Сильнее неземной любви

Лиза вздохнула и села за компьютер, приказав себе не подниматься прежде, чем дневная норма не будет выполнена.

На работу можно было не ехать, но Новиков поехал. Хотелось вырваться из-под Жанкиного ока, подумать. Заодно забрать машину, которую он бросил вчера за пару кварталов от дома Юрлова. Там же зашел в ближайший ресторан, попросил отбивную и водки. Есть не стал, а водку выпил. Официант должен его помнить, это нехорошо.

– Здравствуйте, Михаил Ильич, – засияла Вика, увидев начальника.

– Привет, – бросил он. Отпер кабинет, включил компьютер.

Костя Берестов должен позвонить сразу, как только комиссия даст заключение. Теперь бояться нечего, но все равно было тревожно. По всем прикидкам этот конкурс должна выиграть его фирма, он недаром сбросил цену до минимальной, ниже некуда. Еще чуть-чуть, и получилось бы себе в убыток.

Ошибку он совершил год назад. Они тогда неплохо попарились в бане с Юрловым. Звали Берестова, но он не пошел.

Сидели, тянули пиво. Юрлов принялся уговаривать его расширить бизнес. Разговор этот он начинал не в первый раз, Новиков отмахивался, но идея возглавить солидную большую фирму грела душу. Сейчас о нем знают только те немногие, кто завязан на их узкую тематику. Если круг задач расширить, о нем будут знать и в министерстве. А может быть, даже в правительстве.

Понимал ведь, что все это несбыточные мечты, а клюнул. С Жанкой посоветовался, конечно, выслушал ее вопли и разумные доводы, и впервые в жизни поступил по-своему. То есть поступил не так, как советовала Жанна, а так, как хотелось Юрлову. Идиот.

Перетянул спецов из конкурирующей фирмы, положил им огромные зарплаты, но в чужую нишу залезть так и не смог. Не хватило связей и знаний.

Потом только узнал, что Влад мечтал разорить ту фирму, откуда он программистов перетянул. Чего-то Юрлов не поделил с директором. Та фирма выплыла и опять процветает, а Новиков чуть не потонул. И потонул бы, если бы не подвернулся этот конкурс.

– Я тебе сколько раз говорила, чтобы ты никогда его не слушал! – орала Жанна. – Держись от него подальше! Он, кроме пакостей, ничего никому в жизни не сделал! Это каким же кретином надо быть, чтобы Юрлова всерьез воспринимать!

Он огрызался, но жена была права на все сто.

Зажужжал телефон. Новиков помедлил, с трудом заставил себя не перекреститься.

– Тендер твой, – сообщил Берестов. – Поздравляю.

– Спасибо, – выдохнул Новиков.

– Результаты будут завтра на сайте. Пиши договор.

– Ладно. Что с Юрловым? Мне Жанна сказала…

– Все, что знал, я ей сообщил.

– Жалко Влада. Как думаешь, кто его?..

– Не знаю.

– На психа какого-нибудь нарвался?

– Не знаю.

Новиков бросил телефон на стол, тронул мышь, чтобы компьютер ожил. Подумал, опять взял трубку, позвонил жене, обрадовал.

– Будешь составлять договор, заложи в аванс сорок процентов, не меньше. Сейчас главное – выплатить кредит, – предостерегла его Жанна.

– Знаю, отстань.

Кредит пришлось взять, чтобы платить зарплату сотрудникам. Тогда он еще надеялся стать первым среди конкурентов, не хотел сокращать персонал. Потом не сокращал, потому что нечем было платить выходные пособия.

Теперь придется увольнять, никуда не денешься.

– Михаил Ильич, кофе? – заглянула в кабинет Вика.

– Давай, – кивнул он.

Вика первая, кого необходимо уволить. Ну зачем ему секретарша? Толку от нее никакого, только раздражает.

Нужно поехать забрать машину. Жанка наверняка спросит, где «Тойота», не дай бог, еще искать начнет. Этого допустить никак нельзя.

Вика принесла кофе, поставила поднос на стол, выждала секунду. Уходить ей явно не хотелось.

Новиков протянул руку, погладил ее по запястью. Дальше все пошло, как он и ожидал. Девка вспыхнула, замерла, робко приблизилась, обдав его запахом сладковатых духов. Жанна любила совсем другие, легкие, почти неуловимые.

Новиков прижался лбом к Викиному животу, почувствовал на плечах ее руки.

– Закажи гостиницу, – шепнул он. – И вызови такси.

Вика беззвучно исчезла. Он почувствовал, как глухо бьется сердце то ли от злости непонятно на кого, то ли от усталости, то ли от предчувствия чего-то непоправимого.

Отказаться от дуры Вики?

Поехать сейчас к жене?

– Михаил Ильич… – приоткрыв дверь, прошептала секретарша.

– Спускайся, – не глядя на нее, бросил он.

Минут через пять запер кабинет, вышел из здания, огляделся, сел в стоявший рядом желтый «Форд».

Вика назвала водителю адрес, Новиков через двадцать минут расплатился.

Не то чтобы, когда лежал рядом с Викой, он жалел о том, что сделал, просто понимал, что секретарша ему действительно абсолютно не нужна. Было жалко потраченного времени, Викина худоба, которой она наверняка гордилась, его не слишком привлекала, говорить с ней было не о чем, и будет нехорошо, если кто-нибудь из сотрудников их совместную поездку заметил.

– Говорят, у нас будет сокращение. – Вика устроилась у него на плече, принялась мягко гладить шею.

– Да? – Он скосил глаза. – И кто же говорит?

– Многие…

В последнее время работы в фирме почти не было, только идиот не подумал бы о грядущем сокращении, а идиотов Новиков у себя не держал.

– Будет сокращение? – Похоже, сейчас это волновало ее больше всего.

– Посмотрим.

Михаил отодвинул ее руку, поднялся, прошел в душ и неожиданно подумал, что Влад порадовался бы, увидев сейчас его. Друга детства сильно раздражало, что Михаила и Жанну, несмотря на все их постоянные пререкания, оторвать друг от друга невозможно. Приятель не выносил чужого счастья.

Впрочем, Владу не суждено больше что-то видеть.

Обед был готов. Жанна выключила газ под последней кастрюлькой, посмотрела на часы – до вечера еще далеко. Послонялась по квартире, попробовала читать и отложила книгу. Вчера она здорово перепсиховала, ожидая мужа и не зная, что с ним. Такое, хоть и нечасто, случалось и раньше, и она знала, что теперь несколько дней не сможет обрести привычного равновесия.

Сидеть одной дома было тоскливо, и она, наскоро подкрасившись, поехала на работу. На стоянке перед офисным зданием, где фирма снимала помещение, Мишиного автомобиля не было. Не угнали бы, запирая свою машину, забеспокоилась Жанна, нужно сегодня же поехать и забрать «Тойоту».

Кабинет мужа оказался запертым. Жанна достала ключи, вошла. Компьютер выключен, сумки, без которой Миша никуда не выходит, тоже нет.

Жанна достала телефон и, ожидая, когда Миша ответит, испугалась, что он опять не возьмет трубку, как вчера, она будет сходить с ума, и нормальная жизнь никогда не начнется.

– Ты где? – с облегчением спросила она, услышав родной голос.

– За машиной поехал, – недовольно объяснил он. – А что?

– Ничего. Я в офис приехала.

– Ну и зря. Надо было сначала позвонить.

– Ты договор написал? Я хочу посмотреть.

– Нет еще.

– Миша, это нельзя откладывать.

– Знаю. Сама же вечно твердишь, что пока итоги конкурса официально не объявлены, делать ничего нельзя. На тебя не угодишь, то сглазить боишься, то подавай тебе договор до объявления результатов.

Возразить было нечего. Жанна вышла из кабинета с мобильником в руке, посмотрела на Викин стол.

– А где секретарша? – спросила у мужа.

– Откуда я знаю? Слиняла, наверное. Я ей сказал, что сегодня не вернусь.

Жанна повертела телефон в руках, вернулась в кабинет. Она числилась главным бухгалтером, но понимала, что фирма – ее детище даже в большей степени, чем Мишино. Муж был хорошим инженером, отличным, но в нем начисто отсутствовала коммерческая жилка. Без Жанны он давно прогорел бы, как едва не прогорел сейчас, послушав Юрлова.

Вечером нужно будет позвонить Берестову. Кто-то должен заняться похоронами, родных у Влада нет.

– Привет, – заглянула в кабинет ее подруга Настя Соколова. – Давай чайку попьем.

– Давай, – согласилась Жанна.

Настя работала в фирме недавно, но как-то само собой получилось, что они подружились быстро и крепко.

У Насти был маленький ребенок, большую часть времени она работала дома, благо что профессия программиста к этому располагала, и Жанна каждый раз расстраивалась, не застав подругу на рабочем месте.

– Я тебя в окно увидела. – Соколова прошла в маленькую кухню, прилегавшую к приемной, включила чайник.

– Миша давно уехал, не знаешь? – Жанна заглянула в холодильник, достала пачку пирожных, критически их осмотрела, положила на стол.

– Не знаю. – Настя замялась, но Жанна этого не заметила.

– И Вика куда-то делась.

Если бы Жанна смотрела на подругу, увидела бы, как Настя отвела глаза, но она смотрела совсем в другую сторону, на чайник.

– Плохи наши дела? – усаживаясь, спросила Соколова.

– Уже нет, – обрадовала ее Жанна. – Мы выиграли тендер на большую работу. Официальных результатов еще нет, но наш приятель – член конкурсной комиссии, он сегодня звонил Мише.

– А что, были какие-то сложности?

– Нет, – удивилась Жанна. – Все как обычно. С чего ты взяла?

– Вика говорила. Она ко мне в подружки набивается, делится новостями.

– Не было никаких сложностей! Новости узнавай у меня, а не у Вики.

Жанна доела пирожное, поразмышляла, не взять ли второе, и удержалась.

– Похоже, Иван Изотов собрался увольняться, – задумчиво доложила Настя. – Я случайно услышала, как он по телефону с кем-то разговаривал. Насчет работы.

– Это плохо, – расстроилась Жанна. – Просто ужасно. На самом деле надо всех уволить, кроме Ивана, тебя и еще нескольких человек.

Жанна давно бы так и сделала. Оставила бы только костяк по-настоящему работоспособных ребят и платила бы им столько, сколько в другом месте они не получат. Жаль, что Миша не понимает, что статус директора определяется вовсе не количеством подчиненных.

– Подскажи мужу. Я-то буду до последнего здесь сидеть, мне режим важнее денег и должности, а Ваньку можно понять.

– У него зарплата вполне достойная, поверь мне.

– Деньги не главное… – Настя не решалась что-то сказать, но обычно проницательная Жанна была занята своими мыслями.

– У нас вчера друга школьного убили, представляешь? – сказала она.

– Кошмар какой! Как?

– Точно не знаю. Мне Костя Берестов позвонил, это тот, что в конкурсной комиссии. Мы все в одной школе учились, я, Миша, Костя. И Владик Юрлов. Владика убили.

– Ужас! У него дети есть?

– Нет, слава богу. Он даже женат не был. Он…

Хлопнула дверь, Настя выглянула в приемную, засобиралась, сполоснула свою чашку.

– Кто там? – спросила Жанна.

Подруга не успела ответить, в дверях показался Иван Изотов.

– Привет!

– Привет, – сказала Жанна.

Тактичная Настя незаметно исчезла.

Иван молчал, Жанна почувствовала себя неуютно. Она часто чувствовала себя неуютно в его присутствии. А еще ей отчего-то очень хотелось его видеть, но в этом она себе не признавалась.

– Чаю хочешь? – предложила она.

– Нет.

Она поерзала, не нашлась, что еще спросить, поднялась и вымыла чашку.

– Тебе Настя ничего не сказала?

– О чем? – удивилась Жанна, повернулась, уперлась взглядом ему в глаза, почему-то смутилась и уставилась себе под ноги.

– Так… Неважно.

С той минуты, когда вся фирма наблюдала отъезд директора на такси вместе с секретаршей, он испытывал к Жанне такую мучительную жалость, что впервые в жизни абсолютно растерялся. Он не знал, что сделать, ему только хотелось спасти ее от злорадствующих взглядов и глумливого шепота, и понимал, что спасти ее невозможно.

Она часто его раздражала. Он давно понял, что она умнее своего мужа, и честнее, и порядочнее, но совершенно этого не понимает. Жанна его раздражала, а Мишку он просто не выносил. Новиков любил строить из себя барина-начальника, а никакого барства по отношению к себе Иван не терпел. Впрочем, у директора хватало ума вести себя с ним довольно почтительно.

Ему давно нужно было уйти из этой фирмы, но он почему-то не уходил.

– Вань, зачем ты пришел? – наконец спросила Жанна.

– Запиши мой телефон.

– У меня есть. – Конечно, у нее есть его номер, как и телефоны всех сотрудников.

– Запиши к себе в мобильный, – усмехнулся он.

– Зачем?

– Запиши.

– Послушай! Я сама решаю…

Он не стал дожидаться, когда она договорит. Взял со стола тонкий смартфон, потыкал в экран, положил назад.

Хотел сказать, что она всегда может на него рассчитывать, а произнес то, чего от себя совсем не ожидал:

– Я люблю тебя.

– Иван!

Он не стал ждать, что она ответит, вышел, даже не посмотрев на нее.

Жанна на него разозлилась. Она замужняя женщина, она любит своего мужа и…

Хлопнула дверь, Жанна пожала плечами и, только подойдя к висевшему на стене зеркалу, заметила, что улыбается.

Ей никто никогда по-настоящему не объяснялся в любви. Из Миши такие слова приходилось вытягивать, и он произносил их с большой долей иронии.

Лиза поизучала холодильник, подумала. Острой необходимости идти в магазин не было, но сидеть взаперти надоело до смерти, бесцельно гулять она не любила, и она отправилась за продуктами.

Перекладывая покупки в целлофановый пакет, она пожалела, что нахватала много не то чтобы лишнего, но не остро необходимого, сумка получилась увесистой. Без грейпфрутового сока точно можно обойтись, без маслин тоже.

Утренняя непогода ненадолго развеялась. Солнце в легкой дымке было, как и положено по календарю, по-настоящему весенним, ласковым, и даже с тяжелой поклажей не хотелось идти домой.

– Лиза! – окликнула ее Вера Николаевна.

– Здравствуйте, – остановилась Лиза.

Пожилая соседка сидела на лавочке под еще не распустившимися кустами сирени, рядом лениво ходила маленькая беспородная собачонка.

Лиза подошла, поставила пакет на лавку.

Костя вырос в этом дворе, знал всех старых жильцов. Впрочем, таких осталось не так уж много. Дом был капитальный, многоподъездный, построенный в виде буквы П. Костя рассказывал, что здесь когда-то жила почти половина его класса, а сейчас остались только он и Влад.

А теперь остался только Костя.

Вера Николаевна жила в одном подъезде с Владом и была первой из соседей, с кем Костя ее познакомил, когда Лиза окончательно к нему переехала. Не потому, что слишком любил старуху, а просто потому, что она первой им встретилась, когда они как-то вышли вечером прогуляться.

– Здравствуй, Лиза. Слышала, какой ужас у нас вчера случился? Владика-то убили…

– Слышала, – кивнула Лиза. – К нам вечером Марианна приходила, его девушка.

– Это ведь я полицию вызвала, – вздохнула Вера Николаевна. – Господи, вот кошмар-то! Я его маленького нянчила, на руках держала. Несчастный мальчик. Вся жизнь у него непутевая. И вся семья несчастная…

На Лизу Влад никогда не производил впечатления несчастного человека, но она покорно кивала.

– Мы три подруги были, я, Кости твоего бабушка Надежда и Люба, Владика бабка. Вера, Надежда, Любовь. Как Надежда-то поживает, что-то она давно мне не звонила?

– Простудилась сильно, а так ничего. Нормально.

– Вот так мы, старики, живем, а молодежь умирает. – Соседка горестно покачала головой. – Вчера такой дождь был проливной.

– Да, – подтвердила Лиза.

– Лорик гулять просился, – соседка кивнула на собачку, – а дождь все идет и идет. Я у окна и торчала. Когда прояснилось, мы спустились вниз, а там Владик… Не знаю, как замертво не упала рядом с ним. Мне потом «Скорую» вызывали.

Где-то весело чирикали воробьи, ленивый голубь, переваливаясь, двинулся к лавочке, Вера Николаевна отпугнула его ногой.

– Полиция приехала быстро, это правда. Хорошие мальчики, вежливые. Всех опросили, а толку-то… Не найдут никого.

– Вера Николавна, – спросила Лиза. – А вы кого-нибудь видели, когда у окна стояли?

– Дождь же шел. Никого на улице не было. Вышел кто-то в дождевике из нашего подъезда, но я даже не поняла, парень или девка.

– А полиции вы об этом сказали?

– Сказала. Только точно-то я не знаю, из подъезда он вышел или просто под козырьком стоял. Я ведь у окна-то не все время была, так, иногда подходила… – Старуха задумалась. – Я хочу, чтобы убийцу Владика нашли, только не верю, что найдут. Ну сама посуди, Лиза, кто из своих мог его убить? Мы что, за пистолеты хватаемся, если чего не поделили? Заполонили Москву неизвестно кем…

Настырный голубь снова приблизился, Вера Николаевна опять отогнала его ногой.

Негромко зашумела въехавшая во двор «Хонда», Лиза подхватила пакет, бросилась к вылезающему из машины Косте. Прижаться к мужу хотелось нестерпимо, но при соседке она постеснялась.

– Привет, – улыбнулся Костя и кивнул Вере Николаевне: – Здравствуйте.

– Костенька. – Лиза незаметно погладила его по рукаву.

– Черт возьми, ты зачем такие сумки таскаешь? – перехватывая покупки, возмутился Костя. – Мне сказать не могла?

– Больше не буду, – счастливо улыбнулась Лиза.

– Смотри у меня! – пригрозил он, открыв ей дверь подъезда.

– Погода какая хорошая. – Лиза вызвала лифт, уткнулась лбом в плечо мужа.

– Угу. Хочешь, погуляем? – Он одной рукой обнял жену и втащил в подошедшую кабину.

– Мне с тобой везде хорошо, – призналась Лиза. – И в любую погоду.

Костя отпер дверь квартиры, отнес продукты в кухню, повесил в прихожей ветровку и отправился в ванную.

– Это Вера вчера обнаружила Влада, – крикнула ему Лиза, быстро накрывая стол к ужину.

– А насчет убийцы у нее идеи есть? – Костя быстро обнял ее, поцеловал и сел в угол.

– Идей нет. Костя, почему она назвала семью Влада несчастной?

– Это у нее надо спросить, – усмехнулся он.

– Костя!

– Ну, понимаешь, – неохотно заговорил он. – Владьку одна мать воспитывала. Отец другую семью завел, еще когда мы маленькие были.

– Вера сказала, что она дружила с твоей бабушкой и с бабушкой Влада.

– А…

– Костя! – возмутилась Лиза, расставив тарелки и наконец усевшись напротив. – Ну почему из тебя каждое слово нужно клещами вытаскивать?

– Почему вытаскивать? – удивился он. – Ты спрашиваешь, я отвечаю. Очень вкусно.