Цена дороги домой, или Вместе навсегда

Глаза дамы полыхнули.

– Все знают, что род Демар Вистер славится честностью и никогда невиновный в наших землях не был наказан. Именно потому император часто звал моего покойного батюшку в советчики, когда вопрос был сложный.

– Извините Ваша Светлость, я никак не хотела оскорбить Вас. Просто сложно верить в правду, когда везде кривда.

Ответ Дарины видимо понравился женщине. Графиня вскинула руку и потребовала организовать привал, чтобы она могла отдохнуть, а заодно разобраться во всем случившимся.

Пока ставили небольшой шатер, в котором устанавливали стулья и стол, Дарина стояла в стороне рядом с военным, который ее развязывал. Не далеко стояли мужчины из станицы в окружении стражи. Через какое – то время Дарину привели в шатер, где расположилась графиня, сопровождающие ее дамы, а так же несколько мужчин.

– Что же. Я готова выслушать тебя.

– Позвольте мне просьбу, Ваша Светлость.

– Вот уже начинается.. пока только просьбы… я ж говорила – повесить ее надо было.. – начала было говорить одна из дам.

– АГАТА! Позволь я буду решать на своей земле. Не забывай своего места, – резко ответила графиня. Было понятно, что у этих двух сложные, и скорее всего не дружественные отношения.

– Спрашивай. – это уже графиня обращалась к Дарине.

– Я очень благодарна Вам, Ваша Светлость за желание знать правду, но, перед тем как я начну рассказ можно мне воды?

– И?

– И все.

–То есть ты – просто хочешь воды?

– Нет не просто. Я ОЧЕНЬ хочу пить. – Дарина опустила глаза. Ей было очень неудобно просить, тем более в такой момент, но терпеть она уже не могла. После всей этой беготни и нервов язык просто присыхал к небу. Графиня Демар Вистер усмехнулась, махнула рукой и Дарине дали целую кружку, наверное, на целый литр, чистой воды. Это было просто блаженство. Как хотелось растянуть удовольствие и наслаждаться каждым глотком воды, который холодным комочком проскальзывал через саднящее горло, и живительной силой разливался внутри. Однако голос разума говорил, что не стоит заставлять всех ждать. Дарина решила рассказывать не все. Незачем знать, что она не помнит прошлого и про некоторые ее знакомства знать не стоит, и уж особенно про обнаруженные у себя таланты точно стоит молчать.

– Благодарю Вас добрая госпожа. Чтобы не отнимать драгоценное время я расскажу очень быстро, – и Дарина пересказала весь этот день. И про лошадь, и про сельских, и про обман старосты, а про нападение крыс только и сказала, что она очень хотела защититься, но, узнав, что староста делал это со многими на вверенных ему землях – сделала бы это еще раз.

В конце рассказа Дарина стала говорить уже тихо, так как горло саднило все сильнее и снова очень хотелось пить. Графиня сидела задумчиво глядя на стол и постукивая пальцем по столешнице.

– Я услышала тебя. То, о чем ты поведала – большое преступление. Мне надо подумать и разобраться. Фредерик, уведи ее, и приведите мне троих из тех мужчин, а так же отправьте в станицу за людьми.

Воин, стоявший сзади Дарины, кивнул, и быстро вышел. Графиня так и сидела, задумавшись, и все старались не мешать, и вообще не издавать звуков. Скорее всего, наученные опытом, они понимали, что лучше сейчас не попадаться под руку графине. Дарину быстро вывел за локоть тот самый Фредерик. Для этого он даже не входил в шатер, а просто просунул руку и слегка потянул на себя.

– Эх, и повезло же тебе. Хотя, если ты соврала то тебя не просто повесят, а что похуже будет, – сказал он, ведя Дарину от шатра.

– Я не обманывала. Правда. И сама счастлива, что жива осталась. А графиня и правда разберется?

– Конечно! Она, как и ее покойный папенька, просто не переносят несправедливости, а тут еще если все рассказанное тобой будет правдой, то… на землях Демар Вистер такого не было никогда. Сядь тут под деревом. Что – то надо?

– Я очень была бы благодарна за еще одну кружку воды.

Фредерик улыбнулся, а потом подозвал двух каких – то других военных. Один из них остался рядом, а второй принес долгожданную воду. Только сейчас Дарина обратила внимание, что солнце клонится к закату. Был еще только вечер, хотя по всем ощущениям уже, наверное, несколько дней прошло. Дарина сидела на земле и, закрыв глаза, грелась на солнце. Было очень тревожно, да вообще вся эта история была глупой что ли. Сейчас они никак не могла повлиять на ситуацию. Надо пока набраться сил. Неизвестно что там происходит. Со своего места женщина видела, как в шатер входили и выходили люди. Потом пришли человек десять из станицы. Среди пришедших были мужчины и женщины, даже жена старосты и еще она узнала Якуба. Их несколькими частями впускали в шатер, а потом сразу отправляли назад в станицу. Все эти разбирательства шли до позднего вечера. У Дарины уже давно урчало в животе, да и охрана ее мялась и с завистью смотрела на остальных. Вокруг все уже давно поели. В шатер так вообще несколько раз вносили подносы и кубки, да и военные закончили уже трапезничать чем – то из отдельного большого котла. Когда на этот импровизированный лагерь стали опускаться сумерки из шатра вышел Фредерик, махнул в их сторону рукой. Один из ее охранников метнулся к нему и, получив какие – то указания убежал в сторону котла. Фредерик же проводил в шатер последнюю оставшуюся женщину – жену старосты.

Через пару минут вернулся охранник. Он нес с собой небольшую миску каши и кружку, накрытую куском хлеба. Молча махнув напарнику головой в сторону костра с котлом, он отдал миску с кашей Дарине. Женщина решила, что умирать еще рано, а есть очень хочется и потому быстро начала есть. Посуду забрал вернувшийся, видимо тоже с ужина, военный. Почему – то оба ее сторожа не стремились разговаривать, даже между собой. Закончив с приемом пищи, они снова заняли места по бокам от Дарины. Вот тут Дарина поняла, что сейчас ей предстоит узнать – умеет ли вообще разговаривать эта парочка.

– Господа мне очень неловко, но я бы хотела отлучиться от вас, и желательно скорее.

– Что? – все же спросил один из них удивленно глядя на женщину, сидящую на земле.

– Если по простому, то мне надо в кустики.

Мужчины переглянулись, и один из них кивнул. Они отошли не далеко. Благо рядом были заросли каких – то ягод. Дарина очень быстро все сделала. «Неудобно смущать взрослых мужчин» – возникла мысль. Возвращаясь, они заметили Фредерика, который дожидался их.

– Иди за мной. Я провожу.

– А куда?– удивилась Дарина. И снова страх начал медленно распространять свои ледяные щупальца по всему телу утомленной женщины.

– Как видишь, мужчин тоже не отпустили. Вскрылось много неожиданного. Госпожа сказала, что ей надо подумать. А еще завтра приедет сюда сам граф и его друг. Они и примут решение. А тебя велено уложить спать. Цени, насколько Ее Светлость добра.

– Так я ценю, – хмыкнула Дарина. – меня свяжут?

– Нет, если ты пообещаешь вести себя хорошо. Хотя меры я приму.

– Хорошо. Мне все равно некуда бежать, да и не виновна я, хочется доказать это.

– Вот и славно. Ложись тут. – Мужчина подвел ее к одному из возков, из которого достал плащ и моток веревки. Веревку он обвязал вокруг ноги Дарины, а второй конец привязал к колесу. – Так и мне спокойнее. Веревка зачарованная. Ее нельзя порвать, разрезать или сжечь. Так что завернись в плащ и спи. Завтра все решится.

– Спасибо Вам большое. – Сама не зная почему Дарина слегка поклонилась. Этот человек как мог, позаботился о ней.

Оставшись одна Дарина закуталась в плащ. Ей казалось, что она должна замерзнуть на земле. Ночи все же были прохладные. Поэтому она пошла на уловку и, закрыв глаза, «попросила» землю помочь ей. И прямо почувствовала, как лежать стало мягче и теплее. Осторожно высвободив руку – она нащупала довольно толстый слой мха там, где несколько минут назад, когда она ложилась, была только трава.

«Мда… выходит природа как – то получает мои просьбы. Причем не просто получает, а старается помочь. Все чудесатее..» – мысли медленно, словно кисель, текли в голове уставшей за такой долгий день женщины. «Не только живые существа, но и всякая травка, будем назвать «слышит» меня. Надо будет завтра попробовать повлиять на что – то живое еще. А вот на людей не стоит. Вот прям чувствую я что это плохо закончится. А так я бы просто передала память, образы или мысли мои о том, что произошло завтра графу этому, или самой графине. Судя по всему, графиня имеет не меньший вес, и может внести свое мнение при принятии решения… Как же мне повезло, что вообще сегодня я смогла спастись. Умирать уж больно не хотелось, хотя думаю, что никто сильно не огорчился бы… Плохо быть одной, очень плохо. Только я вот совершенно уверена, что меня ищут, и что надо как можно скорее в Столицу. Думаю, что завтра все разрешится хорошо, и я хотя бы спрошу куда идти, а то даже не уверена, что в сторону столицы иду. А вдруг не получится? Вдруг люди сговорятся и выставят меня крайней? Ведь я им никто по сути, а со старостой им еще жить рядом, ну или с его родней. Я, конечно, буду до последнего и всеми способами буду отстаивать правду… Эх.., был бы рядом Дик хоть.. эта страшная чупакабра помогла мне в случае чего… Так, не надо вмешивать сюда и его. Почему – то уверена, что если его позвать то он услышит и прибежит, только что тогда случится? А случится массовое покалеченье – как людей, так и самого хмары. А он пока одни из немногих кто мне понравился. Так что буду разбираться сама…..» Женщина занятая такими мыслями и не заметила, как уснула. Лежать на достаточно толстой подстилке теплого мха было мягко и удобно, плащ позволял укутаться с головой и наконец – то расслабится. Уже уплывая в сны Дарина послала мысленно чувство радости и благодарности видимо всей природе, которая ей помогла, и только потом провалилась в сон.

Утро наступило неожиданно быстро. Снов, даже если они и снились, Дарина не помнила. Выспалась она отлично, несмотря на все потрясения и переживания. Вставать не хотелось. Было очень уютно лежать, закутавшись в кокон плаща, и подсматривать сквозь ресницы, как просыпается лагерь. Графиня ночевала видимо в том же шатре, где вчера проводила весь вечер. Скорее всего, с ней оставались и сопровождающие женщины. По крайней мере, этих дам не было видно нигде. Зато все на том же месте была группа мужчин из отряда, что вчера ее чуть не повесил. Они лежали на голой земле и видимо еще спали. А вот воины, из сопровождения уже встали. Кто – то чистил и кормил коней, кто – то готовил в большом котле, были еще и те, кто чистил одежду. Самыми активными были трое слуг. Их можно было отличить по одежде и манерам. Было явно, что они не военные, что ночевка в лесу им вообще не по душе, и вообще они снисходительно поглядывали на людей в форме, а жителей деревни и вообще не замечали. Вот эти слуги и бегали по лагерю. Они требовали греть воду, доставать запасы еды, подготовить костер, возле которого может захотеть погреться госпожа графиня и еще сотня других распоряжений разлеталось над поляной. Военные усмехались и делали вид, что не слышат слуг. Некоторые отмахивались от них, как от назойливых мух говоря что «вам надо сами и делайте». Только после распоряжения Фредерика двое из них соорудили второй костер и принесли большой котелок, который повесили над огнем греться. Тем временем Фредерик подошел к Дарине и предупредил, что если той надо умыться или еще куда прогуляться, то надо это делать сейчас, а то потом некогда будет. Пришлось Дарине выбираться из своей такой теплой постельки и топать за выделенным ей сопровождающим к ближайшему ручью. Как только они отошли за спиной раздался удивленный возглас Фредерика. Обернувшись, Дарине и ее сопровождающему престала картина как с выражением крайнего удивления командир отряда стоит и смотрит на место, где только что лежала и спала Дарина. А там, прямо на глазах в землю прятался мох, и вставала примятая трава. Все это заняло несколько ударов сердца. И вот на месте где недавно рос мох стоит зеленая трава. Оба мужчины в полном удивлении перевели взгляд на женщину, а она как – бы отвечая на немой вопрос, тоже молча пожала плечами. Мол, ну что такого, ну спала я тут, а вот и не мое это может быть. Хотя при этом мысленно Дарина не забыла сказать спасибо за помощь и заботу то ли природе, то ли лесу рядом, то ли еще кому – то.

Умывшись и немного почистив одежду, Дарина кое – как распутала свои волосы пальцами и постаралась заплести небольшую косу. Вернулась к месту ночевки она через несколько минут. Гвардеец, сопровождавший ее на эту прогулку, так и остался потом рядом. Видимо охрану никто не отменял. Только любопытно охрану ее или от нее. Нещадно хотелось – есть, пить и почистить зубы. Первые два ее желания были в скорости исполнены, и буквально через пару минут один из слуг принес воды и хлеба с каким – то соленым сыром. Не разносолы, но и на том спасибо. Мужчин из тех что за ней гнались, видимо вообще не кормили, только напоили водой. Дальше потекли тяжелые минуты ожидания. Чтобы разные мысли, бродившие в голове, не вызвали снова панику и чтобы как – то отвлечься Дарина сидя на земле незаметно экспериментировала. Со стороны казалось, что женщина снова дремлет. На самом же деле шел сложный процесс выяснения необычного дара, и на что он способен. Дарина решила на этот раз не влиять никак на животных, а потренироваться на растительности. Не закрывая глаза, она следила за тем, как по ее желанию рядом появлялись и исчезали цветы, внезапно вырастала на ладонь один из участков травы, или как наливались ягоды небольшого кустика рядом. Такого рода развлечения привели к выводам что почти все, из того что она хотела, легко воплощалось, причем именно в том виде что ей был нужен. Однако, представив, как на месте перед ней вырастает яблоня, она так и не смогла вырастить такое деревце. Видимо не хватило чего – то, а может она могла влиять только на то, что уже тут имелось. Не понятно. Хотя вырастить несколько веточек травы по вкусу напоминавшей лимонник она смогла. А ведь не факт что он был тут до этого. Зато хоть кое – как смогла почистить зубы и зажевать душистыми листиками.

Все эти занятия отвлекали ее от мыслей о грядущем разборе происшествия, не давали снова впасть в панику. При этом она убеждала себя, что и такие знания могут ей пригодиться, и если бы она знала – насколько тогда была права. Именно эти умения вскоре повлияют на ее жизнь, принеся в него неожиданный поворот.

А вокруг суета нарастала. Проснулись все дамы и слуги поспешили в шатер с тазами и кувшинами для утреннего туалета. Затем был завтрак. Если военные и слуги обошлись некой кашей из общего котла, то высокородные из шатра вкушали фрукты, какие – то сладости, холодное мясо, хлеб, сыр, видимо творог и еще огромное количество иных блюд, которые вереницей вносили к ним слуги. Пиршество со смехом и песнями продолжалось несколько часов.

Внезапно к ней подскочила одна из служанок и протянула свернутую ткань. Это оказалось простое платье. Подошедшая, еще совсем молодая девушка, пояснила:

– Я слышала, что тут случилось. Помочь ничем не могу. Возьми хоть это. Это моё платье. Оно стало мне мало, а тебе думаю сгодиться. Всяко лучше, чем в рванье ходить.

Дарина посмотрела на свое многострадальное платье все грязное и с оторванным подолом. От всей души она поблагодарила девушку, мысленно пожелав ей хорошего мужа. Пришлось снова проситься к ручь⎬, чтобы переодеться там и немного смыть с себя пыль и грязь. А потом снова потянулось время в ожидании.

Когда солнце было почти в зените, к месту стоянки подъехал еще один отряд. Он состоял из таких же гвардейцев в такой же синей с золотым форме. Впереди ехало двое я заметно более дорогих одеждах. Один – невысокий на фоне остальных и полноватый мужчина, с редкой шевелюрой, но все это компенсировалось яркостью вышитой золотом по синему одежды и надменностью во взгляде. Всем сразу было ясно это и есть граф Курье Демар Вистер. Несмотря на грузность фигуры – он легко спрыгнул с лошади и, не дожидаясь своего попутчика – ушел в шатер.

Приехавший с графом господин был так же не велик ростом и габаритами. Было явно, что он не относится к категории военных. Скорее субтильное строение могло свидетельствовать, что это человек скорее умственного труда. Темно русые волосы по плечи с явными следами седины, немного неловкое движение, когда он спрыгивал с лошади, говорили что этот мужчина не любитель такого рода прогулок не только в силу возраста, но и по жизни. В отличие от графа данный господин не прошел в шатер. Он поговорил о чем – то с Фредериком, потом подошел и молча постоял глядя на мужчин из селенья, которые при его приближении все поднялись и склонили головы, вскользь взглянул на Дарину и только потом скрылся в шатре.

И вновь потекли минуты ожидания. Через некоторое время из шатра вышли все дамы кроме графини и, в сопровождении гвардейцев (видимо для охраны) и пары слуг ушли в сторону ручья. Скорее всего, они воспротивились перспективе снова обсуждать вчерашний инцидент. Еще через некоторое время в шатер стали заводить мужчин, которых сторожили. Оставили только тех двух, которые работали на старосту. Их отвели в последнюю очередь.

Все это время Дарина сидела как на иголках. Сейчас решалось, что именно с ней будет. Граф мог помиловать ее, а мог и завершить то, что собирались сделать по приказу старосты. Все зависело от того что именно рассказали графу, а еще от того – правда ли граф всегда стремиться к правде. Ведь намного проще было бы поверить людям, жившим на его землях, чем выслушивать и разбираться с незнакомкой. Вот, наконец – то и ее очередь. Шла к шатру Дарина на ватных ногах, чувствуя, что руки стали просто ледяные, а сердце колотится как сумасшедшее. «Надо срочно взять себя в руки! Я защищала себя. Граф должен разобраться во всем!»– успокаивала себя она по дороге.

Внутри шатра было прохладно и пахло едой. Первые несколько ударов сердца Дарина ничего не видела, так как вошла в полумрак с яркого солнца. Оказалось что внутри шатер как – то намного больше чем казался снаружи. За столом перед ней сидел граф и тот самый человек, с которым он приехал. Они держали в руках кубки и отпивали из них. Сзади, на огромном ворохе подушек и ковров, лежащих на небольшой софе, сидела сама графиня. На этот раз она была без прически, хотя и в том же платье. Отсутствие вычурной укладки делало ее моложе и даже мягче. Волосы просто спадали по плечам и вверху были собраны красивым гребнем с разноцветными камнями. Первым, ожидаемо подал голос граф:

– Ну что же. Расскажи теперь ты нам, что же произошло.

– Господа, думаю, Вы и так знаете что произошло. Не может же граф не знать, что происходило на его землях. Я все рассказала графине вчера. А вот верить кому, и как поступать – дело Ваше. – Дарина слегка поклонилась. Она не хотела показать насколько ей страшно, но и умолять тоже не собиралась.

– Дерзка!!! – хмыкнул граф, но в глазах его стояли смешинки, а на губах улыбка. – Хорошо, ответь на несколько вопросов моего друга и мы разойдемся. Сразу предупрежу, Лэр Азан – маг души, и, как ты понимаешь, легко видит, когда ему лгут.

– А я стараюсь не лгать, задавайте вопросы, только давайте скорее, а то мне вспоминать противно – и Дарину даже передернуло.

И тут начали сыпаться вопросы молчавшего до этого, спутника графа. Дарина отвечала четко и кратко: – Да, от коня спасла, а как – не знает.., – Нет, не приставала сама, – Нет, денег больше не хотела.., – Да, выгнала всех крыс и мышей…, – Нет, специально их не просила их нападать….

Через пару минут задумчивый мужчина по имени Азан сказал графу:

– Знаешь, а она совсем не врала. Так что тут тебе надо разбираться со своими владениями.

– Это я уже и так понял, – вздохнул граф, а за его спиной как – то победно хмыкнула графиня Демар Вистер будто говоря: «Я же говорила, а ты сомневался!»

– Знаешь Курье, меня другое заинтересовало. Она – кивок в сторону Дарины, – по-моему управляла живыми существами. Вспомни и про коня рассказ и про грызунов этих, а это возможно только магу жизни. К тому же Фредерик сказал, что на месте где она спала – появился и пропал мох… Понимаешь, что это значит?

– Перестань Азан, маги жизни уже много веков не рождаются. Если бы она обладала таким талантом, то давно бы жила во дворце императора, ну или как минимум у кого – то из нас.

– Расскажи нам, пожалуйста, откуда ты, – вопрос сэр Азана удивил Дарину.

– Я…, я не знаю…

– Как такое возможно?

– Не так давно в Зачарованном лесу меня нашел лесничий. Я была на грани смерти. Когда пришла в себя, смогла только имя вспомнить, и все… я потому и шла в Столицу, что надеялась там кого – то встретить кто меня знал.

– Очень интересно – прищурил глаза сэр Азан, – а как ты узнала что умеешь….. – он стал лихорадочно подбирать слова.

– Разговаривать?

– Что?

– Вы хотели узнать про то, как я «разговариваю» или «зову» кого – то? К сожалению, не знаю, как это правильно называется.

– Наверное, да, – медленно проговорил странный мужчина, не отрываясь глядя в глаза Дарине.

Дарина чувствовала, как некая щекотка прошлась по волосам. Скорее всего – это влияние мага разума. В принципе немного неприятно, но терпимо. Однако где – то за задворках сознания мелькнула мысль, что при желании можно было и заблокировать это «сканирование».

– Вот тут я Вам тоже не смогу помочь. Не знаю как это делается. Просто я прошу мне помочь, и оно как – то само происходит.

– Можешь ли ты сейчас что – то нам показать? – теперь уже вопрос графа.

– Не хорошо это для развлечений использовать.

– Вообще– то тут не тебе решать – что и как использовать. Если не забыла, я могу тебя казнить в любую минуту – вспылил граф.

– Тише друг мой. Наша гостья не хотела проявить неуважение. Она права – ради забавы магию использовать не стоит. Думаю, мы сможем применить сей талант на пользу. Заодно посмотрим, как происходит. Так ведь? – Это уже Дарине.

Дарина молча кивнула. Первым встал граф, помог подняться молчавшей все это время графине, за четой на выход прошел маг души, и замыкала шествие Дарина. На выходе всю их компанию взяли в кольцо стражники и все уперлись взглядом в заметно уставшую женщину.

Подумав пару секунд Дарина решительно пошла ближе к лесу. Хочется верить, что ее этот Дар поможет и сейчас. Встав там, где начинались деревья и кусты, переходящие в бурелом, Дарина попросила всех – не шуметь. Особенно неожиданно присоединившихся к ним дам из свиты графини, чем вызвала их презрительный взгляд. Потом, у Фредерика попросила принести какого – нибудь мяса, оставшегося в лагере. И предупредила, что сама в нужный момент попросит его. Слегка прикрыв глаза, сперва она увидела огоньки стоящих рядом людей, а потом углубилась в лес. Не очень далеко на каком – то большом дереве сидела большая хищная птица. Дарина попросила ее прилететь, показаться людям, обещая, что даст кусочек мяса. От птицы пришло согласие, хотя и с долей тревоги. Пока пернатая помощница летела Дарина послала ей уверенность, что тут не опасно. Через минуту из леса вылетела и правда большая птица. Какой – то орел или беркут, только размером с крупную собаку. Сев на нижнюю ветку ближайшего дерева пичужка вопросительно чирикнула. От этого действа, судя по звукам, кто – то из дам упал в обморок. Дарина с улыбкой взяла у Фредерика довольно большой кусок мяса и пошла кормить красавицу птицу. А та и правда была великолепна. Статная, с огромными крыльями, и когтями на лапах больше похожими на ножи, ее серое оперение переливалось на солнце перламутром, а желтый глаз смотрел настороженно. Дарина протянула мясо, и птица очень осторожно взяла клювом, потом зажала между веткой и лапой и стала есть, отрывая куски. Пока пичуга наслаждалась угощением, Дарина от нее получила мысленный вопрос – зачем вообще звали и от дел оторвали? Пришлось сказать, что сейчас женщина показывает умение общаться с животными. На вопрос – надо ли всех людей, что сзади замерли напугать, Дарина поспешно ответила отказом. Тогда гостья быстро закинула в себя последний кусок мяса, в благодарность слегка почесала Дарину по макушке (ну и страшно же это было, ведь здоровенный клюв, наверное, мог расколоть череп на счет "раз") и молча взвилась в небо.

Обернувшись Дарина увидела, что все военные стоят ощетинившись мечами, две дамы так и лежат на земле (никто даже не поднял бедняжек) графская чета стоит обнявшись, причем оба бледные как молоко, и только странный спутник по имени Азан улыбался и просто излучал удовлетворение.

– Зачем ты позвала Птицу Грох? – спросил Фредерик нарушая тишину.

– Она была ближе всех в лесу – пожала плечами Дарина.

– А если бы она была голодная, то от многих из нас остались только воспоминания.

– Я не знала что птичка хищная, и, кстати, она была голодная, но вы ей не очень приглянулись в качестве обеда. Она сказала, что выковыривать из железяк и тряпок не очень удобно.

Тут тишину нарушил хохот. Лэр Азан смеялся заразительно. Следом за ним все как – то расслабились и заулыбались.

– Ох, ну и насмешила…, Неудобно птичке…! – Лэр Азан уже постанывал, держась за бока и вытирая слезы. А когда отсмеялся, сказал: