Белоруссия – это «Брестская крепость» современной России

Российское государство, остававшееся почти на протяжении трех веков великой мировой державой, после развала СССР оказалось втиснутым в рамки территории, которую оно занимало в середине XVII века. Изменения геополитической ситуации в начале 90-х годов XX века привели к стремительному падению мирохозяйственной и мирополитической роли новой страны.

С развалом Советского Союза и появлением на его территории многих государств произошло разрушение производственно-технологических, экономических и финансовых связей между элементами некогда единого народнохозяйственного комплекса. В сложившихся обстоятельствах с целью обеспечения национальной безопасности и защиты интересов новой России в экономической сфере одной из стратегических задач российской государственной политики было провозглашено формирование единого экономического пространства с государствами СНГ на рыночных принципах[2]. Однако в действительности оказалось, что Россия с ее вялыми и сверхосторожными подходами к постсоветской интеграции так и не смогла запустить реальный реинтеграционный процесс, а страны СНГ, по меткому наблюдению бывшего заместителя госсектаря США Строуба Тэлботта, упрямо стремятся быть «подальше и позарубежнее от Москвы»[3].

Среди стран СНГ самые тесные отношения у России развиваются с Белоруссией. Общие экономические интересы Российской Федерации и Республики Беларусь обусловлены сложившейся в течение многих десятилетий специализацией производства, системой производственно-хозяйственных связей и сформировавшейся на этой основе взаимодополняемостью национально-хозяйственных комплексов. Образование их интеграционного объединения одномоментно изменило геополитическую и геоэкономическую реальность не только в постсоветском пространстве, но и на всем Европейском континенте. Создание российско-белорусского союза позволило сделать первый реальный шаг к консолидации возможностей материальных и интеллектуальных потенциалов двух стран, чтобы вместе более эффективно строить новый уклад жизни, успешнее взаимодействовать во внешнеэкономической и внешнеполитической сферах, согласованно отвечать на международные вызовы.

1. Трагедия развала державы не закончилась

Еще совсем недавно все мы жили в великой стране СССР, имели равные жизненные условия и возможности, гордились ее историей и могуществом, при том никогда не считали это заслугой ее верховных руководителей, которые, в конце концов, доруководились до развала великой державы, доставшейся нам в наследство от наших славных предков.

В той стране большинство людей чувствовали себя достаточно уютно, считали ее своим Отечеством и никогда не называли ее «империей», а тем более – «империей зла». Надо признаться, мы в душе даже гордились имперским названием, придуманным нашими недругами за океаном, – это был явный признак их бессилия.

Созданное 17 лет тому назад из осколков бывшей державы – новоиспеченных постсоветских стран – Содружество Независимых Государств фактически сыграло роль структуры по их мирному разводу. Исход России из СССР обернулся для нее катастрофическими и невосполнимыми геополитическими, геоэкономическими и военно-стратегическими потерями. Их последствия хорошо известны нам всем. Реалии новой ситуации, несомненно, серьезно ослабили не только экономическую безопасность России, но и в целом всю систему национальной безопасности страны. Ситуация усугубляется тем обстоятельством, что большинство постсоветских стран поставили стратегическую цель оторваться от Российской Федерации, в том числе за счет снижения значимости русского этнического фактора в ущерб экономическому сотрудничеству с правопреемницей бывшей державы. Такое развитие событий в постсоветском пространстве существенно ослабляет позиции России, но в то же самое время это полностью поддерживается странами Запада.

И только маленькая Белоруссия, как кость в горле у наших недоброжелателей, начиная с 1994 года, когда к власти в Минске пришел Александр Лукашенко, добровольно тянется к России и испытывает фактическую осаду со стороны евроатлантических структур за свою промосковскую ориентацию.

В чем же дело? Почему белорусский лидер подвергается беспрецедентному политическому остракизму со стороны Запада, называющего его даже диктатором? Хотя, по правде сказать, на постсоветском пространстве имеются такие лидеры, которые правят в своих странах покруче Александра Григорьевича. Дело в том, что англосаксы даже после гибели Советского Союза не добились своей конечной цели – развала славянской цивилизации. Правда, в этом замысле они частично преуспели на Балканах и теперь Россия вряд ли может считать своими союзниками, например, Сербию или Болгарию. Последняя, вступив в Североатлантический альянс, активно поддержала режим Саакашвили в развязывании недавней войны на Кавказе с помощью прямых поставок вооружений. Всем теперь ясно, что Косово – колыбель Сербии – исчезнет в ближайшие годы как часть славянской цивилизации на Балканском полуострове. Американский исследователь Самюэль Хантингтон обозначил этот современный процесс специальным термином – «балканизация»[4].

Процесс «балканизации», к сожалению для нас, запущен и в России. Известный геополитический «шахматист» Збигнев Бжезинский считает, что «после разрушения коммунизма единственным врагом Америки осталось русское православие». В частности, на Украине уже отмечается заметный раскол и упадок православной веры в этой славянской стране. Правящая верхушка Украины готова порвать со славянством ради интеграции в НАТО и Евросоюз. Осталось совсем немного, как вещает упомянутый заокеанский политолог: «Лишить русских их русскости, украинцев – украинности, а белорусов – белорусскости». И тогда, по его мнению, нас можно будет взять голыми руками.

Проходящий ежегодно в Москве Всемирный Русский Народный Собор убедительно показывает всем, в первую очередь Западу, что Русская православная церковь по-прежнему выполняет важную консолидирующую роль в духовном возрождении России после развала СССР и лишить нас русскости вряд ли удастся. Поэтому весь свой гнев западные страны обрушили на Белоруссию в лице ее непокорного руководства во главе с Лукашенко, который, в свою очередь, не соглашается расстаться со своей белорусскостью. С белорусскостью не хочет расставаться и белорусский народ, который проголосовал в третий раз за сохранение поста президента за нынешним лидером.

Следует признать: новая Россия так и не смогла взять на себя лидирующую роль, взвалить на себя бремя главного интегратора постсоветского мира. Ее отношения с постсоветскими странами не носят ярко выраженный интеграционный характер, а переведены на уровень выстраивания двусторонних отношений.

Слабая интегрирующая роль России привела к тому, что СНГ так и осталось «содружеством на бумаге». Параллельно с СНГ появилось еще несколько субрегиональных интеграционных группировок. Но это не привело к реинтеграции постсоветского пространства ни в формате 12-ти стран СНГ, ни в рамках ЕврАзЭС, ни в ЕЭП «Большой четверки» (Россия, Белоруссия, Казахстан, Украина), ни в российско-белорусском Союзном государстве.

Вместе с тем роль России велика в смысле поддержания жизнеспособности новоиспеченных стран, которые до сих пор так и не сформировались как самодостаточные государства из осколков бывшей державы. Взять хотя бы во внимание такие факты, как, например, неоднократное списание многомиллиардных долгов постсоветских стран, льготные цены на российские энергоносители, режим свободного перемещения граждан в пределах СНГ, в результате действия которого из России в государства Содружества мигрантами-гастарбайтерами ежегодно вывозится порядка 16–20 миллиардов долларов[5]. Другими словами, Россия помогает снижать социально-экономическую напряженность в этих странах. При этом выгоды России от использования рабочих-мигрантов никто не подсчитывал, а вот «минусы» от их наплыва в РФ видны невооруженным взглядом. К примеру, именно наличие миллионов мигрантов из стран СНГ приводит к понижению цены рабочей силы в России и закреплению уровня низких зарплат занятых рабочих и служащих титульных наций, что ведет в конечном итоге к дальнейшему усилению социального расслоения народа Российской Федерации и росту социально-этнического напряжения в стране.

Процессы дезинтеграции постсоветского пространства, к сожалению, еще не закончились. Они закончатся только тогда, когда Россия сможет проводить продуманную и целеустремленную политику, направленную на объединение хотя бы ключевых государств СНГ, чтобы выйти на качественно новый уровень экономического развития и совместно противостоять вызовам глобализации. А страны Содружества, в свою очередь, начнут осознавать, что в условиях глобализирующегося мира сохранить фактическую независимость они смогут лишь организовавшись вместе с Россией в реально действующее и эффективное интеграционное сообщество.

Период сепаратного существования России и других бывших союзных республик после развала СССР четко подразделяется на два этапа – равных по времени, но отличающиеся по подходам России к постсоветской интеграции. Первые 8 лет (1991–1999 годы) – это была эпоха первого президента РФ Бориса Ельцина, которую следует характеризовать как период безудержной дезинтеграции и ускоренного размежевания образовавшихся новых суверенных государств. Вторая восьмилетка (1999–2008 годы) связана с приходом в Кремль Владимира Путина, который внес существенные коррективы во взаимоотношения со странами СНГ в рамках провозглашенного им нового внешнего курса с названием «стратегическое партнерство».

Российское руководство во главе с В.В.Путиным еще в 1999 году обозначило основные принципы «стратегического партнерства» в развитии отношений с другими странами, в том числе в пространстве СНГ. Новый подход предусматривал новую динамику торгово-экономических, политических, гуманитарных и других направлений сотрудничества и в перспективе интегрирование России в целостную мирохозяйственную систему на основе учета непосредственно национальных интересов каждого участника такого сотрудничества. Это означало отказ Москвы от неоправданного альтруизма в отношениях с партнерами по СНГ, что было особенно характерно для эпохи Ельцина, и проведение прагматической политики, главным образом, в выстраивании двусторонних отношений с бывшими союзными республиками, а не в интеграционных группировках, в которых участвует Россия вместе с ними.

Согласно такому подходу к развитию взаимоотношений, страны СНГ официально были объявлены первостепенными приоритетными партнерами во внешней политике России.

В действительности, например, в главной, торгово-экономической сфере, они таковыми так и не стали. Тем не менее, именно при президенте В.В.Путине в России стал доминировать стратегический подход в сотрудничестве с внешним миром: если при взаимодействии с дальним зарубежьем Российская Федерация стремится в первую очередь достичь экономическую эффективность и извлечь выгоды от участия в международном разделении труда, то в постсоветском пространстве Россия обязана исходить из двух критериев: экономической эффективности и геополитической целесообразности.

Несмотря на неудачи в воссоздании единого экономического пространства на новой институциональной и правовой основе, следует констатировать, что между странами СНГ по-прежнему сохраняется достаточно глубокая экономическая взаимозависимость, игнорировать которую было бы большой ошибкой. Содружество при всей своей аморфности оказывается очень нужным как для Российской Федерации, так и для других бывших советских республик (создание единого оборонного, экономического и гуманитарного пространства). Постсоветские государства нуждаются не только в энергоресурсах из России (особенно Украина, Белоруссия, Армения, Молдавия), но и в российском емком рынке для своих товаров, в первую очередь сельскохозяйственной продукции. Через российскую территорию и транспортные пути осуществляется транзит грузопотоков с «дальним зарубежьем». Во многом и Россия заинтересована сохранять торгово-экономические связи со своими ближними и традиционными партнерами. По имеющимся оценкам, 102 отрасли экономики Российской Федерации напрямую зависят от кооперационных связей в странах Содружества (в том числе в военно-промышленном комплексе, машиностроении, легкой и химической промышленности и др.).

Для России как одной из мировых держав пространство СНГ является ключевой зоной ее геополитических интересов. Поэтому совсем не случайно в июле 2004 года на заседании Совета безопасности РФ В.В.Путин высказал свою озабоченность состоянием интеграции постсоветского экономического и политического пространства: «Мы подошли к определенному рубежу в развитии СНГ и, по сути, находимся перед альтернативой. Либо мы добьемся качественного укрепления Содружества, создадим структуру, либо нас неизбежно ждет размывание этого геополитического пространства и, как следствие, окончательное падение интереса к работе в СНГ среди его государств-участников».

Следует иметь в виду, что геополитика в настоящее время стоит очень дорого. И если Россия не хочет окончательно потерять геополитические позиции и отказаться от защиты своих интересов в ближнем зарубежье, то, исходя из логического рассуждения президента РФ и полностью поддерживая поставленные им задачи, мы обязаны наращивать свое присутствие в зоне СНГ.

Период развала СССР и последовавший за этим процесс дезинтеграции постсоветского экономического пространства одновременно проходил на фоне возрастающей глобализации и активизации экономической интеграции в других частях нашей планеты. Мировое хозяйство растет количественно и меняется качественно. А что же мы наблюдаем в постсоветском пространстве? Какие количественные и качественные характеристики мы можем дать участию России как наследницы СССР в интеграционных процессах на пространстве бывшей державы? Оправдал ли себя путинский курс «стратегического партнерства» в отношении указанных стран? Какие внутренние факторы и международные вызовы противодействуют его эффективной реализации?

В.В.Путин не раз открыто заявлял, что Россия сталкивается в зоне СНГ с растущей политической и экономической конкуренцией со стороны Евросоюза, США, Японии и Китая. Следует признать, что наша страна все больше проигрывает в этом жестком противоборстве. Равновесие сил на экономическом и политическом пространстве СНГ заметно разрушается под воздействием напора мировых центров сил и влияния не в пользу России.

Настоящей пробой сил и реальным противодействием такой политике, проводимой США и странами Евросоюза на пространстве СНГ, явился адекватный ответ России на нападение Грузии на Южную Осетию и угрозу ее вторжения в Абхазию.