Арлет. Черное дерево

– Оно, как и сам дом, сгорело дотла, – ответила ему Арлет, – Так было сказано в заключении. Но разве это не странно? Не странно, что от него остался один лишь пепел?

– Странно? – эхом отозвался Эдвиан, – Это не странно. Это невозможно.

– Почему ты так думаешь? – сердце Арлет вдруг забилось сильнее.

– Да потому, что при пожаре просто не достигается такой температуры, при которой могут сгореть все до единого следы трупа. Особенно если этот пожар вскоре потушили. Тело превращается в прах лишь при специальной температуре в печи в крематории.

Арлет почувствовала, как на лбу выступил холодный пот. Значит она не сумасшедшая. Значит, Лианна и правда могла остаться в живых. Но дядюшке Одвину было выгоднее объявить ее мертвой, нежели становиться частью расследования и привлекать внимание газетчиков. Да, так оно и было. Ведь это могло нанести непоправимый вред его репутации.

– Ты считаешь, твоя мама может быть в Аграале? – вдруг спросила Нео.

Щеки Арлет вспыхнули. Нео, как никто, умела чувствовать то, чего человек недоговоривал. У Арлет и правда были подобные мысли, в основном потому, что те чувства, которые возникали у нее при виде чужака, напоминали… родственные. Та самая связь…Чужак привел ее к дереву, и тем самым открыл ей путь, который мог привести к ответам. Его образ появился на поверхности воды, когда они чуть не утонули. И он увлек Арлет за собой в бездну, которая в итоге спасла их от воздушных творцов. Чужак словно оберегал ее, хоть и своим, изощрённым способом. И хоть Арлет и не была уверена, существует ли чужак на самом деле, между ним и ею безусловно была некая странная связь.

В ответ на вопрос Нео, она лишь пожала плечами.

– А твои глаза, Арлет, – отозвался Эдвиан, – Они большие, и серебренные, совсем как твоя стихия… Ты ведь знаешь, что этим ты очень похожа на творцов?

– Но ведь я не творец, не так ли? – Арлет ответила вопросом на вопрос.

– Но и человек ты, получается, не совсем обычный, – с серьезным видом сказал Эдвиан.

Арлет не могла не согласится. Но с этой необычностью уже ничего не поделать.

– Так Хранитель воздуха тоже узнала тебя? – добавил он.

– Да, она хорошо знала, кто я такая, и зачем пожаловала, – Арлет поерзала на полу, и вновь закатала рукав, дабы воздушная нить была хорошо видна.

Браслет все еще ярко мерцал, а дымка, которая его заполняла, неутомимо клубилась.

– Спасибо, – тихо сказала ему Арлет, – Нить спасла нам всем жизнь, – объяснила она Нео и Эдвиану, – Я почувствовала, как она зовет меня во время полета. И лишь благодаря этому зову я сумела создать ветер.

– Так как же тебе удалось заполучить ее? – спросила Нео, протягивая пальцы к воздушной нити.

Та беспокойно заерзала – чужие прикосновения ей явно не нравились.

– Еще одно видение, – ответила Арлет, а затем поделилась подробностями встречи с Хранителем Воздуха.

– Так плата за нить – это другая нить! – воскликнул Эдвиан, когда она закончила, – Интересно-интересно… Вот чего ожидал от тебя Хранитель Огня! Он хотел от тебя то, чего у тебя не было.

– Точнее то, что я дала ему в прошлый раз, – поправила его Арлет.

– Мы еще не уверены, что все было именно так…

Но как только Арлет впервые озвучила свои догадки о видениях, ей стало ясно, что другого объяснения быть просто не может – эти видения могли служить лишь воспоминаниями.

– Зато теперь мне будет, что предложить Хранителю Воды, – сказала Арлет.

Воздушная нить с укором сжала ее запястье.

– Кто сказал, что это будешь ты? – ответила ей Арлет, – Теперь у меня целых два варианта.

– Ты с ними уже разговариваешь? – Нео насмешливо выгнула бровь, в ее губы тронула еле заметная ухмылка, – Так и до сумасшествия недалеко.

– С головой у меня уже давно не все в порядке,– хмыкнула Арлет, радуясь тому, что Нео вернулась в свою язвительную стихию.

А это значит, что голубоглазка больше не сердилась. Или, по крайней мере, сердилась не так сильно. Да и нечего ей больше сердится, ведь Арлет только что преподнесла им все свои тайны прямо на блюдечке! Нутро вдруг наполнилось чувством облегчения. Не чувством досады от того, что пришлось все рассказать, а именно облегчения. Будто с сердца упал огромный камень, который висел на нем все эти годы. Столь привычное ощущение одиночества отступило, и она вдруг поняла, что больше не несет эту ношу одна. Теперь ее несут трое.

Повинуясь какому-то внутреннему инстинкту, она раскатала рукав, и нить вновь оказалась вне поле зрения – хватит с нее созерцаний на сегодня.

– Вы должны знать, – добавила Арлет серьезным тоном, – Я хочу попасть в Башню не для того, чтобы найти выход из Аграаля. Я хочу знать, кто я такая. Что-то подсказывает мне, что ответы кроются именно там. И я не покину этого места до тех пор, пока не заполучу их.

– Это мы уже поняли, – сдвинул брови Эдвиан, – Вот только нам для начала нужно решить, что делать с окружающим нас океаном.

Арлет обвела взглядом пространство. Он был прав. Они вновь оказались в оковах воды, и на этот раз под ногами была всего лишь лодка, а не остров, сквозь который они могли выбраться. А вокруг, на многие мили, не было видно ничего, кроме силуэта Башни, все так же сверкающего далеко на горизонте.

Небо погрузилось в сумерки, а густые облака над головй стали еще гуще.

– Кажется, мы здесь надолго застряли, – протянула Нео, – Может, хоть отоспаться успеем, пока не причалим?

– ЕСЛИ мы причалим, – Эдвиан всматривался в темно-синюю гладь, – Я почти уверен, что сейчас мы находимся на границе с Водными Просторами.

– Думаешь, владения водников прямо под нами? – спросила Нео.

– Это единственное объяснение тому, что мы все еще не сидим в клетках воздушных творцов, – ответил Эдвиан.

– Правда? И почему же это единственное объяснение?

Эдвиан вздохнул, а затем ответил с таким видом, будто его в десятый раз спросили, сколько будет два плюс два.

– Разве вы не помните разговор творцов на воздушном мосту? Огневик неоднократно упрекал воздушниц в том, что они должны находиться на своей стороне моста, а переходить на сторону Огненных Змель им по сути своей запрещено. Здесь, видимо, тот же случай. Ведь воздушники на своих крыльях могли тотчас нас догнать, и все же, мы здесь, в открытом пространстве, в творцов воздуха нет и в помине.

– Ах, малыш Гримм, ни одна женщина не устоит перед твоим блистательным умом, – протянула Нео, опуская руку в холодную воду, – Но где же тогда стражи Воды?

Как только ее пальцы коснулись темной глади, воздушная лодка внезапно покачнулась. На поверхности стали появляться мелкие пузырьки, от которых во все стороны расплывались небольшие, еле различимые круги.

– Что ты сделала? – всполошился Эдвиан.

– Просто опустила руку в воду, – буркнула Нео, тут же выдергивая руку обратно.

Эдвиан молча поднялся на ноги, и внимательно вгляделся в воду – та пузырилась все сильнее, а размытые круги стремительно перерастали в ритмичные волны.

– По всей видимости, на поверхность что-то поднимается, – сказал он дрогнувшим голосом,

– Или кто-то, – добавила Арлет.

. Ох, не к добру все это…

Шла секунда за секундой, а они так и сидели, не в силах что-либо предпринять. Да и что они могли сделать?

Арлет пыталась не представлять, какие чудища могут обитать на дне этого бескрайнего водоема. В голове хаотично мелькали самые разные пути отступления, и она даже подумала о том, не попытаться ли вновь поднять эту лодку в воздух. Но идея эта так и осталась на уровне подсознания, ведь в тот самый миг их судно окатило огромной волной воды.

Внутри все остыло градусов эдак на десять, а конечности Арлет тут же онемели. На секунду она потеряла связь с реальностью, и ей представилось, что все они, вместе с лодкой, пошли прямо ко дну. Лицо Нео появилось из размытого омута очень вовремя – она крепко схватила Арлет за плечи, и принялась отчаянно ее трясти, тем самым возвращая в реальность.

– Арлет, это творцы…творцы! – кричала она, когда над головой мелькнул массивный рыбий хвост.

Это и правда были творцы. Творцы-рыбы. Их было несколько, по меньшей мере трое или четверо, и все они усердно пытались перевернуть серебряную лодку. Их призрачные лица мелькали изо всех сторон, и друзей накрывало водой каждые несколько секунд.

– Они… они не могут прикасаться к лодке! – задыхаясь, воскликнул распластавшийся на дне лодки Эдвиан.

Протирая глаза одной рукой, Арлет попыталась разглядеть происходящее в воде. Творцы усердно раскачивали лодку с помощью волн, но сами к ней и правда не притрагивались.

– Арлет, – прохрипела Нео, – Постарайся удержать равновесие! Ты можешь контролировать лодку?! Это единственный путь не перевернутся!

Конечно, она могла. Она должна была. И Арлет, вновь чувствуя силу нити, принялась балансировать. Она увидела, как меняется наклон лодки, тем самым подстраиваясь под очередной удар – работает!

Весь этот хаос продолжался еще несколько мучительных минут, до тех пор, пока творцы поняли, что происходит. Как только это случилось, атака резко прекратилась.

– Неужели они ушли? – лодка перестала качаться, и Эдвиану наконец-то удалось сесть.

– Сильно в этом сомневаюсь, – Арлет тяжело дышала, все еще пытаясь отойти от такого неожиданного нападения.

– И ты права, – отозвалась Нео, с которой вода стекала ручьями, – Поглядите.

Вода, успев успокоиться совсем ненадолго, вновь пошла кругами. Только в этот раз волны расходились не от центра, а заворачивались вокруг лодки в форме спирали, стремительно набирая обороты.

Глаза Эдвиана округлились.

– Они собираются засосать нас внутрь! – охнул он.

– Арлет, ты сможешь им сопротивляться? – простонала Нео.

В ответ Арлет лишь кивнула, не желая тратить оставшиеся силы на ненужные слова.

Лодка вновь закачалась, а затем стала медленно погружаться в воду. Арлет собрала волю в кулак, и направила ее на сопротивление. Она старалась, как могла, но как оказалось, свои способности она переоценила. Ее одной было недостаточно, дабы противостоять нескольким могущественным творцам. Уровень воды неумолимо поднимался, а серебреный бортик утопал в ней все стремительней.

Водоворот засосал уже больше половины лодки – еще немного, и ее полностью захлестнёт вода. Арлет опустила свой взгляд вниз, и благодаря полупрозрачному дну, теперь полностью погруженному воду, увидела под собой пугающее зрелище.

С числом нападавших она явно ошиблась. Творцов было не менее дюжины, и все они, сплотившись в один большой, непрерывный круг, творили мощную стихию, направленную на захват, а может и вовсе на погибель незваных гостей. Ведь под водой Арлет, Нео и Эдвиану было никак не выжить.

“Ну же, ну же…” – подбадривала Арлет нить, хоть и знала, что успех зависит лишь от нее одной. После воздушного полета она была сильно измотана – оказывается, творение стихии дело вовсе не из легких. Но даже будь она полна сил, против такого количества творцов ей было просто-напросто не выстоять.

И тогда решение пришло само собой. Оно оказалось настолько логичным, что Арлет даже удивилась, как это она сразу к этому не додумалась. На пальцах, как никогда ощутимо, заиграла воздушная стихия, и Арлет почувствовала, как вместе с ней начинает видоизменяться лодка.

Дно их защитного судна плавно опускалось вниз и становилось все уже, в то время как бортики стали вытягиваться вверх. Арлет, вместе с озадаченными Нео и Эдвианом, скользнула прямо в середину, и вскоре все трое уже наблюдали, как над их головами замыкается самая настоящая воздушная броня.

Когда вода накрыла последний дюйм лодки, троица оказалась под водой, в кругу могучих русалов. Их жабры ритмично раздувались, а огромные глаза светились пронзительной, ледяной синевой, когда они оценивали серебристое яйцо, в котором сейчас пряталось, и все еще дышало трое испуганных подростков. Творцы были удивлены.

Арлет наблюдала, как на место событий из темного дна поднималось все больше и больше русалок и русалов – и все они сплачивались вокруг Арлет, Нео и Эдвиана тесным кольцом, не оставляя никакой надежды на побег.

– Нам не выбраться, Арлет, – прошептал Эдвиан, – Мы в ловушке…

Да, они были в ловушке, и творцы это прекрасно знали. Но Арлет была твердо намерена держать оборону, допока не иссякнет последняя капля ее силы. И хоть эта сила и была на исходе, где-то внутри открылось второе дыхание, так что творцам теперь не оставалось ничего иного, как повременить с их захватом. Или убийством.

Но сами творцы, видимо, были иного мнения. Они принялись оживленно между собой переговариваться, время от времени подплывая ближе, а затем, после тщательной оценки врага, отплывали обратно на свои места. Из-за воздушного барьера Арлет не слышала ничего, кроме монотонного гула, сопровождавшего каждое их движение. Вскоре обсуждения прекратились, несколько творцов утвердительно кивнуло головами, и все взгляды вновь направились на воздушное яйцо.

– Что они задумали? – Нео спрашивала скорее саму себе, нежели остальных.

Ответ на ее вопрос последовал незамедлительно. Внезапно в сторону их воздушной защиты полетело бессметное количество водных потоков. Неудержимых, разрушительных потоков, несущихся на них как одно большое, несокрушимое оружие. Арлет инстинктивно закрыла глаза, готовясь к сильному удару.

Но удара не последовало. Потоки быстро, но плавно охватили яйцо, а затем, словно могучие руки, стали раскручивать его вокруг собственной оси.

С каждой секундой круговые движение набирали скорость. Лица творцов стали кружиться, словно в безумном хороводе, а вскоре и вовсе слились в одну сплошную, размытую линию. Вместе с этими лицами кружилась и голова Арлет, и вскоре она почувствовала, как ее контроль над воздушной защитой начинает слабеть.

Творцы все сделали верно. Зачем пробивать защиту, если можно просто обезвредить ее источник? А Арлет, как бы сильно она не старалась, никак не могла остановить эту безумную карусель.

Ощущалось сильное давление – яйцо, ко всему прочему, еще и тянули вниз. Арлет поморщилась, пытаясь игнорировать шум в ушах, а также плывущие перед глазами белые пятна. Нет… она должна держаться… на кону вновь стоят жизни. Ее жизнь и жизни ее… друзей. Она должна, должна защитить своих друзей.

Но пятна перед глазами становились все больше, а затем случилось то, что оказалось последним увиденным Арлет в тот день – воздушная защита лопнула, разлетевшись в стороны сотней серебристых пузырьков. Тело окутала холодная вода, а легкие пронзила удушающая боль, такая, какой она никогда прежде не чувствовала. А затем сознание покинуло ее, и наступила абсолютная темнота.