- -
- 100%
- +
Отправляю вилку с запеканкой в рот. Тает на языке, однако аппетит пропал.
Одного лишь упоминания о Марате хватает, чтобы градус моего настроения упал ниже приемлемой отметки.
– Уверена, вероятность есть. Это элитное жилье, премиум уровень. Соседи съехали, выставили жилплощадь на продажу. И если Марат был в поисках новой квартиры, то вполне мог…
– Брось, сама в это веришь?
– Верю. Потому что мужчина, решивший вновь завоевать сердце женщины, не станет начинать свой путь с объявления войны и запугивания. А именно этим Марат и занимается.
– Войну объявил? Гад ползучий… А ты что?
– А что я могла сделать? Трусливо хвост поджать? Он Маргариту Павловну света лишил!
– Ох, Агата… Нельзя нам, женщинам, с мужчинами воевать. Это же нарушает все законы природы.
– Поздно. Угрозы озвучены, ставки сделаны. Теперь либо я, либо он. Третьего не дано.
Зло и быстро закидываю в рот несколько вилок запеканки. Перемалываю еду словно жерновами, просто чтобы заесть стресс, хотя вкуса почти не чувствую.
Марго, глядя на мой нездоровый аппетит, подкладывает ещё.
– Жуй, хороший мой, – с тревогой. – А у тебя… У тебя уже и план есть?
– Да. Унифтожу бывфего, – запиваю вином. – Что так смотришь? Жалко выгляжу?
– Выглядишь так, словно собралась биться за Асгард. Агата, просто хочу напомнить о том, что в нашей стране есть некоторые законы, нарушение которых повлечёт серьёзные последствия.
– Да не буду я его убивать, – закатываю глаза под недоверчивым взглядом подруги. – Честно. Клянусь. Просто немного превращу его жизнь в ад и заставлю съехать.
– В корне неверная стратегия. У женщины энергия иная. Мягкая. Мы не давим, а нежно склоняем к принятию нужного нам решения, понимаешь?
– Ничуть, – делаю ещё глоток вина.
– Ну, может быть, тебе стоит не бороться с ним, а… соблазнить?
Давлюсь вином. Оно идёт носом, обжигая всё внутри.
Марго подскакивает за салфетками.
– Ты соображаешь, что говоришь? Предлагаешь мне соблазнить бывшего мужа?
– Очаровать, довести до трясучки. Чтобы он засыпал с мыслями о тебе, и с этими же мыслями просыпался. Чтобы ты стала его личным наваждением, понимаешь? Он просто не сможет ничего тебе противопоставить. Мужики, они ведь только давить умеют. Вижу цель – не вижу преград. Но когда на пути встаёт женщина, – Марго вскидывает руки к потолку, словно говорит о чём-то магическом, неземном, – они теряются. Их сила рассеивается, когда они понимают, что оппонент безоружен, беззащитен, а в довесок ещё и неприлично сексуален. Он тебе пакость, а ты ему запеканочку. Он тебе ещё одну пакость, а ты утром выходишь за почтой в коротком халатике. Не война, а игра. Интрига…
– Боже, какой бред, – со шлепком припечатываю ладонь к лицу. – Мне стыдно даже думать об этом. Да и какая тут интрига? Марат, раз уж на то пошло, в курсе всех моих выпуклостей и впуклостей. Захочешь – не оставишь место для воображения, потому что мы друг друга знаем, как облупленных.
Промакиваю губы салфеткой, встаю из-за стола.
– Спасибо, что накормила. Пойду домой, нужно как следует обдумать дальнейший план действий.
Марго провожает до порога.
– Может, хотя бы подумаешь о том, что я сказала? – Вижу в её глазах неподдельную озабоченность моими проблемами.
Мягко касаюсь её плеча.
– Я обещаю подумать над тем, чтобы подумать. Идёт?
– Хотя бы так. Запеканочку возьмёшь?
– Нет, я и так тебя объела, как гусеница, – жму кнопку вызова лифта.
Створки открываются.
– А кошку? Кошку возьми!
Хихикая, машу подруге на прощание.
Только кошки-то мне для полноты картины и не хватало.
Дома, после полуторачасового отмокания в горячей ванне, облачаюсь в любимую удобную пижаму с сердечками, зажигаю ароматическую палочку и заваливаюсь в свежую постель, густо пахнущую порошком после стирки.
Отчего-то хорошо и безмятежно в голове. То ли магниевая соль, разрекламированная блоггерами, действительно работает, то ли это меня так от предвкушения скорой битвы кроет.
Не знаю, в чём именно дело, но в спокойный крепкий сон я проваливаюсь почти мгновенно.
Будильник верещит ровно в семь часов утра. Отключаю и потягиваюсь, наслаждаясь первыми робкими лучами осеннего солнца, что заглядывают в окно.
Настраиваю себя на продуктивный день.
В дверь смазано стучат. Громко, но так, словно задели её случайно.
Игнорирую, однако стук повторяется.
– Иду! – Ступаю босыми ногами на прохладный пол и бегу к двери.
Кого в такую рань принесло?
И снова:
ТУК-ТУК!
В глазок ничего не видно. Сердце тревожно подпрыгивает.
А вдруг первые сюрпризы от Марата подъехали?
Осторожно приоткрываю дверь и, зажав рот ладонью, замираю от шока…
Глава 10
Агата.
Медленно отступаю.
Огромный, ну просто невообразимых размеров сенбернар, напротив, делает шаг вперёд, почти переступая порог моей квартиры.
– Тихо, хороший мой, тихо, – вытянув руки перед собой, пищу дрожащим голосом.
Вязкая слюна капает из пасти чудовища на мой дверной коврик. Большой бархатный нос жадно втягивает воздух, и мне остаётся лишь надеяться, что я не попаду сегодня в меню этого великана.
Ноги становятся ватными, подгибаются. Старый шрам от укуса на ноге зудит.
– Иди, иди домой, – умоляю лохматого со слезами на глазах.
Но сенбернар в прямом смысле плевал на мои просьба – капая слюной он подходит ещё ближе.
Упираюсь спиной в шкаф. Отступать некуда.
Зажмуриваюсь и перестаю дышать, когда мокрый нос врезается в моё колено. Ткань пижамных штанов тут же становится влажной, а моё сердце, пропустив пару ударов, опадает в пятки и долбит ускоренно уже оттуда.
Вот и всё. Это конец.
Завтра новостные паблики растащат новость о том, что Агату Синичкину, преуспевающую и молодую женщину в самом расцвете сил прямо в собственной квартире заживо сожрала собака. А я в дурацкой пижаме с сердечками! Надеюсь, они не станут прикладывать фото…
Боже, чей это монстр?
Я знаю всех собак в нашем подъезде – спасибо фобии.
Парой этажей выше живет питбуль Лана, добрая и воспитанная девочка. У соседей с восьмого два джек-рассела. Ручных шпицев у нас штук десять, но тех я почти не боюсь – они больше напоминают мне кошек, нежели собак.
Далматин Август у соседей с десятого, но те, заметив однажды мою реакцию на их собаку, стараются со мной не пересекаться.
Никаких сенбернаров здесь не было, до приезда Марата, а значит…
– Марат! – Кричу шёпотом.
Страшно издавать громкие звуки, ведь я понятия не имею, как поведёт себя монстр, дёрнись я резко. Может у него сработает какой-нибудь рефлекс, и он просто перекусит мне хребет?
– Марат!
Сенбернар плюхается рядом на задницу. Громко чавкая, заглядывает мне в глаза.
Я свои поспешно отвожу.
Ну, попадись мне только, Марат! Я от тебя мокрого места не оставлю!
Из подъезда доносится хлопок двери.
– Клайд? – Голос Марата пробуждает во мне надежду, что в новостные сводки я всё-таки не попаду. – Клайд, ты где?
– Здесь!
Марат заглядывает. Удивлённо крякнув, закладывает руки с поводком за спину.
– Вижу, вы познакомились? – Обваривает меня взглядом с головы до ног. – О, пижамка с сердечками. Как мило. Годы идут, а ты не меняешься.
– Твоя собака? – Шиплю с притворной мягкой улыбкой.
– Моя. Какие-то проблемы?
– Твоя собака находится в моей квартире. Как ты думаешь, есть у нас проблемы?
– У нас? Нет. У тебя – наверняка, – дерзко вздёргивает бровь.
Так бы и швырнула в довольную физиономию чем-нибудь тяжёлым!
– Убери пса!
– Что-что? Тебе помощь нужна? Я не расслышал. Кажется, ты просишь спасти тебя, но делаешь это без уважения.
– Марат, немедленно! – Чуть повышаю тон, за что тут же получаю мощной лапой по бедру.
Вжавшись лопатками в шкаф, пытаюсь не стечь на пол.
Мамочки…
– Я мог бы помочь… – Марат проходит в квартиру. Останавливается у комода на входе, заинтересованно шерстит взглядом по мелочёвке, что валяется в гипсовой вазочке, хватает флакон духов и, стянув крышечку, делает пару пшиков в воздух. Принюхивается. – Мог бы, правда. Если бы точно знал, что помощь нужна. Если бы меня попросили как следует. Ну, знаешь, с волшебным словом и вот этим всем…
Стреляет в меня взглядом.
Я тоже стреляю. Мысленно и дуплетом.
– Ну так что? – Он склоняет голову к плечу.
От злости сжимаю челюсти так сильно, что зубы скрипят.
– Помоги.
– Марат, помоги мне, пожалуйста, – подсказывает.
– Марат, помоги мне.
Он взмахивает в воздухе рукой, требуя продолжения.
– Пожалуйста, – закатываю глаза.
– Без тебя мне не справиться, – продолжает он.
– Что?
– Да-да. Без тебя мне не справиться, Марат. Ты единственный, кто может меня спасти, потому что я, дурёха, к тридцати трём годам так и не уяснила, что нельзя открывать дверь, когда не знаешь, кто за ней стоит.
Сенбернар, облизнувшись, глухо ворчит. А может, это желудок его урчит от голода, и сейчас мозг размером с орешек принимает решение, которое станет для меня судьбоносным?
– Марат, прошу тебя, пожалуйста, забери собаку, – шепчу, прикрыв глаза.
– Эх, что с тебя взять? – Вздыхает. – Клайд, к ноге.
Лохматая туша неграциозно подрывается и, виляя хвостом, бежит к Марату, устраиваясь у его ног.
Картинка перед глазами перестаёт кружиться, дыхание моё выравнивается, а сердце возвращается туда, где ему быть положено.
– Клайд, гулять! – Даёт очередную команду Марат, и собака с готовностью вылетает из квартиры. – Кстати, спасибо мне сказать не хочешь?
– Спасибо? За то, что твоя собака меня чуть не проглотила?
– Не утрируй, Агатик. Клайд абсолютно безобиден.
– Ты специально, да? – Подхожу к Марату ближе. – Специально притащил его сюда, потому что знаешь, как я боюсь собак! Где ты его взял? Верни обратно!
– Это моя собака, – цедит через зубы и тоже делает решительный шаг вперёд.
– Вчера её здесь не было!
– Клайд очень чувствительный мальчик. Чтобы не травмировать его переездом я оставил его у друзей. А сейчас забрал. В чём проблема?
– Проблема в том, что я не собираюсь жить по соседству с монстром! И его собакой!
Сама не замечаю, как оказываю к Марату вплотную.
Мы оба источаем самые нездоровые вибрации и отравляем ими воздух между нами.
– Отлично, тогда я вызову для тебя такси! Собирай вещи и уезжай отсюда!
– Ах, вот значит как? Это и был твой план? Думал, притащишь сюда огромного пса, и я тут же сдамся и съеду? Не дождёшься, Журавлёв!
– Ты не пуп земли, Агата! – Бывший муж раздражённо взмахивает в воздухе руками. – Хватит думать, что всё, что я делаю – я делаю с мыслями о тебе! Клайд – мой пёс!
– Конечно, – фыркаю, воинственно складывая руки на груди. – Что-то за все годы брака ты интереса к собакам не проявлял, а здесь, надо же!
– Да я всегда мечтал о собаке! Всегда! Ты была единственным сдерживающим фактором, но я должен в очередной раз сказать тебе спасибо за то, что освободила меня из этого плена! Наконец-то я стал свободен в своих решениях и могу жить полноценной жизнью без дурацких ограничений!
Больно.
Ноет за грудиной, и мне хочется приложить туда ладонь, чтобы погладить исходящее кровью сердце.
Роняю взгляд в пол и поджимаю губы.
– Прости, – произношу тихо, – что своей неполноценностью испортила столько лет твоей жизни.
Марат с шумом выдыхает воздух через рот.
– Агата, я не то имел в виду, я просто…
– Нет, ты прав. Наш брак был пленом для нас обоих. Разрушающим, убивающим пленом. И я в очередной раз убеждаюсь, что мы поступили верно, когда решили развестись. – Вскидываю на бывшего супруга горящий взгляд. – Я никуда отсюда не уеду. Хоть крокодила приведи, это моя квартира, мой дом, моя крепость. Я буду оборонять её и выдержу все твои осады. Ты понял меня, Журавлёв?
– Предельно ясно, Синичкина, – искривляются в ухмылке его губы. – Можешь не вынимать оружие. Твои бастионы падут под натиском моей огневой мощи до того, как ты скажешь «переезд».
Он резко разворачивается на пятках и покидает мою квартиру.
Из подъезда доносится густой и раскатистый собачий лай, который заглушается, когда монстр и пёс садятся в лифт.
Выжидаю ещё немного. Сунув ноги в пушистые тапочки, лечу вниз по лестнице. Долблю в дверь.
– Что тебя в такую срань привело, Агатовая моя? – Зевает взъерошенная Марго, которую я, судя по всему, вытащила из постели.
– Кошка. Мне нужна твоя долбанутая кошка.
Глава 11
Агата.
Ровно в полдень мой телефон звонит. На экране высвечивается «Ярослава Т» и я, подрагивающими от нервов пальцами, пытаюсь попасть по зелёной трубке.
– Да! Здравствуйте!
– Добрый день, Агата Александровна. Это Ярослава. Узнали?
– Конечно. Да. Что-то случилось? – Пытаюсь придать голосу серьёзность.
– Может быть. Это как посмотреть. Мы с инвесторами внимательно изучили ваши предложения по озеленению и приняли решение.
Ярослава замолкает, натягивая драматичную паузу.
Кусаю губы.
Ну? Господи, пожалуйста!
– Инвесторам ваши идеи показались свежими, хоть и сложными в исполнении. У них возникли вопросы некоторые сомнения, однако нам удалось убедить их в том, что вашей команде будет оказана поддержка на всех этапах и проблем не возникнет. Поэтому…
Бонни, словно чёрт из табакерки, выскакивает из-под дивана и подрезает меня, нервно нарезающую круги по гостиной. Запнувшись о кошку, падаю. Телефон вылетает из рук, но я ползу за ним. Пыхчу.
– Агата Александровна, вы тут?
– Да! – С победным рыком хватаю телефон, сдуваю прядь волос с лица. – Я тут. Это… Это значит «да»?
– Да, Агата Александровна, – в голосе Ярославы слышится улыбка. – Поздравляю! Вы сумели впечатлить даже самых прожжённых скептиков.
Ага, всех, кроме Журавлёва.
– Боже… – шепчу на выдохе. – Спасибо вам огромное!
– Себя благодарите, это ваши идеи. И, кстати, уже на следующей неделе можно приступать к работе. Вы готовы?
– Хоть сейчас!
– Сейчас не нужно, – смеётся. – Лучше переварите эту информацию, отпразднуйте первую маленькую победу, а в понедельник мы с Тамерланом Айдаровичем будем ждать вас в офисе.
Заканчиваю звонок.
Схватив Бонни в охапку, прижимаю её к себе и счастливо пищу!
Получаю тут же в нос мягкой лапой.
Вот же злюка…
Но моего счастья это не умаляет. Честно признаться, когда мне на почту пришла рассылка от «Т&К групп», я решила, что это обычный спам. Хотела отправить письмо в корзину, но всё же открыла. Узнала о поиске подрядчика. Портфолио отправляла, ни на что не рассчитывая, потому что Марат здесь прав – ни опыта, ни должных ресурсов у меня нет.
Что же это было?
Невероятная удача? Особое движение космических тел? Или же их правда настолько зацепили мои работы?
Это всё не так важно уже. Важен лишь факт – я сделала это! Сама!
Пишу Марго, чтобы поделиться радостью. Подруга решает, что отметить мы должны грандиозно – в любимом ресторанчике в центре города. Не сопротивляюсь и бронирую столик на вечер.
Действительно, нужно отвлечься и развлечься. Что ещё так же хорошо встряхнёт боевой дух, как выгул красивого платья?
К вечеру небо затягивает густыми свинцовыми тучами. Сначала дождь робко постукивает по стёклам. Но уже вскоре расходится и стоит непроглядной стеной.
Собираюсь в ресторан, а чувствую себя так, словно на вручение Оскара. Волосы укладываю на круглый брашинг, макияж без переборов – лишь помада ягодного оттенка на губах намекает на то, что душа требует праздника.
А вот распахнув дверцы шкафа я позволяю себе оторваться. Долго и придирчиво перебираю платья, пока не останавливаюсь на любимом, но отчего-то позабытом коктейльном варианте. Юбка чуть выше колен, шикарное V-образное декольте и лёгкая ткань, собранная на талии, идеально подчёркивает фигуру.
К платью подбираю туфли, бросаю в сумочку телефон, накидываю на плечи пальто и застываю перед входной дверью.
Немного страшно оставлять кошку дома одну.
Всего за полдня Бонни навела в моей квартире свои порядки – стащила рулон туалетной бумаги, размотала и изодрала на мелкие кусочки; перевернула сушилку с одеждой; подралась с роботом-пылесосом, выйдя из боя слегка униженной, но не сломленной; повисла на шторе, оставив с пару десятков смачных затяжек и даже влезла в мусорное ведро, выудив оттуда кусок засохшего сыра. Решив, что это заслуженная награда, монстрокошка скрылась под диваном и не выходит оттуда уже полтора часа.
Предполагаю, что она просто строит план дальнейшего разгрома моей квартиры.
А ведь я рассчитывала на помощь…
Но, думаю, если мохнатый охранник Марата снова решит явиться на порог моего дома, эта мадмуазель пустит его на шашлык. Очень уж дикая, и авторитетов не признаёт.
– Бонни, не шали тут! – Кричу назидательно, и всё же выхожу.
Вставляю ключ в замок, и тут же хлопает соседская дверь за моей спиной.
Глава 12
Агата.
Чёрт бы тебя побрал, Марат…
Замираю, старательно мимикрируя под дверное полотно.
Журавлёв молчит, но знаю, что сверлит меня взглядом. Буквально чувствую покалывание между лопаток.
– Ну что ты таращишься? – Спрашиваю, не оборачиваясь.
Мне кажется, я рядом с ним уязвима и раздета до мяса. Так чувствительна, что ключи в ладони тянут к земле, а прохладный воздух подъезда выстуживает и покрывает инеем лёгкие изнутри.
– Поздравляю, – мрачно.
– С чем?
– Слышал, твою кандидатуру утвердили в проект.
– Мхм, – медленно проворачиваю ключ в замке.
– Счастлива?
– Вполне. А ты, должно быть, страшно раздосадован?
– Как раз собирался напиться и поплакать в подушку.
Разворачиваюсь к Марату лицом.
Ох… Кажется, он тоже собрался что-то праздновать. А может, красиво скорбеть, потому что на нём дорогущий чёрный костюм из плотной ткани. Пиджак как влитой сидит на широких плечах. Верхние пуговицы чёрной рубашки расстёгнуты, волосы зачёсаны назад, а облако его любимого парфюма распространяется на всю лестничную клетку. В руках пышный букет анемонов, моих любимых.
Неужто женщину покорять собрался?
И дарить ей цветы, которые так нравятся мне…
Вглядываюсь в глаза бывшего мужа, пытаясь отыскать в себе силы не сорваться в очередную неуместную эмоцию. Это сложно, потому что Марат много эмоций вызывает.
Неудобных. Порой даже постыдных.
Он прекрасно знает все мои слабости и без зазрения совести обтирает их наждаком. Ни один человек на планете не способен вот так же, как он, вывести меня из равновесия не просто словом, а одним единственным взглядом.
– Послушай, – начинаю после короткого выдоха, – нам вовсе не обязательно распространять военные действия и на работу тоже. Так уж вышло, что соседствовать нам придётся не только здесь, но и, возможно, в офисе «Т&К». Однако это не значит, что мы не можем попробовать оставаться людьми и…
– Куда ты собралась? – Перебивает, уткнувшись взглядом мне в район декольте.
Теряюсь на пару секунд.
– Я… Эм… Я говорю сейчас о работе, Марат.
– А я о досуге. Так куда? Свидание?
Свидание?
Разве стала бы я на встречу с мужчиной надевать такое легкомысленное платье? Нет, в таком виде лицезреть меня достойна только Марго.
Однако Марату я об этом говорить, естественно, не стану. Пусть даже не думает, что с его уходом моя личная жизнь поросла плесенью и покрылась густой паутиной.
– На свидание, – упираю руку в бок. – Какое тебе дело?
– Да никакого, – он опускает глаза ниже, с явным неудовольствием отмечая длину платья. Морщится. – Тебе не кажется, что это уже слишком?
– Ходить на свидания?
– Ходить на свидания в таком виде. Вы из ресторана сразу в постель?
Чувствую, как перекашивает моё лицо от праведного гнева.
– Хамло!
Цокая каблуками, иду к лифту.
– Зонт возьми, там страшный ливень! – Летит в спину.
– Сам бери. И не забудь сунуть его себе куда-нибудь поглубже!
Пересекаемся враждебными взглядами.
Марат так сжимает пальцы на букете, что стебли жалобно похрустывают.
Лифт везёт меня вниз, тогда как мыслями я всё ещё там, на этаже, который мы делим теперь с бывшим мужем.
Ну, чего ты завелась, Агата? Да пошёл он к чёртовой бабушке со своими комментариями. Их он тоже может сунуть себе туда же, куда и зонт. Чем сильней ты реагируешь на его выпады, тем больше его раздракониваешь.
Он ведь как задиристый мальчишка – видит реакцию, делает вывод, что броня пробита, и продолжает лупить в то же место с удвоенной силой.
А моя броня пробита?
Даже если так, придётся в срочном порядке отращивать новую, огнеупорную и шипастую.
Накрыв голову сумочкой, бегу к такси. Да, зря я зонт не взяла… Буквально за пару часов на асфальте собрались такие лужи, что мне приходится их перепрыгивать, чтобы не набрать в дизайнерские туфли воды.
Такси привозит меня в ресторан в самом центре города. Мы захаживаем сюда с Марго иногда – кормят вкусно, прекрасный сервис и ненавязчивая музыка. И, что немаловажно, очень приличный контингент.
Марго опаздывает. Заказываю нам два бокала вина.
Поглядываю на время, отправляю подруге пару сообщений, а вскоре она перезванивает сама.
– Агатовая моя, прости, – с раскаянием в голосе, – в пекарне на Маркса пожар случился!
– Что?
– Да! Только добралась сюда, всё в дыму. Никто не пострадал, кроме кухни и огромной партии пирогов на утро.
– Боже, Марго… Мне очень жаль! Ты сама как? – Тереблю нервно тканевую салфетку.
– Пока не поняла, на адреналине. Думаю, завтра дойдёт весь масштаб катастрофы. Буду считать убытки, а сейчас нужно срочно перекинуть заказ в другой филиал. Агата, ты сильно расстроишься, если мы отложим празднование твоего успеха на пару дней?
– Ты что? Какие вопросы? Нет проблем, это вообще не важно сейчас. Может, нужна моя помощь?
– Нет, не переживай, я справлюсь. Всегда ведь справляюсь… – С истеричным смешком.
– Но если что – звони. Я примчу.
– Знаю, Агатовая моя. Знаю. Езжай лучше домой, полежи в горячей ванне и как следует расслабься за всех нас, вкалывающих женщин. Куда вы это понесли?! Обратно поставьте, я ещё не закончила! Боже, вы смерти моей хотите? – Отдаляется от трубки её голос. – Ладно, Агата, побежала я, а то наделают сейчас…
Она бросает трубку.
Покрутив за ножку бокал, взбалтываю вино. Делаю маленький глоток и поднимаю взгляд ко входу в зал в тот самый момент, когда туда входит очередная парочка.
Тёмные блестящие волосы женщины струятся по плечам крупными локонами, опадают на строгий, но женственный тёмно-синий пиджак. Классические брюки подчёркивают длину ног, что кажется невообразимой. Черты лица крупные, но мягкие, с ярко-выраженными острыми скулами и полными, чувственными губами.
Я зависаю, неприлично рассматривая её.
Но лишь до тех пор, пока её спутник не выходит вперёд, и я узнаю в нём Марата…
Глава 13
Агата.
Хостес, обогнув парочку, взмахивает рукой в сторону свободного столика.
Я всеми правдами и неправдами заклинаю себя отвести глаза или не пялиться хотя бы с таким интересом, но в голове моей сами собой рождаются сотни вопросов, которые тут же находят ответы – точно такие же, придуманные мной. Мозг, предатель, уже всё увидел, всё проанализировал и сделал выводы.
Да тут всё очевидно!
Они держатся на небольшой дистанции, однако это, конечно, не способно убедить меня в том, что у них нет романа. Ладонь бывшего мужа мягко и мимолётно касается спины женщины, между лопаток. Лёгкое, почти вежливое касание, но я всё равно чувствую его кожей, словно это по моей спине сейчас провели ладонью.
Марат отрывает взгляд от партнёрши, безошибочно врезаясь им в меня.
Сначала его брови чуть заметно поднимаются, но почти сразу уползают вниз, а между ними залегает хмурая складка. Он качает головой, словно я одним лишь своим видом испортила ему шикарный вечер.
«Опять ты» – говорит он без слов.
Это взаимно, Журавлёв.
Вечер и правда испорчен.
– Вы уже выбрали основное блюдо? – Подошедший официант буквально вытряхивает меня из глубокого транса.
– Что?
– Если затрудняетесь с выбором, я могу предложить фирменное блюдо от шефа или…
– Нет. Счёт, пожалуйста, – одним махом опрокидываю в себя вино из своего бокала. А затем и из бокала, предназначенного Марго.
Пищевод приятно согревает, а в голове мгновенно становится тише. Сотни вопросов, что жужжали там роем надоедливых пчёл, смолкают.
Пока жду счёт, вызываю такси.
Прикладываю карту к терминалу и словно сайгак несусь к выходу, почти на ходу обменивая номерок на своё пальто.