Go-Go Girls апокалипсиса

Глава 13

Мортимер видел автомобили, наполовину похороненные в снегу, похожие на пивные банки богов и брошенные вдоль дороги. Некоторые казались вызывающе новыми – яркие металлические корпуса на сгнивших остатках шин. Старые машины были вывезены из Спринг-Сити, но теперь, когда Мускульный экспресс скользил по рельсам параллельно шоссе 27, Мортимер вспоминал миллионы автомобилей, едущие по американским дорогам. Куда вы хотели ехать сегодня? В магазин за молоком, в церковь, везти детей в Диснейленд? Все было так близко, так возможно.

Полуторачасовая поездка в Чаттанугу теперь, должно быть, превратится в трехдневный поход. Мир становился меньше и меньше, пока внезапно не стал большим – расстояния увеличивались, горизонты снова обрели важность.

Но Мортимер и Билл не шли пешком. Мускульный экспресс набирал скорость, холодный ветер обжигал глаза.

– Какова, по-твоему, скорость? – спросил Мортимер.

Билл прищурился.

– Тридцать миль в час – не больше. Это достаточно хорошо. Лучше, чем ехать верхом.

Мортимер посмотрел вперед. Четверо громил качали насос, четверо других отдыхали. Нет больше дизелей для локомотивов. Его интересовало, сколько армагеддонских долларов он бы получил, если бы сохранил паровую машину.

Кто-то притащил четыре театральных сиденья на заднюю сторону средней платформы. Билл и Мортимер заняли два из них. Мортимер наклонился, пытаясь игнорировать свой желудок. Ковбой заряжал винчестер.

Стройная фигура появилась на клетях. Сначала это был темный силуэт на фоне утреннего солнца. Прикрыв глаза ладонью, Мортимер разглядел женщину, она смотрела на пассажиров.

– Не блюйте на мой поезд, – сказала она.

Мортимер опустил голову и закрыл глаза.

– Ваш поезд?

– Я Тайлер Кейн – начальник поезда.

Она спрыгнула с клетей, и Мортимер смог лучше рассмотреть ее. Худощавое атлетическое тело было облачено в черную кожаную куртку, кожаные штаны и белый свитер. Никелированный револьвер болтался на поясе. Ярко-рыжие волосы, коротко подстриженные по бокам и торчащие сверху. Черная повязка закрывала левый глаз, тонкий белый шрам тянулся под повязкой к торчащей скуле. Второй глаз был ярко-голубым, как арктическое озеро. Кожа была самой светлой, какую Мортимер когда-либо видел.

– Вы платные пассажиры, так что не путайтесь под ногами, – продолжала Тайлер. – Если нас атакуют, будьте готовы помогать отражать нападение. Если вас тошнит, высуньте голову за борт платформы. Вопросы есть?

– Когда стюардесса примет мой заказ на выпивку?

Верхняя губа Тайлер скривилась в полуулыбке.

– Не смешите меня. Надеюсь, вы приземлитесь на что-нибудь мягкое, если я переброшу вас через борт.

Она прыгнула мимо них на третью платформу.

– Приятная особа, – сказал Билл. – Думаю, ты ей понравился.

Мортимер только проворчал, сгорбившись на сиденье. Было чертовски холодно. Он копался в вещах, пока не нашел спальный мешок. Расстелив его на полу платформы, Мортимер лег, засыпая под стук колес.

Во сне мужской крик был паровозным свистком, а поезд шел по воде. Пираты устремились к нему на старых кораблях, как у викингов, их весла плескались в воде. Они выстрелили из пушки. Поезд содрогнулся, волны переливались через борт.

Тело Мортимера тряслось.

– Черт возьми! Поднимите вашу задницу!

Глаза Мортимера открылись, по спине пробежал холодок.

Тайлер Кейн трясла его, вцепившись в куртку. Мортимер сел, прижимая «узи» к груди. Выстрелы. Крики.

– Вы умеете пользоваться этой штукой? – Она кивнула на «узи».

– Да. – Он стрелял только один раз, проверяя оружие. Но оно было простым.

– Тогда пошли! – Тайлер потянула его вверх, и они вскарабкались на грузовые клети. – Нам нужно пробраться вперед.

Мортимер увидел, как Билл, присев за театральные сиденья, стреляет из винчестера по зданиям вдоль железнодорожного полотна. Местность походила на Эвансвилл. Мужчины на крышах и в окнах палили по поезду. Мортимер разглядел красную повязку.

Они ехали слишком медленно. Цели как в тире на карнавале.

Пуля, как шмель, прожужжала мимо уха Мортимера.

Тайлер схватила Мортимера за руку и прыгнула, таща его за собой. Они приземлились между двумя клетями, и она вытащила что-то из кармана куртки.

Пули рикошетировали. Сердце Мортимера подскакивало к горлу.

– Почему мы едем так медленно?

– Мы подъезжаем к станции, – объяснила Тайлер. – Эвансвилл – остановка по расписанию. Красные Повязки напали на нас, но водители устали.

Мортимер видел, что она достала из кармана шприц для прививок, который доктор использовал в Спринг-Сити.

– Вам придется прикрыть меня. Мне нужно время, чтобы оживить ребят. Стреляйте из этой штуки и держите говнюков подальше от меня. Поняли?

Мортимер пытался ответить, но у него пересохло во рту. Он кивнул.

Тайлер хлопнула его по плечу:

– Пошли!

Они снова двинулись вперед к краю платформы. Мортимер держал автомат наготове. Один из охранников лежал мертвый между платформой и дрезиной; его затылок был раздроблен крупнокалиберной пулей. Они перепрыгнули через него и со стуком приземлились на дрезину.

Запах пота ударил Мортимеру в лицо. Водители качали насос из последних сил; их мокрая кожа поблескивала в холодном воздухе. Пуля попала одному из них в голову – куски мозга и черепа разлетелись по сторонам. Он тяжело перевернулся и свалился за борт дрезины.

Тайлер ударила Мортимера по плечу.

– Стреляйте!

Мортимер поднял «узи» и осыпал здания пулями, разбивая окна, оставляя дырки в кирпичах. При виде Красной Повязки, высовывающей голову, он стрелял, отправляя ее назад в укрытие. Израсходовав обойму, Мортимер заменил ее. Дуло дымилось. Ладони и пальцы болели, сжимая оружие; обрубок опять начало дергать.

Бросив взгляд через плечо, Мортимер увидел, что Тайлер вводит наркотик водителям. Через несколько секунд на их шеях запульсировали вены, глаза выпучились, лица покраснели. Они сразу увеличили скорость.

– Там! – Тайлер указала вперед.

Узкий пешеходный мост был переброшен через железнодорожные пути. По крайней мере дюжина Красных Повязок толпилась на мосту, занимая позиции. Мортимер обошел водителей и опустился на колени на краю дрезины. «Узи» задрожал в его руках.

Красные Повязки начали падать с моста, оглашая воздух предсмертными криками. Мортимер оглянулся, когда дрезина и первая платформа проезжали под мостом. Несколько выживших Красных Повязок прыгали с моста на среднюю платформу.

Тайлер закончила работу с водителями и подала знак Мортимеру.

– Пошли. Прикончим их.

Он покорно последовал за ней.

Полдюжины Красных Повязок сцепились в рукопашной с оставшимися в живых охранниками. Мортимер взобрался на клеть и опустил «узи», но не мог стрелять. Оружие было не высокоточным, и он боялся попасть в охранников.

Мортимер видел, как Билл выскочил из-за театральных сидений и обрушил приклад ружья на голову Красной Повязки, но тот нырнул и схватил ковбоя за ноги. Они упали на пол. Мортимер бросил «узи» и достал полицейский револьвер.

Они выехали из города, значительно увеличив скорость. Тайлер и Мортимер бежали по крышкам клетей; тряска угрожала сбросить их за борт. Они попали в схватку, когда один из охранников получил удар ножом в живот и свалился с платформы.

Тайлер приставила револьвер к затылку Красной Повязки и спустила курок. Половина головы полетела в воздух, а тело рухнуло на пол.

Мортимер устремился к Красной Повязке, сбившему с ног Билла, но другой бросился ему наперерез и ударил дубинкой в живот. Превозмогая боль, он выстрелил из револьвера в сторону нападавшего.

Пуля раздробила лодыжку Красной Повязки. Он закричал, прыгая на здоровой ноге, пока толчок поезда не выбросил его за борт платформы.

Мортимер поднялся на колени, кашляя и ловя ртом воздух. Он потрогал пальцами бок, но не обнаружил переломов.

Мортимер огляделся вокруг. Все охранники и Красные Повязки были мертвы. Билл с распухшим от удара правым глазом стоял над окровавленным противником.

Тайлер спрятала револьвер за пояс.

– Думаю, мы пока избавились от Красных Повязок. – Она вытерла пот с лица. – Если мы сможем так же разделаться с каннибалами, то, вероятно, справимся.

Глава 14

– Простите. – Мортимер моргнул. – Но вы только что сказали «каннибалы», или я сошел с ума?

– Я объясню позже. Сейчас водители получили передозировку, и я должна привести их в порядок, прежде чем их прихватит сердечный приступ. – Тайлер двинулась в направлении дрезины, удерживая равновесие благодаря долгому опыту работы на качающихся платформах.

Билл плюхнулся на одно из театральных сидений.

– У меня кончились патроны для ружья.

– Ты в порядке?

Билл кивнул.

– Парень прыгнул на меня, прежде чем я успел вытащить пистолеты.

– Оставайся здесь. Я посмотрю, не нужна ли ей какая-нибудь помощь.

Мортимер направился следом за Тайлер. Он заметил, что поезд снова уменьшил скорость. Добравшись до дрезины, он нашел большинство водителей лежащими на полу с закрытыми глазами и вздымающейся грудью. Жирные груды мяса. Только двое продолжали работать с ручным насосом.

Мортимер видел, как Тайлер положила два пальца на горло одного из водителей, покачала головой и сбросила его с поезда.

– Что случилось?

– Разрыв сердца, – ответила Тайлер. – Я не успела вовремя дать ему дозу. Двое работают на половине дозы успокоительного. Когда они устанут, я разбужу двух других. Это лучшее, что мы можем сделать сейчас.

– А не можем мы остановиться на какое-то время?

Тайлер покачала головой, щурясь на солнце.

– При такой скорости мы не доберемся до места назначения засветло. Ехать ночью опасно, но будет хуже, если мы остановимся.

Мортимер вспомнил, как она говорила что-то о каннибалах, и судорожно глотнул:

– Правильно.

– Сейчас мне нужна ваша помощь, – продолжала Тайлер. – Возвращайтесь в конец поезда и наблюдайте. Нельзя допустить, чтобы кто-нибудь пробрался на хвостовую платформу, пока мы едем так медленно.

Мортимер отсалютовал ей двумя пальцами и двинулся назад. По дороге он подобрал «узи» и задержался сказать Биллу, что будет нести вахту в конце поезда.

– А я буду караулить здесь, – отозвался Билл.

Подойдя к багажу, Мортимер нашел коробку девятимиллиметровых патронов, подмигнул Биллу и пошел дальше.

Он сел, свесив ноги с конца последней платформы. Рельсы бежали назад. Среди деревьев по обеим сторонам иногда мелькала дорога, электрические провода, покинутый дом или сарай. Мортимер вставил новую обойму в «узи» и перезарядил полицейский револьвер. Он жалел об отсутствии сигарет. Мортимер никогда не курил, но солдаты на часах в кино всегда затягивались «Лаки страйк».

Мили и часы пробегали, чтобы никогда не вернуться.

Несмотря на холодный ветер, Мортимер начал дремать – от качки у него слипались глаза. Он откинулся назад, держа «узи» на коленях. Когда адреналин истощился после схватки, тошнота от похмелья вернулась снова. Он заплатил бы сотню армагеддонских долларов за три часа в отельной кровати.

«Джоуи Армагеддонс», отель, еда, питье, огни. Все это дурачило Мортимера, заставляя забыть о том, что мир стал диким и заброшенным местом. Могла ли Энн выжить здесь? В дикой стране, где женщин покупают и продают, как скот. В детстве Мортимер читал романы о Конане-варваре. Теперь здесь нужно быть варваром, жестоким и безжалостным, со звериным инстинктом выживания. Мортимер был не варваром, а страховым агентом. Он чувствовал себя маленьким и хрупким.

Мортимеру снилась Энн в металлическом бикини, как Кэрри Фишер[8] в «Возвращении джедая». Она была прикована не к Джаббе, а к Арнольду Шварценеггеру, но не к Конану. Это был Арнольд из «Терминатора» с плотью, содранной с половины черепа, отчего обнажилась металлическая подкладка. Один глаз светился красным.

«Теперь это моя женщина», – сказал Терминатор.

«Нет! Это моя жена».

«Уберите его», – рявкнул Терминатор.

Мужчины схватили его и повели к Собору Грома, где Безумный Макс пытался убить его. Нет, не Безумный Макс. Мел Гибсон протягивает ему большой деревянный крест. «Неси его». Он нахлобучил терновый венец на голову Мортимера. Колючки царапали плоть, кровь стекала в глаза.

Мортимер посмотрел на кровь на своей ладони. Капля крови начала светиться. Майкл Йорк схватил его за руку. «Беги! Беги!»

Мортимер побежал. Он был в большом городе. За ним гнались. Он бежал по лесу, потом по пустыне, потом среди разрушенных зданий покинутого города. Энн! Энн! Где она? А если он найдет ее, что тогда? Как они будут жить? Куда отправятся? Мортимер думал, что спасает ее, но не мог спасти даже себя.

Он почувствовал, как кто-то схватил его, и посмотрел на Курта Рассела с длинными волосами и повязкой на глазу. «Пошли. Мы должны бежать отсюда».

«Оставьте меня в покое. Я слишком устал».

– Я сказала, проснитесь. – Голос был женским, но по-мужски твердым.

Мортимер вздрогнул и заморгал. Лицо Курта Рассела превратилось в другое. Осталась только повязка на глазу.

– Лучше не спите, – предупредила Тайлер.

Мортимер тряхнул головой и чуть надавил на глаза большими пальцами.

– Конечно нет.

Тайлер с сомнением посмотрела на него:

– Скоро стемнеет, и вы нужны мне на ногах.

– Ненавижу спрашивать об этом, но, когда вы сказали «каннибалы», вы выразились фигурально? Это банда, которая так себя называет?

Тайлер наклонилась и ущипнула его за щеку.

– Они изжарят вас и подадут с помидорами, приятель. Так что не спите. – Она двинулась вперед.

– Они найдут меня очень вкусным, – крикнул Мортимер ей вслед.

«Великолепно! Я превращаюсь в блюдо».

Поезд полз, как анемичная черепаха. Солнце клонилось к закату, и в последнем оранжевом свете дня Билл пришел на последнюю платформу и сел рядом с Мортимером. Он держал винчестер, лучи заходящего солнца делали его лицо румяным и загорелым. Выглядел он, как обложка романа Луи Ламура[9].

– Она хочет, чтобы ты прошел вперед, – сообщил Билл.

Что теперь?

Мортимер хлопнул ковбоя по плечу:

– Не спи.

Он направился вперед, двигаясь легче, так как привык к качке. Водители, кроме двух, работающих у насоса, храпели на полу дрезины. Тайлер протянула ему большой тяжелый фонарь.

– Идите в начало поезда. Скоро стемнеет. Я не люблю ехать ночью, но ничего не поделаешь. Вы нужны мне для наблюдения за препятствиями.

– Хорошо. – Мортимер двинулся вперед.

Она схватила его за руку, глядя на фонарь.

– Не хочу даже говорить, сколько стоят фонарь и батарейки. Если вы уроните его за борт…

– Знаю, знаю. Вы выбросите меня следом и скормите каннибалам.

– Вот именно.

Мортимер занял позицию. Солнце заходило, ночь обещала быть темной и холодной. Он включил фонарь, и луч осветил пути на добрые пятьдесят футов впереди.

Мортимер смотрел на рельсы, но позволил себе бросить взгляд на небо. Звезды ярко сияли на черном фоне. С ветром в волосах и светом впереди Мортимер почти чувствовал, что летит.

Лес стал реже с обеих сторон. Они ехали по длинному мосту. Мортимер пошарил вокруг лучом фонаря. Должно быть, это одна из множества речушек, питающих Чикамогу. Вероятно, она глубокая и холодная. Мортимер склонился над бортом, глядя вниз, – луч освещал быстро текущую воду. Наверное, до реки футов двадцать пять. Он оторвал взгляд от воды.

Лицо с отвисшей челюстью и загнанным взглядом.

Оно испугало его. Это была всего лишь секунда. Но Мортимер не сомневался, что видел смутную фигуру с жирными волосами, стоящую на мосту у края путей. Он склонился на бок, посветив фонарем назад.

Ничего. Неужели ему показалось?

Мортимер снова направил свет вперед. В двадцати футах рельсы были изогнуты и искорежены, как от взрыва. Его глаза расширились. Он набрал в легкие воздух, чтобы выкрикнуть предупреждение.

Слишком поздно.

Дрезина угодила в промежуток и дернулась, прежде чем остановиться. Платформы взгромоздились друг на друга. Раздался треск дерева и лязг металла. Мортимер услышал крики, громче которых был его собственный, когда он полетел на рельсы головой вперед. Приземлившись, он покатился вниз.

Дыхание перехватило, когда река сомкнулась над ним, как ледяная гробница. Мортимер ударился о камень и, дрыгая конечностями, всплыл на поверхность. Ему едва хватило времени на вдох, как река снова потянула его вниз.

Мортимер вертелся в темной воде, течение волокло его неизвестно куда, холод пробирал до острой боли в костях. Снова всплыв в непроглядную ночь, он наугад устремился к берегу.