Уроки китайского
- -
- 100%
- +
Темнота зато имела свои преимущества – она давала возможность подумать, поразмышлять. Камо с удивлением осознал, как редко он это делает. Освещение провоцирует к непрерывным действиям, последствия которых некогда осмысливать. Результаты такого труда быстро забываются, а опыт обесценивается. Выходит, большинство людей живет совершенно бездумно. Их жизнь становится механической – как у животных.
Отсутствие света отключает мозг от внешнего мира и порождает множество вопросов, заставляя искать ответы. Причем не в книгах и телепрограммах, а в собственной голове. При этом используется опыт, интуиция, а также логические методы под названием индукция и дедукция. Все это ужасно увлекательно. Но самое главное, производит новые знания, казалось бы, из ничего.
Лежа в темноте, Камо однажды озадачился вопросом – как без электричества обходились древние мореплаватели? Внутри старинного парусника ниже ватерлинии царит кромешная тьма. Попробуйте пару часов просидеть в кладовке без окон с плотно запертой дверью, и вы поймете, что это такое.
Конечно, спуститься в трюм можно с зажженной свечой, факелом или масляной лампадой. Но каков риск! Открытый огонь в помещении, построенном из сухого дерева, смертельно опасен. Особенно во время качки. А как с горящим факелом войти в пороховой погреб военного фрегата?! Одна шальная искра – и весь корабль взлетит на воздух!
А горняки в шахте? Что делать, если закончился запас свечей, а подземные выработки представляют собой настоящий лабиринт. Как выбраться наружу в кромешной тьме? Камо читал, что в старину в шахтах для освещения использовали только открытый огонь. Пламя могло быть закрыто стеклом, но это не гарантировало безопасности. И вот почему.
Даже в настоящее время, когда шахтеры используют электролампы и приборы, контролирующие состав воздуха, случаются взрывы метана. Этот подземный газ коварен тем, что не обладает запахом. Его невозможно унюхать. Можно представить, что творилось в горных выработках столетия назад. Ведь тогда взрывоопасный газ никто не контролировал, а шахтеры пользовались открытым огнем. Трагические взрывы должны были происходить регулярно.
Нет сомнений, электричество сделало жизнь людей более безопасной и комфортной. А вот изменились ли сами люди? – большой вопрос. Стали ли они добрей, радостней, счастливей? Что-то не очень заметно. Появление электричества увеличило рабочий день. Люди бросились зарабатывать деньги, лишив себя свободного времени. Наблюдая жизнь китайских крестьян, Камо заметил, что они более счастливы, нежели его соотечественники. У них просто было на это время.
Джен был рад соседству с Камо. Он был любознателен от природы, а чужеземец преподносил сюрприз за сюрпризом. Иногда это было смешно, иногда странно, но всегда интересно. В первый вечер гостя удивили свиньи в доме. Было видно, что это ему неприятно. Более того, он был просто потрясен. А чему здесь удивляться? Зимой домашних животных всегда держали в доме. Коровам, свиньям и козам здесь было тепло. Хозяевам проще было их кормить, убирать за ними. Это летом животных выгоняли на улицу, и они были предоставлены самим себе.
Джена страшно удивило, что чужеземец не умеет зажигать лампаду. Как они живут без света в своей стране? Неужели в полной темноте? Вот дикари! Однажды, когда стемнело, он подал Камо два кремня, клок шерсти, лампаду и знаками показал, что ее надо зажечь. Мальчик непонимающе повертел камешки в руках, явно не зная, что с ними делать. Потом достал свою говорящую коробочку:
– Нужны спички.
Джен даже слова такого не знал – спички. Он забрал кремни и чиркнул их друг о друга. Удар высек искру. В полумраке она показалась очень яркой. Лицо Камо просияло – он понял. Мальчик взял камешки, поднес их к маслу в лампаде и начал стучать друг о друга. Искра так и не появилась. Зато от неловкого движения лампа перевернулась, и масло разлилось по столу.
Пришлось Джену брать инициативу в свои руки. Он налил новое масло, опустил в него фитиль. Когда тот пропитался горючей жидкостью, чиркнул кремнями над клочком шерсти. Тот затлел, задымил. Джен несколько раз дунул на него, и шерсть вспыхнула. Он осторожно взял ее пальцами, поднес к фитилю и поджег его. Над лампадой появился колыхающийся язычок пламени. В комнате стало светлее.
Потом Джен решил растопить очаг, но выяснилось, что в доме кончились дрова. За ними нужно было идти на улицу. Он уже приоткрыл дверь, но сильный порыв ветра едва не задул пламя лампады. Выходить наружу с таким источником света было невозможно. Тут на помощь пришел Камо. Он достал из кармана серебряную трубочку, щелкнул, и из нее вырвался яркий луч света. Чужестранец улыбнулся и уверенно распахнул дверь:
– Пошли.
Это было чудом! На дворе завывал ветер, бросал снег в лицо, стояла кромешная тьма, а они все прекрасно видели. С таким подспорьем не составило труда отыскать дровяник и принести поленья домой. Когда они выгрузили свою поклажу возле очага, Камо достал волшебную трубочку и протянул ее Джену:
– Бери. Она твоя.
Джен понял без перевода.
Так у него появилось настоящее богатство. Пользоваться трубочкой он научился быстро. Ничего сложного в этом не было: нажал пальцем на бугорок – появился луч света, нажал еще раз – он исчез. Камо предупредил, что трубочкой нельзя пользоваться слишком часто. Иначе она перестанет работать. Не стоит направлять луч света в глаза – так можно испортить зрение. Трубочку нельзя ронять на пол – она может сломаться.
Джен строго следовал этим нехитрым правилам. Свет включал только в случае крайней необходимости. Подарок хранил в мягком футляре, который смастерил из толстой кожи. Не светил себе в глаза. Но пробовал направлять луч в глаза домашних животных. Они в испуге разбегались. Это убедило его, что трубочка обладает магическими свойствами. Он почувствовал себя всемогущим волшебником. Если вдруг на деревню нападут разбойники, ему будет чем отразить нападение.
Джен испытывал огромную благодарность к своему новому другу и всячески старался помогать ему. Чужеземец оказался на редкость неумелым – он не мог делать элементарных вещей. В деревне даже маленькие дети доили коз, а чужеземец начал с такой силой дергать за соски, что насмерть напугал животное. За что тут же поплатился – обиженная коза разбежалась и так дала ему рогами под зад, что свалила с ног. Тогда умирала от хохота вся деревня.
Еще один казус случился в кузнице. Кузнец Бохай, который привел Камо из темницы к старосте, сам пригасил его в гости. Ему хотелось как-то сгладить вину за грубость в подвале. К тому же не терпелось похвастаться своим мастерством. Он показал, как разводят огонь в горне. Потом достал небольшие куски железа и кинул их в печь.
Когда железо раскалилось докрасна, Бохай положил его на металлическую пластину и точными ударами молота превратил в гвоздь. Затем опустил гвоздь в бочонок с водой, и тот зашипел словно змея. В воздух поднялось облачко пара. Мастер протянул гвоздь мальчику. Тот взял, пощупал теплый кончик – острый! Надо же, еще пару минут назад это был бесформенный кусок металла, а теперь – красивое полезное изделие. Вот что значит мастерство!
Кузнец видел, как у Камо загорелись глаза от восторга.
– Хочешь попробовать?
Мальчик радостно затряс головой.
Бохай достал из горна второй кусок железа, разместил в центре наковальни и для надежности прижал коротким металлическим прутом.
– Бей!
Камо размахнулся и опустил молот… на большой палец Бохая, которым он придерживал прут…
После этого случая в кузницу его больше не приглашали. Зато он стал желанным гостем в гончарной мастерской. И на это были серьезные причины. Однажды Джен познакомил Камо с мастером Джанджи. Тот был единственным гончаром в деревне, но исправно обеспечивал всех посудой. Однако в последние годы стало сказываться слабое здоровье. Гончар уже не мог работать с утра до вечера. Ему требовался преемник, ученик, и староста Бокин подумал, что на эту роль может сгодиться чужеземец.
Когда мальчики впервые пришли в мастерскую, Джанджи выполнял очередной заказ. Гончар только начал свою работу. Джен удивился, с каким изумлением его друг наблюдает за работой мастера. Он подумал, что чужеземец никогда не видел, как делают посуду из глины. Действительно, спустя некоторое время Камо спросил:
– Что он делает?
– Горшок.
– А где круг?
– Какой круг?
– Гончарный.
– Джанджи никогда не пользовался кругом.
Вместо круга перед мастером стоял низкий деревянный столик. Из большого чана гончар доставал порцию глины и на столе раскатывал ее в длинную колбаску. Такую делают из теста, когда стряпают пельмени. Но вместо того чтобы резать колбаску на кусочки, он при помощи деревянного валика превращал ее в плоскую ленту.
Когда было готово несколько лент, мастер сделал из глины шарик и раскатал его в круг. Потом взял ленту, свернул ее кольцом, положил на круг. Слегка прижал, чтобы они склеились. Затем свернул вторую ленту и надел на нижнее кольцо. Снова слегка прижал. Потом в дело пошли третья, четвертая, пятая ленты. Потихоньку конструкция превращалась в подобие горшка. Спустя час изделие было готово. Гончар руками выровнял его поверхность и поставил в печь, где ярко горел огонь.
Раньше Камо неоднократно участвовал в гончарных мастер-классах. Ему нравилось наблюдать, как кусок обычной глины мгновенно превращался в изящный кувшин. Или чашку. Или тарелку. Но с такой техникой, когда изделие буквально лепили из частей, он никогда не сталкивался. И даже не слышал. Лепить кольца и склеивать их между собой казалось очень неудобным и муторным занятием.
То ли дело гончарный круг! Большие обороты позволяли «вырастить» горшок буквально за минуту. Требовалось лишь правильно ставить руки и пальцами направлять течение пластичной глины в нужное русло. У Джанджи горшок получился слегка кривой, с неровными краями. А на круге форма получалась идеальной. Почему китайцы не используют эту простую технологию, известную во всем мире? Посуду, как это делал Джанджи, лепят из пластилина только дети в детском саду.
Камо настолько поразило и озадачило увиденное, что он решил сам смастерить гончарный круг. Джен уже познакомил его с деревенскими плотниками, которые строили дома. Поскольку зимой работы не было, они охотно согласились изготовить два деревянных круга – один большой, другой поменьше. Круги требовалось соединить между собой при помощи металлического вала. И тут возникла заминка, ведь всем железом в Кайли заведовал Бохай, а у него все еще болел ушибленный палец.
Пересилив страх, Камо собрался с духом и отправился в кузню. Увидев мальчика, кузнец угрюмо насупился. Однако Камо был готов к такому повороту событий. В его кошельке помимо купюр лежало десяток монет. А что может быть желанней для кузнеца, чем изделия из металла? Мальчик прихватил пару монеток и прямо в дверях кузницы протянул их Бохаю на раскрытой ладони. Тот аж присел от удивления. Какая тонкая работа!
Бесценный подарок сделал свое дело. Кузнец не только подарил Камо металлический штырь, но и помог собрать нехитрый гончарный станок. Большой круг они поместили внизу и соединили с верхним малым посредством штыря. Между ними соорудили что-то вроде длинной скамейки, на которой можно было сидеть и вращать нижний круг ногой. Верхний служил производственной площадкой. Получилось очень даже неплохо.
В мастерскую Джанджи они заявились вместе. Не говоря ни слова, собрали гончарный круг. Кузнец тоже был заинтригован, поскольку никак не мог взять в толк, как можно использовать такое устройство. Когда все было готово, Камо зачерпнул горсть глины из чана, шлепнул его на верхний круг, а нижний резко крутанул ногой.
Спустя несколько минут в его руках красовался небольшой кувшин идеальной формы! Оставалось только «поджарить» его в печи. И гончар, и кузнец стояли, разинув рты. Когда под действием огня кувшин приобрел нужную твердость, Джанджи осторожно взял изделие в руки. Глаза его светились восторгом. Так учитель в мгновение ока превратился в ученика. А ученик – в учителя.
Весть о технической новинке быстро облетела всю деревню. Камо познал, что такое слава. Джанджи быстро освоил новую технологию и ваял посуду невиданного качества. Работать стало быстрей и легче, поэтому слабое здоровье перестало служить помехой. Тем не менее, гончар все равно хотел, чтобы Камо остался работать у него. Но у того были другие планы. Мальчик быстро обучался премудростям местной жизни и желал чего-то большего.
Более всего ему по душе пришлись ремесла, поэтому все свободное время он тратил на наблюдения за работой мастеров. Камо даже вел записи и делал зарисовки в школьной тетради. Он познакомился с ремеслом кузнеца, гончара, резчика по дереву, а также мастеров, которые из прутьев плели корзины и циновки. В деревне были специалисты по выделке кожи, сапожники, ткачихи и швеи. Но большая часть жителей были крестьянами. Они занималась сельским хозяйством, обеспечивая деревню продуктами питания. Воду, дерево, камень и лекарственные травы давала природа.
Кайли была маленьким, но абсолютно самодостаточным миром, поскольку производила все необходимое для жизни. В мире Камо, напротив, главенствовал принцип разделения. Нередко все части какого-либо изделия производили не только в разных городах, но даже в разных странах. Потом их свозили в одно место и собирали воедино. Так получался автомобиль, компьютер, пылесос. Для такого производства даже придумали название – глобализация.
Система была чрезвычайно сложной и запутанной. Она имела миллионы связей, которые требовали постоянного контроля. Ненасытная система в неимоверных количествах поглощала время, труд и энергию, ведь изготовленные части, как минимум, нужно было упаковать, погрузить, доставить до места сборки, а готовые изделия развести по всему миру. Для этого требовались грузовики, поезда, корабли, самолеты. И горючее для них. Очень много горючего.
Но самое главное, чем сложней система, тем она ненадежней. Все гениальное – просто! Обычный топор может прослужить сто лет. А то и триста! Достаточно лишь время от времени затачивать лезвие. А вот машина для колки дров – такую Камо видел у финских фермеров – без ремонта сто лет никак не прослужит. Она обязательно сломается. Чем больше деталей, тем выше вероятность выхода из строя хотя бы одной из них. Деревенскую систему производства можно было сравнить с топором. Она была проста и предельно надежна.
Самое интересное, что большую часть цивилизованной истории люди жили именно так, как живут крестьяне из Кайли. Камо это знал из курса школьной истории. Жители деревень, княжеств и королевств сами производили все необходимое для жизни. Извне привозили только диковинки вроде специй или благовоний. Перелом наступил в Средние века, когда на производстве стали использовать машины. Так родилось разделение труда. Но это было 500 лет назад! Почему в Кайли по-прежнему царит Средневековье?
Наблюдая за жизнью крестьян, Камо сделал еще одно удивительное открытие – у жителей деревни совсем не было лишних вещей! По этой причине в домах царила предельно простая атмосфера. Камо с ужасом осознал, как много лишних вещей в его квартире! Сотня сувенирных магнитиков на холодильнике, множество кружек, десяток пар обуви… Сотни, тысячи вещей, многие из которых используются раз в год, а то и вовсе лежат без дела.
Квартира заполнена устройствами, которые призваны облегчить жизнь человека, освободить ему время для творчества и развития. Посудомоечная машина, микроволновка, блендер, тостер, кофемолка, кофеварка – это только начало списка, ведь еще есть стиральная машина, пылесос, увлажнитель воздуха, вентилятор, обогреватель…
И это лишь вершина айсберга. Для стиральной машины требуется порошок, кондиционер, средство для удаления накипи. Для белья нужна корзина и сушилка. А также доска и утюг, чтобы высохшее белье погладить. Техника время от времени ломается – ее нужно ремонтировать. Она загрязняется – ее нужно чистить. Требуются расходные материалы, заправка, смазка. Ужас!
Человек становится рабом вещей, которые требуют непрерывного обслуживания. Возникла ситуация, когда не вещь для человека, а человек для вещи. Технических «помощников» в доме ни счесть, а у мамы и папы нет времени, чтобы часик-другой посидеть с ребенком и спокойно пообщаться или вместе посмотреть фильм. Поиграть в настольные игры. Сходить в музей. А у жителей Кайли бытовой техники вообще нет, а свободного времени хоть отбавляй. И выглядят они свободными и счастливыми.
Глава 3. Тайна горной долины
Однажды ночью Камо проснулся от сильного шума. Кто-то громко кричал. Похоже, звал на помощь. Плакал ребенок. Через тусклую пленку, заменяющую оконное стекло, были видны сполохи света. Крики усиливались. Казалось, на улицу высыпали все жители деревни. Электронный переводчик грустно попискивал и покрякивал, силясь перевести отдельные звуки. Камо быстро оделся и выбежал в соседнюю комнату. Постель Джена была пуста.
На улице царил хаос. Полураздетые люди бегали взад-вперед. Кто-то тащил котел с водой, кто-то – кувшин. Все бежали на окраину деревни, откуда вверх поднимался столб дыма. Сверху, словно прожектор, светила полная луна. Один из крестьян споткнулся и плашмя упал на дорогу. Медный котел вылетел из рук, опрокинулся и окатил Камо водой. На мгновение ему показалось, что он попал на съемки фильма ужасов. А может, он спит?
Удар в спину привел его в чувство. На него сходу налетел Джен, который тащил большой чан.
– Пожар, пожар! – закричал он, указывая на дым.
Камо даже не удивился, что понял друга без переводчика. Он подхватил чан с другой стороны, и они вместе потащили его, влившись в людской поток.
Горел крайний дом. Точнее, он уже не горел, а испускал клубы дыма вперемешку с водяными парами. Пожар удалось почти погасить – огонь отступил и только обиженно шипел и фыркал. В изогнутой крыше красовалась огромная дыра. В лунном свете она выглядела зловеще. Самое странное, что отверстие имело четкую крестообразную форму, будто кто-то специально выпилил его пилой.
Вокруг дома были разбросаны пустые сосуды: чаны, котлы, кувшины. На крыльце толпились люди. Все толкались, пытаясь протиснуться в дверь. Порядок навел спокойный, но громкий голос Бокина. Короткая фраза, сказанная старостой, заменила ушат холодной воды. Возбужденные сельчане сразу притихли и расступились. Бокин шагнул внутрь, а Джен с Камо, воспользовавшись моментом, юркнули следом.
Комната была полна народу. Сильно пахло гарью. Через крестообразную дыру в потолке виднелись звезды. Но люди почему-то смотрели не вверх, а вниз. Там было что-то такое, что у одних вызывало изумление, у других страх. Женщины тихонько плакали. Камо попытался протиснуться вперед, но тщетно – люди стояли плотной стеной. Тогда он встал на четвереньки, пробрался среди ног вперед и ахнул.
Посреди комнаты лежал пропеллер от самолета. Скорее всего, от Ан-2, который в народе называют «кукурузником». На таком они с папой летали на учебном аэродроме. Винт слегка пробил пол. Он наискосок вошел в дерево, словно нож в масло. Камо успел заметить странное мерцание под лопастью. Там было что-то вроде светящегося шарика, который вращался вокруг оси. Шарик тут же исчез в щели, и стало непонятно, был ли он на самом деле или только показалось.
Камо вздохнул с облегчением. Пропеллер, конечно, еще не самолет, но доказательство, что они здесь хоть иногда, но летают. А то он уже начал было думать, что попал на другую планету. Нет, он на Земле, только в какой-то глухоманьской глухомани, где самолеты летают раз в год и теряют пропеллеры. Появилась надежда на спасение и встречу с родителями. Он встал, заулыбался, показал на винт и радостно выдохнул:
– Самолет, самолет!
Крестьяне уставились на него с изумлением. Даже Бокин удивленно вздернул брови вверх. Камо почувствовал себя не в своей тарелке.
Несколько дней жители деревни обсуждали это странное событие. Крышу починили общими усилиями. Пропеллер забрал себе кузнец Бохай. Правда, сделать с ним ничего не смог, поскольку металл оказался очень прочным и в печи не плавился. Кузнец укрепил его на крыше кузницы в качестве украшения. Из всего этого Камо сделал вывод, что крестьяне никогда не видели самолета.
Однажды Камо долго не мог уснуть. Из головы не выходил упавший пропеллер. Если отрывается винт, самолет падает. Ан-2 в этом плане очень надежная машина. Благодаря двум крыльям, которые располагаются одно над другим, самолет может без мотора спланировать и благополучно приземлится. Но где тот самолет, который потерял винт? Что произошло с пилотами и пассажирами?
Загадочное происшествие породило множество мыслей. Они крутились в голове, словно пчелиный рой. Понимая, что все равно не уснуть, Камо встал и зажег лампаду – он уже научился делать это довольно ловко. Взгляд упал на рюкзак. Защемило сердце. Вспомнился дом, родители. Он сунул руку внутрь и наугад достал учебник. Это оказалась История Средних веков. Камо открыл первую попавшую страницу, взглянул на рисунок и обмер. Там была нарисована деревня Кайли!
Те же самые дома с изогнутыми крышами. Узнаваемая одежда на людях. Конечно, это была не Кайли, но точно такая же деревня, в которую он попал таким странным образом. От страшной догадки у него мурашки побежали по спине. Камо начал торопливо читать текст. Глава была посвящена истории Китая. В ней шла речь о нелегкой жизни крестьян. Об их суровом быте, тяжелой работе, больших налогах.
Подробно описывались древние ремесла. Выяснилось, что китайские гончары действительно лепили горшки из глиняных полос, а не ваяли их на гончарном круге. Но так было в Средние века. В учебнике описывался именно этот исторический период! Как раз эту главу Камо и не читал, за что получил двойку и был изгнан из класса. И в результате – попал в Кайли.
– Это что, я в прошлом? – начало доходить до Камо. – Выходит, в парке я запустил машину времени! Не может быть!
Он начал жадно читать учебник и с каждой страницей убеждался, что действительно находится в прошлом. Слишком уж точно в книге была описана реальность, в которой он находился. Теперь стало понятно, почему над деревней не летают самолеты. Их просто еще не существует в природе. Стоп! А как же винт, который упал на крышу?
Нет, что-то здесь не так. Но почему крестьяне живут, будто на дворе Средневековье? Нет электричества, радио, телевиденья. Никаких признаков цивилизации. Кошмар! Если он действительно в прошлом, пути возврата нет! Понятно, как перемещаться в пространстве, но как путешествовать во времени, никто не знает. И нет того самого приборчика, который перенес его сюда.
Кстати, а куда он делся? Во время падения в заснеженной степи в руках его не было. Он будто испарился. Камо вспомнил неприятные ощущения во время перемещения во времени и поежился. Опыт был неприятным. Повторять его не хотелось. Но как вернуться домой?
– Кстати, а какой сейчас в Китае год?
Камо снова принялся читать учебник. Это было время правления императора Чжу Хоучжао. Он родился в 1491 году и был одним из правителей династии Мин. Выходит, Камо переместился почти на 500 лет в прошлое! Цифра напугала его. Одно дело, когда ты оказался во вчерашнем дне, и совсем другое, когда между тобой и твоим миром пласт времени в полтыщи лет!
Камо захотелось срочно поделиться с кем-нибудь своим открытием. Он схватил учебник и рванул в комнату, где спал Джен. Бесцеремонно растолкал друга и принялся совать под нос страницу, на которой была изображена китайская деревня. Джен спросонья ничего не мог понять и только растерянно пялился то на картинку, то на возбужденного друга. Камо перевернул страницу и ткнул пальцем в портрет императора:
– Чжу Хоучжао, Чжу Хоучжао. Ты его знаешь?
Глаза Джена широко раскрылись. Он брякнулся на колени и начал неистово кланяться. Джен определенно знал или слышал про этого человека. Значит, Камо находится в прошлом. Это был конец.
Когда Камо осознал, где он, многое стало понятным. Несколько дней он пролежал в постели без движения. Джен даже решил, что друг заболел и пичкал его всякими снадобьями. Приходил сам Бокин, но Камо даже не взглянул на него. Мысли о том, что он никогда не увидит родителей, друзей, одноклассников отбили всякое желание жить. Было страшно подумать, что придется навсегда остаться в этой деревне. Да, жители относились к нему хорошо, но они были будто с другой планеты.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.