Растем вместе. С младенчества до подросткового возраста с любовью и уважением
- -
- 100%
- +
Развод является опустошающим для детей, и поэтому представляются оправданными любые усилия на поддержания единства брака (или гражданского союза). На первый взгляд, все за нас. Уже нет браков по соглашению или удобству, вы вступаете в брак с человеком, которого вы знаете, который вам нравится, с которым вы встречались несколько месяцев или лет, с которым вы уже (зачастую, в наши дни) жили вместе. И почему же такой провал? Думаю, мы часто забываем поливать этот росток.
Супружество требует усилий, твердой и ежедневной решимости поддерживать и укреплять его. Надо каждый день трудиться, чтобы твоя пара была счастлива, вместо того, чтобы ожидать, что твоя пара будет делать счастливой тебя. Надо постоянно говорить, как мы любим нашу половинку, и доказывать это делами. Надо совершать поступки еще до того, как нас попросят об этом. Надо почти во всем уступать.
Внимание, я не говорю «Уступи в этом, а она уступит в другом», или «Я говорю ему, что люблю его, и он мне скажет, что любит». Думаю, что брак не в порядке, если мы собираемся забрать себе все блага и внимание. Здесь применима знаменитая фраза Кеннеди: «Не спрашивай, что твоя страна может сделать для тебя, спрашивай, что ты можешь сделать для твоей страны».
Мои читатели уже должны были познакомиться с основной идеей, которую я всегда рекомендую в отношении детей: давать им безусловную любовь. Мы их любим не потому, что они убирают со стола или убираются в комнате, заботимся о них не потому, что они делают домашние задания. Мы их любим, потому что это наши дети, и мы заботимся потому, что они в нас нуждаются. И, разумеется, большинство детей накрывают на стол и выполняют домашние задания, но они так же не делают это, чтобы мы взамен их любили или заботились о них. Отцы и дети испытывают взаимную любовь друг к другу, взаимную и бескорыстную. Они ничего не ждут взамен. Думаю, что брак должен функционировать в том же ключе.
И поэтому мне кажется особенно обидным то, что иногда происходят споры по поводу воспитания детей, что ставит в опасность сам брак. Вам кажется, что жена слишком ругает детей или что ваш муж чересчур настаивает с едой? Это нормально, супруги не всегда могут быть полностью согласны во всем. Вы не можете внушить свои собственные мысли вашей половине, как бы вы ни были правы. Если вы считаете, что следует относиться к детям с любовью и уважением, начните сами относиться к своей жене или мужу с любовью и уважением.
Никто не «разводится» со своим ребенком. По крайней мере, пока он маленький. Да, есть родители, которые сильно ссорятся со взрослыми детьми и даже с подростками, иногда даже перестают с ними общаться и теряют всякий контакт. Но не с детьми младшего возраста. В три года, в восемь или двенадцать лет, что бы ни произошло, что бы они ни натворили, никто не «разведется» с ребенком. Никто не скажет: «Я имею право снова начать мою жизнь с ребенком, который лучше учится и более послушен. Эти дети не такие, какими были вначале, любовь прошла и нет смысла поддерживать эту связь». Никто нас к этому не принуждает, и мы продолжаем жить с нашими детьми с любовью и энтузиазмом, что бы ни произошло и что бы они не делали. По крайней мере, пока они маленькие. Возможно, нам следовало бы также попытаться продолжить отношения с нашей половиной, что бы ни произошло и что бы она не делала. По крайней мере, пока наши дети маленькие.
Если несмотря на все наши усилия, семья распадается, то необходимо защитить от последствий этого шага в первую очередь детей, их будущее.
Дети должны знать, что никакой их вины в разводе нет. Папа ушел не потому, что ребенок плохо себя вел. Папа и мама ссорились не из-за него, не потому, что он получил плохую отметку. Чтобы предотвратить подобные ситуации, хорошо бы никогда не ссориться из-за оценок, поведения, сна, еды или любой другой вещи, связанной с детьми (разумеется, можно говорить, обсуждать и придерживаться противоположных мнений, но не надо кричать и рукоприкладствовать). Не плохо бы никогда не произносить таких тупейших фраз, как «Если ты будешь плохо себя вести – мама уйдет», «Если будешь плохо себя вести, я тебя не буду любить», «Я сыт тобой по горло»… Но даже если все это предусмотреть, дети могут ощущать свою вину за расставание родителей.
Не надо использовать детей в качестве ракетного оружия для победы над соперником или заложников в переговорах.
Не надо манипулировать детьми, настраивая их против другого родителя. Не только из уважения к супругу, а прежде всего из уважения к самим детям.
Никому не нравится, если плохо говорят о его матери или об отце. Никому не нравится думать, что его отец или мать – недостойный человек. Не надо втягивать детей в конфликт лояльностей. Даже с помощью тонких комментариев подобного содержания: «Я уже знаю, что с папой/мамой ты прекрасно развлекаешься», произнесенных тоном: «Ты развлекаешься, а я тут страдаю в твое отсутствие», еще и намеренно исполненных таким тоном, чтобы испортить ребенку все развлечение. Если ребенку задают вопрос типа: «Ты предпочитаешь провести Рождество в доме папы или мамы?», ребенок должен ясно понять по тону и по контексту, что это не экзамен, что тут нет одного правильного ответа и что, на самом деле, мы одобрим любой ответ, что бы он не сказал. (И также ничего ужасного нет в том, что оба родителя будут встречаться вместе на праздниках и днях рождения. Если мы можем видеться с нашими двоюродными братьями, которых встречаем хорошо, если три раза в год, также мы можем и цивилизованно видеться с нашими экс.)
Не будьте собакой на сене, которая сама не ест и другим не дает. Например, я видел детей, вынужденных идти в детский сад или оставаться на обед в школе в то время, как их мать или отец прекрасно могли забирать их в эти часы. Если ребенок не может быть с вами, то почему не с другим родителем? Не надо вступать в гонку подношений и подарков, пытаясь купить привязанность ребенка.
Не надо высмеивать дисциплинарные нормы другого родителя, но это совсем не означает, что и вам надо им следовать. В разных семьях – разные порядки. Ничего страшного. Однако такие различия могут быть представлены просто как факт: «Я не хочу, чтобы ты смотрел кино, потому что уже очень поздно и надо идти в кровать» или «Нет, ты уже знаешь, что тут мы едим пирожные только по воскресеньям». Нет необходимости добавлять: «Твоя мать тебя очень избаловала, позволяя так поздно ложиться» или «Не знаю, о чем думает твой безответственный отец, разрешая тебе пирожные каждый день».
Важно, чтобы маленькие дети не расставались надолго и слишком рано со своим основным воспитателем (которым обычно, но не всегда, является мать). Многие испанские судьи привычно определяют «субботы-воскресенья через неделю и пятнадцать дней летом с отцом», и это может быть очень хорошо в десять лет, но настоящий кошмар в два года. Так же плохо это и для отца, превращающегося в «плохого дядю, который уводит меня от мамы» и который вынужден проводить немало времени с плачущим ребенком. Что бы ни сказал судья, всем желательно договориться о более рациональном и щадящем для ребенка режиме посещений.
А чтобы прийти к такому договору, оба должны уступать. Мать не может прикрываться очевидным страданием ребенка с целью отказа отцу в любом контакте. Нет, что надо сделать – это изменить длительность и частоту контактов. Пара часов в день с отцом, которого знаешь и любишь, – и прощайте сорок восемь часов с незнакомцем, которого почти не помнишь (или про которого помнишь только то, сколько с ним плакал две недели назад).
Берри Бразелтон (Brazelton, Berry T.) и Стэнли Гринспен (Greenspan, I. Stanley) посвятили главу своей книги «Базовые нужды детства»[5] именно этому вопросу. Маленькому ребенку следовало бы видеть отца каждый или почти каждый день, по возможности в присутствии своей матери, в парке, например. Ребенок доволен, потому что его мама рядом и, таким образом, он может установить правильную взаимосвязь с отцом. В дальнейшем, по его желанию, он сможет проводить больше часов с отцом. Возможно, к трем годам (или позже) он захочет проводить одну из ночей отдельно от своей матери, с теми же предосторожностями, с какими другие дети остаются на ночь в доме своих бабушек-дедушек: надо позвать, посмотреть – как там дела, а если не складывается, то поехать его «спасать» и оставить идею ночевки вне дома на потом. Когда мы увидим, что ребенок провел ночь с отцом без проблем, то можно решиться и на две ночи подряд. Некоторые дети шести или семи лет способны провести две недели отдельно от своей матери, но, вероятно, многие предпочли бы, чтобы это были две недели не подряд или три отрезка по пять дней.
Телевидение
Раньше не было телевидения. Я это точно знаю – мне было семь лет, когда родители его купили.
Телевидение имеет огромное влияние на развитие детей и на их отношения с родителями. Боюсь, что не все перемены будут положительными. Боюсь, что телевизор появился у нас, чтобы остаться, так что, поскольку страдать по тому золотому времени, куда никогда не вернемся, смысла нет, лучше подумаем о том, как нам минимизировать проблемы.
• Есть мнение, что ТВ вредит развитию зрения младенцев и детей младшего возраста, поэтому эксперты не рекомендуют детям младше двух лет смотреть телевизор, компьютер и другие видеоустройства (см. стр. 148).
• Телевидение не может воспитывать детей. Дети старшего возраста могут кое-чему научиться из хороших документальных фильмов. Но младенцы и маленькие дети ничему не учатся у «образовательного DVD», потому что они нуждаются в интерактивном общении со взрослыми, которые бы реагировали на их действия и эмоции. Телевизор «не вступает с нами в реакцию», а показывает свою программу, что бы мы не делали.
• Телевизор занимает время, иногда много часов, в жизни ребенка. А в сутках только двадцать четыре часа. Если ты смотришь телевизор, то не можешь играть, бегать, разговаривать, общаться с друзьями или родителями…
• Он отнимает время, иногда очень много, и из жизни родителей. Если смотришь телевизор, то не можешь следить за ребенком, заниматься им, отвечать на его вопросы, говорить с ним, рассказывать сказки.
• Телевизор занимает значимое место, почти как алтарь, в столовой. В некоторых семьях уже сидят не вокруг стола, а рядком – перед телевизором. Беседа, таким образом, уходит (или ограничивается обсуждением программ).
• Многие фильмы и сериалы передают измененное понимание реальности. В кино нам показывают «плохих» и «хороших», мало оттенков для понимания человеческих слабостей, для дружеского урегулирования различий. Также там обычно больше конфликтов, чем в реальной жизни (определенные сериалы о студентах просто пугают. Когда я учился в университете таких вещей не было, но конечно, сериал будет скучным, если молодежь только будет ходить на учебу, шутить, играть в футбол и немного учиться).
• Телевидение переполнено рекламой. Самой разнообразной, в надежде, что ты купишь что-то, что тебе не нужно (если тебе что-то нужно, и так это купишь, без чьих-либо уговоров). Реклама еды – не о моркови или чечевице, а о напитках и лакомствах. В Квебеке, Швеции и в Норвегии запрещена реклама направленная на детей, мы же еще от этого очень далеки.
• И это мы еще не упомянули телепомойку с непрерывными ток-шоу или насилием…
Мы, родители, и так проводим много часов отдельно от наших детей из-за работы или школы. Надо попытаться сделать так, чтобы телевизор не пожирал большую часть из оставшегося нам на общение времени.
Глава 2. Стили воспитания
Существуют ли различные формы воспитания детей? Да, вероятно, – миллионы. Возможно ли разделить эти миллионы стилей воспитания на несколько небольших групп? Да, применяя радикальное сокращение и компилируя различные подходы и методики.
Стиль сближения
Некоторые родители, читающие эту книгу, думают, что они практикуют нечто, именуемое естественным родительством, или же «Стиль сближения». Так мы попытались перевести английское выражение attachment parenting – метод, разработанный педиатром Вильямом Сирсом (Sears, William). Многие полагают, что это дословно означает «давать грудь, практиковать совместный сон и часто брать на руки». В действительности же, существуют несколько различных «принципов стиля сближения», по API (Attachment Parenting International), www.attachmentparenting.org/, например:
1. Готовиться к беременности, родам и воспитанию
2. Вскармливать с любовью и уважением
3. Чутко реагировать
4. Телесный контакт
5. Обеспечить хороший сон – физически и эмоционально
6. Любящий и последовательный уход
7. Практиковать позитивную дисциплину
8. Искать равновесие между личной и семейной жизнью
Сам термин, attachment theory, введен в теорию сближения детским психиатром Джоном Боулби (Bowlby, John). Но речь идет об абсолютно различных вещах. Теория сближения говорит непосредственно о том, что все дети (за исключением разве что какой-то сильной патологии) устанавливают сближение, которое может быть уверенным или неуверенным. Большинство детей имеют уверенное сближение. В эпоху, когда было «запрещено» брать детей на руки, когда оставлять их плачущими было нормой и когда практически никто не кормил грудью, большинство детей устанавливало уверенное сближение. И напротив, в обществах, где практически все дети спят с родителями, переносятся привязанными к спине и сосут грудь в течение двух или трех лет, есть дети с неуверенным сближением.
Уверенное сближение зависит не от времени, проведенного ребенком на руках, а от того внимания, которое ему уделяют. То есть от того, насколько быстро и эффективно воспитатель ответит на нужды ребенка, воспринимает его чувства, давая ему утешение и уверенность. Можно постоянно носить ребенка на руках, при этом не обращая на него внимания, или даже, если он уже подрос, настаивать на его ношении, в то время как сам ребенок хочет ползать. Можно брать плачущего ребенка на руки, но не принимать его и не отвечать на его нужды, а отвергать его или насмехаться («Как же такое возможно – такая большая девочка», «Какой ты некрасивый, когда плачешь», «Не надо так себя вести, ничего страшного») или противопоставлять предполагаемое страдание взрослого нуждам ребенка («Не делай так маме», «Будь хорошим мальчиком и не плачь», «Если будешь плакать, папа рассердится»). Или отвечать враждебно («Ну вот, опять началось!», «А сейчас, что опять с тобой не так?»). Младенец и маленький ребенок нуждаются в спокойных родителях, которые знают или предполагают, что делать в различных обстоятельствах. Он должен знать, что может плакать, если у него какое-то затруднение, потому что получит утешение и помощь. Ребенок не чувствует себя уверенным с родителями, которые кажутся неуверенными, запуганными или раздраженными его плачем (или иногда все вместе). Можно брать ребенка на руки и в то же время игнорировать или эмоционально его отвергать.
Это родители должны заботиться о своих детях, а не наоборот. Ребенок не должен ощущать, что он не может плакать, потому что «мама расстроится или рассердится».
Разумеется, все мы, родители, делали по крайней мере что-то одно хорошо, а что-то другое – плохо. Все мы, родители, делали сотни вещей хорошо, и сотни – плохо. Сближение зависит не от того, что происходит в отдельно взятом или нескольких отдельных случаях, а от того, что происходит в большинстве случаев.
Ребенок, который знает, что, как правило, его родители его поймут и утешат, когда он плачет или испытывает какое-то затруднение, развивает уверенное сближение. В присутствии матери он испытывает доверие и, соответственно, уверенность, чтобы ползать, ходить, исследовать, не теряя свою маму из виду. Он может на время отдаляться, потому что знает, что всегда сможет вернуться. Когда его мама уходит, он пугается и плачет, когда его мама возвращается, бежит к ней и просится на ручки, но быстро успокаивается и продолжает играть и исследовать мир вокруг.
Ребенок, которого обычно отвергают, учится избегать новых отказов и полностью прекращает что-либо просить – ведь так ему не смогут отказать. Он развивает уклончивое сближение или избегающее (другими словами). Он может выглядеть наигранно уверенным или независимым, потому что не просит ни рук, ни утешения. Создается впечатление, что ему не важно, тут ли его родители. Играет и исследует все один, не следя за матерью, плачет мало, когда остается один, но не ищет свою мать. Даже избегает ее, когда она возвращается.
Когда реакция родителей несостоятельна, когда ребенка то с любовью приласкают, то отвергают или не замечают, он может прибегнуть к постоянному привлечению внимания в надежде, что когда-нибудь да сработает. Так он развивает стойкое сближение или двойственное. Он липнет к матери и просит постоянного внимания. Когда мать с ним, едва разлучается с ней. Когда она уходит – плачет в полном отчаянии. Когда она возвращается – все время будет при ней, и ей понадобится много времени, чтобы его успокоить. И в то же время он периодически будет ее отталкивать.
Как стойкое, так и уклончивое сближение ребенок развивает, чтобы извлечь максимальную выгоду из ситуации, которая не является для него оптимальной, комфортной. Но в более серьезных случаях ребенок просто не способен использовать какую-либо стратегию. Так происходит беспорядочное (дезорганизованное) сближение. Многие из этих детей пережили жестокое обращение или физическое насилие, или они являются детьми родителей, его переживших.
Неуверенное сближение может приводить к психическим проблемам во взрослой жизни[6].
(Разумеется, представленные случаи относятся к младенцам, которые ползают и начинают ходить. Совершенно нормально, если четырехмесячный малыш никогда не хочет разлучаться с вами, как и нормально, что пятилетний ребенок не плачет, если вы уходите.)
Канадский психолог Сьюзан Голдберг (Goldberg, Susan) опубликовала интересную работу о причинах и следствиях уверенного сближения, проиллюстрированную видео с демонстрацией типов взаимодействия между родителями и детьми. Вы можете прочитать ее (на английском) по ссылке http://www.aboutkidshealth.ca/En/News/Series/Attachment.
Голдберг делает выводы, каким должно быть поведение родителей для формирования уверенного сближения:
• Уделяйте внимание. Научитесь распознавать сигналы, что вашему ребенку плохо.
• Будьте отзывчивыми. Ваш ребенок должен знать, что вы поняли, насколько ему плохо, и ответите на его призыв о помощи.
• Будьте последовательны. Последовательный и предусмотрительный ответ на необходимое утешение создает у ребенка чувство уверенности.
• Демонстрируйте свое участие и заинтересованность. Принимайте плохое состояние или эмоциональное страдание своего ребенка вместо того, чтобы судить его или отрицать.
• Утешайте и защищайте. Успокаивайте и утешайте своего ребенка, когда ему плохо.
С более краткими выводами (на испанском) чилийского психолога Фелипе Леканнельера (Lecannelier, Felipe) можно ознакомиться здесь: http://www.crececontigo.gob.cl/adultos/columnas/que-es-el-apego-y-como-podemos-fomentarlo-con-nuestros-hijosas/.
Сближение – устоявшаяся психологическая теория, но «воспитание со сближением» не является распространенной идеей в сфере медицины или психологии. Само выражение «attachment parenting» ни разу не фигурирует на pubmed.gov, где содержится более двадцати миллионов научных статей. Напротив, там имеются более пятисот статей, содержащих выражение «parenting style» (стили воспитания). Когда ученые говорят о стилях воспитания, они имеют ввиду совсем иное. Обычно, речь идет об одном из вариантов классификации, разработанном американским психологом Дианой Баумринд (Baumrind, Diane).
Виды воспитания по Баумринд
Посмотрим, как классифицируются родители на одном из популярных веб-страниц по воспитанию (www.bebesymas.com/ser/padres-/que-tipo-de-padres-somos).
Авторитарные родители мало ценят привязанность, но высоко – контроль. Требуют многого от детей, осуществляя усиленный и постоянный контроль за их поведением, нагнетая его устрашением и наказанием. Их дети демонстрируют переменчивое настроение, агрессию и проблемы с поведением.
Либеральные родители – это те, кто высоко ценит привязанность и мало – контроль. Такие родители любят и эмоционально чувствуют, но не ставят рамок в поведении. Их дети зачастую импульсивные, незрелые и не контролируют себя.
Демократичные родители высоко ценят и привязанность и контроль. Заботятся о своих детях и чувствительны к ним, но устанавливают ясные ограничения и поддерживают предсказуемую обстановку. Этот стиль родительского поведения имеет наиболее положительный эффект в социальном развитии ребенка. Дети таких родителей наиболее любопытны, больше других доверяют себе и лучше всего учатся в школе.
И, наконец, родители, мало ценящие как привязанность, так и контроль, определяются как индифферентные родители. Эти родители не устанавливают границ своим детям, но также и уделяют им мало внимания и/или эмоциональной поддержки. Их дети обычно требовательные и непослушные, им очень трудно участвовать в играх и социальном общении, так как они не следуют правилам.
Если мы хотим лучшее для наших детей, то знаем, какой дорогой идти, и помним, что никакие крайности до добра не доводят.
На другом сайте родителям более детально объясняют, что может происходить с детьми при различных стилях воспитания (www.elbebe.com/educacion/estilos-educativos-padres-autoritarios-permisivos-democraticos):
Авторитарные родители: обычно растят детей послушными, но при этом очень зависимыми, не веселыми и непредсказуемыми. Их моральные устои ригидны и с трудом производят код собственного поведения. Самооценка обычно низкая, они уязвимы для стресса и легко раздражаются.
Либеральные родители: сначала эти дети более веселые, чем воспитанные в авторитарной среде, но при дальнейшем наблюдении недостаток контроля приводит к снижению самоуважения, поскольку поставленные задачи превосходят их возможности. Когда они подрастают, то превращаются в трудных подростков, нарушающих нормы общественного порядка в поисках внешних границ.
И наконец, авторитетный стиль (его называют также демократическим и доверительным): воспитывает детей с хорошим уровнем самоконтроля и самоуважения, способных добиваться решения поставленных задач, приспособленных к межличностным отношениям. Это независимые, но любящие дети, обладающие собственной системой моральных ценностей.
Если присмотреться, обе классификации весьма различаются. В первой – четыре типа/стиля, во втором – только три. Да, оба едины в том, что авторитетные родители (демократичные) – лучшие, но нет единого мнения о результатах. Первое объяснение гласит, что таким образом воспитанные дети – любопытны, уверены в себе и хорошо учатся. Второе объяснение – что у таких детей высокий уровень самоконтроля и самооценки. И они настойчивые, независимые и любящие. Все эти результаты позитивные, но не равнозначные. И в случае с авторитарными родителями также не то же самое – иметь детей агрессивных и с проблемами поведения или послушных и зависимых.
И, безусловно, авторы на каждом из сайтов категорично утверждают, что именно их определенная форма воспитания детей приводит к должному ясному, окончательному и предсказуемому результату. Как будто бы только они одни знают – какими будут ваши дети. И выглядит все это, как у авторов гороскопов: «Рыбы трудолюбивы, Раки – верные…» (или было наоборот?). Читая эти информативные страницы (а иногда также предположительно серьезные книги), можно увериться в том, что все дети, например, либеральных родителей вырастут малолетними преступниками.
Но в реальной жизни положение вещей совсем не такое безоблачно ясное. Да, есть определенная научная база под этими обобщениями. Да, ситуативное поведение родителей обычно вызывает определенное поведение детей, но ведь это только тенденция. Полностью доказано, что табак вызывает рак, но большинство курящих людей никогда не заболеют раком, а многие люди с раком никогда не курили. Растить детей это не то же самое, что кашеварить: «Смешайте яйца, молоко и муку, поместите в духовку и получите бисквит». Есть много способов вырастить ребенка, но никогда точно не знаешь, что в результате получится.
Проанализируем сейчас подробней научные данные, которые стоят за этими более-менее популярными объяснениями популярных воспитательных стилей.
В конце семидесятых Диана Баумринд описала три стиля воспитания, по-английски – authoritarian, authoritative и permissive[7]. Первое и третье слова имеют ясный перевод, а со средним сложнее. Это слово в английском существует и применяется к книгам или к экспертам, означая что-то вроде «авторитет по какому-то материалу». В испанском есть одно слово – autoritativo (авторитетный). Слово это я в своей жизни не слышал и не видел до того момента, пока не нашел его в словаре – полторы минуты назад. Полагаю, что кто-то вероятно использовал его для перевода материалов по теме родительских стилей воспитания, но в нескольких статьях серьезных испанских экспертов (которые мы потом приведем) используют слово autorizativo, которого в словаре нет и которое имеет, по моему скромному мнению, определенные связи с английским оригиналом. Так как authoritative вызывает образ отца, который опирается на авторитет (со знанием дела), но без уклона в авторитаризм (приказ и руководство). В то время как слово autorizativo (авторитетный) вызывает образ родителей, которые «авторизуют», иначе говоря – разрешают детям совершать какие-то действия. Так что, люди, сведущие гораздо больше меня, написали autorizativo (авторитетный), и я буду придерживаться этого термина.