Оберег богини Тарэн

6.

«370 год. Дворец короля Гермонариха»

─ Эй, слуга! ─ крикнул король, стоя у окна слуге. ─ Вызвать ко мне разведчика Володара!

─ Ваше королевское величество, а разведчик Володар ушёл к исседонам и предупредил меня, чтобы я передал сам это вам! ─ кланяясь Гермонариху, произнёс слуга.

─ Как? Как он посмел! ─ воскликнул король и тут же вспомнил, что разрешил ему сам уйти. ─ Так, так. И как же быть? Вызвать ко мне Шеффера!

Прошло несколько минут, прежде чем Шеффер появился в зале.

─ Что скажешь, Шеффер? ─ произнёс Гермонарих, устремив глаза в лицо своего приближённого, который напряженно думал о том, что именно хочет знать его хозяин.

─ Наш отряд, высланный к исседонам, напаролся на отряд гуннов и был разбит. ─ как можно без всяких эмоций, произнёс Шеффер, внимательно наблюдая за реакцией Гермонариха. Но тот от этой информации отмахнулся, как от мухи, считая все встречи с гуннами губительными для своих войск.

─ Наш разведчик Володар был схвачен защитниками городища исседонов и убит кем-то из гуннов. ─ произнёс Шеффер, считая эту информацию для Гермонариха неважной.

─ Что? Что ты сказал? ─ Гермонарих даже вскочил с трона, вперившись в Шеффера и ударив кулаком о перило трона. ─ Володар мёртв?!

─ Да, ваше королевкое высочество! ─ на всякий случай, чтобы избежать своей смерти из-за необузданного темперамента своего короля, Шеффер согнулся в поклоне и так замер.

Гермонарих же, за потерю одной только мысли об исчезновении возможности стать хозяином такого же оберега богини Тарэн, как у Баламбера, готов был сокрушить любого, а тут некого! Взвыв, он повернулся на сидении трона и, опустив голову, зарыдал.

И не напрасно Шеффер склонился! Увидев одним глазом, что в это время избежал неминуемой смерти, он усмехнулся. Вдруг ему в голову пришла интересная мысль, которая была способна в случае её исполнения, сделать его самым близким подчинённым короля, что давало несравненные преимщества перед всеми остальными. И он решился.

─ Ваше королевское величество, я знаю, где дорога к святилищу Рязани! ─ произнёс тихо и неуверенно в том, что разгадал намерение старого короля. ─ И как найти оберег богини Тарэн!

Геронарих замер.

─ Мне не послышалось? ─ от слёз на лице не осталось и следа. ─ Ты сказал, что знаешь, как найти оберег?

─ Да, приблизительно знаю. Мне Володар под элем рассказал! ─ произнёс Шеффер, уже жалея, что ввязался в эту авантюру. Да было поздно: Гермонарих ухватился за неё, как за спасительную верёвку.

─ Значит, так! ─ мозги Гермонариха заработали быстро и чётко. ─ Берём с собой сотню моей спецохраны и завтра же отправляемся на конях туда, куда скажешь! А сегодня пойди в хранилище и скажи, что я приказал передать тебе пять. Нет, десять мешочков с серебром. Вдруг они нам там помогут?!

Шеффер удалился. Стоило ему выйти за пределы дворца и остаться одному, как он оглянулся, и, подпрыгнув вверх с поднятой рукой, выкрикивая. ─ Да здравствует Гермонарих! Надо будет предпредить Сара об этом. Пусть росомоны отомстят Гермонариху за смерть Сунильды. Главное, о десяти мешочках серебра никто не должен узнать!

7.

─ Где оно, то войско, которым он всегда гордился? Где две-три лошади, которые всегда сопровождали одного конника? ─ Гермонарих глазами старика смотрел на неконное войско, стоящее перед ним, и по его щекам лились слёзы. ─ А теперь кто перед ним? Пехотинцы? Или конники, но бедные как рабы? Где их блестящее вооружение? Пропили?! Или хуже того – просто продали? С кем я поеду?

Внутри Гермонариха что-то заклохотало.

─ И это что, моя армиия? Я это создавал? ─ ещё не понимая того, что происходит с его войском, которое когда-то считалось лучшим, Гермонарих вдруг понял, что время его побед кончилось. ─ Эх, дурак зажравшийся я, дурак! Надо было вовремя приобретать оберег богини Тарэн! А я? Оставил это на потом! И вот результат! Не армия, а торговцы! Всё, что украшало моего воина – исчезло.

Он с горестью вздохнул, качая головой, но видение не исчезало.

─ Где красивый щит, которого сейчас у всадника нет? Где очень длинное копьё для тарана, которым гордился каждый всадник? Где панцирная металлическая рубаха до колен? В конце концов, где стремена у всадников? Как теперь вести бой? ─ он видел перед собой строй встадников без панцырей и копий, без стремян, ногами держась за круп коней. И из его горла вместо привычного крика на подчинённых, вырвалось на Шеффера какое-то клокотанье.

Тот же, вместо привычной Гермонариху команды войску, просто махнул им рукой и поехал впереди него, не обращая внимания на его присутствие. И только сейчас Гермонарих понял. ─ Всё пропало! И это – результат его бесконтрольности над своими подчинёнными!

Кое-как он, двигаясь на коне, как когда-то воевал со своим войском, успокоился, рукой махнув на то, что сталось с его армией. Но в голову пришёл случай с Сунильдой и то, как он с ней поступил.

Бешенный галоп конного войска, вдруг атаковавшего его справа и слева под воинственными криками, почему-то напомнил Гермонариху его самого, но молодого, когда он нападал на армии других государств. Но его войско? Оно только окружило его, но не приготовилось воевать.

И вот он окружён. К его удивлению, братья Сунильды Сар и Аммоний, командовавшие войсками готов, слева и справа без всякого почтения подъёхали к нему. Его охрана расступилась.

─ Да как вы смеете? ─ крикнул он. ─ Да я вас!

Два меча с разных сторон воткнулось в его тело с разных строн, не давая ему даже договорить.

─ Это тебе за нашу сестру Сунильду! ─ услышал Гермонарих их слова. И, прежде чем закрылись его глаза, донёсся откуда-то издалека их разговор. ─ Поедем к Баламберу служить, но сначала ему сделаем подарок! Чтоб ты сдох, Кощей Бессмертный!

Они развернулись в другую сторону, оставив Гермонариха, который, склонившись к коню, всё больше и больше сваливался в сторону и вниз. Наконец, оставшись один в степи, он упал с коня и умер. Так закончилась жизнь Кощея Бессмертного, как прозвали своего хозяина его подчинёные.

8.

«370 год. Дворец Баламбера»      

Баламбер, узнав о смерти Гермонариха не очень-то и расстроился. Наоборот, отдал приказ о нападении на готов. Те же, узнав о гибели Гермонариха, сами поспешили присоединиться к войскам царя Баламбера. И первым среди них был Шеффер, запрятавший своё серебро в надёжном месте.

Узнав о том, что Шеффер сопровождал Гермонариха в поиске оберега богини Тарэн в рязанской строне, царь Баламбер решил отправить Шеффера со своей командой его искать дальше, но, не веря ему, по реке Оке отправил сотню Варуны на ушкуях, организовав подобие конкуренции за достижение результата.

Армия Баламбера теперь состояла из гуннов, башкир, аланов, направляясь в сторону готов, которые, поняв, что имеют дело с такими же как они сами, переходили на сторону Баламбера почти без сопротивления. Поэтому скоро в дворце Гермонариха появился новый хозяин по имени Баламбер.

«370 год. Городище исседонов на Великой Вороне»

Между тем в городище исседонов на Великой Вороне происходили очень важные события: жители городища собирались выбирать себе вождя, который должен был содержать дружину для постоянной охраны городища. А наши друзья, решив спасать оберег богини Тарэн в Рязани, и, никому не сообщив о своём намерении, покинули городище, переправившись на другую сторону реки по броду. По проложенной кем-то дорожке среди лесостепи, они двиинулись на север по балкам между возвышенностями.

Глава 8. 370 год. Конкуренты

1.

Переправившись через реку Великая Ворона, шестёрка путешественников уже долгое время скакала по лесостепи, время от времени присматриваясь к движению солнца. В этот раз пообедать им не удалось, хотябы потому, что никаких сухих деревьев на пути не попадалось, да и воду они видели только в самом начале переправы.

Солнышко стремилось к горизонту, когда, наконец, появилась небольшая речка. Здесь и решили они остановиться на ночлег. Былята, перевязав передние ноги своему коню, отпустил его пастись поблизости, а сам, захватив лук со стрелами, пошёл на охоту. Скоро возле коня Быляты собрались и остальные кони, также, как и он, усердно направляя зелёную травку себе в рот.

Было видно, как на середине реки шириной в несколько человеческих ростов, вздымая поверхность, движется течение воды, не трогая прибрежные поверхности. На берегах росли невысокие лиственные деревья, среди которых Бронко быстро нашёл сухостой и начал ломать его, обеспечивая им костёр. Тихомир, недолго думая, достал моток связанных волос из конских хвостов, на конце которого был поплавок и крючок с грузилом. Выбрав себе тонкую хворостину, он соорудил удочку, к которой прибавил выкопанного где-то червячка. Долго ждать поклёвки ему не пришлось: рыба, заждавшаяся своим плеском хоть какого-то падения мух, бабочек или ещё чего-то съестного, сразу же потащила поплавок в воду. Скоро в ямке, которую соорудил Тихомир, возле реки билась хвостом приличная рыбёшка размером в две ладони длиной.

Пока Веренея занималась костром и приготовлением пищи, Белава и волхв Никола вышли на возвышенное место берега.

─ Эта речка называется Карай. ─ произнёс Никола и, повернувшись к ней спиной, стал внимательно осматривать степь, которая небольшими возвышенностями и долинами начала простираться на северо-запад. ─ Похоже, нам не надо с собой набирать чего-то для костра отсюда. Но на реке Ворона, которая отсюда также к заходу солнца появится, должно быть тоже, что и здесь!

─ Но нам надо найти брод через Карай. ─ согласно качая головой, Белава напоминал о том, что через эту реку надо переправляться. ─ Пойду-ка я по краю реки, да посмотрю брод!

Вскоре, увидев, как река, бурлясь, сократилась раза в три по своей величине, а потом резко расширилась, показав своё дно, он с удовольствием хмыкнул, предполагая, что нашёл брод. С этоим настроением Белава и вернулся к костру, от которого шёл приятный запах.

Как обычно, дежурили мужики по очереди все, кроме волхва Николы и Веренеи.

Утром всё началось сначала. Преодолев реку в том самом месте, где Белава наметил, он не ошибся в части брода. Далее команда двигалась на северо-запад, то по балкам между возвышенностями, то по степи под жарким майским солнцем.

Только к вечеру, как и предполагал волхв Никола, они увидели реку.

─ Это Ворона. ─ произнёс волхв Никола, кивнув на реку. ─ Она раза в четыре полнее предыдущей речки. А как похожа на нашу. Не зря же назвали её Вороной!

─ Вот и хорошо! ─ первым отозвался Тихомир. ─ Посмотрим, как здесь рыбка клюёт!

─ Лес есть, значит и зверьё должно быть! ─ усмехнулся Былята, потрогав свой лук.

Бронко первым делом начал высматривать сухие деревья, а Белава – место, где лучше всего и неприметно расположиться лагерем на отдых. Наконц такое место было найдено и все, улыбаясь, начали размещаться, в первую очередь дав возможность поесть зелёную травку своим лошадям. Тихомир тут же начал искать место для рыбалки, Былята ушёл на охоту и поиски брода, Бронко – за сухостоем, а Веренея – создавать место для отдыха и костра.

─ В городище-то нашем, наверное, выборы состоялись. ─ заметил Белава, обращаясь к волхву Николе, с которым вместе они пошли искать брод через реку.

─ Думаю, не состоялись. ─ ответил волхв Никола. ─ К Кондратию народ наш что-то стал не очень-то расположен. Доверия нет.

─ За деньгами погнался, воровать общественные накопления, наверное, начал! ─ Белава невольно произнёс то, что думал. ─ От людей ведь не скроешь!

─ Да и здесь при такой большой реке люди должны быть. ─ начал рассуждать волхв Никола, уходя от темы выборов. ─ Вот бы у кого-то спросить?!

2.

─ Стой, кто идёт! Стрелять буду! ─ вдруг услышали они голос откуда-то сбоку густых кустов и остановились, услышав какую-то неразборчивую речь двух человек.

На тропинку, по которой шли они, разговаривая, вышли из кустов два мужика, которые первым делом, оглядев одежду Белавы и волхва Николы, уставились на пояса их и пряжки, а уж потом – на лица.

─ Вы кто? И почему здесь оказались? ─ вдруг услышали они родные слова.

─ Мы из городища исседонов, что на Великой Вороне. ─ начал отвечать им волхв Никола. ─ А едем мы к Рязани по делу.

Белава видел, как они переглянулись, что-то произнесли на своём языке, видимо обсуждая, брать нас или не брать. Было видно, что они разошлись во мнениях: один из них призывал другого нас захватить в плен, а другой не хотел.

Вдруг женский молодой голос на их языке закричал на них. И Белава с волхвом Николой к своему удивлению увидели, как со стороны раздавшегося крика из-за кустов выбежала Веренея.

─ Вы что, мошенники, не поняли с кем разговариваете?! ─ закричала она и добавила какую-то фразу на своём родном языке, да так, что те опустили луки с тревогой смотря на неё, и отступили.

─ Это мои друзья и я не позволю кому попало их трогать! ─ сгустив брови у глаз, она подошла и бесстрашно толкнула сначала одного из растерявшихся охранников, потом – другого.

─ Мы же не знали, что это твои друзья! ─ произнёс один из них, от удивления мотая головой. ─ Веренея, это ты, что ли?

─ Да, я! ─ продолжая наступать с нахмуренными глазами на отозвавшегося охранника, произнесла грозно Веренея. ─ Вот щаз как дам вот этой палкой!

И подняла грозно толстую палку в руке.

─ Но тебя же взял в невесты эрзя с истоков Суры! ─ было уже непонятно, чего больше – удивления его или радости. ─ А здесь ты как?

─ А вот если бы эти мои друзья не спасли меня, едва ли бы вы увидели меня здесь! ─ потихоньку приходя в себя, произнесла Веренея после того, как увидела улыбку на лицах Белавы, волхва Николы и этих двух молодых мужиков, опустивших свои луки вниз. И тоже опустила палку.

─ Вот это баба! ─ оценил всё происходящее с восхищением внутренний голос Белавы. ─ А как она лихо справилась с молодыми мужиками!

Белава смотрел на происходящее уже с удовольствием, как на представление.

Веренея, остыв, вдруг повернулась к Белаве и волхву Николе и произнесла. ─ А вас-то что понесло к мокше?

─ Да ничего нас не несло. ─ вдруг начал оправдываться волхв Никола. ─ Мы шли, искали брод. А тут вот так!

─ Спросили бы у меня! Я ведь здешняя. И брод знаю, где есть! ─ ответила, улыбаясь Белаве, она. ─ У меня всё готово, пойдёмте ужинать!

И, повернувшись к охране, произнесла что-то на своём языке. Отчего те сразу же повернулись и пошли прочь.

─ Я им сказала, что сейчас нам некогда, а потом, поужинав, обязательно заскочим к ним. ─ произнесла Веренея, подталкивая обоих к месту расположения лагеря.

И Белава вместе с волхвом Николой под руководством Веренеи направились в обратную сторону, где приятно пахло ухой из рыбы, пойманной Тихомиром. Рядом уже сидели все, кроме Белавы и волхва, усердно запихивая себе в рот уху.

3.

Тихомир вздохнул, улышав, что в гости к мордовскому племени, живущему на берегу реки Ворона, его не берут, оставляя дежурным у костра, и пошёл за удочкой. Белава же с остальными, как и обещала Веренея, пошли в селище.

Белава шёл вдоль берега реки Вороны и удивлялся тому, как бережно здесь относились люди к природе. Первое, что сразу же бросилось в глаза, это были дома.

─ Ты обратил внимание на то, какие у них дома? ─ напомнил о себе внутренний голос, который сегодня его практически не тревожил. ─ Если у нас стены поднимаются вертикально с основания, а потом под углом вверх идёт крыша, то у них крыша идёт сразу с земли. При этом основание значительно больше, чем у нас!

Белава кивнул головой, соглашаясь с ним.

─ И расположены они как-то в кучке: дома отдельно, а земли отдельно. ─ внутренний голос продолжил. ─ А вон те самые мужики, что нас задержали, уже распахивают землю, а женщины им помогают и кормят!

─ А чё ж ты хотел? Дружины то у них нет, как и у нас! ─ возразил ему Белава и ухмыльнулся. ─ Видно скоро придётся создавать.

─ Сомневаюсь, что скоро. Вон сколько здесь непроходимого леса, а растёт он и на сопках, и на равнине. ─ возразил внутренний голос. ─ Да и сами они не очень-то хотят изменяться!

─ С чего ты так решил? ─ ворчливо поинтересовался Белава.

─ А вот сам посуди: у Веренеи на голове конусообразный колпак красный с тёмными полосками с загнутым верхом на каркасе из двух лубяных пластин, и у женщины, что кормит пахаря такой же. Серое платье Веренеи с полосой посредине похоже на белое платье той же женщины. И так везде. Это говорит об одном: культура их не меняется ни со временем, ни с изменением положения. Вон вышивки у них разные. Пусть лучше соревнуются в вышивках!

─ Может, это даже хорошо! ─ заключил Белава, подходя к первому и самому большому дому. ─ К мужикам не будут приставать со своими желаниями!

К удивлению мужиков команды Белавы, недалеко послышались звуки песни простой и незатейливой, которая сама текла из уст нескольких женщин, сидящих у костра. Несмотря на то, что ещё было тепло после жаркого дня, на них были надеты тёмные сарафаны с множеством украшений.

Веренея первой подошла к костру, возле которого, кроме женщин, сидели бородатые мужики в светлых рубахах, подпоясанные разными ремнями с бронзовыми пряжками разной формы.

─ Обрати внимание на их пряжки! ─ напомнил о себе внутренний голос. ─ У одних это простое бронзовое кольцо с застёжкой, у других – серебряные с щитком, богато украшенным узорами или камнями. Да и конец ремня у них тоже разный. У кого-то вообще ничего нет, а у кого-то – бляшки, наконечники с изображениями!

─ Ага! Значит, у них уже появились богатенькие людишки – торговцы! ─ Белава даже хмыкнул от того, что у них тоже происходят изменения, такие же, как и в их городище.

─ Здравы будьте, дорогие мои родственники! ─ громко произнесла Веренея, поклонившись костру до земли.

Белаве и всем остальным ничего не оставалось, как сделать то же самое. К удивлению Белавы, почти все мужчины, кроме трёх человек с серебряными поясами, встали и поклонились в ответ Веренее, произнеся. ─ Здрава будь наша родственница Веренея и вы, её друзья!

─ А троица же только рукой махнула: мол, давайте, присаживайтесь! ─ перевёл их жест внутренний голос, позволяя Белаве усмехнуться и насторожиться.

─ Что привело тебя, Веренея в края твоей матери? ─ спросил самый старший из троицы, сидящий посередине из них.

─ Уважаемый старейшина Иняс! ─ обратилась к нему Веренея. ─ На то городище, куда отправили меня мои близкие из Пензы, напали гунны.

─ Обрати внимание, как сжались кулаки старейшины! ─ произнёс Белаве внутренний голос. ─ Значит, они здесь слышали про гуннов!

─ Они сожгли все дома в городище, поубивали всех мужчин и захватили в рабство почти всех женщин. ─ произнесла Веренея, невольно смахнув выступившие слёзы на глазах. ─ Мне и ещё трём женщинам удалось сразу же сбежать в лес, а я подалась к реке. Здесь меня от гуннов спасли люди команды Белавы, с которыми я сейчас еду в Рязань!

Старейшина благосклонно посмотрел на Белаву и, особенно, на Бронко, который возвышался над всеми на полторы головы. И даже цокнул языком, пробормотав. ─ Благодарю тебя за всё, инязор Нишкепаз!

─ Интересно, это кто такой инязор Нишкепаз? ─ вмешался внутренний голос.

─ Не мешай! Потом спросим у Веренеи! ─ мысленно приказал ему Белава.

─ Так, значит, вы двигаетесь в сторону Рязани? ─ поинтересовался старейшина, по-прежнему пренебрегая общением с мужиками команды Белавы. ─ И что вам там надо?

─ Интересно, расскажет Веренея правду или соврёт? ─ словно не слыша команды, задал свой вопрос внутренний голос. И добавил. ─ Эта скажет правду!

─ А я думаю, выкрутится! ─ произнёс Белава, уже с интересом наблюдая за Веренеей, попавшей в непростую ситуацию.

─ Уважаемый старейшина Иняс! ─ улыбаясь, ответила Веренея. ─ К сожалению, я не могу вам сказать правду, но могу сказать лишь то, что ничего плохого мы не собираемся делать!

─ Вот так! И кто из нас оказался прав? ─ усмехнулся Белава.

─ Ну что же, проходите, садитесь! ─ произнёс старейшина, рукой приглашая к костру. ─ Будьте как гости!

Белава с мужиками и Веренеей прошли на место у костра, которое им тут же освободили. Старейшина что-то сказал на ухо своему соседу и тот, поднявшись, куда-то исчез. Через некоторое время, заполненное песнями женщин, появились несколько женщин с керамическими кружками, в которых был разлит мёд. Одну кружку тут же передали старейшине, а другие всем членам команды Белавы.

─ Ваше здоровье! ─ поднял тост старейшина в честь пришедших и выпил мёд.

Белава и все мужики сделали то же самое, но Веренея лишь только пригубила его. Больше от старейшины они не услышали ничего.

Прощаясь глубокой ночью, они в сопровождении двух юношей, без происшествий добрались до своей стоянки. Дежурство возле костра всю ночь никаких происшествий не выявило. Утром с первой звездой они покинули это место.

4.

Солнышко поднялось высоко, когда лесная дорога подошла к развилке: можно было ехать налево, на запад, а можно было ехать прямо, на север.

─ Что будем делать? ─ вопрос внутреннего голоса ударил прямо по мозгам.

─ Не знаю! ─ ответил со злостью Белава и остановился. ─ Давай у наших спросим!

Все остальные, ехавшие по одной дороге за ним, остановились так же.

─ Куда поедем? ─ громко спросил он. ─ Кто-нибудь знает, куда ведут эти дороги?

─ Если судить по толщине дороги, то по северной дороге люди здешние меньше ездили. ─ произнёс Былята, внимательно осматривая обе дороги. ─ Думаю, она безопаснее!

Другие только головой покачали.

─ А если на западной дороге разбойники? ─ внутренний голос явно сомневался, чувствуя что-то неладное.

─ Едем северной дорогой! ─ после недолгого общения с Былятой произнёс Белава. И тут же добавил. ─ Былята – ты у нас непревзойдённый разведчик. Предлагаю тебе быть впереди нашей команды! Что-то мне говорит, что опасность где-то рядом!

Они быстро перестроились и осторожно двинулись по северной тропе. И не напрасно: не прошло и десяти минут, как они увидели Быляту, замеревшего на своём коне, прижавшего к губам палец, чтобы никто не крикнул ему или кому-то другому.

─ Впереди торговый путь! ─ тихо произнёс он, показывая влево. ─ Если бы мы поехали по западной дороге, то точно нарвались бы на разбойников! Поэтому предлагаю сейчас осторожно слезть с лошадей и по лесу принять на сотню метров вправо, чтобы потом пересечь торговый путь, когда никого не будет на нём!

Все тут же осторожно слезли с лошадей и пошли за Былятой. Пройдя с сотню метров, они остановились за высокой сопкой, заросшей крупными деревьями. Былята и Белава, оставив своих лошадей Бронко, спрятались за деревьями и стали ждать, когда караван закончит двигаться.

Не успели они увидеть концовку каравана, как где-то слева за очередной сопкой раздались крики, шум, гам, топот лошадей.

─ Пока разбойники заняты караванами, нам надо осторожно по лесу перейти караванную дорогу Булгар – Киев! ─ произнёс Белава, подойдя к остальным и взяв под узцы свою лошадь.

Они снова построились в новом порядке, где разведчиком был Былята, который повел своего коня впереди всех, а все остальные шли за ним, стараясь не шуметь. Перейдя на другую сторону, они ещё некоторое время шли пешком по лесу, а потом, выйдя на северную тропу, пустили коней вскачь, опасаясь преследования разбойников.

И так было до конца дня. Когда солнышко начало прятаться за деревья, команда свернула с дороги и углубилась в лес за сопку, где и вспомнили об ужине. Дежурили они без света на вершине сопки так, чтобы были видны, и их лагерь, и северная дорога, по которой следовало дальше ехать.

Но к их счастью, разбойники остались на караванной дороге Булгар – Киев. Плохо было то, что дальше снова началась лесостепь, движение по которой сразу шестерых человек было далеко видно. Именно поэтому, очередная остановка на ночь была сделана на лесной долине небольшой реки.

Тихомир, соскучившись по рыбалке первым предложил здесь переночевать, несмотря на то, что солнышко было не так далеко над горизонтом. Улыбнувшись, Белава по согласительным качаниям головы всех остальных, понял, что сегодня вечером все будут есть уху.

5.

Три дня прошли в борьбе с грязью и мокрым чернозёмом, ручьями и малыми речками. Им ещё повезло, что половодье в них спало прямо перед их прибытием, оставляя после себя столько грязи и ила, что лошади в заболоченных местах просто вязли, и путешественикам ничего не оставалось, как спрыгивать с них и вытаскивать своих главных помощников. Только ночами, да солнечными днями удавалось им подсохнуть, так как времени на стирку одежды совсем не было.