Убийство в поместье
- -
- 100%
- +
Она зашла в первую, попавшуюся ей на пути, – очереди не было – и заказала американо и круассан. Кофе был идеальной обжарки, с богатым шоколадным вкусом, а круассан из хрустящего слоеного теста, промазанного маслом, был настоящей вкуснятиной.
Наконец удовлетворив свой желудок, Лейси решила, что пора найти одежду получше. Она видела неплохой магазин модной одежды на другом конце улицы и повернула в ту сторону, когда запах сахара ударил ей в нос. Обернувшись, она увидела магазин домашних ирисок, только что открывший свои двери. Не в силах устоять, она вошла внутрь.
– Хотите попробовать бесплатный образец? – спросил мужчина в фартуке в бело-розовую полоску.
Он указал на серебряный поднос, заполненный кубиками разных оттенков коричневого.
– У нас есть темный шоколад, молочный шоколад, белый шоколад, карамель, тоффи, кофе, фруктовый микс и классические.
Лейси выпучила глаза.
– Я могу попробовать их все? – спросила она.
– Конечно!
Мужчина отрезал по небольшому кубику от каждого образца и дал Лейси попробовать. Она положила первый кусочек в рот – и ее вкусовые рецепторы заплясали.
– Превосходно, – сказала она с набитым ртом.
Она попробовала следующий. Каким-то невероятным образом он был даже вкуснее предыдущего.
Она пробовала разные вкусы друг за другом, и они, казалось, становились все вкуснее с каждым кусочком.
Проглотив последний кусочек, она едва успела перевести дыхание, прежде чем воскликнуть:
– Я должна отправить немного своему племяннику. Они не испортятся, если я отправлю их в Нью-Йорк по почте?
Мужчина широко улыбнулся и достал плоскую картонную коробку, выстланную фольгой.
– Если вы будете использовать нашу специальную коробку для доставки, то не испортится, – сказал он, улыбаясь. – Нас так часто об этом спрашивают, что мы специально их создали. Достаточно тонкие, чтобы вместиться в почтовый ящик, и достаточно легкие, чтобы сэкономить на доставке. Вы также можете приобрести у нас марки.
– Как прогрессивно, – сказала Лейси. – Вы обо всем позаботились.
Мужчина положил в коробку по кубику каждого вкуса, заклеил коробку упаковочной лентой и наклеил необходимые марки. Расплатившись и поблагодарив мужчину, Лейси взяла небольшую посылку, написала имя и адрес Фрэнки на ней и просунула ее через отверстие в традиционном красном почтовом ящике через дорогу.
Как только посылка исчезла в ящике, Лейси вспомнила, что отвлеклась от главного задания – найти одежду получше. Она уже собиралась направиться на поиски магазина одежды, как вдруг ее внимание привлекла витрина магазина возле почтового ящика. Там была изображена сцена на пляже Уилдфордшира с пристанью, простилающейся в море, но все это было выложено печеньем макарон пастельных тонов.
Лейси тут же пожалела о съеденном круассане и всех образцах ирисок, которые она попробовала, потому что от этой аппетитной картины у нее потекли слюни. Она сделала фото для чата Девочек Дойл.
– Могу я чем-то вам помочь? – послышался мужской голос где-то позади.
Лейси выпрямилась. У двери стоял владелец магазина, очень красивый мужчина за сорок с густыми темно-каштановыми волосами и острым подбородком. Его глаза мерцали изумрудами, под ними были морщинки от смеха, которые ясно давали понять, что он из тех, кто наслаждается жизнью, а его загар говорил о том, что он часто путешествует в теплые края.
– Я просто смотрю, – ответила Лейси таким голосом, будто кто-то сдавил ее голосовые связки. – Мне нравится ваша витрина.
Мужчина улыбнулся.
– Я сам ее оформил. Почему бы вам не зайти и не попробовать печенье?
– Я бы с радостью, только вот я уже поела, – объяснила Лейси.
Круассан, кофе и ириски, казалось, набухли и перемешались у нее в желудке, отчего ее немного подташнивало. Внезапно до Лейси дошло, что происходит. Это было давно забытое ощущение бабочек в животе. Ее щеки тут же налились жаром.
Мужчина издал смешок.
– Судя по вашему акценту, вы американка. Поэтому вы можете быть не в курсе, что у нас в Англии практикуется второй завтрак. Он наступает между завтраком и обедом, около одиннадцати часов.
– Я вам не верю, – ответила Лейси, чувствуя, как лицо расплывается в улыбке. – Второй завтрак?
Мужчина положил руку на сердце.
– Уверяю вас, это не маркетинговая уловка. Это идеальное время для чая с тортом или чая с сэндвичами, или чая с печеньем, – он жестом указал на стеклянный выставочный шкаф внутри магазина, наполненный затейливыми сладостями во всем аппетитном великолепии. – Или для всего сразу.
– Главное, чтобы с чаем? – колко заметила Лейси.
– Именно, – ответил он, и в его зеленых глазах сверкнуло озорство. – Вы можете даже попробовать, прежде чем покупать.
Лейси больше не могла устоять. То ли из-за развивающейся зависимости от сладкого, то ли, что более вероятно, из-за притягательности этого шикарного образцового мужчины, но Лейси прошла внутрь.
Она с нетерпением наблюдала, как мужчина достал круглый десерт, наполненный маслом, джемом и кремом, из стеклянного холодильного шкафа и аккуратно разрезал его на четыре части. Все это было выполнено в беззаботной театральной манере, будто он выполнял хореографический номер. Он выложил кусочки на небольшое блюдце и подал Лейси, держа его кончиками пальцев, закончив тщательно продуманное непроизвольное шоу оживленным «и вуаля».
Лейси почувствовала, как к щекам приливает жар. Все представление определенно было с ноткой кокетства. Или она просто принимала желаемое за действительное?
Она протянула руку и взяла один кусочек с тарелки. Мужчина сделал то же самое, стукнув своим кусочком о ее.
– Будем, – произнес он.
– Будем, – поддержала Лейси.
Она положила кусочек себе в рот. Вкус был неимоверный. Плотные сладкие, густые сливки. Клубничное варенье было таким свежим, что вызвало покалывание на языке. А печенье! Плотное и кремовое, сладко-соленое, и, о боже, какое вкусное.
Ароматы вдруг пробудили воспоминания в сознании Лейси. Она и отец, Наоми и мама сидят вместе вокруг белого металлического стола в ярком кафе, вкушая печенье с начинкой из крема и джема. Ее накрыла волна радующей душу ностальгии.
– Я была здесь раньше! – воскликнула Лейси, еще не закончив жевать.
– Да? – удивленно ответил мужчина.
Лейси радостно закивала головой.
– Я приезжала в Уилдфордшир ребенком. Это скон, верно?
Мужчина заинтригованно приподнял брови.
– Да. До меня кондитерский магазин принадлежал моему отцу. Я до сих пор использую его особый рецепт для приготовления сконов.
Лейси посмотрела в окно. Хотя теперь здесь был встроенный деревянный стул с нежно-голубой подушкой на нем и деревенский деревянный стол из того же набора, она могла ясно представить, как это место выглядело тридцать лет назад. Внезапно она ощутила, будто вернулась в тот момент. Она практически чувствовала легкий ветерок, обдувающий ее шею, и липкое ощущение на пальцах, испачканных джемом, пот в подколенных складках… Она даже помнила, как звучал смех, смех ее родителей, и беззаботные улыбки на их лицах. Они были так счастливы, разве не так? Она была уверена, что это было по-настоящему. Тогда почему все распалось?
– Все хорошо? – послышался голос мужчины.
Лейси вернулась в реальность.
– Да, извините. Я потерялась в воспоминаниях. Попробовав скон, я перенеслась на тридцать лет назад.
– Что ж, теперь вам придется практиковать второй завтрак, – сказал мужчина с ухмылкой. – Я вас уговорил?
Трепет, который Лейси ощущала всем телом, подсказывал ей, что она согласится на все, что бы он ни предложил с этим мягким акцентом и этими манящими, добрыми глазами. Поэтому она кивнула, вдруг почувствовав, что в горле пересохло, и она не может произнести ни слова.
Он хлопнул в ладоши.
– Превосходно! Позвольте мне порадовать вас по полной программе. Подарить вам полноценный английский опыт, – он встал и сделал пару шагов в направлении кухни, а затем остановился и обернулся. – Кстати, меня зовут Том.
– Лейси, – ответила она, чувствуя себя окрыленной, как влюбленная девочка-подросток.
Пока Том орудовал на кухне, Лейси села у окна. Она постаралась пробудить больше воспоминаний о времени, проведенном здесь когда-то, но, к сожалению, ничего больше не вспомнила. Только вкус сконов и смех ее семьи.
Через мгновение появился прекрасный Том с подставкой для пирожных, на которой были выложены сэндвичи без корки, сконы и разноцветные кексы. Рядом он поставил заварочный чайник.
– Я все не съем! – простонала Лейси.
– Это для двоих, – ответил Том. – За счет заведения. Невежливо заставлять леди платить на первом свидании.
Он занял место прямо рядом с ней.
Лейси была удивлена его прямолинейности. Она почувствовала, как сердце ускорило стук. Прошло так много времени с тех пор, как она в последний раз кокетничала с мужчиной. Она опять почувствовала себя окрыленной девочкой-подростком. Но, возможно, это просто такая британская особенность. Может, все англичане ведут себя подобным образом.
– Первом свидании? – повторила она.
Прежде чем Том успел ответить, колокольчик на двери зазвенел. В магазин ворвалась группа из около десяти туристов из Японии. Том вскочил из-за стола.
– Ой, клиенты, – он посмотрел на Лейси. – Отложим свидание на потом, хорошо?
С такой же самоуверенностью Том направился к прилавку, оставив Лейси в растерянности.
Теперь, когда в магазине находилась толпа туристов, он стал шумным и оживленным. Лейси пыталась одним глазком поглядывать на Тома, уплетая свой второй завтрак, но он был занят выполнением заказов для толпы клиентов.
Закончив, она хотела помахать ему на прощание, но он ушел в кухню и не видел ее.
Немного расстроенная, но досыта наевшаяся, Лейси направилась на улицу.
Затем она застыла. Ее взгляд привлекла пустая витрина напротив кондитерского магазина. Она пробудила в ней очень глубокие эмоции, у нее буквально перехватило дыхание. Раньше здесь что-то было, что-то, пытающееся выбраться из самых глубоких закоулков ее памяти. Что-то, что требовало подойти поближе.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Лейси заглянула в окошко пустого магазина, стараясь отыскать в глубине сознания воспоминания, которые откликнулись в ней, но не смогла вспомнить ничего конкретного. Это было скорее пробудившееся чувство, глубже, чем обычная ностальгия, что-то ближе к влюбленности.
Заглядывая в окна, Лейси увидела, что внутри магазина было пусто и темно. Пол был выполнен из дерева. Вдоль стены в нише было много встроенных полок, а напротив стоял большой деревянный стол. С потолка свисал старинный медный светильник. «Дорогой, – подумала Лейси. – Должно быть, его случайно здесь забыли».
Затем Лейси заметила, что передняя дверь была открыта. Она не удержалась и вошла.
Из помещения вырвался запах металла, смешанный с пылью и плесенью. Лейси сразу же накрыло новой волной ностальгии. Точно так же пахло в старом антикварном магазине ее отца.
Она любила это место. Ребенком она проводила много часов в этом лабиринте сокровищ, играя с жуткими старинными китайскими куклами, читая все виды детских коллекционных комиксов от «Банти» и «Бино» до исключительно редких и ценных выпусков «Медведя Руперта». Но больше всего ей нравилось внимательно изучать побрякушки и представлять жизнь и личности людей, которым они когда-то принадлежали. Там было огромное количество всяких мелочей, гаджетов и приблуд, и каждая вещь имела этот странный запах металла, пыли и плесени, который она ощущала сейчас.
Точно так же, как вид дома на утесе рядом с океаном пробудил ее детскую мечту жить у моря, так и сейчас она ощутила детское желание открыть собственный магазин.
Даже планировка напоминала ей старый магазин отца. Пока она осматривалась, перед ее глазами возникали образы из самых дальних уголков ее памяти. Вдруг она увидела полки, заполненные прекрасными реликвиями, – в основном, кухонной утварью Викторианской эпохи, которой очень интересовался ее отец, – а здесь, на прилавке, Лейси представила большой медный кассовый аппарат, громоздкий и старинный с тугими клавишами, на использовании которых настаивал ее отец, потому что «это не дает мозгу заржаветь» и «развивает навыки устного счета». Она мечтательно улыбнулась сама себе, услышав в голове голос отца и видя перед собой образы и воспоминания.
Потерявшись в мечтах, Лейси не услышала приближающихся шагов из подсобки. Как и не заметила мужчину, которому принадлежали шаги, вошедшего через дверь и направившегося в ее сторону с насупленными бровями. Только почувствовал, как кто-то похлопал ее по плечу, Лейси поняла, что она была не одна.
Сердце дрогнуло. Лейси чуть не вскрикнула от испуга, подпрыгнув и обернувшись, а затем посмотрела на незнакомца. Он был стар, на голове виднелись поредевшие белые волосы, а под яркими голубыми глазами были объемные мешки лилового цвета.
– Вам помочь? – спросил мужчина недружелюбным и грубым тоном.
Лейси схватилась за сердце. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что призрак ее отца не похлопывал ее по плечу и что она на самом деле не ребенок, и не находится в его антикварном магазине, а взрослая женщина, приехавшая в отпуск в Англию. Взрослая женщина, незаконно проникшая в чужую собственность.
– О боже, простите меня, пожалуйста! – торопливо воскликнула она. – Я не знала, что здесь кто-то есть. Дверь была не заперта.
Мужчина одарил ее скептическим взглядом.
– А вы не видели, что магазин пуст? Здесь ничего не продается.
– Я знаю, – продолжила распинаться Лейси, отчаянно желая очистить свое имя и стереть с лица пожилого мужчины оттенок подозрительности. – Но я не смогла удержаться. Это место очень напоминает магазин моего отца.
К удивлению Лейси, у нее вдруг выступили слезы.
– Я не видела его с тех пор, как была ребенком.
В один миг насупленность и недоверие на лице мужчины сменились мягкостью и нежностью.
– Дорогая, дорогая, дорогая, – мягко сказал он, качая головой, пока Лейси спешно вытирала слезы. – Все в порядке, милая. У твоего отца был такой же магазин?
Лейси тотчас стало стыдно за то, что она выплеснула свои эмоции перед этим мужчиной, не говоря уже о чувстве вины, которое она испытывала, потому что вместо того, чтобы вызвать полицию и выдворить ее с частной собственности, он повел себя, как опытный психолог, проявив непредвзятое сострадание, благосклонность и интерес. Но Лейси не могла ничего с собой поделать. Она открылась и излила душу.
– Он торговал антиквариатом, – объяснила она, вновь улыбнувшись от воспоминаний, несмотря на текущие из глаз слезы. – Запах этого места вызвал у меня ностальгию, и меня накрыли воспоминания. В его магазине даже была такая же планировка.
Она указала на подсобку, через которую, должно быть, вошел мужчина.
– Эта подсобка использовалась как склад, но он всегда хотел сделать из нее аукционный зал. Она была очень длинной и выходила в сад.
Мужчина сдержал смешок.
– Идемте за мной, посмотрите. Подсобка длинная и выходит в сад.
Тронутая его сочувствием, Лейси последовала за мужчиной через дверь в подсобку. Комната была длинной и узкой, как вагон поезда, и была почти идентичной комнате, в которой ее отец мечтал сделать аукционный зал. Пройдя через комнату, Лейси оказалась в сказочном саду. Он был узким и длинным, около пятидесяти футов в длину. Вокруг было много цветных растений, а высаженные по четкой схеме деревья и кусты давали идеальное количество тени. Лишь небольшой заборчик высотой до колена отделял его от сада соседнего магазина, который, в отличие от изысканного сада, в котором она находилась, видимо, использовался исключительно как склад, о чем свидетельствовали несколько больших и неопрятных серых пластиковых навесов и ряд мусорных баков, убивающих всю красоту.
Лейси снова посмотрела на красивый сад.
– Он великолепен, – воскликнула она.
– Да, место красивое, – ответил мужчина, поднимая упавший вазон и ставя его на место. – Ребята, арендовавшие это место, использовали его как дом и садоводческий магазин.
Лейси уловила нотку меланхолии в его голосе. В тот момент она заметила, что двери большой теплицы перед ней открыты и несколько горшочных растений были выкорчеваны и раскиданы по полу, их стебли были повреждены, а земля рассыпана вокруг. Ей вдруг стало любопытно. Вид выкорчеванных растений посреди ухоженного сада был подозрительным. Ее мысли тотчас переключились с отца на настоящий момент.
– Что здесь произошло? – спросила она.
Мужчина теперь выглядел угрюмо.
– Поэтому я и здесь. Утром позвонил сосед и сообщил, что, похоже, ночью кто-то обчистил магазин.
Лейси ахнула.
– Обокрали? – в ее голове не укладывалась мысль о возможности совершения преступления в таком прекрасном, спокойном приморском городке, как Уилдфордшир. Ей казалось, что самое большое правонарушение, которое могло произойти в этом городе, это кража местным сорванцом свежеиспеченного пирога с подоконника, который поставили туда остывать.
Мужчина покачал головой.
– Нет, нет, нет. Они уехали. Забрали товар и исчезли. Даже не предупредили. Оставили меня с долгами. Неоплаченные коммунальные платежи. Куча счетов, – он грустно покачал головой.
Лейси была шокирована, осознав, что магазин освободился лишь этим утром, и она ненамеренно вмешалась в эту историю, случайно оказавшись частью загадочных событий, которые только начались.
– Мне так жаль, – с искренним сочувствием сказала она мужчине.
Теперь настала ее очередь побывать в роли психолога и отплатить за доброту, проявленную мужчиной.
– Вы справитесь?
– Да не совсем, – угрюмо ответил он. – Придется продать помещение, чтобы расплатиться с долгами, и, честно говоря, я и моя жена староваты для таких потрясений.
Он постучал по грудной клетке, намекая на хрупкость своего сердца.
– Будет позором попрощаться с этим местом, – его голос прервался. – Оно было нашим домом в течение многих лет. Я люблю его. В свое время у нас были некоторые весьма колоритные арендаторы.
Он усмехнулся, а глаза увлажнились от нахлынувших воспоминаний.
– Но нет. Еще одно такое потрясение мы не вынесем. Это очень тяжело.
Грусть в его голосе отозвалась болью у Лейси в груди. Какое затруднительное положение. Какая жуткая ситуация. Глубокое сочувствие к мужчине лишь усугублялось ее ситуацией, тем, как жизнь, построенную ей с Дэвидом в Нью-Йорке, несправедливо отобрали у нее. Она вдруг почувствовала себя ответственной за решение проблемы.
– Я арендую магазин, – выпалила она. Слова слетели с губ, прежде чем она поняла, что говорит.
Белые брови мужчины в удивлении взметнулись вверх.
– Простите, что вы сказали?
– Я арендую его, – быстро повторила Лейси, прежде чем вмешается логика и отговорит ее от этой идеи. – Вы не можете продать его. Он хранит слишком много воспоминаний, вы сами сказали. Слишком большую эмоциональную ценность. А я очень надежная. У меня есть опыт. Типа того.
Она подумала о пограничном офицере с темными бровями, которая сказала ей в аэропорту, что для работы понадобится виза, и о том, как уверенно она заверила ее, что последнее, чем ей хочется заниматься в Англии, – это работать.
А как же Наоми? И работа на Саскию? Как же все это?
Вдруг все это перестало иметь значение. Чувство, которое Лейси испытала, впервые увидев магазин, было сродни любви с первого взгляда. Она нырнула в омут.
– Ну, что скажете? – спросила она.
Мужчина выглядел пораженным. Лейси не могла винить его в этом. Какая-то странная американка в одежде из секонд-хенда просит его сдать ей в аренду магазин, когда он решил продать его.
– Ну…я… – начал он, – Было бы здорово сохранить его в семье чуть дольше. Сейчас все равно не лучшее время для продажи, с такой-то рыночной ситуацией. Но мне для начала нужно поговорить с женой, Мартой.
– Конечно, – сказала Лейси.
Она быстро нацарапала свое имя и телефон на куске бумаги и вручила ему, пораженная собственной уверенностью.
– Думайте столько, сколько потребуется.
В конце концов, ей нужно было время, чтобы разобраться с визой и составить бизнес-план, разобраться с финансами и поставками, да и, в прочем, со всем. Возможно, стоит начать с покупки книги «Инструкция по управлению магазином для чайников».
– Лейси Дойл, – произнес мужчина, прочитав надпись на бумажке.
Лейси кивнула. Еще два дня назад это имя казалось ей незнакомым. Теперь она снова чувствовала, что оно принадлежит ей.
– Я Стивен, – ответил он.
Они пожали руки.
– Буду ждать вашего звонка, – сказала Лейси.
Она вышла из магазина с радостным трепетом в сердце. Если Стивен решит сдать магазин в аренду, она останется в Уилдфордшире на более длительный срок, чем планировала. Эта мысль должна была бы напугать ее. Но вместо этого она чувствовала восторг. Это ощущалось таким правильным. Более чем правильным. Было чувство, что это судьба.
ГЛАВА ПЯТАЯ
– Я думала, ты уехала в отпуск! – яростный голос Наоми обрушился на Лейси через мобильный, который она зажала между ухом и плечом.
Она вздохнула, выслушивая тираду сестры, одновременно касаясь клавиш клавиатуры на компьютере в городской библиотеке Уилдфордшира. Она проверяла статус онлайн-заявки на смену туристической визы на рабочую.
После встречи со Стивеном Лейси провела исследование и выяснила, что единственное, что ей, как свободно владеющему английским человеку с внушительным счетом в банке, требуется, – это приличный бизнес-план, в составлении которых она набила руку благодаря привычке Саскии взваливать на ее плечи ответственность, которая никак не соответствовала уровню ее оклада. Всего пару вечеров понадобилось Лейси, чтобы составить и утвердить план, и этот процесс, не отнявший много усилий, только придал ей уверенности в том, что вселенная приложила свою руку к устройству ее абсолютно новой жизни.
Войдя на официальный правительственный портал Великобритании, она обнаружила, что ее заявление все еще «ожидает рассмотрения». Она так отчаянно хотела взяться за дело, что расстроилась от увиденного. Затем она переключила внимание на голос Наоми в трубке.
– НЕ МОГУ поверить, что ты переезжаешь! – орала ее сестра. – Навсегда!
– Это не навсегда, – спокойно принялась объяснять Лейси. За годы она привыкла и научилась не реагировать на истерики Наоми. – Виза действует всего два года.
Упс. Неправильный ход.
– ДВА ГОДА? – Наоми кричала на пределе своих возможностей.
Лейси закатила глаза. Она полностью понимала, что семья не поддержит ее решение. В конце концов, она была нужна Наоми в Нью-Йорке, чтобы выполнять обязанности няни, а мама относилась к ней, как к животному, оказывающему моральную поддержку. Легкомысленное сообщение, которое она отправила в чат Девочек Дойл, было воспринято, как атомная бомба. И несколько дней спустя Лейси все еще разбиралась с последствиями. – Да, Наоми, – огорченно ответила она. – Два года. Я считаю, что заслуживаю этого, разве нет? Я посвятила четырнадцать лет Дэвиду. Пятнадцать – работе. Я прожила в Нью-Йорке тридцать четыре года. Мне скоро сорок, Наоми! Неужели я действительно хочу провести всю свою жизнь в одном городе? Работать на одной работе? Быть с одним мужчиной?
В этот момент она вспомнила прекрасное лицо Тома, и почувствовала, как к щекам приливает румянец. Она была так занята, организовывая потенциальную новую жизнь, что не нашла времени заглянуть в кондитерский магазин. Ее мечты о неспешных завтраках на веранде временно уступили реальности в виде банана на ходу и растворимого фрапучино из минимаркета. На самом деле до нее только дошло, что если Стивен и Марта одобрят сделку, она будет арендовать магазин напротив кондитерского магазина Тома и видеть его в окно каждый день. Внутри от этой приятной мысли все сжалось.
– А как насчет Фрэнки? – причитала Наоми, вернув ее к реальности.
– Я отправила ему ириски по почте.
– Ему нужна тетя!
– И она у него все еще есть! Я не умерла, Наоми, я просто поживу в другой стране какое-то время.
Младшая сестра положила трубку.
«Как малое дитя», – с оттенком легкой иронии подумала Лейси.
Положив мобильный обратно в карман, Лейси заметила, как что-то сверкнуло на экране компьютера. Статус заявления изменился с «ожидает рассмотрения» на «одобрено».