Узбекистан. Природа. История. Экономика. Достопримечательности. Религиозные центры

Нужно отметить, что население и правители ряда среднеазиатских мест временами проявляли стремление стать российскими подданными. Но под этим они понимали сохранение их полной политической и хозяйственной самостоятельности при получении ими поддержки и защиты их интересов со стороны русских. Подобные просьбы и договоры с письменным согласием русского царя обычно ничем не кончались в практическом плане. Так, при Петре I в 1700 г. к русскому царю от хивинского хана Шаниаза, находившегося тогда в зависимости от хана бухарского, пришло посольство, которое в очередной раз просило о принятии хивинцев в почетное подданство, и Петр I письменно изъявил на это согласие. Прибыло посольство и от юргенского хана Аран-Магомета, повторно просившее о почетном подданстве, и Петр I дал грамоту послам «о милостивом содержании в его подданстве». При императоре Александре III в 1884 г. текинцы (туркмены), населявшие Мервский оазис, обратились к генерал-губернатору Туркестана Н.О. Резенбаху с просьбой принять их в российское подданство, состоялось присоединение Мерва к России (по Мясникову А.Л. С. 142, 332).

После гибели отряда Бековича русские цари долго не решались продолжить попытки подчинить себе среднеазиатских ханов и включить их владения в состав Российской империи. Но они крепко помнили, что весь XVIII в. и часть XIX в. приходилось отбиваться на юго-востоке империи от набегов работорговцев из среднеазиатских ханств и вторжений среднеазиатских кочевых племен, наносивших ощутимые разрушения и чинивших насилие. В среднеазиатских городах томились и мучились захваченные ими и затем проданные в рабство (чаще всего хивинцами и бухарцами, а также киргизами, туркменами, казахами) русские люди. В государствах Средней Азии: в Кокандском, Бухарском, Хивинском ханствах – было много русских рабов и рабов других национальностей.

С XIX в. Средняя Азия стала объектом особого внимания двух сильных империй: Российской империи и Великобритании. Англия тогда полностью господствовала в Южной Азии, хотела расширить свои влияние и господство и на северную часть Азии, что противоречило интересам российских самодержцев. В Российской империи в конце XVIII – начале XIX в. формирование и упрочение капитализма заставило правительство империи искать новые рынки сбыта для своей продукции и новых возможных поставщиков сырья из Средней Азии для тогда бурно развивавшейся российской текстильной промышленности. При этом нужно учитывать и геополитические воззрения российских монархов. Все российские императоры, кроме Александра III и Николая II (1868–1918 гг., правил в 1894–1917 гг.), считали целесообразным увеличивать территорию Российской империи, причем любыми путями – мирным и военным. В этих условиях по воле русских монархов и по решениям российского правительства начались походы русских войск с целью взять под российский контроль среднеазиатский регион, включить часть его территории в состав Российской империи, а другую часть среднеазиатских земель сделать зависимыми вассалами Российской империи, обеспечить контроль над ними, заставить их подчиняться и служить интересам России. Нужно было и взять контроль над среднеазиатскими гнездами работорговли.

После присоединения к Российской империи в середине XIX в. земель казахского Старшего жуза, который в 1846 г. присягнул России, в основном завершился к 1860 г. процесс вхождения в империю казахских земель и встал вопрос о дальнейшем продвижении на юг русских армий.

Ради приобретения новых выгодных поставщиков сырья и рынков сбыта российской продукции, а также из-за стремления завоевать гнезда работорговли по приказу свыше русские войска двинулись в Среднюю Азию. Но первый хивинский поход в 1839–1840 гг. оренбургского генерал-губернатора В.А. Перовского оказался неудачным, хотя в нем участвовали 5 тыс. человек и было 20 орудий. Поход начали в ноябре, из-за континентального холода погибли половина воинов, от изнурения погибла и большая часть верблюдов (по Мединскому В.Р., 2008. С. 324).

Присоединение к Российской империи Средней Азии, в том числе Бухарского и Хивинского ханств, других среднеазиатских земель носило характер откровенного завоевания. Местное население не желало признавать новую русскую власть, оказывало сопротивление пришельцам-завоевателям – с их позиций иноверцев, то есть немусульман, а сторонников православия. Обоюдные потери были катастрофически ощутимыми. Русские войска несли потери из-за боев, военных стычек с местными жителями, а также из-за очень жаркого климата, нехватки воды и других трудностей. Как исключение мирным было вхождение киргизов в состав России. В 1847 г. Большая Киргизская Орда была принята в российское подданство.

В царствование Александра II (1818–1881 гг., правил с 1855 г.), прикидывавшегося гуманным правителем, бывшего большим любителем женщин и мирных радостей, Российская империя почти постоянно вела военные боевые операции. По воле императора в 1864–1865 гг. произошло продвижение русских войск во главе с генералом М.Г. Черняевым в Туркестан, взятие Чимкента (1864) и Ташкента (1865), в 1867 г. было образовано Туркестанское генерал-губернаторство под управлением генерала К.П. Кауфмана. В 1868 г. войска генерал-губернатора К.П. Кауфмана взяли Самарканд, был установлен протекторат над Бухарским эмиратом. Александр II буквально болезненно бредил покорением Хивинского ханства. Перед походом на Хиву он просил, точнее приказывал главнокомандующему К.П. Кауфману: «Возьмите мне Хиву, генерал!», и тот который довел эти слова царя-батюшки до всех своих офицеров и солдат, призвал их, не щадя своих жизней, с великим самоотречением выполнять волю Александра II. Русские войска ценой огромных потерь смогли подчинить Российской империи Хиву. В 1873 г. был установлен российский протекторат над Хивой.

Русская армия входит в Хиву. 1873 г. Иллюстрация из London News

Процесс насильственного включения среднеазиатских земель в Россию и создания среднеазиатских государств-вассалов Российской империи был длительным, мучительным, принес много людских потерь с обеих сторон. Русская армия, как ранее отмечалось, предприняла наступление на Хорезм в 1839–1840 гг., но сразу разбить хивинскую армию не удалось, русские войска овладели хивинской столицей только в 1873 г. Хивинское ханство сохранило внутреннюю автономию, но оказалось под протекторатом России, потеряло право на проведение самостоятельной внутренней и внешней политики. По договору с Хивинским ханством русским купцам разрешили в ханстве торговать без пошлины.

Русские войска воевали с армией Кокандского царства с 30-х гг. XIX в., но полномасштабные военные действия, реальная война началась и длилась в 1850—1860-х гг. и завершилась победой русских войск; в 1868 г. был заключен первый мирный договор; затем – второй. В 1860 г. Кокандское ханство объявило газават по отношению к Российской империи (газавад, или джихад, – «священная война» мусульман против иноверных). В связи с этим русская царская армия получила приказ двинуться на Фергану. О событиях тех дней напоминают полотна В.В. Верещагина (1842–1904) «Нападают врасплох» и «У крепостной стены». После взятия русскими войсками Ташкента в 1865 г. Кокандское ханство стало вассалом Российской империи. Но вспыхнуло восстание мусульман, решивших продолжать «газават», независимо от капитуляции Кокандского государства. Войска кокандского хана были разгромлены, но часть его подданных продолжала воевать. Именно тогда (а не в Гражданскую войну в первые годы советской власти) появились «басмачи» («армия ислама», от слова «басмак» – атаковать, нападать, совершать налет). В 1876 г. Кокандское ханство было упразднено.

Еще в 1864 г. русские войска под предводительством генерала М.Г. Черняева взяли Чимкент. В 1868 г. бухарский эмир Музаффар-эддин подписал договор с Россией, по условиям которого к Российской империи отходили города Самарканд и Катта-Курган. Бухарский эмир обязался выплатить контрибуцию, предоставил русским купцам право свободного въезда в ханство, обязался вернуть в Россию всех русских рабов, которые не приняли мусульманство. Над Бухарским эмиратом был установлен российский протекторат. В 60—80-х гг. XIX в. русскими войсками были завоеваны и присоединены к России основная часть узбекских, таджикских, туркменских земель, а киргизские земли мирным добровольным путем вошли в состав Российской империи. Еще раньше в состав империи в середине XIX в. вошли казахские земли. Весь Туркестан стал зоной влияния Российской империи.

Туркестан – название в XIX – начале ХХ в. территории Средней и Центральной Азии, населенный тюркскими народами. Западный Туркестан стал с XIX в. среднеазиатской территорией Российской империи, включал в себя завоеванные Россией среднеазиатские земли, а также экономически и политически слабое Кокандское ханство и частично земли Бухарского и Хивинского ханств (БЭС. С. 1367). В 1867–1917 гг. существовало Туркестанское генерал-губернаторство (с 1886 г. – Туркестанский край). Вассалами Российской империи с XIX в. были Хивинское и Бухарское ханства.

Говорить о гуманизме при ведении боевых действий почти невозможно. Тогда в военно-техническом отношении царская русская армия сильно превосходила военные силы средневековых среднеазиатских ханств. При захвате Самарканда русские войска потеряли всего двух человек. Заняв Самарканд, русские проявили миролюбие: преподнесли старейшинам города ценные и щедрые подарки, оставили в городе русский гарнизон численностью всего около 600 человек. В ответ русские получили яркий урок восточного коварства. Самаркандский эмир втихую собрал огромную армию и внезапно набросился на немногочисленный русский гарнизон в Самарканде. В течение нескольких дней, до подхода основных сил, 600 русских воинов выдерживали атаку самаркандской армии численностью 65 000 человек. На 1 русского воина приходилось более 108 нападающих. Тем не менее русский гарнизон в Самарканде выстоял, будучи атакован во враждебно настроенном к русским городе, на чужой территории (по Мединскому В.Р., 2017. С. 450). После таких событий русские воины были не склонны к щедрым гуманистическим шагам. А наиболее продвинутые вспоминали о событиях в Хиве в 1717 г. при Петре I (см. текст ранее), говорили о невозможности верить среднеазиатам и бесполезности в общении с ними языка гуманизма.

Завоевание значительной части Средней Азии, начало использования ее ресурсов в интересах Российской империи в большой мере связаны с российскими военачальниками – генералами М.Г. Черняевым, К.П. Кауфманом, М.Д. Скобелевым.

Михаил Григорьевич Черняев (1828–1898) – русский военный и общественный деятель, генерал-лейтенант (с 1882 г.), руководил завоеванием Средней Азии. Он в 1864–1866 гг. воевал в Средней Азии, с 1873 г. был редактором газеты «Русский мир», выступавшей с позиций панславизма (в его основе лежит идея коренного отличия славянских народов от других народов Европы и вывод о необходимости союза славянских народов во главе с Россией, но непременно без Польши, тяготеющей к Западу). С началом Боснийско-Герцеговинского восстания (1875–1878) он в 1876 г. уехал в Белград и был назначен главнокомандующим главной сербской армии. Со временем он вернулся в Туркестан, в 1882–1884 гг. был туркестанским генерал-губернатором.

М.Г. Черняев

Константин Петрович Кауфман (1818–1882) происходил из обрусевшего австрийского рода. Он, крещеный еврей, был инженер-генералом (с 1874 г.), почетным членом Петербургской академии наук (с 1873 г.), с 1867 г. – первым туркестанским генерал-губернатором, руководил завоеванием Средней Азии, в том числе Ташкента. К.П. Кауфману было очень трудно обеспечивать в Туркестане хоть какой-то порядок. Население Хивинского ханства (хивинцы) часто переходили р. Сырдарью, служившую границей между Россией и этим ханством, неоднократно подвергали нападениям русские укрепления, уводили в рабство плененных русских, грабили русские почтовые станции, нападали на караваны и кочевья киргизов. Кауфман требовал у хивинских ханов прекратить набеги и вернуть захваченных пленных, но все его требования оставались без ханских ответов. Кауфман считал, что только с применением военной силы можно заставить Хивинское ханство прекратить разбойничьи действия. В 1873 г. под командованием К.П. Кауфмана начался Хивинский поход с целью взятия столицы ханства Хивы. Вести военные действия в условиях сыпучих песков, солончаков, жуткой жары, недостатка воды при редких колодцах с более-менее пригодной питьевой водой было чрезвычайно трудно. Не хватало корма для лошадей, корма для них, а также продовольствие и воду для людей приходилось покупать у местных жителей и доставлять в войско на верблюдах. Караваны подвергались набегам кочевников. Кауфман был обязан решать самые разные проблемы, возникавшие в ходе Хивинского похода. Под началом Кауфмана служил и выполнял его приказы М.Д. Скобелев. Кауфман по своей натуре был миролюбивым, не кровожадным человеком; он не хотел брать Хиву штурмом, спас жизнь кокандского Худояр-хана от гнева восставших против него, подписал и поверил в действенность мирного договора с новым кокандским ханом Насреддином (1876). В процессе ликвидации беспорядков в Кокандском ханстве Кауфман большие полномочия передал Скобелеву, но в подавлении мятежа принимал личное участие, сам командовал четырехтысячным отрядом, выступившим из Ходжента. Кауфман отправил в 1876 г. экспедицию за Алтайский хребет, в Южную Киргизию, во главе со Скобелевым, обеспечил участие в ней солдат, казаков, этнографов, топографов, метеорологов. Кауфман инициировал и обеспечил аргументированное признание за Россией владения Ферганским Тянь-Шанем.

В присоединении среднеазиатских территорий к Российской империи, упрочении ее авторитета во внешних военных походах участвовали многие видные русские военачальники. Они чаще всего полностью не одобряли колониальную политику императоров и царских администраторов, но, как военные люди, строго выполняли приказы начальствующих лиц.

М.Д. Скобелев особо отличился при взятии штурмом Хивы (1873), Намангана и Андижана (1875). В 1876 г. он с большими полномочиями успешно участвовал в ликвидации беспорядков в Кокандском царстве, возглавлял экспедицию по изучению среднеазиатских земель. В 1876 г. Скобелев стал первым губернатором Ферганы (Ферганской области) и командовал всеми войсками, расположенными там. М.Д. Скобелев в период службы в Средней Азии приобрел новую привычку: идти в бой в парадном белом мундире на белом коне, его стали называть Ак-паша (белый генерал), которого недруги панически боялись. В среднеазиатских походах Скобелев вместо артиллерийских орудий использовал пороховые ракеты (ракетное оружие обладало мощным разрушительным действием и было достаточно дальнобойным – дистанция выстрела достигала 3 км), что было новым приемом в боевой практике того времени. В Фергане он как губернатор стремился навести порядок, всегда был честным и справедливым, его нельзя было подкупить, соблазнить взятками и подарками, втянуть в темные обогащающие дела. Естественно, в Ферганской области у него появились непримиримые враги и завистники, которые написали русскому царю клеветническое письмо о «бесчинствах безнравственного Скобелева». В ложном доносе утверждалось, что Скобелев на посту военного губернатора Ферганы превышает свои полномочия, ведет роскошную жизнь восточного хана, позволяет себе чрезмерные вольности с женщинами. Александр II почему-то поверил этому доносу и отстранил М.Д. Скобелева от должности губернатора Ферганской области.

М.Д. Скобелев. Около 1881 г.

Михаил Дмитриевич Скобелев (1843–1882) – легендарный русский генерал, подлинный герой своего времени (см. 5.2 и 5.5). Он участвовал в Хивинском походе 1873 г., Ахалтекинской экспедиции 1880–1881 гг., подавлении Кокандского восстания 1873–1876 гг. Он в Русско-турецкую войну 1877–1878 гг. успешно командовал отрядом под Плевной и отличился при штурме Плевны, затем командовал дивизией в знаменитом сражении при Шипке – Шейново. В течение 19 лет М.Д. Скобелев участвовал в 70 сражениях. Он был награжден очень многими наградами, в том числе главными орденами Российской империи (Св. Георгия, Владимира, Анны и др.), был награжден за храбрость тремя саблями (шпагами), украшенными драгоценными камнями и имевшими надписи «За храбрость». Во время боев Скобелев всегда был впереди своих солдат, в белом мундире и на белом коне. В Средней Азии Скобелева запомнили как «Ак-пашу», то есть называли его белым генералом. Он считал, что в белоснежном мундире он никогда не будет убит, чуть ли не верил слухам о том, что он заговорен от пуль. На самом деле он имел 8 серьезных ранений (7 в 1873 г. в Хивинском походе и 1 в 1876 г. при подавлении беспорядков в Кокандском ханстве, у г. Маохрама), под ним было убито 5 лошадей. Скобелев в свое время был самым молодым генералом, стал им, едва перевалив за 30 лет. Необычайной смелости и воинскому таланту Скобелева многие завидовали, старались умалить его успехи и авторитет в глазах императоров. Александр II и Александр III не сразу разобрались в сущности Скобелева и в его военной гениальности. Александр III это со временем особо четко уяснил и писал, что «Скобелев нужен России». По поводу кончины 39-летнего Скобелева Александр III написал его сестре: «Страшно поражен внезапной смертью вашего брата. Потеря для русской армии трудно заменимая и, конечно, всеми истинно военными сильно оплакиваемая. Грустно, очень грустно терять столь полезных и преданных своему делу деятелей».

М.Д. Скобелев родился в Петербурге в семье потомственного военного, его дед и отец стали генералами. М.Д. Скобелев окончил пансион и поступил на физико-математический факультет Московского университета, но через полгода покинул его и поступил в привилегированный Кавалергардский полк. Но, когда он узнал, что Гродненский гусарский полк направляется в Польшу для участия в боевых операциях, он вступил в этот полк. После окончания Николаевской академии Генерального штаба Скобелев получил назначение в Туркестанский округ. После учебы в Академии он имел непростую репутацию. В Академии он был одним из лучших учащихся, имел по дисциплинам высшие баллы, но его чуть было не исключили из Академии за пропуски лекций и посещение модных ресторанов в компаниях сомнительных особ. Учитывая его смелость и решимость, его и направили в Туркестан. До этого он успел послужить в Генеральном штабе, побывал в командировке на бухарской границе в качестве представителя Генерального штаба, служил в разных частях Российской империи. В 1873 г. он принял участие в Хивинском походе. Скобелев проявил большое мужество при штурме Хивы, тогда с небольшим отрядом он ворвался в город и достиг ханского дворца. Он первым был назначен генерал-губернатором образованной в 1875 г. Ферганской области. В 1880–1881 гг. войска Скобелева завоевали Туркмению, которая присоединилась к России.

М.Д. Скобелев свое призвание, цель своей жизни видел в военном служении Отечеству. Он считал нужным осваивать военные мудрости не только в аудиториях Николаевской военной академии, а главное – на практике, в условиях боевой обстановки, тщательно изучать зарубежный военный опыт и тактику партизанской борьбы, в том числе в горных условиях (последнее он делал, находясь в отпуске во Франции и в Испании в 1873 г.). Скобелев всегда очень заботился о быте солдат, их должном обмундировании, обеспечении оружием, техникой, доброкачественным питанием. Солдаты назвали его «отец-командир». Скобелев разносторонне заботился о своих войсках – их должной выучке, обмундировании, вооружении, питании (даже в процессе боев, боевых операций), при подготовке военных походов искал для воинов варианты спортивно-физкультурной разрядки (игры в мяч, кегли и др.) и удовлетворения их иных самых разных нужд (от стирки до радостей с «практикантками» в тыловых укреплениях для солдат). Сам Скобелев в своих знаменитых походах не расставался с дамами и заботился в этом плане не только о себе, на вербовку «практиканток» затрачивались ощутимые деньги (по Широкораду А.Б. и Смыслову О.С. С. 85–86). О своих радостях обычно Скобелев заботился мало, но всегда любил выпить, посещать хорошие рестораны и молодых девиц сомнительного поведения. Женщин он любил по-своему, по-скобелевски – считал, что настоящий военный не должен чрезмерно привязываться к женщинам и заводить семью. Ему с его бурным характером и постоянным пребыванием в военных кампаниях и деловых длительных командировках так и не удалось создать крепкую и надежную семью, хотя подсознательно он стремился к семейной жизни. В 1874 г. в возрасте 31 года он женился на фрейлине императрицы Марии Александровны (жене Александра II) – княжне М.Н. Гагариной (1850–1906) со спокойным и выдержанным характером. Но их брак оказался несчастливым, недолгим из-за бурного и отчасти авантюрного характера Скобелева (через несколько месяцев после свадьбы он охладел к жене) и неспособности Марии Николаевны выносить длительное отсутствие мужа в служебных командировках. В 1876 г. супруги расстались, развелись по инициативе Марии Николаевны. М.Д. Скобелев взял вину развода на себя и по приговору был осужден на безбрачие. Приближаясь к 40-летнему возрасту, Скобелев попытался снова создать семью, тем более что ему приглянулась обаятельная и образованная девушка из небогатой семьи – Екатерина Александровна Головкина, 19-летняя эмансипированная, небогатая либералка, преподавательница минской гимназии. Но они оба по своей натуре были лидерами, второстепенную роль даже в семье ни он, ни она для себя не представляли. Е. Головкина хотела всегда и везде быть рядом со Скобелевым и быть не просто его послушной женой, а деятельной и полезной ему помощницей, мечтала получить полное бесконечное право вместе с ним что-либо делать, решать. А Скобелев привык все решать сам, лично верховодить во всех делах. Их роман не завершился свадьбой. Она написала ему прощальное письмо и уехала. Но он в 1882 г. отправил ей солидную сумму денег золотом. Скобелев больше не предпринимал попыток наладить свою семейную жизнь, но биологические потребности заставляли его общаться с женщинами сомнительного поведения. До конца своих дней он всю свою истинную любовь отдавал племянникам и подчиненным. Он почти все свое жалованье отдавал семьям погибших воинов, а у себя в имении устроил солдатскую богадельню.

Скобелев тщательно заботился о своих подчиненных и не верил, что среди них могут быть отчаянные неисправимые мерзавцы. Так, даже когда в 1878 г. из одной его наградной шпаги украли 5 самых больших бриллиантов и нашли вора, одного из скобелевских адъютантов, Николая Узатиса, он не предал дело огласке, а перевел только жулика в полк, позже не возражал против его службы в болгарской полиции. Позже, в 1881 г., Н. Узатис организовал нападение и ограбление матери М.Д. Скобелева – Ольги Николаевны (она везла большие деньги, собранные в России, на строительство храма в Болгарии), зарубил Ольгу Николаевну, а потом, когда понял, что его поймают, застрелился.

Завистники, враги Скобелева изо всех сил старались навлечь на него гнев императора и царского правительства (намекали на его наполеоновские замашки, подчеркивали его склонность якобы к выпивкам и контактам с сомнительными девицами). Журналисты искажали смысл его высказываний, чем настраивали против него властей предержащих. Это, как и смерть его 59-летнего отца от органического порока сердца (1879), а также убийство матери (1881) усилило тягостный настрой Скобелева. Он стал думать о своей близкой земной кончине, начал распродавать родовое золото и ценные бумаги (чтобы собрать средства для обороны Болгарии от турок), в своем завещании распорядился родовое имение Спасское на Рязанской земле передать инвалидам, участвовавшим еще здоровыми людьми в его военных походах.

Скобелев продал почти все свои ценные бумаги, золото, недвижимость. Он смог собрать огромную по тем временам сумму денег – почти 1 млн, которую он передал на временное хранение абсолютно надежному человеку И.И. Маслову (который по приказу Скобелева и продал все ценные бумаги, золото, хлеб, указанную недвижимость). И вдруг ни с того ни с сего Маслов сошел с ума, впал в полное сумасшествие. Деньги бесследно пропали, Скобелев не смог их найти. Это значило, что Скобелев не сможет благодаря собранным им деньгам помочь болгарам, которым грозили турки. История с пропажей баснословных денег подкосила вконец Скобелева. Он жалел не о пропаже денег, а о том, что он не сможет помочь болгарам. Скобелев, любивший выпить, стал еще больше пить и зачастил к девицам легкого поведения.

Летом 1882 г. Скобелев приехал в Москву, посетил 25 июня известный рестораны «Эрмитаж» и «Англия», гулянки вечером продолжил в номерах известной московской сомнительной особы Ванды, где – по ее словам – ночью внезапно умер. Были слухи о разных причинах его смерти: 1) его бурный образ жизни, увлечение спиртным в последние годы совсем подорвали его потрепанное в боях и на мирной службе здоровье, поэтому его сердце внезапно остановилось; 2) его убрала германская разведка за устные выступления против немцев и Германии; 3) его отравили агенты царского правительства, опасавшиеся, что Скобелев может вдруг решиться что-либо совершить против правительства и царя (их политику он открыто осуждал, и возможно, сможет короноваться как Михаил II. Но истинную причину смерти М.Д. Скобелева так и не установили. Похоронили его в родовом имении Спасское под Рязанью. В 1912 г. в Москве на Тверской площади, ставшей Скобелевской, открыли дивный бронзовый памятник М.Д. Скобелеву (скульптор подполковник А.П. Самонов), но в 1918 г. этот памятник при новой советской власти снесли, а на его месте в 1952 г. установили памятник основателю Москвы князю Юрию Долгорукому. В самом конце ХХ в. в Рязани открыли бронзовый бюст М.Д. Скобелева, в Москве в Южном Бутове появилась Скобелевская улица, о М.Д. Скобелеве создали фильмы, начали образовываться скобелевские общества.