Блуждающая Огневая Группа (БОГ)

Донецк-41. 25 мая, 11 часов 11 минут утра

Новости о спецоперации на Донбассе уложились в четверть часа, и расслабившийся Итан вернулся к своим проблемам, занимавшим немало места в компьютере донецкого филиала «ИИмперии», военной компьютерной фирмы, принадлежащей, в свою очередь, госкорпорации «ИИРусь».

СВО началась год назад, в марте две тысячи сорокового года, и хотя сражались в основном нейросети: российская «Маршалесса», к этому времени ставшая филиалом «ИИмперии», объединившей информационные мощности дружественных стран, и украинско-европейская система «Майдан», – хватало потерь и среди личного состава армий. Украинские достигали двух миллионов человек, российские – около пятидесяти тысяч. НАТО при этом тоже теряла людей, отправляя в зону конфликта офицеров под видом наёмников, но в основном расплачивалась техникой, несмотря на применение очень мощных компьютерных сетей с искусственным интеллектом. Если бы не поддержка «Майдана» англосаксами и американцами, Россия уже дошла бы до западных границ Украины, и операция по денацификации и демилитаризации закончилась бы. Но до её завершения было ещё далеко, пока «Майдан» продолжал сопротивляться, не жалея людей. Даже просвистывающие по Сети скандалы о привлечении к уголовной ответственности высокопоставленных персон из числа российского чиновничества, в том числе военного, не способствовали продвижению российских войск. Все бизнес-структуры были заинтересованы в продолжении конфликта, получая громадные прибыли.

Итан Лобов, двадцать шесть лет, натурал, в прошлом реал-спортсмен (десятиборец, победитель армии по киберспорту «Меч мгновения»), хотя и не принимал участия в боевых сражениях, работая психоаналитиком на Министерство обороны, изредка появлялся на линии огневого поражения, перечеркнувшей Украину почти пополам. Российской армии оставалось взять новую столицу Украины – Львов (Киев уже был взят и восстанавливался), после чего наконец гибель украинского народа прекратилась бы. Хотя НАТО и США собирались воевать с Россией «до последнего украинца».

Разумеется, как и всякий разносторонне развитый человек, Итан знал предысторию конфликта. СВО должна была начаться ещё в две тысячи двадцать втором году, после того как президент собрал всех министров силового блока, историков и экспертов и поинтересовался их мнением, стоит ли ждать провокаций со стороны киевского режима или начать освобождать Донбасс «по-настоящему». Материалы об этом совещании публиковались тогда в том числе и в открытом информационном пространстве. Однако, несмотря на единодушное пожелание собравшихся защитить братский народ, президент не пошёл дальше деклараций, и противостояние России с коллективным Западом нарастало ещё восемнадцать лет, прежде чем другой президент (четвёртый после Путина) не решился разрешить проблему радикально. А поскольку к сороковому году миром, по сути, начали заправлять ИИ-сети, то и эту прокси-войну вели они, не жалея ни сил, ни средств, ни энергии, ни людей. До начала операции Россия не раз пыталась решить донбасский кризис мирным путём и даже предлагала договориться, чтобы все войны и конфликты разрешались с помощью роботов или компьютерных программ. Возникли даже сугубо военные нейросети, разрабатывающие сценарии таких войн, по сути – игровые виртуальные реальности, что казалось выходом из создавшегося положения, грозящего разродиться глобальной ядерной войной. Роботам в этих сценариях отводилась роль бойцов и разрешалось использовать оружие, выводящее из строя других роботов, но безвредное для солдат-людей. Однако всё пошло не так, как рассчитывали разработчики «нечеловеческих войн».

Во-первых, люди оставались людьми при любых обстоятельствах, так как их психика была изменчива, как погода. Для многих выгода оставалась приоритетом на всю жизнь, а предательство – способом выиграть конкуренцию.

Во-вторых, НАТО ещё ближе подобралась к границам нашей страны за счёт привлечения новых членов организации, в том числе таких, как Пакистан, и даже «дружественных» России государств Армении и Казахстана. И грянувший в 2041 году «блицкриг» – поход Украины, науськанной англосаксами, на «исконно украинские земли» юга России – стал квинтэссенцией противостояния России коллективному Западу и США.

К этому моменту созрела и проблема «глобального видеообмана», опиравшегося на созданную в 2023 году систему DeepFake – компьютерную программу, способную обманывать чувства людей разработанными до мельчайших деталей фотографиями любых существующих персон. В интернете замелькали известные актёры и медийные лица, якобы замаранные в грязных делишках, а потом начались и атаки на политиков и фигурантов властных структур, тщетно доказывающих свою непричастность к скандалам.

Вскоре была создана ещё более совершенная система видеообмана – DeepMask, сотканная из облачных алгоритмов, и отличить дипфейки от реального видео невооружённым глазом стало практически невозможно.

Естественно, общественность потребовала защиты от вредоносных информационных атак, и разработчики искусственного интеллекта, в первую очередь военные, начали искать выход из положения, создавая целые цифровые институты по кибербезопасности. В России первой организацией подобного рода стала «ИИРусь», а в Министерстве обороны возникла гипергенеративно-состязательная «ИИмперия», на которую уже восемь лет и работал Итан Лобов, занимавшийся вылавливанием в дипмасках исходного кода синхронизации движения губ человека с произносимым им звукорядом. Ему уже удалось создать новый высококачественный детектор дипфейков, автоматически выделявший аномалии в видеоконтексте специальными звуковыми и световыми предупреждениями. Но софт дипмаска достиг такой степени достоверности, правдоподобия и синхронизации образов, что приходилось каждый день совершенствовать приложения антифейкового детектора. Информационная война не прекращалась ни на миг, Россию атаковали миллионы хакеров, что заставляло военные институты изобретать всё новые алгоритмы защиты, совершенствуя конфигурации кибербезопасности.

Работал Итан преимущественно дома, а не в офисе «ИИмперии», имея мощный компьютер «Эльбрус-40». Он мог не появляться в компании месяцами, общаясь с начальством посредством кодированной линии, но общение с сотрудниками ему нравилось, тем более что именно там он познакомился с Лавинией, и Лобов забегал в офис на улице Ефремова частенько. Но не сегодня. Хотелось как можно быстрее разобраться с идеей кардинально ускорить свой смартскрим, и в офис Итан не пошёл.

Ровно в десять ноль-ноль по часам Джинна, как он называл компьютер, обладающий искусственным интеллектом, он сел за клавиатуру, нацепил виджет связи, поздоровался («Привет, дружище, вылезай из бутылки!» – «Вылез», – ответил Джинн со вполне человеческим смешком) и запросил сервис облачного воркминга развернуть последнее приложение. Со среды прошлой недели Лобов решал задачу противостояния атакам украинских хакеров на генералитет российской войсковой группировки в Донбассе. Начались эти атаки с вброса в интернет «свидетельств друзей командующего фронтом Суровалова о якобы его криминальном прошлом» – и Лобов получил задание «убить» дипфейк с помощью шпионского алгоритма «Иллюминат». Добиться разоблачения дипфейка было нелегко, против российских айтишников сплотились тысячи и миллионы цифробандитов со всего света, и настроившийся на работу Итан с горечью признал правоту начальника отдела Коренева, не раз повторявшего, что человечество нырнуло в такое цифровое болото (на самом деле он выражался резче: «цифровое д…мо»), откуда возврата нет.

То же самое утверждал и директор «ИИмперии» генерал Молитвин, говоря, что для человеческой цивилизации настало самое страшное время – эпоха формирования коллективного машинного разума, в котором люди потеряют индивидуальность и займут место синапсов и отдельных нервных клеток.

Становиться «нервной клеткой» Итан не хотел, поэтому с энтузиазмом брался за решение задач, помогавших людям оставаться людьми, а не синапсами, при любых обстоятельствах.

Однако общение с Джинном пришлось прервать, потому что ровно в одиннадцать минут двенадцатого позвонила Лавиния.

Итан перенёс фокус связи с виджета на виом, и перед ним сформировалась фигурка девушки, которая вошла в его жизнь с намерением остаться навсегда. Правда, вряд ли она считала так сама, в отличие от чисадмина, как нынче называли специалистов по чистке информационных сетей. Просто для Итана она внезапно стала вторым сердцем, без которого жить было невозможно.

Лавинию нельзя было назвать моделью, хотя и некрасивой тоже. Если она не улыбалась, то казалась милой и немножко смущённой. Но стоило ей улыбнуться, как превращалась в ангела во плоти – худенькая, нежное личико, алые губы без капли помады, брови вразлёт, большие золотистые глаза, водопад золотых волос, – завораживающего мужчин одним присутствием до состояния ступора. Хотелось собрать все силы и защищать ангела от всех напастей.

– Привет, – улыбнулся фантом Лавинии. Двадцать четыре года, рост сто семьдесят пять, ясное дело – блондинка, небольшая грудь (не носит бюстгальтера), красивая спортивная стать (притом что никогда не занималась спортом, всё от природы), притягивающая аура, которая ощущалась как некий невидимый дар, цифрограммист, а по сути хакер со стажем в четырнадцать лет. По признанию девушки, в десять лет ей достался ещё один дар судьбы – легко вскрывать информационные сейфы любой сложности, что и направило судьбу Лавинии Ивановой-Дотык по пути в область АйТи-бытия.

Она подняла брови.

– Что молчишь?

Итан очнулся.

– Да я тут застрял…

– Понятно, со своим любимым Джинном пикируешься. – Лавиния имела в виду способность персонального компьютера шутить и отвечать на замечания владельца. Она вздохнула: – А я, кажется, влипла в нехорошую историю.

Только теперь Итан заметил, что девушка выглядит растерянной и подавленной, на что указывали складочки губ и морщинка над переносицей.

– Что случилось?

– Понимаешь, мне дали задание пошерстить переговоры натовцев по их планам в очередной раз натравить на нас финнов. Нашла любопытную ссылку и… случайно хакнула схему договорняка.

– Не понял, объясни.

– Кто-то из наших генералов докладывал кому-то повыше о решении не трогать восстановленный украинцами Бескидский тоннель в Карпатах, по которому поляки снова начали гнать оружие в Закарпатье.

– В Сети говорили о том, что тоннель разрушен, насколько я знаю.

– Все эти разговоры – слухи и фейки, а я влила в машину шпионский вирусняк Triangle DBB и скачала секретную переписку нашей «старухи» с натовской.

Итан озабоченно выпятил губы.

«Старухой» программисты «ИИмперии» называли «Маршалессу», военную нейросеть Министерства обороны, которая и готовила фронтовые операции. Но до сих пор никакие взломы «старухе» (официально она называлась ОСБД – операционная система боевых действий) были не страшны, во всяком случае, так утверждали разработчики этого мыслящего компьютерного облака. Его пытались взломать тысячи хакеров со всего света, однако система оставалась устойчивой и недоступной. Поверить во взлом «Маршалессы» Лавинией, хотя она была «хакером от бога», как шутили коллеги, было трудно.

– Ты уверена? Всё-таки криптозащита у «старухи» считается непробиваемой.

– Сначала сама не поверила! Потом пробежалась по тёмной Сети… господи! – Лавиния жалобно посмотрела на собеседника. – Там такое! Генералы и чиновники торгуются, причём как с той, так и с этой стороны! Ведутся переговоры сдать Кремнёвку – это за Краматорском на севере, как до этого сдали позиции под Запорожьем. Выгодно какому-то миллиардеру! Но не это главное! Наша «старуха» ведёт переговоры с «Майданом» о сдаче Крыма! А ещё…

– Погоди! – остановил он девушку. – Не по видео!

– Линия защищена…

– Смогла же ты взломать софт «старухи»? Мы работаем на оборонку, и нас наверняка контролирует внутренняя СБ.

– Но ты понимаешь важность…

– Не верю! «Старуха» защищена от любых атак! Да и контролируется она не роботом, а человеком.

– Вот это и страшно!

Итан улыбнулся.

– У меня другое мнение. Но поговорим без свидетелей. Жди, я подъеду. И вот что: удали все материалы из памяти своей машины! Чтобы и следа не осталось! Хотя боюсь, уже поздно. Тебя вычислят.

– Не вычислят, я вышла на «старуху» через облако шоу-биза.

– Всё равно это опасно, делай, что я сказал, буду через час.

Изображение Лавинии исчезло.

На минуту Итан отключил посторонние мысли, заставив организм в ускоренном темпе просчитать поведение девушки: показалось перед выключением линии, что она ведёт себя не совсем адекватно. То есть излишне эмоционально. Потом пришла успокаивающая мысль: на её месте и сам он встревожился бы, зная возможности нейросетей. «Маршалесса» ещё не доросла до американской «Скайнет», глобальной компьютерной сети из боевика «Терминатор», попытавшейся уничтожить человечество, но способности бигдатасетей такого уровня обучаться и обходить законы человеческого общежития были велики. «Маршалесса» могла действовать за спинами военного руководства России, несмотря на вшитую ей в «мозги» программу патриотизма. Хотя, наверно, не обошлось и без внешнего вмешательства: предатели государства, а по большому счёту, и всего человечества, появлялись и в России, подчиняясь извечной тяге слабых и бизнесменов к власти.

Зная, какие средства тратят спецслужбы на криптозащиту информационных сетей, Итан был почти уверен в том, что проникновение Лавинии в святая святых Минобороны – софт «Маршалессы» не останется без последствий. Да, девушка была сильным хакером, не раз доказывающим свои кондиции при взломе компьютеров противника, но любая попытка вторжения в сеть мгновенно затрагивала сторожевые системы «старухи», которые наверняка начнут искать взломщика. А в том, что она подключит к себе ещё более мощную машину – «ИИРусь», можно было не сомневаться. Чем закончится охота на шпиона, неизвестно, однако над девушкой нависла серьёзная опасность, купировать которую, на первый взгляд, не представлялось возможным. Тем не менее Итан вбросил в Рунет поисковую программу под кодовым грифом «тревога взлома» и полчаса общался с компьютерами разных подразделений Службы военной разведки. Ничего не обнаружил. «Маршалесса» тревогу не объявляла, и чисадмин немного успокоился. Сеть атаковали ежечасно десятки хакеров со всего мира, от любопытных мальчишек до специалистов вражеского «Майдана», и реагировать на атаки было нецелесообразно. «Маршалессе» достаточно было заблокировать каналы виртуальными «зеркалами», не давая возможности взломщикам добиться успеха. Поэтому Итан не стал паниковать и отправился к Лавинии не через час, как обещал, а через полтора. Он уже придумал, как скрыть линию связи компьютера девушки с «Маршалессой», заменив все пароли и смешав опознавательный алгоритм с облаком внешних связей.

Идея показалась хорошей. Если «старуха» не отреагировала на попытку взлома сразу, она могла не включить поиск хакера в обязательный контент, а пробиться сквозь облако других атак, координаты которых были разбросаны по всем материкам Земли, даже «Маршалессе» было не под силу.

Лавиния жила на окраине Луганска, где ей как сотруднице информационной разведки выделили жилище в частном секторе на улице Казакова. Селиться всем вместе в отдельном офисе сотрудникам службы было необязательно. Во-первых, они спокойно поддерживали общение между собой и начальством через удалённый доступ. Во-вторых, существовал риск ракетного обстрела по Луганску с оставшейся неосвобождённой территории Украины. Изредка ВСУ наносили такие удары, и не всегда силам ПВО удавалось сбить ракеты типа «Сторм шэдоу», а тем более «АТАКАМС», предоставленные украинцам англичанами.

Итану тоже досталась отдельная квартира, но на втором этаже старенькой пятиэтажки, в десяти минутах езды на машине (час пешком) от дома Лавинии. Личное авто у него было, красная «Лада Акура» с местными номерами, но ездил он на нём редко. Не было нужды. Вот и сейчас он избрал пеший вариант передвижения и двинулся по улицам столицы Луганской губернии (ставшей российской после включения ЛНР в состав России), не став накидывать маску, способную «отвести глаза» видеокамерам врага. Маски Итан не любил, хотя в нынешние времена они стали модным аксессуаром для молодёжи всего мира. И хотя нейросети научились распознавать людей, прячущих лица под масками, количество их не убавлялось. Что поделаешь – тренд! Правда, существовали и маски особого рода, которыми пользовались разведчики, сотрудники контрразведки и некоторых специальных подразделений. Таких, как охрана аэропортов, выявление шпионов (что стало абсолютной необходимостью с момента начала СВО) и служба информационной безопасности.

Итан не спешил, отметив увеличение потока пешеходов.

Город после отдаления фронта пришёл в себя, начал отстраиваться, отремонтировал дороги, и люди на улицах стали появляться чаще. Роботизация к этому времени (середина лета 2041 года) достигла определённых успехов, и по улицам городов, не исключая Луганск, неустанно шныряли боты-уборщики, собирая и сортируя мусор. Поэтому центр Луганска, как, впрочем, и окраины, был очень чистым. Лишь изредка встречались воронки от недавно прилетевших ракет, которые ещё не успели подлатать городские службы.

К частному сектору в западном районе Луганска по улице Станиславского Итан подошёл к часу дня. Остановился в сотне метров от перекрёстка, найдя глазами домик Лавинии. И в этот момент пришло ощущение, что на улицу опустилась призрачная тень, хотя солнце сияло по-прежнему и было жарко.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Броневая пограничная машина БМ-97. (Здесь и далее прим. авт.)

2

ШАР – Школа адекватного реагирования.