Рассуждизмы и пароксизмы. Книга 1
- -
- 100%
- +
– Какой у Вас была первая любовь?
– Да уж, была, и не одна – мечтательно признался приятель.
– Ну, надо же! Расскажите хоть один случай.
– Один? Их столько, что затрудняюсь.
– И все первые?
– Натурально. Любви не первой не бывает. Ну вот, например, могу Вам рассказать одно маленькое, но без продолжения приключение. Дело было, конечно, давно. О тех, которые были недавно, джентльмены не рассказывают (хотя Пушкин даже написал, что у него было в стогу с «чудным мгновеньем»). Так вот, случилось это году так… в общем, случилось.
Дверь из групповой комнаты, если её открыть, а открывалась она наружу, в небольшой холл, образовывала с перпендикулярными стенами замкнутый треугольник, некое подобие алькова, где я и разместился кое-как со своей возлюбленной. Свои трусики девочка предусмотрительно сняла (возможно априори или раньше меня была наслышана о сентенции под телегой в «Петре Первом» Толстого), а может и вообще не надевала (в предчувствии моды танцплощадок семидесятых годов).
Я приподнял край платья или Мальвина это сделала сама, повернувшись ко мне спиной, – это у меня не отчётливо. Но как сейчас помню: присев, я прикусил её левую бело-розовую полусферу юго-восточной части спины (это то место, что расположено ниже т. н. «талии»). Не уверен – было ли это проявлением моего любовного пыла в настоящем или женоненавистничества – в отдалённом будущем, но то, что пушкинская болтливость моей Дульсинеи повлияла на последнее – можно предположить с некоторой долей вероятности. Дальнейшее продвижение наше по пути любви у меня как-то не запечатлелось.
Нечего говорить, что девица была счастлива вниманием к прелести нижней части её туловища, и потому не замедлила похвастаться своей радостью с воспитательницей нашей группы (забыл сказать, что «это всё происходило в городском саду», как пела Анна Герман своим ангельским голоском).
Воспитательница же в течение всего дня с изумлением посматривала на меня (ведь «в СССР секса нет»), с сожалением, негодованием и с завистью – на мою Лолиту, но ничего не говорила до прихода за мной моей мамы. Они пошептались тета-тет, после чего мне была прочитана примерно получасовая лекция – не запомнил содержания, но – с явным оттенком аморальности моего «подвига».
Дома меня не побили, что явилось случаем из ряда вон выходящим, т. к. и за меньшие преступления против нравственности мама меня регулярно воспитывала физически – в основном избирая местом приложения воспитания всё ту же юго-восточную часть моей спины, но одним местом «воспитание» не ограничивалось, доставалось и другим.
Например, будучи отправленным с бидоном под молоко в магазин, положил деньги, полученные из семейного бюджета, на дно этого бидона, чтобы не потерять. Потом что было…
А ещё моя судьба похожа – мне кажется – на сюжет в «Факультете патологии». Который грустно заканчивается: «первая любовь» там – Наташа – укатила во Францию.
К концу рассказа «образа первой любви» заказчица уже украдкой позёвывала.
А местное радио своими четырьмя октавами напомнило об экономии энергоресурсов:
– Гасите свечи.
– Пора в горизонтальное положение? Но порознь? – безнадёжно подумал про себя.
Ольга, будто услышала, молча кивнула, а я вышел в коридор, чтобы дать ей возможность переодеться ко сну.
Таким образом, и в детском саду (что естественно), и в поезде (что может – не очень) мой «образ первой любви» оказался виртуальным. Если в «Факультете патологии» барышня уехала во Францию, то в моём случае она ехала со мной, в одном купе, но будто в другом от моего направлении.
«Спокойной ночи, господа.
Да будет мир вам и покой. Усните с богом».
Лагерное контрматримониальное. Четыре этюда и Довесок
Опять весной мечты стесняют грудь,
весна для жизни – свежая страница.
И хочется любить кого-нибудь,
но без необходимости жениться.
И. М. Губерман. «Гарики»Ремарки1. Здесь нет декора, который есть в замечательном эссе Катаева «Алмазный мой венец»: Королевич – это Есенин, Командор – Маяковский…
2. Топонимические имена – это условные географические места, как в «Операции «Ы»: – Чтобы никто не догадался.
3. От третьего лица, для объективности.
ТулаЖена родственника очень хотела женить Сашу на своих подружках. Не на всех сразу, но – на ком получится…
Мама одной из предполагаемых невест работала в торговле по продовольствию (и радостно была удивлена, когда Саша в накладку закрыл клапанами картонную коробку потенциальной тёщи на её глазах (не буквально), сестра или жена брата – также, но по одежде в большом новом магазине, расположенном на всём первом этаже 9-и этажки. Папа девочки был шире, чем выше, пенсионер и не чужд сермяжной лексики.
Невеста училась или закончила местный педагогический, возможно, по филологии, проводила экскурсии в Ясной Поляне. Когда Ясную посетил президент Франции Валери Жискар д‘Эстен – у него оказались какие-то корни в России – он в знак признательности за проведённую экскурсию презентовал девушке шёлковый головной платок светло-коричневых тонов с изображением лошадей и ещё чего-то…
Кандидатка в невесты носила очки с толстыми стёклами и сама была близка к «кустодиевской красавице» – очевидно, пошла в папу.
Им «достали» (как говорили тогда) билеты в филармонию на иностранных гастролёров (уже во время концерта можно было понять, что в СССР решили из политического соображения поддержать иностранцев, т. к. способности концертантов оставляли желать лучшего, а билеты на концерт были дорогие по тем временам: 5 рублей).
На свидание и культпоход девушка пришла в тёмном платье с белым шитьём по краям, причём, в одном месте – может быть, из-за стирки, утюжки или другой причине – шитьё было нарушено и часть его белых ниток предательски свидетельствовала о неаккуратности или невнимательности.
Кроме платья, на барышне были указанные очки, причёска и туфли, возможно, – чулки (которые всегда Саше представлялись на девушках прелестными до потери сознательности, как и место от края чулок до края… в общем до края другого изделия выше, как нравились женские ноги вообще – не только, как путь к цели, но и как цель, впрочем, как и все девичьи формы).
Какое впечатление произвёл концерт на барышню – неизвестно. Но в этот или другой день на променаже возник «филологический» вопрос: о происхождении и значении выражения «типун тебе на язык». Филологиня квалифицированно объяснила любопытному балбесу. Тот спросил между прочим: – А как же быть, если в семье муж не знает таких вещей? На что дева твёрдо, с выражением достоинства и серьёзностью на лице заметила: – Достаточно того, что это знаю я.
Вследствие этого лозунга, зайдя через некоторое время на квартиру к родственникам, Саша также твёрдо сообщил им прямо с порога и без какой либо моральной подготовки радостную весть, что не достоин их замечательной толстушки – в семейном и экскурсионном смыслах…
Мужская часть населения квартиры была возмущена цинизмом демарша, а женская тоже что-то сказала, констатирующее беспросветную неумность отказника.
СталиногорскС приятелями иногда вечерами они в пятницу или субботу бывали в городских ресторанах (собственно, бывали только в двух).
В этот вечер припёрлись в «Россию». Программа традиционная: «резко выпить и резко закусить», как говаривал один из приятелей, а другой называл рестораны аквариумом с рыбками (которых они как бы ловили, или те их – в зависимости от обстоятельств), ну, и танцы…
Заказали и вкусили, когда в зал вошли трое: две девушки и гражданское лицо мужской наружности. Троица уселась за свободный столик в пределах видимости, и у них «процесс пошёл» приблизительно в том же джентльменском наборе.
Оркестр шумел уже с полчаса. Встав из-за стола и предупредив приятелей, Саша пошёл к столику пришедших, наметив жертву. Однако, пока пробирался, мужская наружность успела пригласить одну из девушек и как раз ту, что была намечена.
Ну, не возвращаться же или идти курить «Герцеговину Флор», да и вторую девушку оставлять в одиночестве было жаль – пригласил (вообще-то никогда – и до сих пор – не умел что называется «танцевать», но, а как ещё можно приобнять за талию и плечи милое создание?).
Далее последовало знакомство, вечерние встречи, кино, прогулки, а также в гости к девушке с деловым визитом (для установки подсветки за телевизором) в 4-х комнатную квартиру семьи из 3-х (или 4-х) человек с главой семьи в чине подполковника (или полковника) военкомата, а дочка работала кассиром коммунальных платежей.
Была и она с ответным визитом, в комнате коммунальной квартиры, где как-то удалось посадить её на дубовый письменный стол ручной работы. В такой диспозиции поговорили о любви и алкоголе, при этом хозяином было замечено, что эти две вещи несовместны. Признался также, что пригласил её тогда в ресторане нечаянно, т. к. собирался – соседку. Она тоже призналась, что поняла это сразу, а ещё, что была удивлена тогда, что не взглянул на них входящих.
И вот тут на столе нечаянно обратила на себя внимание особенность сидящей, из-за которой «процесс» дальше не пошёл, хотя мордашка девушка мила.
Были как-то в кино в компании с братом пассии и его подружкой. По окончании сеанса попрощались и разошлись. Придя домой, позвонил и сообщил, что виделись последний раз. Она спросила: знал ли это, когда были в кино? – Да.
Из-за чего «процесс» не пошёл, было утолщённым большим пальцем на правой руке девушки…
НовомосковскДругой случай – это учительница начальных классов.
Справедливо было сказано; «от учителей нам нечего почерпнуть»…
Она как-то призналась, что покрикивает на своих воспитанников, и вообще строгая с ними…
А события развивались по следующему сценарию.
Во Дворце культуры химиков (бывшем – шахтёров) вечерний концерт популярной музыки.
После концерта народ повалил на площадь перед дворцом, растекаясь далее по улицам. И тут Саша заметил знакомую девушку. Окликнул по имени, обернулась, было шарахнулась, но передумала, возможно, что-то припоминая, увидев его в свете уличного фонаря. Подошёл, представился и напомнил счастливое пионерское детство. Пошли вместе. Проводил до её дома (рядом с госбанком).
На скамейке у подъезда сидела стайка девушек, хотя летний вечер клонился к ночи. Провожаемая, радостно воскликнула одной из сидящих: – Таня, ты узнаёшь его?
Девушка, к которой обратился Сашин и соседок взгляды, тоже была знакомой по лагерю и тогда нравилась Саше – у неё была коса и контральто (что это такое неизвестно, но голос был, и она им пела на чистом «иностранном» языке:
«Ела сумбра,Ё ен тыяИ сектантуВатер ё…».(Присутствовавшие на концерте гости с Кубы, улыбаясь, потом говорили, что это не совсем кубинский). Но пионеры, воспитатели и вожатые искренне аплодировали певице.
Далее всё шло, как обычно: прогулки, кино. Но кроме того, пришлось по приглашению учительницы начальных классов побывать у неё дома с дружественным визитом, где был с радостью принят её бабушкой. Побывал с учительницей и в ресторане в связи с её профессиональным праздником, где она тоже пела со сцены, посматривая на Сашины вытаращенные хмельные глаза. Пришлось с ней потоптаться, изображая танцы.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Г. Е. Журнал «Сатирикон», 1913, № 52.
2
И. М. Губерман.