- -
- 100%
- +
Единственное, что царапало ее сердце – на этой линейке не было ни Павла, ни Натальи. Они готовились к первой тренировке в том самом клубе, в котором столько лет танцевала Катя. Теперь, возможно, она вообще не увидит Павла. Он ушел из школы после девятого класса в техникум. Парень вытянулся за лето, стал серьезнее и как-то солиднее. Новость о том, что теперь его пара Наталья, он воспринял сначала не очень хорошо. Все-таки с Катей они танцевали давно и понимали друг друга не то что с полуслова, а с полумысли. С Натальей приходилось всему учиться заново. Сразу стало понятно, что латинская программа им действительно не по плечу. Выучить за короткие три месяца энергичные танцы не смог бы никто. А вот европейская программа – вальсы, квикстеп и танго у ребят пошла хорошо.
Павел приходил в актовый зал школы две последние недели августа, чтобы потренироваться с Натальей под присмотром Кати. Той оказалось на удивление неприятно видеть друзей вместе в паре. А еще неприятней замечать восхищенный блеск в глазах подруги. Катя знала, что чувствует Наталья – когда партнер ведет тебя по танцполу, кажется, что здесь и сейчас больше никого нет, кроме вас. Весь мир слушает музыку, а ты двигаешься вместе с человеком, с которым у тебя одна цель – станцевать как можно лучше. Роднее и ближе этого человека в данный момент нет.
– Пашка приходит сюда каждый день, как на работу, – хихикала Наталья в очередной раз по пути домой. – Ты знаешь, мне кажется, он в кого-то из нас влюбился.
– Тебе кажется, – прохладно ответила Катя. – Ты не увлекайся особо. Партнер на танцполе очень важен, конечно, но влюбляться в него не обязательно. – В глубине души Катя была возмущена. Как это влюбился в одну из них? Как такое вообще можно было предположить? Если и влюбился, то только в Катю! Пашка принадлежит ей и только ей! Что за наглость даже думать о чем-то подобном!
– Почему нет? Он ведь ничего так, – возразила Наталья, прощупывая почву. Если у Кати были свои виды на этого парня, то придется притормозить. Связываться с острой на язык подругой Наталья не стала бы. – А танцует вообще божественно!
– Это для тебя божественно, – фыркнула Катя. – Для меня так себе. Еще чего не хватало – влюбиться в партнера по танцам! У меня на личную жизнь другие планы. Кстати, запомни, дорогая, любви не существует. Любовь – это просто неконтролируемые гормоны у одного человека, а у другого – желание манипулировать этим несчастным. Лично я влюбляться не собираюсь.
После этого разговора Наталья поняла, что на Павла никто не претендует, и сделала все возможное, чтобы сблизиться с ним. Катя знала о все более крепнувшей дружбе между бывшим партнером и Натальей, но старалась не думать об этом. Тем более что группе «Энергия» нужно было ставить новый танец на день учителя. Директор прозрачно намекнула, что она ждет не менее двух новых танцев в качестве подарка учителям.
На день учителя шоу-группа «Энергия» показала зажигательный танец ча-ча-ча. Его тоже танцевали в чешках и белых брюках. Но в качестве топов взяли обычные белые футболки, которые обшили по кругу длинной разноцветной бахромой. Она взлетала на поворотах, заставляя зрителей замирать от восторга. В этот раз пришлось-таки сплясать на бис.
Одним из номеров программы поставили танец Натальи с бывшим учеником школы Павлом. Они смотрелись великолепно. У Натальи было новое платье, нежно розовое, со сверкающими стразами. Но это было все, на что стоило смотреть. Медленный вальс был интересен только тем, кто разбирается в технике танца. А таких людей в зале было немного. Катя со злорадным удовольствием отмечала все ошибки пары. Их вальс был поистине печальным, на любом конкурсе он находился бы в самом низу рейтинга. Катя знала, что Наталья с Павлом уже выступали на турнирах, не занимая никаких мест, и теперь было понятно, почему. Наталья явно тянула Павла вниз, хорошего партнера из нее так и не получилось. Катя видела, как люди в зале откровенно зевают и смотрят в телефоны. Впрочем, сама она хлопала выступающим довольно громко. И после танца фотографировалась с подругой как ни в чем ни бывало.
– Молодцы, хорошо станцевали, – даже нашла в себе силы сказать им она.
– Ваш номер получился лучше, – бесхитростно ответил Павел, не замечая, как сразу же погрустнела Наталья.
– Ой, не расстраивайтесь, какие ваши годы, – рассмеялась Катя. – Да и что вы хотели? Чача всегда зрелищнее вальса. Зато платье какое! Наташ, где покупали?
– На заказ шили, – повеселела девушка. – Целый месяц, представляешь?
– Представляю. Это еще мало, повезло тебе, – они поболтали немного о нарядах, и разошлись.
За полгода Катя поставила еще несколько танцев. Она начала экспериментировать со стилями, включая в классическую латину движения из других танцев, не имевших к бальным никакого отношения. Но понимали это немногие, а смотрелись эксперименты отлично, так что вдохновленная девушка занималась этим от всей души. Денежных вложений хобби не требовало. На номер «Сбежавшие невесты» директриса сама предложила выделить небольшие финансы. Так что девчонки на уроках технологии увлеченно шили короткие, но похожие на свадебные платья. Правда, расщедрилась Анна Владимировна опять-таки неспроста.
Пять подруг снова стояли перед массивным столом в кабинете директора.
– Ну что, девочки, – все так же постукивала карандашом по столу женщина, – пора отправлять вас на городской конкурс.
– Танцевать на конкурсе? – воскликнула испуганная Инна.
– А что такого? У вас отличные номера, всем нравятся. Теперь вот еще и костюмы будут, не опозоритесь. Катя, какой номер можете показать?
– Ну вот «Сбежавшие невесты» у нас очень хорошо получаются. И танец энергичный…
– Ну, вот и действуйте. Жду результатов.
Танцевальный конкурс среди школ города назывался «Большая перемена». Когда подруги пришли туда, их глаза разбежались от количества участников в пестрых костюмах. Все казались настоящими профессионалами, в разминке запросто показывая шпагаты и сальто.
– Что мы тут делаем? – нервно спросила Инна подруг.
– Пришли опозориться, – мрачно поддержала ее Алена.
– Может, сбежим, пока не поздно? – тоскливо произнесла Яна.
– Еще чего! – сердито ответила Катя. – Хватит паниковать, обычный конкурс. Сколько их еще будет в вашей жизни?
– А сколько? – тревожно спросила Инна.
– Ты же танцами занимаешься, – усмехнулась Вера. – Это всегда конкурсы и выступления. Да, Кать?
– Да, – отрезала та. – Так, девчонки, выше нос, нас ждут зрители!
То ли на адреналине, то ли из-за повышенного чувства ответственности, они станцевали идеально, без единой ошибки. Им хлопали долго и искренне. На вручении дипломов их сердца бились учащенно, даже у Кати, которая относилась к этому конкурсу как к любительскому недоразумению. Когда ведущий объявил: «Третье место – шоу-группа Энергия», подруги завизжали и прыгнули друг на друга с объятиями. Даже Катя на секунду ощутила небывалый подъем. Но тут же одернула себя и пошла на сцену за наградой.
Они долго обсуждали победу, шагая по заснеженным улицам города. Никому не хотелось идти домой, их переполняла радость.
– Как так получилось-то? – не могла поверить в победу Инна. – Там же такие монстры танца были! У них и шпагаты, и поддержки, они профессионалы!
– А мы их обошли, – ответила Вера, – значит, достойны!
– Да мы просто выгодно выделялись, – цинично сказала Катя. – Там все были одинаково разноцветные, а у нас – белые платья невест, миксованый танец, прикольно же.
– А может, мы просто лучше всех? – не согласилась Алена.
– Не лучше, а третьи.
– Так из пятидесяти же!
– Вот принесете первое место, тогда и поговорим.
Весь десятый класс шоу-группа «Энергия» выступала на всевозможных конкурсах, занимая исключительно призовые места. Серебристые и золотистые кубки пополняли стеклянную «Витрину чемпионов» в школе, радуя Анну Владимировну. Катя по-прежнему жила на танцполе, думая о новых вариациях в любую свободную минуту, каким-то чудом успевая при этом неплохо учиться. Тренировалась «Энергия» довольно интенсивно почти каждый день. Правда, даже сейчас эти тренировки не шли ни в какое сравнение с прежними Катиными занятиями в клубе. Когда подруги жаловались на усталость после репетиции, она только фыркала – это не тренировка, а разминка в ритме вальса.
В апреле, когда после травмы прошел год, Катя решила вернуться в профессиональные бальные танцы. Но тут ее ждал настоящий удар. Когда она позвонила Павлу с предложением возобновить тренировки, он помялся и ответил, что не хочет больше этим заниматься. Катя долго его уговаривала, но потерпела неудачу. В конце концов, они поссорились, и попрощались довольно холодно. Девушка чувствовала себя преданной. Весь год она мечтала вернуться на профессиональный паркет, а когда ее мечта, наконец, осуществилась, возвращаться стало некуда. Она догадывалась, что Павел не хочет возвращаться из-за Натальи, и втайне злилась за это на подругу. Хотя кто же знал, что они влюбятся друг в друга, и для танцев у них не останется ни сил, ни времени.
Катя попыталась вернуться в свой клуб, где танцевала раньше, но свободных партнеров подходящего Кате уровня там не было. А начинать все с нуля ей не хотелось. Пришлось пока оставить бальные танцы и ждать нормального партнера. Скрепя сердце, девушка продолжила ставить танцы для «Энергии». Сейчас другого выбора у нее не было.
Глава 2. Семейный бурлеск.
В конце года у Катиной мамы, Галины Андреевны, тоже появилось увлечение. Его звали Иван, и работал он простым строителем. Они познакомились на новогодних каникулах, когда Катя уехала к бабушке в другой город, а ее мама в это время задумала сделать ремонт в квартире. Вернувшаяся дочь тогда была приятно удивлена, какой чистой и уютной стала ее комната, да и вся квартира приобрела довольно приятный вид.
– Ага, хорошо получилось, – не поскупилась она на похвалу. – Сама делала?
– Кое-что сама, – улыбнулась Галина Андреевна. – А для твоей комнаты рабочих нанимала. У них бригадир такой интересный оказался, быстро понял, что мне нужно, никаких проблем! Иваном зовут.
– Прикольно, – рассеянно кивнула дочь и ушла в комнату, прекращая разговор. Ей надо было посмотреть танцы по интернету, чтобы придумать что-то новенькое на грядущие полгода. Галина Андреевна вздохнула. Общение с дочерью хромало. Хорошо хоть, в жизни женщины появился Иван. Тогда она не стала говорить Кате, что он стал ей дорог не только как строитель, но и как друг.
Катя долго не замечала, что поведение мамы изменилось. Та начала пропадать по вечерам. Однажды прямо сказала, что идет в кино с Иваном. Катя долго вспоминала, кто это, потом так же долго удивлялась, как можно ходить в кино с простым строителем. Но особого значения этому событию девушка не придала. Она и подумать не могла, что в тридцать семь лет люди еще думают о любви. В ее представлении этот возраст был чуть ли не старческим. Да женщина уже в тридцать – старая развалина, а в возрасте матери и подавно никому не нужна. Катя была уверена, что маму и Ивана связывает только дружба. Потом она встревожилась, глядя на то, как преобразилась мама. Галина Андреевна начала наряжаться и делать макияж, на руках всегда блестел свежий маникюр. На специалистов женщина не тратилась, все делала сама. Катя смотрела на это с долей презрения. Когда старухи молодятся – это всегда смешно выглядит. Да и нашла, для кого стараться – для приезжего строителя! Детский сад.
Но на майских праздниках мама пришла после прогулки не одна. Катя услышала приглушенный мужской голос в коридоре и вышла проверить, кто это. Она увидела смущенно суетящуюся маму рядом с высоким крепким мужчиной довольно суровой наружности с коротким ежиком темных волос на голове.
– Катюш, знакомься, это Иван, – представила Галина Андреевна своего друга. – Ваня, это моя дочь, Катя.
– Приветствую, Екатерина, приятно познакомиться, – густым басом прогудел мужчина.
– Ага, мне тоже приятно, – скривилась Катя и ушла в комнату. Она так и не выходила весь вечер, ожидая, когда Иван уйдет домой. Но к ее удивлению, тот не собирался уходить. Она легла спать за полночь, а мама с другом так и разговаривали о чем-то то на кухне, то в комнате, совершенно игнорируя девушку.
Утром Катя встала довольно рано и потихоньку подошла к комнате мамы. Дверь была закрыта. Девушка осторожно толкнула дверь и в щелку увидела, как довольная мама спит в огромных объятиях этого здорового мужика. Катю затошнило. Фу, гадость какая! Как она могла? Что за разврат в собственном доме на старости лет? И что теперь? Кате придется терпеть эту обезьяну у себя дома? А ее спросили? Девушка убежала к себе в комнату и долго зло пинала подушку. Мать окончательно стала для нее предательницей.
Иван стал жить с ними, а в конце июня они с Галиной Андреевной расписались. Просто и тихо, без свидетелей и свадьбы. Отметили дома тортом и шампанским, к которым Катя даже не притронулась.
Иван был спокойным и работящим, в семье появились лишние деньги. Можно было купить и хорошую косметику, и костюмы для танцев, и тренировочные туфли. Галина Андреевна даже оплатила Кате путевку за границу, куда классная руководительница захотела вывезти детей в августе. Это не примиряло Катю с отчимом, но теперь в его существовании у них в квартире появился хоть какой-то смысл. Катя с нетерпением ждала конца лета.
В семье Иван вел себя сдержанно и невозмутимо, спокойно принимая устоявшиеся домашние правила. Но кое-что ему все-таки не нравилось. Катя слышала, как они с матерью иногда приглушенно ссорятся за дверью и прекрасно понимала, почему это происходит. Иван с трудом принимал странные отношения мамы и дочери. Однажды он не выдержал и сказал это напрямую. Галина Андреевна как раз мыла пол вечером, а Катя как обычно зависала в интернете. Она услышала, как Иван что-то резко сказал матери, потом пришел в комнату к падчерице.
– Катюш, помой, пожалуйста, полы, – мужчина поставил ведро с водой рядом с Катей. Ту передернуло – она по-прежнему терпеть не могла Ивана.
– Я не буду мыть полы, – твердо ответила она, не отрываясь от компьютера.
– Мама сегодня работала, я тоже, мы вместе готовили ужин и потом мыли посуду. Ты же сегодня не делала ничего. Мама устала, чтобы еще и мыть полы.
– Это ее проблемы.
– Я не понимаю, – отчим явно сердился, – ты не моешь за собой посуду, не готовишь, не убираешься даже в своей комнате. Ты ничего не делаешь по дому! Почему?
– Потому что я не прислуга!
– А твоя мать – прислуга?
– Я ее не заставляю убираться! И я это делать не обязана! – Катя встала и вышла из комнаты. Когда отчим двинулся за ней, девушка развернулась и пошла назад в свою комнату, захлопнув дверь перед носом у Ивана. Но тот зло пнул дверь так, что ее сорвало с петель.
– Ты что себе позволяешь? – повысил он голос на девушку. Та слегка испугалась, родной отец на нее никогда не кричал, оставив воспитание жене, а уж мамой Катя вертела как хотела.
– Ваня, перестань! – попыталась вмешаться Галина Андреевна.
– Уйди, Галя, уйди! – он погладил женщину по голове, отправляя ее в другую комнату. – Дай нам поговорить с дочерью. – Он вернулся в комнату к Кате. – Я еще закрывал глаза на твое поведение, когда ты училась, но сейчас лето, а ты лодырничаешь! Я не позволю тебе сидеть на шее у матери!
– Это моя мать! – возмутилась Катя. – И не ваше дело, где я сижу! Вы не имеете права что-то мне позволять или запрещать! Уйдите из моей комнаты! – девушка уже визжала, это выглядело как истерика. Но Катя прекрасно знала, как такие вопли действуют на маму, и усмехалась про себя. – Уходите!
– Ваня, Ванечка, оставь ее, – цеплялась за руку Ивана мать.
– Ну, нет, дорогие мои, это не дело, – грозно сказал Иван, выходя из комнаты. Он прошел в другую комнату и выключил модем. Катя слышала, как родители закрылись в комнате и что-то долго там обсуждали. Интернета у нее теперь не было, девушка сердито ударила по клавиатуре. Вот чем теперь заниматься? Нет, ну гад какой! Приперся в их жизнь, и еще смеет ее воспитывать! Да шел бы он лесом. Катя гордо не выходила из комнаты до самой ночи. Когда родители легли спать, пробралась на кухню, доедать холодные беляши.
Утром Катя вошла на кухню, когда там крутилась мама.
– Интернет мне включи, – буркнула она, наливая себе чай. Вздрогнула, увидев в дверном проеме отчима. Тот стоял, скрестив руки.
– Не включит, – спокойно сказал он. – Она же не обязана оплачивать твои развлечения.
– Мне надо танцы ставить для конкурсов! – рассердилась девушка.
– Это твои проблемы, – пожал плечами отчим.
Катя выскочила из кухни, расплескав чай. В своей комнате зло уставилась в окно. Вот что теперь делать? Впрочем, выход нашелся быстро – подруг у Кати хватало. Она отправилась к Вере, где и просидела за компьютером весь день. Потом долго гуляла по улицам в гордом одиночестве. Погода была чудесная, лето выдалось нежарким, природа расцветала, освежая город яркими красками. Но на душе у Кати скребли кошки.
Дома ее встретила мать.
– Нам нужно поговорить, – сухо сказала она. – Это не займет много времени, зайди в нашу комнату, пожалуйста.
Катя хотела было проигнорировать просьбу, но было понятно, что в таком случае назойливые родители не постесняются прийти к ней в комнату. Она зашла в зал и встала в проеме, привалившись к косяку.
– Ну что? – неприветливо сказала она, стараясь не смотреть на отчима, развалившегося в кресле.
– Я так понял, выполнять обязанности по дому ты не собираешься? – спросил Иван. Катя поджала губы и отвела взгляд в сторону, не собираясь с ним разговаривать. – Так я и думал. Тогда слушай, как мы будем жить. С этого дня все в этом доме имеют права и обязанности. Если у тебя нет обязанностей, у тебя нет прав. Твоя мама по закону обязана кормить и одевать тебя. А больше она ничего тебе не должна. Поэтому еду себе готовишь сама. Продукты в холодильнике будут, не беспокойся. А вот интернета у тебя не будет. Карманных денег тоже. Никаких туфель-костюмов для танцев тоже не проси. И про поездку за границу забудь.
– Что? – вскинулась Катя. – Это-то тут при чем?
– При том. Никто ведь не обязан тебе ее оплачивать, верно?
– И зачем тогда меня рожать было? Чтобы мучить? – чуть не расплакалась Катя.
– Тебя рожали, чтобы ты человеком выросла. А не злобной нахлебницей, которая к собственной матери относится как к прислуге и ни во что ее не ставит.
– Это вы ее ни во что не ставите! Я ее дочь вообще-то! А вы – никто! А ты что молчишь? – накинулась девушка на мать. – Я тебе не нужна, да? Ну и ладно! Идите вы все! – она убежала к себе в комнату. Катя смотрела в окно, прислушиваясь к ругани отчима и мамы. Их слова были хорошо слышны. Мама защищала дочь, она считала, что это просто переходный возраст. А Иван доказывал, что Катя – чудовищно избалованный подросток, которому только ремня не хватает.
– Вся в отца! – бушевал он. – Тот на тебе всю жизнь ездил, гулял направо и налево, все деньги на любовниц тратил, а ты вкалывала на две ставки, всю семью тянула. На тебя плевал, на дочь плевал – он за этот год ей хоть раз позвонил? Да по его вине девчонка чуть инвалидом не стала! А он ее вычеркнул из своей жизни. И эта такая же растет. Не способная ценить единственного человека, который ее любит и для нее на все готов. Такая кобыла выросла, и никакой помощи! Чего ты ждешь-то? Когда она одумается? Не надейся, этого не будет.
Мать что-то отвечала, но очень тихо, Катя не могла расслышать слов, хотя было очень интересно, что же та говорит. Она смотрела в окно пятого этажа и думала, что хорошо бы сейчас броситься вниз, раз она никому тут не нужна. Жалость к себе почти до слез захлестнула ее. Девушка быстро выбежала в коридор и на улицу.
Сегодня вечером должна была состояться очередная тренировка в зале школы. Девчонки сразу заметили, что с подругой что-то не так.
– Да, с отчимом поругалась, – вяло ответила Катя. – Наорали друг на друга, он меня даже нахлебницей обозвал и кобылой.
– Кошмар какой! – дружно возмутились подруги.
– А из-за чего разругались-то? – спросила Вера.
– Хочет меня в прислугу превратить, – буркнула Катя. – Чтобы полы за ним мыла и посуду.
– А у него какие обязанности? – усмехнулась Алена.
– Только работать, – покривила душой Катя.
– Отличная обязанность! А на тебя хотят свалить все остальное?
– Представьте себе. Вот что бы вы делали на моем месте?
– Ну, я и так все делаю по дому, – пожала плечами Яна. – А кто еще? Отец лежит после инсульта, брат маленький. За собой посуду вымоет, игрушки уберет и то хорошо. А мама и так на двух работах вкалывает, чтобы нас всех прокормить, куда уж ей еще и домом заниматься?
– И зачем тогда детей рожать, если не можешь их обеспечить достойно? – Катя всегда удивлялась Яне. У них с мамой были отличные отношения, не смотря на тяжелое материальное положение семьи.
– А об этом не задумываются обычно, – цинично усмехнулась Алена. – Материнский инстинкт срабатывает, видимо. Любовь-морковь, все дела. Ты ж тоже рожать будешь. Или нет?
– Нет! – жестко ответила Катя. – Пока не заработаю на богатую жизнь. Или замуж надо выходить удачно, чтоб муж не простым рабочим был или там ментом каким.
– Откуда он вообще взялся? – поинтересовалась Алена. – Может, им лучше к нему в квартиру переехать?
– Да он приезжий, какая квартира? – фыркнула Катя. – Из какой-то деревни приехал, за коровами надоело ухаживать, видимо. Зачем вообще такие люди размножаются? Плодят нищету, совершенно не думая о детях. Эгоисты. Потом продаются первому встречному за деньги.
– Это ты маму имеешь в виду? – удивилась Яна. – Может, она просто любит твоего отчима?
– Ой, я тебя умоляю! – картинно закатила глаза Катя. – Какая любовь в их возрасте? Наверняка на деньги повелась, хоть на какие-то. Не жизнь, а бурлеск какой-то, сплошная безвкусица и разврат. Не ожидала такой подлости от матери. Я бы от этой волосатой обезьяны избавилась при первой возможности.
– И в чем проблема? – подняла брови Алена. – Ты взрослая и умная, что, не можешь придумать, как их развести? Вон хотя бы пригрози, что напишешь на него заявление о сексуальных домогательствах. И все, сам сбежит как миленький.
Подруги вытаращились на Алену.
– Нет, а что? – та равнодушно пожала плечами. – Если он себя действительно ведет как идиот? Тут все средства хороши.
– Пригрозишь ему, ага, – буркнула Катя. – Опять дверь снесет.
– Ну, смотри, тебе с ним жить, – усмехнулась Алена.
– Или приспосабливайся и учись полы мыть, – хлопнула подругу по плечу Вера. – Все моют. Поверь, это несложно.
– Я не все! – гордо вскинулась Катя. – И вообще это уже дело принципа. Так что не дождется.
На следующий день в отделение полиции зашла высокая рыжеволосая девушка и направилась к дежурному.
– Где тут можно написать заявление о сексуальных домогательствах? – резко спросила Катя, чуть стушевавшись под оценивающими взглядами нескольких человек в форме, стоявших неподалеку.
– Какой участок?
– Я… не знаю.
– Давайте паспорт, – дежурный посмотрел документ. – Вам туда, прямо по коридору и налево. Следователь Минина, там увидите.
Катя шагала к указанному кабинету, уверенно цокая каблучками. Постучалась в нужную дверь.
В кабинете сидели два следователя, мужчина и женщина. Катя направилась к женщине.
– Капитан полиции Минина, – доброжелательно представилась женщина в форме. Она была довольно миловидной, со строгой прической и почти без макияжа. На вид ей было не больше тридцати. – Присаживайтесь. Давайте паспорт. Что у вас случилось?
– Я хочу написать заявление о сексуальных домогательствах.
– От кого? – красивые брови капитана полиции удивленно взлетели.
– От отчима, – Катя стушевалась под пристальным взглядом женщины. Та как будто видела ее насквозь. Но отступать девушка не привыкла.
– Рассказывайте.
– Что?
– Все. У мамы новый муж, так?
– Они развелись с папой совсем недавно, года полтора назад… – Катя рассказывала свою историю, стараясь показать, как гадко ведет себя Иван.
– Хорошо, я поняла, что обстановка дома напряженная, – скоро перебила Катю капитан. – А теперь давайте непосредственно к домогательствам. Что именно он делал?
– Ну, он смотрит на меня так вот, нехорошо, – Катя запоздало подосадовала, что не продумала заранее ответы. Надо было посмотреть отзывы о подобных допросах по интернету. Но Кате казалось, что одного заявления будет достаточно. Зачем ее допрашивают? Теперь приходится что-то лихорадочно придумывать. – Еще он обзывает меня по-всякому. И говорит, что я совсем взрослая, а сам все время как бы намекает… И в мою комнату все время заходит, понимаете?
– Понимаю. Он трогал вас?
– Что? Да, конечно! – тут же сориентировалась Катя, не замечая, что краснеет из-за вранья. – За руки и по волосам гладил.
– За какую руку брал? При каких обстоятельствах?