Знакомство с Библией

Ветхий Завет. Общие сведения

Теперь мы обращаемся к той части Библии, которую в христианской традиции называют Ветхим Заветом, а иудаисты именуют собственно Библией. Некоторые ученые употребляют также термин «еврейская Библия».

Слово «Завет» в контексте Библии имеет особое значение. Представим себе, что две договаривающиеся между собой стороны, два лица, решили заключить союз. При этом лица эти вовсе не должны быть равными между собой. Ведь бывает союз хозяина и работника, господина и слуги, начальника и подчиненного, наконец, преподавателя и студента. Такой союз всегда заключается на определенных, заранее установленных условиях. На Древнем Востоке такого рода вассальные пакты были очень широко распространены. В этих условиях сильнейший соглашался на подобный союз по своему усмотрению и сам устанавливал условия. Заключение договора обычно происходило по определенному обряду, и стороны связывали себя клятвой.

Так вот, завет в Библии означает именно такое условие, на котором сходятся две договаривающиеся стороны, а отсюда и сам этот договор, или союз, а также те внешние знаки, которые служат его удостоверением, как бы скрепой, или печатью. Разумеется, это союз Бога и человека. В этом древневосточном контексте Израиль и представлял свои отношения с Богом. Священные книги, в которых описывался этот завет-союз Бога и человека, являлся внешним средством его удостоверения и закрепления в народной памяти, и потому на них весьма рано и было перенесено название «Завет». По-видимому, его употребляли уже в эпоху Моисея. «И взял книгу завета, и прочитал вслух народу» (Исход, 24:7). Моисей, очевидно, называет здесь Заветом запись синайского законодательства. Подобные же выражения, означающие, однако, уже не только синайское законодательство, но все Пятикнижие, встречаются и в последующих ветхозаветных книгах. Ветхому же Завету принадлежит и первое, еще пророческое указание на Новый Завет в книге пророка Иеремии: «Вот наступят дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет» (Иеремия, 31:31).

Знаменательно, что все мышление Древнего Израиля определяется именно этой темой союза-завета, причем с течением времени она все больше и больше углубляется. Забегая вперед, скажем, что излагаемая в Библии священная история концентрируется вокруг Завета, который Бог заключил с человеком, чтобы спасти его от возникшего по его вине греха удаленности от Бога. Исходящее от Бога предложение Завета сначала обращено к отдельным людям – Адаму, Ною и Иакову. Потом, в синайском законодательстве, данном Моисею, Бог обращается уже ко всему еврейскому народу. В конце же концов, согласно христианской точке зрения, Бог в Иисусе Христе предлагает свой Завет всему человечеству. Важно, что инициатива Завета во всех случаях исходит от Бога. Израиль же может только в лучшие покаянные дни обновить этот Завет. Так было при Иисусе Навине, а потом при царе Иосии в 623 году до и. э. после возвращения из вавилонского плена.

Существует довольно резкое различие между расположением книг и их делением на группы в еврейской Библии в оригинале и ее греческом переводе (Септуагинте), на который опирается православная и католическая традиции.

Для уяснения этого различия нужно знать, что древние иудеи делили свои книги по группам не столько по однородности содержания, как это сделано в Септуагинте, сколько по степени их значения и важности. Исходя из этого критерия, древние иудеи разделили книги Ветхого Завета на три группы: закон (тора), пророки (небиим) и агиографы (т. е. священное писание). Особую важность они придавали первым двум группам – закону и пророкам. (Потому, например, Иисус Христос, обращаясь к иудеям, говорил: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков; не нарушить пришел Я, но исполнить» [Матфей, 5:17].) Считается, что Тора была в окончательном виде завершена и отредактирована в период вавилонского плена, а пророческие книги – к концу персидского владычества, т. е. к 323 году до и. э. Что же касается третьей группы книг, агиографов, то некоторые вошедшие в эту группу книги были написаны слишком поздно и потому не попали во вторую группу, а другие воспринимались как плод человеческого, а не божественного вдохновения или не подходили по каким-то другим идеологическим или философски-историческим соображениям. (Так, слишком поздно, видимо, были написаны книги Ездры, Неемии, Паралипоменон и пророка Даниила.)

Православная и католическая традиции делят книги Ветхого Завета на четыре группы. Первая из них – книги законоположительные. Здесь полное совпадение с еврейской традицией. Это Тора, или Закон, а согласно более точному переводу, Учение, – Пятикнижие, т. е. первые пять книг Библии. Назовем их: Бытие, Исход, Левит, Числа и Второзаконие. Они, безусловно, являются древнейшей частью Ветхого Завета, авторство которой издавна приписывалось Моисею, хотя современные исследователи и попытались оспорить такую точку зрения.

Вторая группа. В течение долгого времени только Пятикнижие и было в полном смысле этого слова Священным Писанием для Ветхозаветной Церкви, хотя, как утверждает предание, тотчас же вслед за Торой, почти одновременно с ее последними строками, были написаны первые строки следующих за ней и продолжающих ее книг. Речь идет о Книге Иисуса Навина, продолжающей Второзаконие. В свою очередь, Книга Судей продолжает Книгу Иисуса Навина, а Книга Царств – Книгу Судей. Паралипоменон, т. е. Летописи, дополняет Книгу Царств, а Книги Ездры и Неемии продолжают Книги Царств и Паралипоменон. Книги Руфь, Есфирь, Иудифь и Ловит рисуют отдельные эпизоды истории еврейского народа. Наконец, Маккавейские Книги заканчивают повествование об истории Израиля, доводя его примерно до 150 лет до Рождения Христа. Все они вместе образуют второй раздел Ветхого Завета – Исторические Книги.

Третья группа. И в Пятикнижии, и в исторических книгах встречаются как вкрапления песни, молитвы, поучения, но именно как вкрапления, как небольшие фрагменты. Однако эти песни и поучения иногда вырастают в целые книги, образуя третью группу Это Учительные книги. К ним относятся Книга Иова, Псалтирь, Притчи Соломона, Екклесиаст, Песнь Песней, Премудрость Соломонова и Премудрость Ииуса, сына Сирахова. (Две последние считаются неканоническими.)

Четвертая группа. Это творения пророков. Сюда входят книги пророков Исайи, Иеремии, Плач Иеремии, книги пророков Варуха, Иезекииля, Даниила и книги 12 так называемых малых пророков – Осип, Иоиля, Амоса, Авдия, Ионы, Михея, Наума, Аввакума, Софонии, Аггея, Захарии и Малахии. Эпитет «малый» в данном случае указывает только на размеры книги, а не на оценку ее содержания.

В наши дни достаточно трудно восстановить историю создания библейских текстов. Как я только что сказал, в современных изданиях Библии ее книги расположены в логическом порядке по крупным категориям, или группам, без учета времени их создания. В очень многих случаях и сама эта хронология остается спорной в глазах богословов и светских ученых, и по этому вопросу нельзя предложить ничего, кроме более или менее правдоподобных гипотез. Однако хотя бы главные из этих гипотез знать нужно, ибо без их учета в свет не выходит ни одно сколько-нибудь серьезное современное исследование.

Согласно традиционному представлению, унаследованному христианской Церковью от иудаизма, считалось, да и сейчас считается определенным кругом богословов, в том числе раввинов-традиционалистов, что все Пятикнижие написано одним только Моисеем, все псалмы – Давидом, книги Премудрости – Соломоном, а все 66 глав книги пророка Исайи – одним пророком Исайей, который жил в VIII веке до и. э. Вполне можно придерживаться такого взгляда, тем более что у него есть красноречивые защитники.

Однако современные библеисты (в том числе и некоторые православные богословы) пересмотрели эту концепцию. Собственно говоря, процесс пересмотра традиционной хронологии и предполагаемого авторства книг Ветхого Завета начался уже давно. Об этом в свое время размышлял еще Спиноза. Большую роль здесь сыграли труды немецких ученых XIX века Графа и Веллегаузена, чьи гипотезы были в дальнейшем уточнены следующими поколениями ученых.

Сейчас многие библеисты считают, что в своей письменной форме книги Ветхого Завета возникли лишь в сравнительно поздний период, уже после установления монархии Давида в X веке до и. э. Именно тогда их стали записывать. Все более ранние эпохи – времена патриархов, Моисея, обоснования Израиля в Палестине и царствования Саула – относятся к периоду устного предания.

Это не значит, что в те времена вовсе не было никаких письменных памятников или литературных произведений на иврите. (Сошлемся хотя бы на так называемую книгу Завета [Исход, 22:22–23:33], Десятисловие или знаменитую Песнь Деворы, т. е. отдельные сравнительно небольшие по размеру тексты, бережно хранимые и впоследствии включенные в Ветхий Завет). Но вокруг этих отдельных текстов, сохраненных израильскими писцами, все же устное предание оставалось основным средством передачи из века в век воспоминаний, обычаев и веры древних времен. На протяжении нескольких столетий народ жил этим сокровищем, унаследованным от предков и притом обогащавшимся с каждым поколением, но еще не принявшим своей окончательной письменной формы. И лишь после того, как Давид и в особенности Соломон дали институту писцов официальное место в управлении царством, пришло время, когда все элементы предания смогли сложиться в ряд крупных произведений.

Именно в это время и возникла историография. Собиратели этих материалов заботились не только о том, чтобы закрепить культурное наследие. Нужно помнить, что письменность Древнего Израиля родилась под сенью Храма. С самого начала ее основной целью было питать веру народа Божия. Следовательно, целью историографии было писать именно священную историю, а не историю вообще.

Несомненно, раньше других частей Ветхого Завета в письменной форме было закреплено Пятикнижие. Хотя при его анализе остаются некоторые неясности, все же, по мнению большинства ученых, основа этой части Библии как бы принадлежит Моисею. И повествовательная традиция, и законодательные блоки текста явно восходят к его эпохе. Образно говоря, Моисей здесь главное лицо, и поэтому словосочетание «Моисеево Пятикнижие» имеет полное право на существование, его можно и сейчас встретить в современных исследованиях.

Но вместе с тем в тексте, который мы читаем сегодня, все же видна также и рука нескольких редакторов, живших в разное время. Одного из них обычно называют Яхвистом, поскольку он называет Бога именем Яхве. Ученые обозначают этот пласт текстов буквой J. Яхвист изложил священную историю от ее начала, от сотворения мира до обоснования Израиля после исхода из Египта в Палестине. Дух и проблематика Яхвиста видны и дальше в некоторых местах книг Иисуса Навина и Судей, в одной из версий царствования Саула, где личности этого царя дается отрицательная оценка, а также в истории Давида.

Этот корпус текстов, вероятно, сложился в Иерусалиме в X веке до и. э. По мнению библеистов, мы имеем здесь дело как бы с двойным свидетельством древнейших времен – с одной стороны, свидетельством, собранным и записанным писцами, и, с другой, – свидетельством самих писцов, которые вносили в текст свои богословские размышления. В их представлении история замысла Бога развивалась этапами от обетований, данных патриархам, и синайского Завета, данного Моисею, до окончательного избрания дома Давида и построения Храма в Иерусалиме.

В более позднюю эпоху то же наследие было записано в несколько ином духе другими собирателями предания, которые составили так называемый элохистский сборник. Редактора этого сборника обычно называют Элохистом, поскольку имя Бога в данном тексте Элохим. Ученые обозначают этот пласт текста буквой Е. Элохист записал предания, которые связаны не с южным иерусалимским районом, но с северными святилищами. Однако в отличие от яхвистского пласта текста, который сохранился достаточно полно в окончательной редакции Библии, элохистский пласт представляет собой по большей части лишь добавления и уточнения к яхвистскому повествованию.

Параллельно сборникам этих преданий сохраняется, развивается и обрастает новым материалом и живое устное предание. Его фиксируют более поздние поколения. Подобно этому, культовая лирика, зародившаяся в глубокой древности, разрослась во времена Давида, который и сам был поэтом, и нашла в иерусалимском Храме благоприятную почву для своего расцвета.

Наконец, в эпоху Соломона к древнему стволу народной мудрости прививается и мудрость ученых людей, книжников, обогатившаяся знанием других культур и переработавшая эти знания в соответствии с религией единого Бога. К этому времени восходят многие части Псалтири и сборников Притчей.

Вслед за этим наступает эпоха пророков, которая длится с VIII по V век до н. э. Каждый из пророков имеет свою книгу. Однако, согласно мнению новейших исследователей, и здесь не все так просто. Ученые считают, что подлинные сборники речений пророков на протяжении времени разрастались благодаря привнесениям учеников, продолжателей и толкователей. Так, по мнению ученых, обстоит дело с книгами пророков Иезекииля, Иеремии, Амоса, Михея. Например, вторая часть книги пророка Захарии (9-14) представляет собой анонимное дополнение времен Александра Македонского. Что касается книги пророка Исайи, то в ней якобы заметно столько рук, что она составляет настоящую систему пророческого учения. Ученые выделяют тут несколько самостоятельных частей – Исайю Первого, Исайю Второго, Исайю Третьего, малый и великий апокалипсисы и т. д. Другие направления библейской письменности развиваются в эту эпоху в основном под влиянием пророков.