Валериан и Город Тысячи Планет
- -
- 100%
- +
Его взгляд приклеился к умирающему кораблю. Император ждал до последнего, пока все его уцелевшие соплеменники, трясясь и всхлипывая, не скрылись внутри. И только тогда сам Хабан-Лимай нырнул в безопасность первого корабля и всем своим весом навалился на тяжелую дверь. Император изо всех сил давил на странный запорный механизм, мускулы его вздулись от напряжения, но он давил, пока замок не провернулся и не встал на место. Только тогда император, тяжело дыша, привалился спиной к шлюзу и окинул взглядом уцелевших.
Они сбились в кучу на металлическом полу, дрожа от ужаса и шока. Их пустые взгляды были устремлены на своего императора. Кто-то обрабатывал раны его супруги, а сын смотрел на Хабан-Лимая. По его маленькому идеальному личику текли слезы. Император подхватил мальчика и крепко прижал к себе, уткнувшись лицом в мягкую кожу на шее ребенка. Цури в ответ так крепко вцепился в отца, словно никогда больше не собирался его отпускать.
В дверь постучали, и император похолодел. Он не хотел знать, кто это был. Он не хотел смотреть в испуганные глаза одного из своих подданных, который опоздал на трагические несколько секунд. Однако это былего народ. Он обязан был оказать им хоть какое-то утешение в те недолгие секунды, что им остались.
Хабан-Лимай подошел к иллюминатору.
Он думал, что не сможет вынести большей боли.
Он ошибался.
С обратной стороны иллюминатора на него смотрело испуганное лицо его дорогой, возлюбленной дочери. Ее голубые глаза были распахнуты от ужаса, на лице застыла гримаса страха, но теперь, когда она увидела своего отца, страх отступил, а щеки озарились легким румянцем.
Было ли у него время? Это займет не больше нескольких секунд…
Но ее смерть, смерть целого мира приближалась с огромной скоростью. Гигантский огненный шар наступал на пятки его дочери, жестокая желто-оранжевая волна, истребляющая все на своем пути. Если бы император открыл люк, чтобы впустить свою дочь, спасти ей жизнь, он бы поставил под угрозу жизни всех остальных. Если он не успеет захлопнуть люк вовремя, огненный шар просочится сквозь малейшую щель, и тогда все собравшиеся на борту присоединятся к безжизненным, обгоревшим останкам изначальной команды корабля.
Принцесса прочла это в глазах отца. Ее собственные глаза распахнулись. Она принялась колотить в иллюминатор своими маленькими кулачками. А император мог только смотреть с невообразимой горечью на свое дитя, своего первенца, воплощение всего хорошего, что он видел каждый день.
Спустя несколько секунд удары замедлились, остановились. Слезы текли по лицу девушки, но в глазах не осталось ужаса. Только понимание и печаль.
«О, моя малышка…»
Трясясь, она приложила лоб к круглому окну.
– Лихо! – вскричал император надломленным голосом.
– Папочка!
Они рыдали вместе, отец и дочь. Их разделяли всего несколько дюймов. Их разделяла целая Вселенная. Хабан-Лимай был великодушным правителем, но в его распоряжении была огромная власть. И все его могущество оказалось бесполезно прямо сейчас, ибо император не мог спасти свою драгоценную дочь.
Хабан-Лимай не привык испытывать чувство беспомощности. Он прислонил к иллюминатору ладонь. Принцесса сглотнула и приложила свою. Не настоящий контакт, не любовное прикосновение плоти к плоти, но это было все, что он мог ей дать. И даже такой слабый жест, казалось, успокоил девушку. Лихо-Минаа сморгнула кристальные слезы, тяжело сглотнула и выпрямилась. Сердце императора, и так много перенесшее за этот день, при виде решимости на утонченном лице дочери разбилось вдребезги.
Взрывная волна приближалась. Голодный оранжевый монстр, готовый поглотить все на своем пути. Готовый превратить дочь императора в почерневший, лишенный плоти скелет.
Лихо в последний раз улыбнулась отцу. Ее улыбка не была ни трепетной, ни хрупкой. Это была уверенная, умиротворенная улыбка, и император подумал, что за всю свою долгую жизнь никем он не восхищался больше, чем своей дочерью в последние мгновения ее жизни.
Принцесса отвернулась от отца, чтобы встретить смерть лицом к лицу. Широко распахнув руки в стороны и откинув назад голову, она словно готовилась обнять огненный шторм. Отец не хотел на это смотреть, но он не мог отвести взгляд. Он должен быть почтить ее смелость. Он должен был видеть то, что должно было свершиться.
И за мгновение до того, как огонь поглотил стройную фигурку, до того, как тело Лихо превратилось в прах и воспоминания, из него исторглась мощная синяя волна.
Пронесшись с огромной скоростью, волна покинула обреченную планету Мюл и устремилась прочь, к звездам, сквозь необъятное космическое пространство. Такая же светящаяся, как девушка, чья смерть ее породила. И так она летела, пока не угодила прямо…
Глава вторая
Молодой человек подскочил, задыхаясь. Сердце бешено рвалось наружу. Он моргнул, потер глаза, и внезапное осознание озарило его мозг: «Это был кошмар. Всего лишь плохой сон. Это не взаправду».
Сделав несколько глубоких вдохов, он осмотрелся по сторонам. Его окружение было не столь нереальным и магически прекрасным, как океанское побережье из кошмара, зато тут не было такого… ужаса.
Ласковые волны бирюзового моря нежно накатывались на изумительно белый песчаный пляж. Плеск волн действовал умиротворяюще. На легком ветру слабо колыхались кроны зеленых пальм. Валериан глубоко выдохнул, и последние остатки напряжения покинули его.
Настроение молодого человека резко улучшилось, стоило только ему увидеть, как в его сторону идет, плавно покачивая бедрами, светловолосая девушка. С точки зрения Валериана, она была даже прекраснее принцессы из его снов.
Как и он, девушка была одета в купальный костюм. Вот только на одни его плавки – Валериан в этом не сомневался – ушло куда больше материала, чем на топ и трусики ее черного бикини.
В детстве Лорелин изучала балет, а повзрослев, заинтересовалась боевыми искусствами. С каждым ее шагом грациозная походка и стройное, атлетичное телосложение выдавали эти детали биографии девушки любому наблюдательному глазу. А у Валериана были весьма наблюдательные глаза, и сейчас они крайне внимательно следили за подругой.
Она скользила по песку, пока ее длинные ноги не очутились прямо перед ним. В руке девушка держала запотевший стакан с чем-то кислотно-оранжевым. Напиток венчали соломинка и крошечный зонтик с цветочным узором.
– Ты в порядке? – спросила Лорелин, возвышаясь над развалившимся в шезлонге Валерианом. В ее голосе угадывалось легкое беспокойство. Пригубив напиток, девушка нахмурилась.
– Да, всего лишь кошмар приснился, – улыбнулся Валериан. Теперь, когда он был рядом с ней, всё казалось пустяком. – Мне уже лучше.
– Отлично. Может быть, хоть теперь ты будешь готов к нашему заданию, – девушка наградила Валериана серьезным взглядом и надолго присосалась к соломинке.
Юноше казалось, что Лорелин никогда не распускает волосы. Ну, не в буквальном смысле. Хотя и в буквальном тоже. Прямо сейчас ее роскошные волосы были собраны в практичный, но элегантный хвост. Валериан представил, как его напарница распускает прическу, и волосы светлым каскадом опускаются со всех сторон точеного лица девушки, так и маня запустить в них руки.
– Вот этим я готов заниматься меньше всего, – прокомментировал он заявление девушки.
– Нам реально стоит подготовиться, – не сдавалась Лорелин.
Валериан притворился, будто всерьез обдумывает это предложение.
– Знаешь, – произнес он, – от этой работы такая жажда…
Он молниеносно обхватил напарницу рукой и завалил на шезлонг рядом с собой. Другой рукой он ловко выхватил ее напиток. Затем приподнялся на локте, победоносно улыбнулся и, глотнув слишком сладкого, на его вкус, коктейля, произнес:
– Вот, так-то лучше.
Лорелин наградила его взглядом, которого обычно удостаиваются особо расшалившиеся карапузы.
– Не очень-то профессионально, майор, – произнесла она. Ее голос сочился притворным разочарованием.
– Не волнуйтесь, сержант, при тестировании памяти я показал идеальные две сотни.
– И когда это было? Десять лет назад?
– Вчера! – возмутился Валериан.
– Впечатляет, но сегодня майор все равно кое о чем забыл.
– О, сомневаюсь, – беззаботно отмахнулся Валериан. Однако затем на его лице отразилось сомнение, и юноша небрежно, но осторожно уточнил: – И о чем же?
– О моем дне рождения.
Хуже. И быть. Не может.
Валериан похолодел от ужаса, мысленно отвешивая себе пинки отсюда и всю обратную дорогу до самой Земли.
Воспользовавшись замешательством собеседника, Лорелин обвила его талию своей длинной, изящной и невообразимо сильной ногой. Использовав вес Валериана против него же самого, она, к его вящему удивлению, уложила напарника на лопатки столь же искусно, как и он сам всего несколько мгновений назад. Улыбнувшись, девушка избавила его от прохладного напитка.
Валериан уставился на напарницу. Та сделала очередной глоток, явно наслаждаясь происходящим. Лорелин была очень надежным напарником, но в то же время ее настроение было весьма изменчивым. Никто из тех, с кем работал Валериан, не освоил этот трюк в такой степени, как она. Они были напарниками уже целых два года, и за это время в его личном рейтинге девушка оставила всех предыдущих партнеров далеко позади. Он уважал ее. Он восхищался в буквальном смысле всеми ее чертами. Валериан подавил эту мысль, как только она возникла. Лорелин оставалась абсолютно невосприимчивой к чарам напарника. Весьма достойное качество, должен был он признать.
Но прямо сейчас все в их мире обстояло идеально. Лорелин не пыталась сменить позу. Она продолжала потягивать напиток и смотреть на него. Ее ярко-голубые глаза лучились юмором.
– Говорят, провалы в памяти – первый признак старости… – произнесла она и прищурилась, глядя на него. – …После седины, – закончила девушка, взъерошив ему волосы, и выдернула один.
– Ой! – воскликнул Валериан.
Размахивая волосом как плакатом, Лорелин с триумфальным видом протянула его Валериану:
– Видишь?
Майор обладал темно-каштановой шевелюрой, но у этого волоска был явно не каштановый цвет. Какое-то время Валериан просто глазел на него, затем его преисполненный подозрения взгляд обратился на Лорелин.
– Ты покрасила его, пока я спал! – воскликнул он.
Девушка рассмеялась.
– Ну конечно, – произнесла она, по-прежнему улыбаясь, – можно подумать, мне заняться было нечем.
Седые волосы. Он становился старым в двадцать семь лет. Не самая счастливая мысль. Валериан снова уставился на великолепную женщину рядом с ним. Ее собственные волосы сверкали на солнце, такие роскошные и уж точно не седые.
Майор потянулся и убрал в сторону маленькую мятежную прядку волос, выбившуюся из прически. Пальцы задержались на ее коже.
– Мне так стыдно из-за того, что я забыл, – произнес он и с озорной улыбкой добавил: – Что я могу сделать, чтобы загладить свою вину?
– Через три минуты начинаю снижение, – раздался резкий, лишенный эмоций голос. Черный столбик рядом с ними замигал красным светом. Валериан в отчаянии закрыл глаза. «Вот и говори потом о плохом выборе времени», – подумал он.
– Ничего такого, что бы ты успел сделать за три минуты, – усмехнулась Лорелин и, широко улыбаясь, выскользнула из его объятий.
Валериан потянулся следом, одновременно игриво и умоляюще:
– Ну перестань, – протянул он. Валериан не испытывал иллюзий, что девушка передумает, но он не мог не попытаться.
Лорелин наградила его суровым взглядом. Она пыталась казаться серьезной, но легкая улыбка портила все впечатление.
– Ну, ну, не стоит начинать что-то, что ты не в состоянии закончить!
– Кто тебе сказал такую глупость?
– Моя мама.
– Ох… прости.
Да он сегодня просто бьет все рекорды, не так ли? Седые волосы, забыл про ее день рождения – как такое вообще могло случиться? – теперь вот мимоходом оскорбил ее маму…
Лорелин нажала на мигающую красную лампочку, и в их частный рай вторглась реальность.
Слабо покачивающиеся на ветру пальмы и сам океан мигом перестали колыхаться. Облака остановились, а чайки замерли в полете. Голубое небо над головой покрылось трещинами, подобно расколовшемуся льду, и начало таять, обнажая знакомый черный металл их космического корабля «Проныра Икс-Би-982», или, как его шутливо любил называть Валериан, «Дом Алекс».
По-прежнему в купальных костюмах, оба агента босиком шли по коридорам «Проныры». Лорелин шагала быстро, готовая к работе, а вот Валериан тащился рядом, словно щенок, который все еще на что-то надеется.
– Ну же, Лорелин, – произнес он, пока они шли мимо рядов мониторов, пустых скафандров и различных предметов экипировки, – я же знаю, что тебя влечет ко мне. Зачем отрицать очевидное?
Девушка наградила его взглядом, одновременно веселым и язвительным. И как ей только удается?
– Очевидное, значит? – произнесла она. Слова сочились столь язвительным сарказмом, что могли проесть переборку. Но Валериан был непреклонен.
– Конечно, – произнес он. Разумеется, он шутил. Ну, может, самую малость, – Но не стоит так огорчаться. Это естественно. Маленьких пай-девочек, закончивших университет из числа Лиги плюща[5], всегда тянет к странствующим по Галактике плохишам вроде меня.
– В университете меня как раз учили держаться подальше от плохишей вроде тебя, – возразила Лорелин, без видимых проблем придерживаясь того, чему ее якобы научили.
Но Валериан не унимался, подобно торговцу подержанными кораблями, который знал, что у него осталось не больше тридцати секунд, чтобы впарить свой товар.
– Лучше меня ты все равно никого не найдешь, – пообещал он, – честное слово. Ты только взгляни.
Он встал у нее на пути, но так как Лорелин и не думала останавливаться. Валериану пришлось пятиться, при этом не прекращая попыток заинтересовать «потенциального покупателя». Он развел руками, указывая на свое соответствующее всем стандартам телосложение:
– Хорош собой, умен…
– Скромен! – воскликнула Лорелин. От Валериана не ускользнул тот факт, что, несмотря на все попытки, девушка не смогла скрыть улыбки. Они играли в эту игру… ну, почти всегда. Валериану нравилась эта игра даже несмотря на то, что ему никогда не удавалось добиться желаемого исхода. Он знал, что и Лорелин тоже наслаждается ею.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Культовое рукопожатие в космосе – это стыковка советского космического корабля «Союз» и американского космического корабля «Аполлон» на земной орбите 15 июля 1975 года.
2
Стаффорд, Томас Пэттен (р. 1930) – американский астронавт, член программы «Аполлон». Один из двадцати четырех человек, долетевших до Луны, хотя непосредственно на поверхность планеты не высаживался.
3
Леонов, Алексей Архипович (р. 1934) – одиннадцатый советский космонавт. Первый человек, вышедший в открытый космос. Дважды Герой Советского Союза.
4
«Тяньгун-3» – часть китайской орбитальной станции. Планировался к запуску в 2015 году, но полет был отменен в целях экономии.
5
Лига плюща – восемь частных американских университетов, отличающиеся высоким качеством образования. Студенты этих университетов обычно принадлежат к социальной элите, а сами учебные заведения – одни из самых богатых в мире.