Тайны спецслужб III Рейха. «Информация к размышлению»

Из приговора Международного Военного Трибунала

Заключение

Гестапо и СД использовались для целей, которые являлись, согласно Уставу, преступными…

…Рассматривая дело гестапо, Трибунал имеет в виду всех оперативных и административных чиновников IV отдела главного управления имперской безопасности или тех, кого касались вопросы, связанные с гестапо в других отделах главного управления имперской безопасности, и всех местных чиновников гестапо, которые служили как внутри Германии, так и за ее пределами, включая сотрудников пограничной полиции…

…Рассматривая дело СД Трибунал имеет в виду отделы III, IV и VII главного имперского управления (РСХА) и всех других членов СД, в том числе всех местных представителей и агентов, почетных или каких-либо других, независимо от того, являлись ли они формально членами СС или нет.

Трибунал признает преступной, согласно Уставу, группу лиц, состоящую из тех членов гестапо и СД, занимавших посты, перечисленные в предыдущем параграфе, которые вступили в организацию или оставались в ней, зная о том, что она использовалась для совершения действий, объявленных преступными в соответствии со статьей 6 Устава, или как члены организации лично принимали участие в совершении подобных преступлений.

…Части СС были активными участниками мероприятий, приведших к агрессивной войне…

Организация СС была еще более активным участником в совершении военных преступлений и преступлений против человечности, благодаря своему контролю над организацией полиции, в частности полиции безопасности и СД организация СС участвовала во всех преступлениях, которые были описаны в том разделе приговора, который относится к гестапо и СД другие отделы СС также в равной степени причастны к этой преступной программе…

Заключение

СС использовались для целей, которые, согласно Уставу, являются преступными… Рассматривая вопрос об СС, Трибунал включает сюда всех лиц, которые были официально приняты в члены СС, включая членов Общей СС, войск СС, соединений СС «Мертвая голова» и членов любого рода полицейских служб, которые были членами СС…

Трибунал объявляет преступной, согласно определению Устава, группу, состоящую из тех лиц, которые были официально приняты в члены СС и перечислены в предыдущем параграфе, которые стали членами этой организации или оставались ее членами, зная, что эта организация используется для совершения действий, определяемых преступными в соответствии со статьей 6 Устава, или тех лиц, которые были лично замешаны как члены организации в совершении подобных преступлений…

Нюрнберг 1 октября 1946 года

Пролог

В короткий по историческим меркам период между окончанием Первой мировой войны (11 ноября 1918 года), подписанием Версальского мирного договора (28 июня 1919 года) и приходом фюрера НСДАП Адольфа Гитлера к власти (30 января 1933 года) в Германии произошло множество важных событий. Понять их можно лишь сквозь призму Версаля.

Германия была объявлена единственной виновницей Первой мировой войны (что не соответствовало действительности), а посему мирный договор скорее походил на судебный приговор.

Согласно условиям договора, Германия возвращала Франции Эльзас и Лотарингию, Бельгии, Дании и Польше – часть территорий, потерянных этими странами в давних войнах. Так называемый «Польский коридор», дающий Польше выход к морю, отделял от Германии часть Восточной Пруссии.

Германия должна была выдать союзникам кайзера Вильгельма II и еще 800 лиц, объявленных военными преступниками. На Германию была наложена огромная контрибуция – только первая ее часть, подлежащая выплате до 1921 года, исчислялась астрономической суммой 5 миллиардов долларов золотом[1].

Наконец, Германия фактически была разоружена. Вооруженные силы страны (рейхсвера) ограничивались 100-тысячной армией, формируемой на добровольческой основе. Рейхсверу запрещалось иметь на вооружении самолеты, танки, артиллерию больших калибров. Военно-морской флот не должен был иметь корабли водоизмещением свыше 10 тысяч тонн и подводные лодки. Личный состав флота, включая наземные службы, не должен был превышать 15 тысяч военных моряков. Подлежал роспуску «мозг армии» – Генеральный штаб, по общему признанию военных историков, в ту пору самый сильный в мире.

Сами кабальные статьи Версальского договора, умышленно оскорбительные, унижающие национальные чувства решительно всех кругов немецкого общества – от монархистов старой закалки до люмпен-пролетариев, чудовищные контрибуции, приведшие к неслыханной инфляции, массовой безработице и обнищанию значительной части населения, заведомо обрекали порождение Версаля на бесславный конец.

Нет ничего удивительного в том, что в силу названных причин самый демократический общественно-государственный строй, когда-либо существовавший в Германии, – Федеральная Веймарская республика – оказался нежизнеспособным. О какой стабильности можно говорить, если всеобщие выборы в рейхстаг проводились иногда по нескольку раз в год! Страну в целом и отдельные ее земли (бывшие королевства, герцогства, княжества, графства) потрясали мятежи, бунты, заговоры, политические убийства. Она неуклонно и неизбежно катилась к острейшему социальному кризису и революции. Последнюю совершили, однако, не коммунисты (а немецкое общество, как и всю Европу, правые пугали именно «красной» угрозой), а «коричневые». Нацисты. НСДАП. Самая радикальная и агрессивная партия, когда-либо объявлявшаяся в этой стране.

Парадоксальный факт: страшная диктатура, ввергшая Германию, Европу и мир в самую кровопролитную войну в истории человечества, пришла к власти не в результате дворцового заговора, военного переворота, но законным, парламентским путем. А посему фактическая революция, совершенная сторонниками Гитлера, приобретала вроде бы вполне легитимный характер. Это обстоятельство должно послужить самым суровым уроком и предостережением для всех государств, считающих себя демократическими, правовыми и цивилизованными. По той простой причине, что утверждение «народ всегда прав», иными словами – электорат никогда не ошибается, является глубочайшим заблуждением.

Характерной особенностью Германии 20-х годов XX столетия было наличие не только множества политических партий, но и появление также множества военизированных организаций самого разного толка, от правых вроде «Добровольческого корпуса («Freikorps») и «Стального шлема» («Stahlheim») до коммунистического «Рот-Фронта» («Rotfront-Kämpferbund») – «Союза борцов Красного Фронта».

Создателями «правых» были, как правило, жаждущие реванша и расправы над «предателями» бывшие офицеры кайзеровской армии и флота. Зачастую они пользовались скрытой, а порой и не очень, поддержкой земельных властей и командования рейхсвера. Однако бывшие офицеры имелись и в составе «Рот-Фронта».

Личный состав большинства военизированных организаций реакционного толка в большинстве своем состоял из бывших солдат и матросов, фронтовиков, разочарованных, обездоленных, обозленных, потерявших социальную ориентацию и готовых пойти за любым лидером, способным, по их мнению, придать их жизни какой-то смысл, надежду на лучшее будущее.

Самые озлобленные и жестокие (а жестокость чаще всего и является крайней степенью озлобления) пошли за Адольфом Гитлером. Таким же, как они, ветераном войны, раненым и отравленным газами, кавалером двух «Железных крестов».

Его социальная программа представляла собой амальгаму – неразделимую смесь справедливых требований с животным расизмом в его самой доходчивой форме – антисемитизме. Потому она оказалась способной привлечь сотни тысяч преданных до фанатизма сторонников.

Партийная программа НСДАП состояла всего из 25 пунктов (она так и называлась – «Двадцать пять пунктов»). Уже первые два были выбраны демагогически безошибочно: они требовали единства Германии и отмены Версальского договора!

История прихода Адольфа Гитлера к власти достаточно хорошо известна, описана в неисчислимом множестве как строго научных, так и популярных книг. Поэтому автор, дабы не повторяться и не тратить на это драгоценного книжного пространства, будет рассказывать только о зарождении, становлении, структуре, формах работы, успехах и поражениях спецслужб Третьего рейха. Избегая, по возможности, описывать всю историю нацистского государства, события Второй мировой войны в целом, Великой Отечественной войны – в частности.

Эта книга, повторяю, ТОЛЬКО О СПЕЦСЛУЖБАХ ТРЕТЬЕГО РЕЙХА. Но их истоки относятся к штурмовым отрядам гитлеровской партии – СА, потому что именно в их среде зародилась основа и движущая сила нацистских спецслужб – охранные отряды (СС) и служба безопасности (СД). С них и начнем. Ab incunabulis (Все начинается с колыбели (лат.)).

Глава 1

Штурмовые отряды

Историю спецслужб Третьего рейха следует начинать лет за двенадцать до прихода Гитлера к власти в Германии, абсолютной власти, которой он обладал также двенадцать с небольшим лет.

Нацистская партия[2] – полное название «Германская национал-социалистическая рабочая партия – National-Sozialistische Deutsche Arbeiterpartei» – NSDAP – была единственной политической партией в стране, которая почти с первых дней своего существования стала целеустремленно и с дальним прицелом формировать собственные вооруженные силы. При этом нацисты опирались на старую немецкую традицию создания общественных, всегда хорошо организованных образований, начиная от музыкальных и певческих «ферейнов», всяческих культурных «бундов», спортивных клубов, студенческих корпораций и кончая союзами ветеранов-однополчан. Такие организации существовали во всех землях[3] и городах Германии.

Формально полувоенные организации, включая общества демобилизованных солдат, вообще любые ассоциации подобного рода, независимо от возраста своих членов были запрещены статьей 177 Версальского договора. Им запрещалось «инструктировать и обучать своих членов или привлекать их к инструктажу и обучению профессиям с применением оружия».

Понятно, что сразу назвать эту частную нацистскую армию «штурмовыми отрядами» можно было, только имея гарантию, что ее немедленно не разгонят в соответствии с вышеназванной статьей Версальского договора, поэтому первоначально для этих образований было принято эвфемическое название «Секции гимнастики и спорта». Первый такой клуб организовал в Мюнхене ветеран-фронтовик и действующий капитан рейхсвера Эрнст Рем – коренастый, с бычьей шеей, с багровым лицом, испещренным шрамами, с короткой стрижкой, разделенной прямым пробором.

Под этим названием организация, установившая, к слову, свои награды за достижения в области спорта[4], и выросла в соответствии с заявлением партии от 3 августа 1921 года в объединения, призванные служить «средством сбора наших молодых членов в мощный союз с целью применения их сил в наступательной поступи [нацистского] движения».

Впрочем, довольно быстро первоначальное лукавое название забылось, превративших в откровенное и выразительное «Sturmabteilungen-SA» – штурмовые отряды, сокращенно СА.

Подбирать кадры будущих штурмовиков было поручено бывшему часовщику Эмилю Морису, имевшему судимость, что уже само по себе говорит о многом, а первым их формальным руководителем стал некий Иоганн Ульрих Клинч. Вскоре обнаружилось, что Клинч был замешан в убийстве. В итоге первый «фюрер СА» очутился в тюрьме.

Штурмовые отряды пополнялись разными людьми, в том числе выходцами из «Фрайкора» и иных подобных организаций, сохранивших, невзирая на запреты, армейскую структуру. Эти приходили в СА сложившимися группами, приученными беспрекословно повиноваться только своим командирам и только им. Фюрер НСДАП Адольф Гитлер как высший вождь для них мало что значил. Совсем как в армии, где для рядового солдата царь и бог – это его взводный фельдфебель, ну, еще ротный лейтенант. Генерал, начальник дивизии, был для них фигурой мифической. Позднее в СА пришли и люди из «Стального шлема».

С самого начала к ним присоединилось много деклассированных люмпенов, а также откровенных уголовников. Вступали в СА и совсем молодые люди, «опоздавшие» на войну, но не сумевшие из-за обвальной безработицы найти себе место в послевоенной Германии.

Чтобы как-то сплотить этот разнородный сброд в нечто цельное, им нужен был предводитель покрупнее, нежели Эмиль Морис[5]. И такого Гитлер нашел в новом члене своей партии – отставном капитане Германе Геринге. Этот жизнерадостный весельчак, красивый и обаятельный в общении с людьми, был настоящим героем минувшей войны. Геринг был истребителем-асом, кавалером «Железных крестов» обоего класса и высшего ордена за храбрость – «Pour le mérite» («За заслуги»).

После гибели самого знаменитого летчика-истребителя Первой мировой войны, «Красного барона» Манфреда фон Рихтгофена[6], лично сбившего 80 самолетов противника, Геринг принял командование его эскадрильей, которой было присвоено имя Рихтгофена. Геринг был очень популярен и в летной среде, и у населения. Открытки с портретом улыбающегося «нашего Германа» в последний год войны продавались во всех газетных киосках Германии.

Штурмовики ощущали свое превосходство над рядовыми членами партии уже потому, что получили униформу: коричневую рубашку с галстуком, такого же цвета головной убор – кепи своеобразной формы, бриджи и высокие сапоги. Говорят, что коричневый цвет стал своего рода символом совершенно случайно: на каком-то воинском складе по бросовой цене распродавались коричневые рубашки, предназначенные когда-то для африканских частей кайзеровской армии. Понятно, что рейхсверу они были попросту не нужны, и тот с ними охотно распрощался. На левом рукаве штурмовики носили красную повязку с белым кругом, в центре которого была черная свастика. Этот равносторонний крест с изломанными под прямым углом вправо концами стал для НСДАП настоящей находкой. Свастика – по-немецки «Haken Kreuz», один из древнейших магических знаков – стала для Гитлера символом превосходства арийской расы над всеми остальными. После 1933 года изображение свастики появилось на национальной эмблеме вооруженных сил, на всех печатях и бланках Третьего рейха, на орденах, медалях, даже спортивных значках. В советской литературе и печати слово «свастика» непременно сопровождалось эпитетом «паучья». Кроме того, штурмовики получали поясные ремни с портупеей и массивной пряжкой-бляхой, медной или латунной, зачастую залитой изнутри свинцом. Такая бляха была отличным, почти ненаказуемым оружием в уличных драках с политическими противниками, прежде всего с «красными». Последние, к слову, также обзавелись похожими бляхами с надписью «Рот-Фронт» и изображением сжатого кулака в центре.

Уже в ноябре 1921 года группа штурмовиков, охранявшая собрание нацистов в мюнхенской пивной «Хофбройхауз», устроила жестокое избиение всех «несогласных» с партийными ораторами.

Разумеется, основную массу штурмовиков привлекали не только характерная, ставшая по-своему знаменитой «коричневая» униформа и возможность устраивать по каждому поводу безнаказанные драки и избиения. Их не могли не завораживать демагогические, как показала жизнь, социальные пункты программы партии. НСДАП обещала в случае прихода к власти заботиться о заработке и пропитании граждан, отменить нетрудовые доходы, уничтожить «процентное рабство», конфисковать военные прибыли, обеспечить участие трудящихся в прибылях крупных предприятий, широко и систематически заботиться о престарелых, муниципализировать большие универсальные магазины и отдать их в аренду мелким торговцам, провести безвозмездную конфискацию земли для общеполезных целей, запретить спекуляции землей, поднять народное здравоохранение, запретить детский труд и многое другое. (Из всех обещаний подобного рода на деле были выполнены только конфискация еврейской собственности, запрещение евреям занимать государственные должности, иные положения антисемитского характера.)

В скрытом, а потом и явном нежелании НСДАП в лице ее фюрера бороться за реализацию самых важных социальных пунктов партийной программы и заложены причины глубоких разногласий штурмовиков с Гитлером. Они завершились кровавой резней в «Ночь длинных ножей» 30 июня 1933 года и утратой СА какой-либо роли в политической жизни Германии.

Примечательно, что не только у рядовых штурмовиков были серьезные нелады с законом. Даже среди ближайших соратников фюрера едва ли не половина имела серьезные судимости, у иных наблюдались явные отклонения в психике. Так, самый известный из предводителей штурмовиков Эрнст Рем был гомосексуалистом, Мартин Борман судим за соучастие в убийстве, Герман Геринг стал наркоманом, Роберт Лей был тяжелым хроническим алкоголиком, Юлиус Штрейхер патологическим антисемитом, Йозеф Геббельс страдал комплексом неполноценности по поводу приобретенной в детстве колченогости, что, однако, не мешало ему заслужить репутацию настоящего павиана по сексуальной активности. Организации СА строилась по военному принципу. Низовая ячейка – 8 человек – называлась «Shar», «шар», то есть отделение. Три отделения составляли «Truppe» – «труппе», отряд, нечто вроде взвода. Три отряда составляли «Sturme» – «штурм», примерно равный роте. Три штурма составляли «Sturmbann» – «штурмбанн», примерно батальон. Три батальона составляли «Standart» – «штандарт», то есть полк. Несколько штандартов составляли «Gruppe» – «группе», что соответствовало уже армейской дивизии или даже корпусу. В июле 1932 года было сформировано пять (затем десять) еще более крупных объединений – «Obergruppe» – «обергруппе». Однако в середине 1934 года их ликвидировали.

Командирам штурмовиков всех уровней весьма льстили изобретенные для них звания. В СА все они именовались фюрерами, то есть вождями. В отличие от партийных функционеров, те именовались руководителями – «лейтерами». Например – «гаулейтер»[7]. Начиная от роттенфюрера, что примерно соответствовало чину ефрейтора в армии, и до самого высокого – «Oberster-SA-Führer». Это звание носил сам Гитлер. Фактически всеми штурмовыми отрядами от имени Гитлера руководил начальник штаба СА. Наиболее известными были бывшие офицеры кайзеровской армии Пфеффер фон Саломон и Эрнст Рем.

Самой знаменитой (а по сути конфузной) акцией с участием штурмовиков стал так называемый «Пивной путч» 8–9 ноября 1923 года. Так окрестили провалившуюся попытку Гитлера устроить в Мюнхене… государственный переворот! Поводом стали дошедшие до Гитлера слухи о том, что руководитель правительства Баварии барон Густав фон Кар якобы собирается вывести эту землю из состава Веймарской республики. Между тем, первый пункт партийной программы НСДАП как раз утверждал единство «Великой Германии».

Вечером 8 ноября 1923 года фон Кар действительно должен был выступить на огромном – три тысячи участников – митинге в мюнхенской пивной «Бюргербройкеллер».

По команде Гитлера в Мюнхен съехались несколько тысяч штурмовиков. Несколько сот из них, «самых надежных», оцепили зал, после чего туда ворвался Гитлер, выстрелил в воздух из пистолета и объявил о низложении правительства.

Утром следующего дня колонна штурмовиков, поддержанных членами организации Эрнста Рема (тогда еще руководителя местного националистического корпуса «Reichs Kriegsflagge» – «Имперское военное знамя»), двинулась со знаменами к центру города. На Одеонплац путь путчистам преградили усиленные наряды вооруженной полиции. Кто первым открыл огонь – так и осталось неизвестным. В короткой схватке были убиты шестнадцать нацистов и три полицейских. Число раненых превысило сотню. Тяжело – в бедро – был ранен Герман Геринг. Погибшие шестнадцать нацистов были объявлены мучениками движения. Им Гитлер посвятил первый том своей книги «Mein Kampf» – «Моя борьба», которую он начал писать, когда в тюрьме Ландсберга отбывал срок за тот самый «пивной путч». Точнее, книгу он не писал собственноручно, а диктовал. Вначале… Эмилю Морису, а затем своему секретарю и заместителю по партии, «Наци номер Три», Рудольфу Гессу.

Так называемое «Знамя крови», под которым шествовал Гитлер к Одеонплац, впоследствии стало одной из главных реликвий НСДАП. Через десять лет, придя к власти, в память о бесславном, в сущности, «Пивном путче» фюрер учредил «Орден крови» как высшую партийную награду НСДАП. (Орден в виде крупной серебряной медали на багрового цвета ленте носился на правой стороне груди.)

В «Ночь длинных ножей» 30 июня 1934 года эсэсовцы разыскали уже достигшего преклонных лет и давно отошедшего от политической деятельности барона Густава фон Кара и зверски расправились с ним…

Структуру и персональные звания СА впоследствии с некоторыми изменениями и дополнениями переняли СС и некоторые другие нацистские организации вроде NSFK (Национал-социалистического летного корпуса) и NSKK (Национал-социалистического моторизованного корпуса). Последние два хорошо оснащенных и дисциплинированных образования (личный состав даже имел свою униформу и знаки различия) в нарушение Версальских статей открыто готовили весьма квалифицированных авиационных специалистов, парашютистов, механиков, водителей, мотоциклистов и т. д.

В штурмовых отрядах прошли «промывание мозгов», физическую и военную подготовку многие будущие сотрудники спецслужб Третьего рейха.

Потом придумали многое другое, что в кинохронике и фотографиях тех лет производит сильное впечатление и по сей день: ночные факельные шествия, тысячи штандартов, так называемое «нацистское приветствие» (вскинутая вверх под углом в 45 градусов правая рука и возглас «Хайль!»).

Наконец, у СА появился свой марш, ставший впоследствии вторым, почти официальным государственным гимном.

…Известно, что всякое политическое движение, дабы оно стало действительно массовым и успешным, нуждается в некоем кумире, который бы персонифицировал это самое движение, стал объектом всеобщего подражания, а не только абстрактным идолом. Такая фигура может появиться в силу подлинных своих достоинств и свершений, но чаще создается искусственно по велению и усилиями сверху. Подмечено, что наилучшие кумиры получаются из лиц, уже переселившихся в мир иной, желательно – через трагическую гибель или, в крайнем случае, погибших при исполнении служебных обязанностей или воинского долга. В этом отношении гаулейтеру Берлина доктору Геббельсу, величайшему пропагандисту НСДАП, неслыханно повезло: сама судьба, казалось, подбросила ему нужного человека. Вернее, его уже бездыханное тело.

…При жизни находку звали Хорст Вессель. Двадцатипятилетний Хорст был типичным городским бездельником, не знавшим, куда приткнуть свою молодую энергию и скромные способности в разгар мирового кризиса, особенно остро протекавшего в Германии. Молодому парню, не получившему хорошего образования и не имеющему профессии, трудно было найти приличную работу (особенно, если он к этому особо и не стремился). Парни, подобные Хорсту Весселю, если не успевали попасть в уголовники, пачками вступали в различные националистические организации, преимущественно воинственно-милитаристского толка.

В пятнадцать лет Вессель вступил в «Бисмаркюгенд», затем в «Викингбунд» (названия говорят сами за себя). Впрочем, в сентябре 1924 года Хорст все же был осужден на два года тюремного заключения за мошенничество.

Осенью 1926 года Вессель, тогда то ли студент, то ли разнорабочий, попал под влияние Гитлера и вступил в Берлине в СА. Начинал Хорст с отделения, которое, видимо, обладая некоторыми организаторскими способностями, довел вначале до квартального формирования из 37 человек, а еще через два месяца – до «Штурм-5» численностью в 83 штурмовика. Ему присвоили звание СА-штурмфюрера.

Внешне Хорст Вессель был достаточно привлекателен, точнее, смазлив, это видно на случайно сделанной каким-то репортером фотографии, запечатлевшей его во время прохождения «Штурма-5» по берлинской улице.

А еще Хорст Вессель пописывал стишата, в основном бодрые, в ритме марша, прославлявшие Германию, национал-социализм и штурмовые отряды. Сохранилась легенда, что начало одного из них он написал пальцем на пыльном окне какой-то третьеразрядной пивной.

Потом уже дома досочинил еще четырнадцать строк и отослал в геббельсскую газету «Der Angriff» (штурм, атака), где оно было опубликовано и тут же забыто. Казалось бы…

Меж тем Вессель приспособил свое творение на музыку, нет, не им сочиненную, а уже существующую, по одной версии – на мотив старой рыбацкой песни, по другой – отжившего свой короткий век шлягера. В мае 1929 года «Штурм-5» под дирижированием Хорста Весселя исполнил эту песню в ресторане отеля «Сан-Суси» во Франкфурте-на-Одере.