Рассвет в глубине бесконечности. Первая книга из цикла «Караваны миров»

© Елена Гордеева, 2016

ISBN 978-5-4483-4273-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава первая

– Артеееооом! – донесся издалека голос матери. – Куда ты запропастился, Артееееооом?

Волны озера качали его на своих спинах, заставляя колыхаться облака над головой. Они кружились и сливались в причудливые сооружения. Прямо около лица вертелась надоедливая стрекоза, норовя коснуться носа. Артем чихнул и поплыл к берегу. Подхватив свои шорты, он помчался к дому.

– Иду, мам!

Высокая трава приятно щекотала загорелое тело, какая-то птаха выпорхнула из-под ног, возмущенно трепеща крыльями. Артем бежал, смешно подпрыгивая на колючей траве. Он скорее напоминал студента, чем профессора-микробиолога тридцати лет от роду.

Впереди виднелся одноэтажный дом, каких много теперь по берегам Лены и моря Лаптевых с тех пор, как на всей Земле поменяли климат. Дом —трансформер из прочного пластика, стилизованный под деревянную старину – ни дать, ни взять – древний купеческий дом с верандой по периметру.

Артем взбежал на крыльцо, с удовольствием ощущая босыми ногами нагретое солнцем «дерево». На веранде стояла мать с вазой в руках. Артем чмокнул ее в щеку и, в который раз, удивился ее молодости, нежности кожи и уловил легкий запах жасмина от густых светло-каштановых волос.

– К тебе гость, – мать поставила на стол вазу с цветами, – Сейчас принесут чай.

Артем увидел в дверной проем статную фигуру мужчины, разглядывающего картины на стене гостиной.

– Твои работы? – Человек обернулся, и Артем узнал Вересаева, своего университетского профессора. Он был все так же красив и молод, несмотря на свои 90 лет. Только добавилось немного седины в волосах. От нее, конечно, можно избавиться, но профессору она шла и он, явно, об этом знал.

– Эдуард Николаевич? Какими судьбами?

– Узнал, узнал старика, – Вересаев обнял его за плечи, кивнул головой на стену – Твои работы?

– Мои. Так, мечтаю иногда.

– Талантливо, ей-Богу, талантливо!

Они подошли к картине. Багровое солнце поднимается на горизонте, и розовые облака плывут низко над скалистой, изрезанной трещинами, поверхностью неведомой планеты.

– Да, когда-то мечтал стать исследователем далеких миров, – Артем улыбнулся.

– Чай готов, – раздался приятный голос и робот-андроид в форме корабельного стюарда вкатил на веранду сервированный столик.

– Ты, конечно, слышал, что происходит в мире, – пророкотал Вересаев, присаживась за стол.

– Я в отпуске, Эдуард Николаевич, месяц назад отключил все средства связи!

– Напрасно, голубчик, напрасно… Очень неважные дела творятся. Болеть начал народишко, дорогуша моя, болеть. Да-с… И даже норовит умирать… А это никак не должно быть. Давно мы уже всю заразу искоренили на старушке Земле. Уж лет сто как. Люди давно сами из жизни уходят, по собственному желанию, так сказать.

– Что за болезнь? – насторожился Артем.

– Ты, конечно, знаешь, что наконец-то состоялся контакт с внеземным разумом?

Артем кивнул.

– После отлета пришельцев заболели сразу два лаборанта, резкий отек легких, судороги, язвы по всему телу… Они скончались очень быстро, – профессор помолчал, – Ты понимаешь, голубчик, чем это грозит планете? – Профессор достал белоснежный носовой платок и вытер испарину на лбу.– Мы выделили из крови умерших неизвестную на Земле бактерию. Ни одно современное средство не может бороться с этой заразой. Всех, кто контактировал с пришельцами, сейчас полностью изолировали. Боюсь, что судьба их весьма плачевна, да и прогнозы для всего населения тоже.

Вересаев залпом выпил чашку чая. Он не мог не отдавать себе отчета, что предложение, с которым прибыл к Артему Тарасову, своему лучшему ученику, может и вознести того на Олимп биологической науки, и погубить в глубинах Вселенной. Несмотря на довольно хорошую изученность ближнего Космоса, все еще иногда пропадали в ледяной глубине земные звездолеты, гибли астролетчики на неведомых планетах, сталкиваясь с враждебными мирами.

«Видит Вселенная, я долго взвешивал, кого выбрать для выполнения этой миссии. И, все-таки, никто, кроме Артема Тарасова, не справится с ней. Талантливейший юноша! Один из самых способных моих студентов… Он найдет выход из этой ситуации и спасет человечество, хоть и не люблю я эти выспренные фразы. Или… Но не будем об этом думать!»

Артем смотрел на мать, подстригающую отцветшие бутоны роз перед террасой. Сердце сжалось от тревоги. Легкие, словно невесомые руки, ловко управлялись с садовыми ножницами. Давно уже всю эту работу выполняли на планете роботы-андроиды. Но мать любила возиться в саду сама. Она почувствовала взгляд сына, обернулась. Овальное лицо с высокими скулами, без единой морщинки, веселый взгляд карих глаз, заколотая высоко кверху копна волос. Женщина улыбнулась.

«До сих пор красивая…», – подумал Артем. После гибели отца пять лет назад мама так и не захотела связать свою жизнь с другим мужчиной, хотя претендентов хватало. Отец был пилотом Космофлота, и однажды Космос не отпустил его. Далекая планета с огненными облаками навеки стала для него могилой. Артем стал биологом, а не космолетчиком. И мать была рада этому.

– Артем, мы связались с кораблем пришельцев, они тоже нашли у себя в крови эту бактерию, но у них она вызывает только насморк, который проходит сам. Они говорят, что, вероятно, подхватили ее на Glize 581g в созвездии Весов.

– Что решено предпринять? – Артем уже понял, зачем прибыл Вересаев.

– Решено предложить тебе и еще пятерым ученым отправиться в экспедицию к Glize.

Артем задумался. Детская мечта замаячила перед ним …Но ведь это же невообразимые пространства… Невероятные расстояния… Хотя, при современном развитии Космофлота…

Вересаев словно понял его сомнения.

– Лететь недолго…. Корона-418 стартует с Луны. До окраины нашей системы она летит 2 месяца. Затем прыжок через гиперпространство и еще через 4 месяца вы окажетесь на месте. Звездоплавание достигло больших высот, голубчик. Мне доложили, что практически никакого риска нет.

– Но ведь спектральное исследование Glize 581g показало, что жизни там нет.

– Пришельцы говорят, что там довольно богатый растительный мир. Хотя я сам удивляюсь! Эта планета повернута к своему солнцу – красному карлику, всегда одной стороной, как наша старушка Луна к Земле. И на одной стороне всегда практически космический мороз, а на другой должна быть невыносимая жара!

– И когда вылет, профессор?

Профессор облегченно вздохнул «Слава Космосу, он согласился».

– Через месяц. Тебе придется там делать то же, что и на Земле. Выделить культуру, найти какие макрофаги могут бороться с этим штаммом бактерий. Потому что наши собственные лейкоциты, моноциты и гистиоциты совершенно не реагируют на них. И это самое страшное! Они их, как будто и не замечают! Иммунитета против них у человечества нет…

Глава вторая

Мягко сошлись за спиной Артема огромные двери Всемирного института исследований внеземной жизни. Еле передвигая ватные ноги, он доплелся до скамейки в скверике. Перед глазами мелькали изуродованные язвами лица пациентов бактериологического отделения.

«Боже мой… и это в современном мире…» – Артем вспомнил иллюстрации к древним книгам о давно забытых болезнях – проказе, бубонной чуме. – «Вересаев нарочно мне показал этих несчастных, чтобы я не смог отказаться.» Артем откинулся на спинку скамейки. В голове шумело.

– Тяжко?

Артем обернулся. Там стоял невысокий человек с умными серыми глазами и мягким, обволакивающим взглядом. Это был врач экспедиции на Glize Сергей Марцевич, добрый, незлобивый человек, любимец всего экипажа.

– Сергей, – представился он., – а ты Артем, так?

– Так, – вздохнул Артем.

– Значит, вместе полетим.

– Ты – врач? Я тебя видел в лаборатории около этих…, Артем покрутил головой, – Тебе-то зачем лететь?

– В составе экипажа всегда есть врач, – улыбнулся доктор.

– Там есть док-андроид, – едва слышно пробормотал Артем и сполз со скамейки, глаза закатились.

– Так, не зря меня Вересаев послал вслед за ним. Нервишки сдали у пацана, – бормотал Сергей, растирая виски Артему. Постепенно веки затрепетали и глаза открылись. Медленно-медленно они сфокусировались на лице мужчины, который встревоженно наблюдал за Артемом.

– Ну что, нужен врач на борту или нет? – весело сказал Сергей.

– Я что, в обморок ляпнулся? – Артем медленно сел, – Вот это да…

– Да ты в жизни такого кошмара не видел, вот и все. А частенько с тобой обмороки случаются?

– Первый раз, ей-Богу…

– Ты комиссию медицинскую без вопросов прошел? Что сказали по поводу сосудов?

– Да нормально все, сказали…

Артем медленно сел, схватился за голову:

– Кружится все.

– Ну, раз нормально, значит, пройдет. Просто спазм от стресса. На-ка, хлебни коньячку, самое лучшее сосудорасширяющее с незапамятных времен, – неведомо откуда появилась фляжка.

– Спасибо, – Артем сделал глоток. Краски начали возвращаться на его щеки. Биолог посмотрел на Сергея, пытаясь сфокусировать взгляд: средний рост, овальное лицо, короткий толстоватый нос, неожиданно красивой формы чувственные губы и твердый подбородок. Около глаз тоненькие смешливые морщинки. Светло-русые волосы подстрижены «под ежик».

– Мы успеем их спасти?

– Это вряд ли, – Сергей потер переносицу, – летать будем больше года. Да и не факт, что сможем сделать сыворотку против этой дряни. Это-то вот и будет зависеть, в первую очередь, от тебя. Вересаев утверждает, что ты его лучший ученик.

– Может, и лучший, ему видней. А кто еще летит, ты ж, наверняка, в курсе?

– Экипаж отличный, – Сергей уселся на скамейку, – Я с ними не раз летал. Да, честно говоря, Космофлот приветствует постоянные экипажи. Народ привыкает друг к другу, становится сплоченной командой. Не всегда, конечно. Ну, тогда кого-то убирают и включают в состав другого. Но у нас как-то сложилось все удачно. Командир Игорь Соловьев – бездна опыта, столько же самоуверенности, неподчинение карает сурово, хотя добрейшая душа, за каждого из своего экипажа глотку перегрызет! Анзор Чиковани – кричит, что он потомок грузинских князей. А и правда, порода видна издалека. Юморист и ловелас, по совместительству – бортинженер. Без него было бы скучно. Песни свои грузинские поет, аж за душу берет! Красавец! Все девчонки Космофлота мечтают его окольцевать, – врач засмеялся, – Но пока безуспешно. Не торопится генацвале лишиться сладкой свободы.

– Это здорово, что команда дружная. А кто еще? Или мы с тобой, и все?

– Нет, еще есть штурман – Маринка Веселова – белая и пушистая, наивная, трогательная. Постоянно в кого-то влюблена. На данном этапе – в командира. Все время ждет принца на белом звездолете, – он щелчком стряхнул с руки какого-то жучка, – Честно говоря, с ней как-то сложно общаться. Все время ждешь подвоха. Я даже сформулировать это точно не могу. Какая-то отстраненность в ней что ли, вплоть до надменности… Но штурман высшего класса! – Еще в состав экспедиции включили Славку Дмитриенко, геолога. Ас в своем деле! Даже он сам, по-моему, не знает точно, сколько планет он исследовал.! Он готовит —умопомрачительно!

– В полете же специальная еда есть, я читал о ней много и даже анализы делал – удивился Артем.

– Есть-то, есть, да замучаешься ее есть! – рассмеялся Сергей, – А Славик такой шедевр может из концентратов сварганить, что пальчики оближешь! Основная его задача – это, конечно, геология! Но загубил он в себе, редкий нынче, талант повара! Что касается человеческих качеств – настоящий верный друг, если заслужишь такую честь – быть Славкиным другом. Но и непримиримый враг, если заработаешь. Максималист, в общем. Да, кстати, ты в курсе, что на Короне для тебя целый отсек гидропоники есть?

– Серъезно?!

– А ты как думал? Лететь далеко и долго, а мы, как древние полярники, не должны цингой болеть. Сказали – царство микробиолога во время полета, чтобы не бездельничал! Будешь витаминчики-помидорчики растить для нас! Ха-ха-ха! Так что тебе-то точно скучать не придется! – хлопнул Артема по плечу Сергей.

– Да я и не собираюсь скучать. Работать надо, а не скучать.

Артем поерзал на скамейке. Давно мучивший вопрос не давал покоя. Ему нравился этот открытый человек и Артем решился:

– Слушай, Сергей, а страшно летать? Я в первый раз и просто представить не могу…

– Честно? – доктор немного подумал, глядя в небо, – Страшно. Но это нормально, – Сергей прислушался к пению жаворонка, – Каждый боится за свою жизнь. Я налетал уже четырнадцать рейсов, – он покрутил головой, – Но привыкнуть к этому нельзя. Даже Игорек, по-моему, каждый раз через себя переступает, но лучше даст себя выкинуть в открытый космос, чем в этом признается. Просто прими это, как неизбежное. У Соломона на кольце помнишь, что было написано – И ЭТО ПРОЙДЕТ!.

– Хорошо быть философом. Соломону не надо было в космос лететь… Знай себе размышляй, да наложниц навещай, – он широко улыбнулся.

– Ооо, дружище, ему хватало дел и на Земле! Великий был строитель, да и жен у него было штук 700! – засмеялся Сергей, – и несть числа наложниц. А представь сколько тещ! Вау! – он захохотал.

– Ага, а я вот единственной невесты могу лишиться, – словно вспомнил Артем, – Моя Наташка рыдает неделю, говорит – предчувствие у нее и так далее.

Артем уставился в небо. Там плыли веселые кудрявые облака, высоко заливался жаворонок, еле заметная точка. Слева возвышалась стеклянная громада института, наружные лифты неслышно скользили вверх-вниз, перенося сотни суетящихся людей. А вокруг раскинулась огромная парковая зона с бесчисленными аллеями из растений, привезенных с разных концов Земли и даже с далеких звездных систем. В глубине парковой зоны, он знал, был громадный зоопарк, в котором свободно ходили и земные животные, и представители других миров. Изредка оттуда доносился то рев какого-нибудь ящера с Аэлиты, что в созвездии Гончих Псов, то клекот гигантского птеродактиля с далекой планеты ящеров Эльпиды. Эльпиду назвала так терпящая бедствие экспедиция землян еще в прошлом веке из-то того, что это была их последняя надежда на спасение. Эльпида, в переводе с греческого – надежда. Красивая планета, спасшая их, получила это название. Они тогда удачно приземлились, и через пять лет их принял на борт спасательный звездолет, который и прихватил с собой на Землю несколько великолепных экземпляров местной фауны. Животные прекрасно чувствовали себя в земной атмосфере и недавно у пары птеродактилей появились птенцы, что считалось большим достижением научных работников этого грандиозного зоопарка.

Артем оторвался от мыслей о науке.

– Мне, конечно, не верится в эти дамские штучки, предчувствия всякие. Я ученый, реалист, и это в моей жизни главное. Но слез выносить не могу, ей-Богу! Я всю жизнь, с самого детства, ее опекал и защищал. Не могу, когда она плачет.

– Сам-то как, любовь у вас?

– Привык… Но как в груди порхают бабочки – не знаю. Все эти розовые сопли-вздохи. Пустая трата времени. Но девчонка она добрая, красивая. Хороший человечек. Да еще и врач к тому же. – Артем вздохнул.

– Хочешь, договорюсь, чтобы ее тоже взяли? У нас из экипажа палеонтолог Андрей Палеев, катался на горных лыжах на Миранде и ногу сломал. Так что можно попытаться договориться, – Сергей ухмыльнулся.

Артем внимательно посмотрел на Сергея:

– Тебе-то это зачем?

– Ну, на борту всегда нужен помощник для врача. А если еще и красивый, то и совсем здорово! – Сергей захохотал.

– Ну-ну, похлопочи.

Артем встал, протянул руку:

– Ну, пока. Поеду домой.

– Ты на чем?

– Через станцию телепортации.

– А я, елки-палки, боюсь. – смущенно улыбнулся Сергей. – Сто лет уж народ так передвигается, а я все боюсь попасть не туда и не в то время. Летаю на этих вот допотопных леталках, – он показал рукой на площадку, где посверкивали на солнце несколько геликоптеров

– Ладно заливать! Ну, бывай! – Артем свернул на дорожку с табличкой «Станция телепортации».

Сергей постоял, посвистывая и глядя вслед Артему. Потом повернулся и зашагал в сторону института.

Глава третья

Игорь Соловьев, космолетчик и исследователь с суровым, почти мрачным, лицом стоял на смотровой площадке Луны и наблюдал за огромной, проплывающей мимо, Землей. Густые, темные брови хмурились, губы сжались в твердую линию. Он прощался. И каждый раз прощался навсегда. Потому что понимал – жизнь человеческих существ в Космосе не стоит и одного мезона. Малейшая случайность может сдуть эти несколько хрупких живых субстанций в небытие. Он понимал и принимал на себя всю ответственность за экипаж.

Игорь любил здесь стоять один и продумывать предстоящий полет. В жизни он был не очень общительным. Его не слишком любили коллеги и подчиненные за суровый нрав и непримиримую требовательность. Хотя никто не мог упрекнуть его в том, что он делал поблажки для себя. К себе, пожалуй, он был еще строже. С тех пор, как его лучший друг и любимая жена решили, что им будет лучше вместе, он прекратил все попытки сблизиться душой с какой-нибудь женщиной и обрывал все едва намечающиеся дружеские связи. Однако, мужчина не чурался легких, ни к чему не обязывающих интрижек с дамами, не стремящимися непременно надеть ему кольцо на палец.

За спиной послышались легкие шаги и, обернувшись, он увидел молодую женщину, которая, видимо, тоже хотела полюбоваться на Землю. Досадливо отвернувшись, Игорь медленно отошел к другому краю площадки. Женщина осталась стоять, взявшись руками за перила. Запрокинув голову так, что ее золотистые волосы упали почти до пояса, она провожала глазами проплывающий над ней евразийский материк. Прозрачный купол, накрывавший Луну, переливался всеми цветами радуги от отраженного Землей света.

– Потрясающе…, – прошептала она.

Зрелище, и вправду, завораживало. Со смотровой площадки открывался фантастический вид на планету. Медленно вращаясь, она величественно плыла на фоне черного бархатного покрывала космоса. Ничто не могло сравниться с великолепием красок, оттенков синего и зеленого, режущей белизны перистых облаков, заботливо укутавших взметнувшиеся ввысь вершины Гималаев.

Игорь раздраженно повернулся, чтобы уйти и поймал взгляд удивительных зеленых глаз. Мгновение он смотрел на это лицо, почти любуясь маленьким тонким носом, красиво вычерченными губами и удивленно приподнятыми темными бровями. Упрямый подбородок задорно поднят вверх, аккуратная фигурка ловко обтянута серебристым комбинезоном с эмблемой Космофлота. Она улыбнулась и хотела что-то сказать, но Игорь, буркнув неразборчивое, поспешно удалился.

Женщина пожала плечами, – Странный какой-то…, – она вновь повернулась к Земле, но настроение неуловимым образом изменилось.

– Вот ты где! – Сергей вырос, как из-под земли, – Наташа, я тебя еле нашел, – там объявили сбор экипажа, а ты исчезла, – Что, познакомилась с Игорем?

– С командиром?

– Ну, да. Это он сейчас выскочил отсюда, как ошпаренный. Что ты ему сказала?

– По правде говоря, ничего и сказать-то не успела, – Наташа расстроенно развела руками, – Я не знала, что это он. Такой суровый, нахмуренный…

– Не обращай внимания, он почти всегда такой. Но, на самом деле, он очень добрый, только усиленно это скрывает! Пошли, сейчас со всеми остальными познакомишься.

Наташа помахала рукой огромному шару Земли, улыбнулась и вслед за Сергеем встала на эскалатор, идущий вниз, в рабочие и жилые отсеки, в которых обитала огромная колония землян. Здесь были и свои школы, и детские сады, научно-исследовательские базы, спортивные комплексы и великолепный космодром, откуда регулярно стартовали звездолеты во все концы Вселенной. С веселым визгом мимо них пронеслась вниз стайка ребятишек.

– Сейчас прибывает звездолет с Эльпиды. Ребятишки помчались первыми увидеть новых ящеров. Таких еще нет в межпланетном зоопарке, – Сергей радушно рассказывал Наташе о порядках, царящих на Лунной базе. Они шли по широким переходам, от которых в разные стороны ответвлялись коридоры. На стенах виднелись светящиеся указатели – «Спортзал», «Биолаборатории», «Лаборатория лунных грунтов», «Школа первого цикла», «Медицинские исследования», «Планетарий».

– Раз в неделю прилетает «грузовик» с Земли с продуктами, которые не производятся на самой Луне. Местные жители называют свою базу Селеной. Четыре часа в день взрослые работают, кто на приисках под поверхностью лунного грунта, кто в лабораториях, кто на космодроме. Есть и увеселительные заведения, танцполы, видеотеатры, рестораны, все, как на Земле. Особенное внимание уделяется спорту. Сила тяжести здесь в шесть раз меньше, чем на Земле. Поэтому нужно постоянно тренироваться, чтобы можно было потом безболезненно адаптироваться снова к земным условиям.

– А вот и мы! – Сергей с Наташей вошли в кают-компанию, где собрались члены экипажа. Наташа увидела круглую комнату, где по периметру стояли белые диваны и сидящих на них людей. Скрестив длинные ноги, сидел Игорь, командир корабля. Увидев вошедшую девушку, он выпрямился и удивленно огляделся. Дело в том, что все члены экипажа прибыли одновременно, кроме Артема с Наташей. И командир еще их не видел. Улыбающийся Артем Тарасов приподнялся и пригласил ее присесть около себя. Наташа села. С противоположного дивана на нее восхищенно смотрели два совершенно черных веселых глаза. «Это Анзор Чиковани», – подумала Наташа, – бортинженер». Она уже слышала от Артема о своих новых коллегах. Девушка скользнула взглядом дальше. С командиром рядом сидела хорошенькая женщина, больше похожая на мальчика – тоненькая, с едва обрисованной грудью, но очень спортивная. Короткие волосы ярко-малинового цвета торчали ежиком по последней моде. Наташе вздохнула. Она никак не могла заставить себя быть модной и у нее были длинные волосы, данного им природой цвета. Рядом с Анзором высоченный рыжий парень, единственный обладатель обручального кольца в команде. От него веяло какой-то добродушной силой и надежностью.

– Ну что ж, давайте знакомиться, сказал Игорь. – Я командир корабля «Корона-418» Игорь Соловьев. Восемнадцатый полет. Прошу Вас каждого представиться.

– Анзор Чиковани – бортинженер, – Анзор встал и шутливо шаркнул ножкой, задорно тряхнув черными блестящими волосами, – Пятнадцатый полет. Но впервые лечу с такими красивыми дамами на борту! – Он раскланялся в сторону женщин.

Все рассмеялись.

– Сергей Марцевич, врач, также пятнадцатый полет. Мы пришли тогда вместе с бортинженером после школы подготовки к дальним космическим перелетам, – просто сказал Сергей.

– Марина Веселова, штурман, десятый полет, – раздался нежный голосок, и встала девушка с малиновыми волосами, подстриженная под мальчика. Она обвела всех улыбающимися серыми глазами и стали видны очаровательные ямочки на щеках. Грациозно сев на свое место, Марина аккуратно скрестила ножки.

– Вячеслав Дмитриенко, геолог и, по совместительству – кок, – люблю поесть и накормить!. Двенадцатый полет. Перекопал полвселенной на благо цивилизации!

Все засмеялись.

– Артем Тарасов – микробиолог, привстал Артем, – в космос первый раз.

– Наталья Брондукова – врач, твердо сказала Наташа, – тоже новичок.

– Зачем нам два врача? – поинтересовалась Марина, – Космолетчики народ здоровый, болеем редко. Да и андроид – врач имеется на борту.

– Во-первых, мне нужен помощник, – ответил Сергей, – а во-вторых, состав утверждался на Совете Космофлота. Много работы у микробиолога, ему тоже в помощь понадобится человек.

Слово взял командир:

– Экспедиция снаряжена с целью отыскать средство от неизвестного штамма бактерий, случайно завезенного на Землю с планеты Gilze 581g пришельцами. Поэтому в составе команды два врача и микробиолог. Миссия чрезвычайная, господа космолетчики! От результата нашей работы зависит само существование жизни на Земле. Прошу это понять и проникнуться, – Игорь говорил спокойно, со сдерживаемым волнением в голосе, – Я не любитель пафосных речей, но лично я впервые лечу с такой миссией. От нас ждут спасения человечества и ни на йоту меньше. – Старт завтра в 6 утра по земному исчислению. Звездолет полностью загружен всем необходимым. Сегодня можете погулять по Селене. Отбой для всех в 22.00. Все свободны.

К Артему и Наташе подошел Анзор, – Предлагаю подняться в ресторан под куполом, необыкновенная кухня, там подают такое сациви! – Анзор поцеловал кончики пальцев, – Хоть нормально поесть перед долгим засилием концентратов.