Если ведьме нужен муж

И, кто бы сомневался, заметили меня мгновенно.

– Алейда Мидас, – сладко пропело черноволосое белокожее создание, плавно поворачиваясь в мою сторону всем стройным телом и обрывая голоса.

Гробовая тишина опустилась на дворец, а бестия улыбнулась, как умеют только бестии – напрочь ядовито.

Да… она действительно была красавицей. Высокая, стройная, полная грации и женской энергии. Безупречно прямые, иссиня-чёрные волосы струились до самых округлых бёдер, зелёные лисьи глаза в обрамлении пушистых чёрных ресничек смотрели с насмешкой и превосходством, по пухлым кроваво-красным губам скользила ядовитая улыбка.

Красавица. И нет ничего удивительного в том, что столпившиеся здесь мужчины не находили в себе сил отвести от неё взглядов, не замечая своих растущих рогов…

– Эритара Венхей, – мой голос прозвучал кисло, я даже не пыталась подражать её пению и позориться на глазах у стольких людей. – Ты ещё не сдохла?

– Плохо молишься, – улыбка гадюки стала шире. – А ты, я слышала, прохлопала тринадцатое сожжение?

Да-да, она у нас только слышала и свои лапы к этому не прикладывала.

– Да ты и сама выглядишь подозрительно бодрой, – отозвалась я с намёком.

Эритара прикрыла глаза, наслаждаясь мигом своего триумфа, и загадочно поведала:

– Любовь залечивает любые раны…

Вскинув брови, с жалостью поглядела на свою неприятельницу и снисходительно напомнила:

– Ты же ведьма, Эри. Какая любовь?

Ответила мне не она. К роскошной ведьме в дорогом бархатном чёрном платье уверенно подошёл венценосный блондинистый мужчина, встал рядом, решительно взял улыбающуюся ведьму за руку и, прямо глядя в мои глаза, твёрдо сообщил:

– Настоящая. Мы с леди Венхей поженимся в самое ближайшее время.

Бабах!

Это у меня мозг взорвался.

То есть мне последнее сожжение срываем, а сами быстренько замуж?! То есть ей до вступления в Ковен всего одно сожжение осталось, а мне – сожжение и замужество! То есть она опережает и имеет больше шансов, чем я!

А-а-а!

– Вот как, – я сощурилась, но улыбаться не перестала.

– Вот так, – Эритара тоже скалилась вовсю, демонстративно нежась в объятьях жениха. – Кстати, Ари, ты уже решила, чем займёшь, когда не попадёшь в Ковен?

Убью! Голову ей оторву! Всю кровь выжму, кости в пыль сотру, глаза выдавлю! У-у-у! Гадина! Как же она меня бесит!

– И не мечтай, сладкая, – главное достоинство любой женщины – умение держать лицо даже в самых паршивых ситуациях. – Но если ты полагаешь, что после пролёта с Ковеном у тебя не хватит сил жить дальше, то, конечно, я великодушно составлю для тебя список профессий для неинициированных ведьм.

– Составь, – от количества разливающегося в воздухе яда едва не сдохла четверть присутствующих, – он тебе понадобится. И я дам тебе один совет, дорогая: ищи обеспеченного мужа. Вряд ли на тебя посмотрит хоть один принц, – её ручка выразительно легла на плечо блондина, – но, может, обратит затуманенный старостью взор какой-нибудь престарелый маркиз… родишь ему наследника… Вот оно, счастье.

Дрянь! Кошка ободранная! Мерзавка злопакостная! Чтобы я, потомственная ведьма, маркизу наследников рожала?!

Но я тоже умела больно бить.

– Обязательно разберись с рогатым населением. А то вдруг однажды у твоего «любимого» тоже появятся лишние конечности… или внезапно исчезнут нужные…

«Любимый» ведьмы заметно побледнел и бросил нервный взгляд на невесту.

Народ, осознав услышанное, решил, что наличие лишнего – оно всегда лучше и предпочтительнее отсутствия необходимого. И принялся максимально тихо и незаметно расходиться, смиряясь с рогатой неизбежностью.

– Это вряд ли, – Эритара старательно не кривилась и не замечала молчаливого массового побега, как и моей победной ухмылки, – понимаешь, едва ли найдётся такая дура, которая применит заклинание на наследнике Ишэраля.

Намёк с угрозой.

Я сладко улыбнулась, скромненько сложила ручки за спиной и невинно поинтересовалась:

– А такая дура, которая применит любовный приворот на наследнике Ишэраля, нашлась, да?

Теперь побледнела Эри, но на жениха взгляда не бросила, хотя и очень хотела. А тот посмотрел почему-то на меня – прямо и убийственно-спокойно, чтобы мне же и сообщить:

– Не всем требуется подлая любовная магия, чтобы обрести своё счастье.

С кем ты связываешься, малыш?

Невозмутимо посмотрев на принца в ответ, согласно кивнула и ровно сказала:

– Мне вот не требуется, а Эри подобным похвастаться никогда не могла.

– Лучше тебе заткнуться! – прошипела верно теряющая самообладание ведьма.

Изобразив «искренний» испуг, я прижала ладонь к груди, округлила глаза и трагично прошептала:

– Ах, проклянёшь?

Мы обе знали, что сделать этого она не сможет. И я не смогу. Природные законы едины для всех – неинициированные ведьмы друг другу причинить вреда не могут. Никакого, даже самого крохотного, даже от волос избавить друг друга не сумеем. Любое заклинание, насланное не вошедшей в Ковен ведьмой на другую, тоже в Ковен не вошедшую, вернётся к ней же. Так что, если я прокляну Эри на облысение, сама останусь без волос.

Знаем. Мы это с ней ещё в детстве проверили неоднократно.

И лазейки тоже обе знали, но я просто даже не предполагала, что Эритара решится на такую низость.

Вскинутая ладонь, и ближайшее стекло с оглушительным звоном взорвалось, но острые осколки не упали на пол и на улицу, а взлетели и рванули ко мне!

И тут главное швырнуть посильнее и в последний момент магию убрать, чтобы прямой попытки убить ведьму не случилось. Вот Эритара так и сделала!

Я оцепенела! Знала, что Эри гадина и мерзавка, но не до такой же степени! Неужели она в самом деле пошла на убийство той, кого знала с раннего детства, с кем росла на соседних улицах, с кем враждовала дольше, чем себя помнила? Неужели она правда попыталась меня убить?!

Я была настолько потрясена, что не сумела даже попытаться увернуться или отразить летящие осколки. И это могло бы стать моей самой последней в жизни глупостью, но тут в шаге передо мной вспыхнула полукруглая серо-голубая стена. Стеклянные снаряды, не сбавляя скорости, как один вонзились в выставленный щит, а через секунду со звоном обрушились на пол, стираясь в безвредную пыль.

Исчез и купол.

И в опустившейся тишине прямо за моей спиной раздалось ледяное:

– Надеюсь, вы осознаёте, что собираетесь взять в жёны несостоявшуюся убийцу, ваше высочество?

Шаг, я его почему-то отчётливо расслышала, и по правую сторону от меня встал даже не взглянувший на меня Кьярт.

Высокий, прямой, суровый. Полный силы, достоинства и холодной ярости. Жуткий, опасный, пугающий…

Но я почему-то не испугалась, я посмотрела на белую от ярости и изумления Эритару. Ведьма моего взгляда не выдержала и отвернулась, а вот её жених на меня и не посмотрел, и в целом складывалось впечатление, что его и мой труп не сильно опечалил бы.

Принц ответил архимагу злым и отрывистым:

– Это не ваше дело, лорд Арнар.

– Пока не моё, – покорно согласился мужчина, выделив первое слово интонацией, – но станет моим, когда придётся разбираться с вашей преждевременной кончиной. Всего доброго. Леди Мидас, мы уходим.

О, я бы поспорила, но распахнувшийся в шаге портал и подтолкнувший меня в спину маг не оставили такой возможности.

Переносились мы недолго, да и перенеслись недалеко – на уже известную вымощенную камнем круглую площадь с бесподобным видом на Ишэраль.

Едва портал исчез, а ноги ощутили твёрдую поверхность, я отошла на самый край и направила задумчивый взор на зелёный травяной океан. Обняла себя руками за плечи и погрузилась в неприятные размышления.

Кьярт подошёл неслышно, остановился рядом, постоял в молчании какое-то время, а затем негромко серьёзно спросил:

– Тебе сожжение требовалось для безопасности от этой?

Я не сразу осознала его слова. Моргнула, затем ещё раз, подняла и повернула голову и снизу вверх посмотрела в серьёзно-сосредоточенное лицо мага.

И вот просто не поверила:

– Раскаяние?

Кьярт ответил мне хмурым взглядом и вдруг улыбнулся, чтобы насмешливо исправить:

– Попытка сохранить собственную жизнь.

А-а, точно, у нас же жизни теперь связаны…

Досадливо скривившись, кивнула и отвернулась, ничего не ответив.

Ему ответ не требовался, он и сам всё понял:

– Ты уже забыла, да? – уточнил с укором. – Настолько часто портишь людям жизни, что всех и не упомнишь.

– А как же, – даже спорить не стала. – А ты думал, что ведьмам жить легко?

Теперь не ответил мужик, мрачно разглядывая открывающиеся с этой высоты красоты и едва ли видя их.

Тишина висела долго, и нарушил её снова Кьярт:

– Ты снимешь с меня проклятье?

М-м-м… как бы так сказать «не могу», не говоря «не могу»? Решила не говорить вообще ничего.

Архимаг помолчал, наивно ожидая ответа. Вздохнул, смиряясь с его отсутствием, и очень устало, а вместе с тем и недовольно спросил:

– Что помимо тринадцатого сожжения тебе требуется для вступления в Ковен?

Странный вопрос, но я ничего не теряла, так что:

– Муж, – ответила просто.

– Высокопоставленный, чтобы утереть нос этой? – проявил лорд поразительные чудеса сообразительности.

Я покосилась на него впервые с одобрением и уважением. Он, бросив на меня взгляд, хмыкнул, криво улыбнулся и вновь устремил взор на холмы и горы.

– Да, – а вот я на красоты больше не смотрела, заподозрив неладное и всем телом повернувшись к Кьярту. – А ты что задумал?

Он попытался изобразить невинность, но очень быстро оставил эту затею, тоже встал так, чтобы всем телом быть повёрнутым ко мне, сложил руки на груди, мигом став каким-то грозным и внушительным, сверху вниз заглянул в мои зелёные глаза своими сине-фиолетовыми, вздохнул, словно уже заранее обо всём этом жалея, но всё же высказал:

– Я помогаю тебе с поиском мужа и даю слово, что через год лично отыщу и притащу священника для твоего сожжения, а ты взамен снимаешь с меня все свои проклятья. Идёт?

Что, правда? Вот прямо правда-правда? И, надо же, сам предложил! И вид такой серьёзный и решительный, что сразу понятно – не пытался обмануть, честное дело предлагал.

А я… я не знала, как снять с него проклятье. Я даже примерно не представляла, что это за проклятье такое. Но тут такое дело, что его всё равно как-то снимать придётся, а архимаг повторно помощи может и не предложить, так что выбора у меня по сути и не было.

– Идёт, – улыбнулась ведьма, решительно протягивая ладонь.

Кьярт глянул на мою ручку и осторожно сжал её своей громадной лапищей. Моя улыбка стала широкой и довольной, и это каким-то странным образом повлияло на архимага, потому что он посмотрел на мои губы с каким-то лёгким недоумением и… улыбнулся в ответ. Без яда и насмешки, а так тепло, по-доброму, ну совсем как человек.

И от этой улыбки у меня внутри что-то дрогнуло…

Очень странное, необычное и нетипичное чувство.

Я тряхнула головой, прогоняя его прочь, выдернула руку из мужской лапы и перешла к действительно важным вещам:

– Так, архимаг, ты у нас где живёшь?

В этот момент переставший улыбаться Кьярт мрачно осознал, что не зря ему заранее всё это не нравилось, ох и не зря.