. Ты не нарушишь мой Порядок». Волна серой, удушающей энергии хлынула на него, пытаясь раздавить его свет, поглотить его душу.

Ларс вскрикнул от боли, его тело выгнулось дугой. Осколок на его груди вспыхнул так ярко, что на мгновение ослепил всех, кто был рядом. Руны, начертанные сестрой Лирой, задымились и потрескались.

«Ларс!» – Алекс бросилась к нему, но Рорик остановил ее.

«Не трогай! Разряд!»

Свет Осколка и ментальная атака Короля столкнулись, и Ларса отбросило назад, он ударился о стену пещеры и обмяк.

Когда Алекс подбежала к нему, он был без сознания, его лицо было мертвенно-бледным, а из носа текла тонкая струйка крови. Осколок на его груди тускло мерцал, словно исчерпав все свои силы.

Попытка «достучаться» до сердца Пепельного Царства провалилась. Хуже того – теперь их присутствие было не просто замечено. Оно было воспринято как угроза.

«Уходим! Немедленно!» – скомандовала Алекс, поднимая на руки бесчувственного Ларса. «Он знает, что мы здесь. И он придет за нами».

В тот же миг со стороны Города Потухших Огней донесся протяжный, леденящий душу вой – не человеческий и не звериный. Вой, от которого стыла кровь в жилах и волосы на голове становились дыбом. Это был боевой рог Царства Пепла. Охота началась.

Глава 66: Ловушка Короля

Отряд

Пронзительный, леденящий душу вой боевого рога Царства Пепла еще долго эхом отдавался в их ушах, подгоняя, как стаю затравленных зверей. Они бежали. Бежали от Города Потухших Огней, от его безмолвных, смертоносных обитателей, от холодной, всепоглощающей воли Пепельного Короля, чье ментальное прикосновение Ларс ощутил так остро.

Небо, и без того серое и враждебное, потемнело еще сильнее, и на землю обрушилась настоящая пепельная буря. Ветер выл, как тысяча голодных псов, швыряя в лицо пригоршни колючего, удушливого пепла, который забивал глаза, нос, рот, делая каждый вдох пыткой. Видимость упала до нескольких шагов. Мир превратился в серый, клубящийся хаос.

«Он не даст нам уйти!» – крикнула Алекс, пытаясь перекричать вой бури. «Теперь, когда он знает о нас, он будет преследовать нас до конца!»

Рорик, шедший впереди, лишь мрачно кивнул. Его лицо, покрытое слоем серого пепла, напоминало маску смерти. Он вел их через этот ад, полагаясь на свои звериные инстинкты и многолетний опыт выживания в самых гибельных местах. Но даже его навыки, казалось, были бессильны против этой всепроникающей, вездесущей угрозы.

Пепельные Дозоры настигали их снова и снова. Они появлялись из пепельной мглы бесшумно, как призраки, их черные доспехи едва выделялись на фоне серого мира, и лишь багровые угли их глаз горели во тьме, как предвестники смерти. Каждая стычка была короткой, яростной и отнимала драгоценные силы. Сестра Лира, монахиня из Аэтельгарда, без устали чертила в воздухе защитные руны, которые вспыхивали на мгновение серебристым светом, отбрасывая Пепельных назад, но ее силы таяли на глазах. Ларс, поддерживаемый Элианой, пытался использовать Осколок Чистого Света, чтобы осветить им путь и отогнать тварей, но его свет в этом царстве пепла казался слабым и немощным.

Они почти не спали, почти не ели. Постоянное напряжение, страх и усталость выматывали их до предела. Брат Терон, пожилой целитель из Аэтельгарда, делал все возможное, чтобы поддерживать их силы, раздавая остатки своих целебных трав и настоев, но и его запасы подходили к концу.

На третий день этого отчаянного бегства, когда они уже почти выбились из сил, Пепельный Король захлопнул свою ловушку.

Они вошли в узкое ущелье, которое, как им показалось, могло бы вывести их из этого пепельного ада в более безопасные земли. Но ущелье оказалось западней. Когда они прошли его самую узкую часть, выходы с обеих сторон внезапно оказались перекрыты отрядами Пепельных Дозоров, которые, словно выросли из-под земли. А со склонов ущелья на них посыпался град черных, острых, как бритва, осколков обсидиана.

«Засада!» – крикнул Рорик, его топор сверкнул в сером свете.

Завязался отчаянный, неравный бой. Пепельных было слишком много. Они наступали со всех сторон, их безмолвные, дисциплинированные ряды казались несокрушимыми. Алекс, Рорик, Ульф и Йорген дрались как львы, их оружие находило цели, но на место каждого павшего Пепельного тут же вставали двое новых.

Ларс, видя, что его друзья вот-вот будут раздавлены, шагнул вперед, заслоняя собой Элиану. Осколок на его груди вспыхнул ослепительным светом, и он запел – не древний гимн, а простую, отчаянную песню света и надежды, песню, рожденную в его сердце в этот самый момент. Его голос, чистый и сильный, на мгновение заставил Пепельных отступить, их багровые глаза испуганно замерцали.

В этой короткой передышке Йорген, воин Кингсбриджа, получил тяжелую рану – черный клинок одного из Пепельных пронзил его плечо. Он упал на колени, его лицо исказилось от боли.

Брат Терон, не раздумывая ни секунды, бросился к нему. Старый монах, забыв об опасности, опустился рядом с раненым, пытаясь остановить кровь и прошептать слова исцеляющей молитвы.

Именно в этот момент один из Пепельных командиров – огромная фигура в тяжелых доспехах, с мечом, который, казалось, был выкован из самой тьмы, – прорвался сквозь ряды сражающихся и нацелился на беззащитного целителя.

«Терон, берегись!» – крикнула Алекс, но было уже поздно.

Меч Пепельного командира обрушился на спину старого монаха. Брат Терон даже не вскрикнул. Он лишь на мгновение замер, его руки все еще лежали на ране Йоргена, а затем медленно, как подрубленное дерево, осел на землю. Его серая ряса быстро пропитывалась кровью. Свет в его добрых глазах погас.

«Не-е-ет!!!» – крик Ларса был полон такой боли и ярости, что, казалось, даже пепельная буря на мгновение стихла. Свет его Осколка вспыхнул с новой, неистовой силой, отбрасывая Пепельных назад, обжигая их, заставляя их черные доспехи дымиться.

Смерть брата Терона, этого тихого, доброго человека, который нес им утешение и исцеление, потрясла их до глубины души. Она стала той последней каплей, которая переполнила чашу их отчаяния и ярости.

Алекс, Рорик и Ульф, охваченные слепым гневом, бросились на врага с новой, удвоенной силой. Они уже не думали о защите, о тактике. Они просто убивали, мстя за смерть своего друга. Пепельные, ошеломленные внезапной вспышкой света Ларса и яростью нападавших, дрогнули.

«Прорываемся!!!» – крикнула Алекс, ее голос сорвался.

И они прорвались. Прорвались через ряды врагов, через стену черных доспехов и безмолвной смерти, оставляя за собой десятки поверженных Пепельных. Они бежали из проклятого ущелья, не оглядываясь, унося с собой тела Йоргена, который был без сознания, но еще жив, и… брата Терона.

Когда они, наконец, вырвались из пепельной бури и нашли временное укрытие в какой-то заброшенной пещере, далеко от проклятого ущелья, на них навалилась вся тяжесть потери. Брат Терон был мертв. Их целитель, их мудрый наставник, их лучик света в этом сером, безрадостном мире, ушел навсегда.

Элиана тихо плакала, склонившись над телом старого монаха. Сестра Лира, его верная спутница, стояла рядом, ее лицо было как каменная маска, но в ее глазах застыли слезы. Ларс сидел, обхватив голову руками, его душа была опустошена. Он винил себя в смерти Терона, считал, что его свет был недостаточно силен, чтобы защитить их всех.

Алекс смотрела на них, и ее сердце сжималось от боли. Еще одна потеря. Еще один шрам на ее душе. Она подошла к телу брата Терона, опустилась на колени. «Прости нас, старик», – прошептала она. «Прости, что не уберегли».

Пепельный Король показал свою силу. Он забрал у них одного из лучших. И он не собирался останавливаться. Их путь к Альтарю Предтеч становился все более отчаянным, их надежда – все более призрачной. Но они не могли сдаться. Ради Терона. Ради всех, кто погиб. Они должны были идти вперед. Даже если этот путь лежал через самое сердце Царства Пепла.

Глава 67: Под Пепельным Небом

Отряд

Похороны брата Терона были короткими и безмолвными. Они предали его тело земле – если можно было назвать землей этот холодный, мертвый пепел – в неглубокой расщелине, завалив вход камнями, чтобы хоть как-то укрыть его от стервятников, если таковые еще водились в этом проклятом краю. Сестра Лира прочла над ним тихую молитву из древних книг Аэтельгарда, ее голос дрожал, но не срывался. Каждый из них бросил на могилу горсть серого пепла – единственные цветы, которые мог предложить этот мир.

Потеря целителя была ударом, от которого они еще не скоро оправятся. Йорген, воин Кингсбриджа, чью рану Терон пытался обработать в последние мгновения своей жизни, страдал от лихорадки, его плечо распухло и почернело. Элиана, как могла, ухаживала за ним, используя остатки целебных трав Терона и свои собственные, скромные познания, но без опыта и знаний старого монаха его шансы были невелики.

Их убежище – очередная сырая, холодная пещера – больше не казалось безопасным. Вой боевого рога Пепельного Короля, казалось, все еще стоял у них в ушах. Они знали, что охота не прекратилась. Что безмолвные, безжалостные воины в черных доспехах идут по их следу, как стая ищеек.

Пепельная буря утихла, но небо осталось таким же низким, серым и удушливым. Оно давило, высасывая последние остатки надежды. Воздух был неподвижен, насыщен мелкой, летучей пылью, которая проникала повсюду, скрипела на зубах, вызывала мучительный кашель. Тишина была почти абсолютной, нарушаемая лишь их собственным прерывистым дыханием да тихим стоном Йоргена.

«Они знают, куда мы идем», – сказал Рорик, вернувшись из очередной вылазки. Его лицо было мрачнее обычного. «Я видел их дозоры. Они не просто ищут нас – они перекрывают пути на юг, к тому месту, где, по вашим картам, должен быть этот ваш Альтарь Предтеч. Похоже, Пепельный Король считает эти земли своими и не собирается пропускать чужаков».

Слова Рорика подтвердили их худшие опасения. Затерянный Альтарь, их последняя надежда, находился либо на территории Царства Пепла, либо в непосредственной близости от нее. И Пепельный Король, похоже, знал о его значении. Или, по крайней мере, не хотел, чтобы кто-то вмешивался в его мертвый, упорядоченный мир.

«Значит, нам придется прорываться», – Алекс сжала кулаки. Отчаяние боролось в ней с холодной, яростной решимостью. Она не могла позволить себе сдаться. Не после всех потерь, не после всего, через что они прошли.

«Прорываться куда, Алекс?» – Ульф, последний нордхольмец, посмотрел на нее усталыми глазами. «Их тысячи. Нас – горстка. И у нас тяжелораненый».

«Должен быть способ», – вмешался Ларс. Он сидел, склонившись над картами из Аэтельгарда и Письменами Заката, его лицо было бледным от усталости и напряжения. Сестра Лира сидела рядом, ее тонкие пальцы чертили на полях карт какие-то рунические символы. «Смотрите, – он указал на одно место на карте. – Здесь, к востоку от основного пути к Альтарю, есть древний вулканический разлом, который Письмена называют "Шрамом Мира". Говорится, что это место такой первозданной, необузданной энергии, что даже Пепельный Король избегает его. Если мы сможем добраться туда… возможно, мы найдем проход. Или, по крайней мере, временное укрытие».

«Шрам Мира…» – Рорик скептически хмыкнул. «Звучит гостеприимно. Скорее всего, это просто дыра, кишащая огненными тварями или ядовитыми испарениями».

«Но это наш единственный шанс», – твердо сказала Алекс. «Сидеть здесь и ждать, пока нас окружат, – верная смерть. Мы идем к этому "Шраму Мира". Если там действительно есть проход – отлично. Если нет… тогда мы дадим им бой там. На наших условиях. Насколько это возможно».

План был отчаянным, почти безумным. Но это был план. И это было лучше, чем ничего.

Следующие несколько часов прошли в лихорадочной подготовке. Они перераспределили остатки еды и воды. Сестра Лира, используя последние запасы своих магических чернил, начертала на их оружии и доспехах руны защиты и удачи. Ларс, с помощью Осколка Чистого Света, пытался очистить их воду от пепельной взвеси. Алекс проверяла оружие, ее движения были резкими и точными. Она подошла к Йоргену. Воин Кингсбриджа был слаб, его дыхание – поверхностным.

«Держись, Йорген», – сказала она, ее голос был на удивление мягким. «Мы вытащим тебя отсюда».

Он слабо улыбнулся. «Я знаю, моя королева… Я всегда верил в вас…»

Перед самым выходом Алекс подошла к Ларсу. Он стоял, глядя на серый, безжизненный пейзаж за входом в пещеру, его лицо было полно тревоги, но и какой-то новой, стальной решимости.

«Спасибо, Ларс», – сказала она тихо. «За то, что не сдаешься. За то, что даешь нам… надежду».

Он посмотрел на нее, и в его глазах, отражавших тусклый свет Осколка, она увидела не только ответную благодарность, но и глубокую, невысказанную нежность. «Мы пройдем через это, Алекс. Вместе». Он осторожно коснулся ее руки, и это простое прикосновение придало ей сил больше, чем все боевые кличи на свете.

Они выступили под покровом ночи, если можно было назвать ночью эти вечные серые сумерки. Небо было затянуто плотной пеленой облаков, не пропускавшей ни единого луча луны или звезд. Лишь багровое свечение на юге, там, где находился Город Потухших Огней, напоминало о присутствии Пепельного Короля.

Они шли молча, стараясь не издавать ни звука. Каждый шорох, каждый треск ветки под ногой отдавался в их сердцах гулким эхом. Они знали, что это может быть их последний поход. Последний отчаянный рывок к свободе. Или к смерти.

Под этим пепельным небом, в этом мертвом, враждебном мире, они были одни против всех. Но они были вместе. И это было их единственным оружием. Их единственной надеждой.

Глава 68: Битва в Царстве Пепла

Отряд