Как легко и быстро выйти замуж

Совет № 5

Сначала думай, потом делай

Каждый человек хоть раз в жизни мечтает провалиться на ровном месте. В землю. Вот чтобы скрыться от всех взглядов. В моем случае это было бы затруднительно: с двадцать третьего этажа я могла бы провалиться только на двадцать второй, где тоже сидят наши сотрудники. Оттуда – на двадцать первый, где сидят маркетологи. Опять же – наши. И так далее до самого паркинга, где стоят машины чьи? Правильно. Наших сотрудников.

В понедельник я оделась так скромно, как не на каждые похороны одеваются. Ну, по сути это и были похороны: в голове звучал траурный марш Шопена, прямой длинный пиджак скрывал мое грешное тело, как монашеская ряса, длинные широкие брюки, которые как-то купила мама… Короче, слов «купила мама» вам должно быть достаточно. Покойся с миром, деловая репутация Марины Лисицыной, и пусть шефский ковер будет тебе пухом.

Умные люди советуют принимать свои ошибки с достоинством. Признавать их, говорить открыто – и идти дальше, не стыдясь исправления. Вот каждый раз, когда я читаю такую поучительную муть, я спрашиваю мысленно: хоть кто-то из этих людей встречал новое начальство так, как я? В красных трусах в качестве коллективного интимного подарка от дружного штата работников?

– Марин, как дела? – с улыбкой проскользнул мимо меня Лецкий.

Они знают, они знают, они знают!.. Мне казалось, что он смотрит на меня так, будто лично видел мой позор в пятницу вечером. Вот, дорогие мои друзья, именно с этого и начинается классическая паранойя.

Я шла, кутаясь в уродливое детище текстильной ивановской продукции, а мне все равно мерещилось, что для всех я рассекаю голая, в одних лишь бесстыжих трусиках.

Вопросы роились в моем мучительно трезвом мозгу. И это были вопросы следующего характера:

1. Он помнит? Не передается ли у него амнезия по линии матери?

2. Мы ведь точно только целовались?

3. Он не успел доложить в головной офис и рассказать обо всем коллективу?

4. Володя еще не в курсе?

Вот честно скажу: в жизни не опаздывала на работу. Даже когда мы с Володей стали встречаться, в стенах офиса отношения оставались сугубо деловыми, я не позволяла себе никаких поблажек, чтобы не пошли сплетни. А сегодня… Черт, я как будто подсознательно делала все, чтобы не дойти до офиса. Забыла кошелек, пропустила два поезда в метро, потому что они были слишком набитыми, встала в самую длинную очередь за кофе… Может быть, я рассчитывала, что босс уволит меня сразу за опоздание, и не придется поднимать тему красных трусов и развратного поцелуя.

Но вселенная явно была против меня. Потому что если я и опоздала, то не так сильно. А стоило переступить порог приемной, как мне дружелюбно улыбнулась секретарша и что-то прощебетала о том, что Марк Анатольевич уже ждет меня на совещании. Которое уже началось.

В общем… приплыли. Вот он тот момент, когда мне отдадут мою трудовую и попросят на выход. Да еще и при всех!

Так, вдох-выдох, вдо-о-ох. Надо это как-то решить без лишних ушей.

Пока я пыталась придумать выход из ситуации, ноги несли меня к залу совещаний. Руки сами постучали и открыли двери.

– Можно? – уточнил мой голос.

– Да, проходите, Марина Андреевна, – Марк Анатольевич сидел во главе длинного стола, указал мне на свободное место. – Нам многое надо обсудить. Начнем с вас…

Где-то внутри меня что-то оборвалось в громким “бдынь”.

– Что вот так сразу? – выпалила я, под взглядами собравшихся. Мне так и казалось, что Светка сейчас хихикнет, а Антон выдаст какую-то свою очередную штуку.

Ой, мама!

– Давайте я просто напишу заявление? – пискнула я, так и не сдвинувшись с места. – По собственному.

– Что это вы удумали? – улыбнулся мой новый начальник. – Проходите-проходите. Сейчас все обсудим.

Как я дошла до свободного места на негнущихся ногах, даже вспоминать не стоит. Дошла и дошла. Спасибо и на том, что на полпути не рухнула.

Марк заговорил об изменениях, рассказывал что-то о новых подходах. И как-то вместо “вы уволены, Марина Андреевна”, я услышала “так что с повышением, Марина Андреевна”.

– Что? – охрипшим голосом переспросила я, а рука сама потянулась к пластиковой бутылочке с водой. Впервые пожалела, что на совещаниях дают именно воду. Наливай они сюда что-то другое, то все эти постные рожи были бы точно веселее и дружелюбнее.

– Обсудим все детали уже позже, – произнес Марк Анатольевич, переходя к следующей теме совещания.

Как досидела до конца этого ада, даже не скажу. Мысли мельтешили с такой скоростью в голове, что пробуждали сквозняк. Явно намекая на то, что я мозгов-то там не особо много.

– Вот теперь мы и можем поговорить.

С Марком Анатольевичем мы остались одни, дверь и зал совещаний закрылась за той самой Светкой, от которой я все время жада подлянки.

– Может, я все же уволюсь? – встав на ноги, произнесла я.

Прозвучало как-то… не то чтобы жалко, скорее – самонадеянно. Будто бы я могла смыть весь тот позор только получением на руки своей трудовой.

– Марина Андреевна, ну что вы в самом деле? – начальник подошел, остановился рядом и заглянул в глаза. – Я не вижу причин для вашего увольнения. Да и к тому же, с этого дня на вас наш новый проект. Все рекомендации указывают на то, что только вы в силах с ним справиться.

– Просто после пятничного инцидента…

Я начала это предложение довольно аккуратно, но где-то на середине сдулась. Кроме как “я же идиотка”, в голову ничего не шло.

– Вы же мне сами тогда рассказали причину всего произошедшего, – понятливо произнес Марк Анатольевич. – Каждый мог оказаться на вашем месте. Так что все в порядке, не переживайте. Да и что уж там… Я сам вас поцеловал.

Почему-то от этого воспоминания жар удушливой волной поднялся откуда-то из желудка и достиг горла. Раньше я думала, что это симптом изжоги. Но в этот раз все было как-то иначе.

В итоге меня не уволили. Более того, назначили чуть ли не главой нового экспериментального отдела. Если первый проект принесет ожидаемую прибыль, то и я останусь на этой должности. Да только была одна проблема – за первую неделю я настолько зае… задо… устала, что и цензурных слов не осталось.

– Марк Анатольевич, можно? – уже в который раз, заглянула я в кабинет начальства.

Еще немного, и я там поселюсь.

– Что-то еще, Марина Андреевна? – мой новый босс была сама учтивость. Ни кривого взгляда, ни дурного слова. Даже на мои самые глупые вопросы он находил время ответить. Прямо золото, а не начальник.

– Прошу прощения, что снова к вам, – я проскользнула к столу и положила перед ним очередные расчеты. – А хотела бы уточнить…

– Хватит.

Оп, вот и закончилась лафа! Сейчас как пошлет меня куда подальше с тупыми вопросами и уточнениями. И плыви, Маринка, как хочешь.

– Хватит страдать тут, – произнес Марк, вставая из-за стола. – Ты ведь сегодня даже не обедала. Пойдем.

– Куда?

– Куда-куда? Есть. Потом дела обсудим.

И мы действительно пошли есть. В небольшой ресторанчик, расположенный на первом этаже офисного центра. Людей было немного, за едой можно было обсудить те самые вопросы, в которых я не сильно хорошо разбиралась.

Но почему-то говорить о них сейчас совершенно не хотелось. Разговор заходил о каких-то слишком простых вещах: погоде, друзьях, хобби.

И в какой-то момент… ну где-то между основным блюдом и чашкой кофе… я поняла, что мне с ним комфортно. Будто бы не про человека думала, а про плед. В который можно укутаться в холодный зимний вечер и будет уютно, хорошо.

Да только сколько бы я ни гнала от себя эти мысли, а слушая Марка Анатольевича, который самозабвенно рассказывал о своей жизни… Не гнались эти мысли, короче. Прочно так засели в моей голове и время от времени всплывали, будто произносимые суфлером.

“А он вежливый”, – брякнула одна из мыслей, когда начальник вызвал нам лифт и пропустил меня первой.

“И внимательный!”, – закричала другая, когда он поинтересовался о моем самочувствии и почему я такая грустная.

“Да и милый”, – вторила третья, когда я обратила внимание на его улыбку.

“Интересно, холостой?”, – напомнила четвертая, от которой я отмахивалась больше всего.

Но мысли не мухи, от них не отмахаешься. Потому на смену пришло воспоминание позавчерашнего вечера, когда мы задержались в офисе. Когда все добропорядочные люди уже сидели дома со своими семьями и решали, когда им ложиться спать, я носилась по кабинету начальника и предлагала идею за идеей.

Марк Анатольевич активно принимал участие в разработке, даже на часы не поглядывал. Это я на них посмотрела и задала не совсем корректный вопрос.

– Марк Анатольевич, поздно уже. Вас жена не погладит по голове за такие посиделки.

– Было бы кому гладить, – хохотнул он, просматривая принесенные мною бумаги.

– То есть? – опешила я, на совсем понимая, что он хочет этим сказать.

– Бог миловал, – хмыкнул он, – нет у меня жены.

– О…

– Что, тоже про носки пошутите? – уточнил он, а потом поймав на моем лице недоумение, уточнил. – Нет? Не пошутите?

– А что про носки шутить? – пожала я плечами. – Не самый смешной предмет в нашей жизни.

Марк Анатольевич как-то слишком серьезно кивнул и вернулся к рабочим вопросам. Ну а меня временами настигала та самая мысль, которая с рупором в ухо орала мне “Он холост!”

“Ну и что с того”, – спрашивала я у нее. Да только ответа не получала.

– Марина, ты себя хорошо чувствуешь?

– Да, все хорошо, – я усилием воли вернула себя обратно в реальность. В ту самую, где мы вдвоем поднимались на двадцать третий этаж в большом лифте. – А что такое?

– Может пораньше сегодня с работы? – с нотками заботы в голосе уточнил он. – А то с такими задержками, ты тут скоро жить останешься.

– Увольте! – выдохнула я, делая испуганные глаза.

– Опять ты за старое, – рассмеялся Марк, пробуждая улыбку и на моих губах.

– Да я не…

– Сегодня домой отправишься сразу по окончании рабочего дня, – сказал, как отрезал. – А лучше и того раньше.

И как-то так тепло на душе стало от этой неожиданной заботы. Как-то слишком хорошо. И даже мысли, поющие о том, что я дура, не отвлекали.

Совет № 6

Счастье бывает разным

Дорогая моя читательница, ты наверняка слышала такую фразу, как “дважды в одну реку не войдешь”. Я тоже слышала ее несколько раз за свою жизнь… в песне. И как-то не сильно обращала на нее внимание для сегодняшнего дня.

Наверное, нужно уточнить, что сказал ее один древнегреческий мудрец. И признаться, до этого момента я не совсем понимала, как это. Нет-нет, посыл философа был прост как день – все движется и ничего не стоит на месте. А значит и река меняется. Так что сколько бы ты ни купалась в речушке в деревне у бабушки или дедушки, она всегда разная… Ну или как-то так.

Да только в моем случае все приобрело немного другой смысл. Особенно эта фраза, которая звучала в моей голове на протяжении того целого судьбоносного дня.

Я как обычно собиралась на работу, как обычно приходила с нее вечерами, на выходных созванивалась с девчонками. Они наперебой роптали, что я совсем про них забыла. Алиска даже шутила, чтобы я в день ее свадьбы не оказалась заперта на работе, как принцесска.

– Пришлете мне рыцаря на помощь, – отшутилась я тогда, совершенно не чувствуя себя пленницей.

Как-то за всем этим незаметно пролетело две недели. Работа превратилась для меня в рай. Я туда летела на крыльях, и возвращалась с мыслью, что снова скоро вернусь к любимому проекту.

– Ты сегодня вся светишься, – улыбнулся мне Марк, когда мы сидели в его кабинете и пили кофе.

Все дела лежали в нескольких папках на его столе, но мы еще не приступили. Хотелось немного понежиться в теплых солнечных лучах, проникающих через окна в помещение.

– Настроение хорошее, – поделилась я.

– У тебя красивая улыбка. Тебе она идет больше слез, Марин.

Я поперхнулась кофе и перевела взгляд на своего начальника.

– Но банты тебе идут еще больше, – отметил он, изгибая бровь. А потом по-доброму рассмеялся.

– Вот так вот, значит, да? – я грозно встала из-за стола, стараясь скрыть рвущуюся наружу улыбку.

– Конечно, – серьезно протянул он. – Все же это был лучший и неожиданный подарок за всю мою жизнь.

– Ах ты! – я замахнулась папкой, и расхохоталась.

– Но-но, Марина, это же покушение на начальство, – Марк перехватил папку, встал и, шагнув мне навстречу, положил ее на столешницу. – Тут ведь одним поцелуем не отделаешься.

Мужчина оказался как-то слишком близко, почти как в вечер нашего знакомства. Загородил спиной льющееся из окна солнце. И посмотрел в глаза так… проникновенно. Так… с подтекстом.

– Марк, – шепот сорвался с моих губ, в воспоминания ворвался тот самый поцелуй-знакомство. А я залилась румянцем, как школьница.

– Что такое, Марина? – он уже не говорил – шептал. – Что-то не так?

И столько иронии было в этом вопросе. В его тоне.

– Да нет, – как ни в чем не бывало ответила я, встречаясь с ним взглядом.

Взрослая я женщина, или кто?! Ну что за смущение, в самом-то деле!

– Ну раз нет…

Воздух пошевелился, Марк наклонился к моим губам, когда в дверь постучали.

– Марк Анатольевич, можно?

Вот тут мы уже оба напоминали застуканных за неправильным делом подростков. Нет-нет, Марк даже в лице не изменился. Даже не шелохнулся. Так и остался стоять ко мне практически вплотную. А вот я как-то неловко вздрогнула, опустевший стаканчик из-под кофе упал на пол, разбрызгивая остаточные сладкие капли напитка.

Дверь в кабинет открылась, а на пороге… А на пороге, мать его за ногу, стоял Володя.

Я видела, как дрогнули его брови, в попытке поползти вверх. Но он смог удержать лицо.

– Прошу прощения, Марк Анатольевич. Секретарь не сказал мне, что у вас посетитель.

– Проходите, – сухо бросил мой новый начальник, – вы, наверное, с докладом.

– Да, ведь дела я вам уже передал. Осталось только документы подписать. Вот и приехал.

Он говорил как-то не сильно уверенно, а взгляд то и дело возвращался ко мне. Будто бы ждал, что я сейчас тут прямо из кожи выпрыгну и в кошку превращусь. Или в змею. Или… Да кто его знает, что в его голове творится!

– Марк Анатольевич, я пойду? – пискнула я, делая шажочек в сторону.

– Куда это вы собрались, Марина Андреевна? – взгляд начальника потеплел. – Мы с вами еще не решили вопросы по вашему проекту. Да и думаю, что обсудить дела фирмы будет уместно в вашем присутствии.

Володя та-а-ак на меня посмотрел, будто бы я прямо сейчас из трусов выпрыгнула и начала ими над головой размахивать, приплясывая при этом. А я, между прочим, сейчас выглядела как настоящий офисный сотрудник, которого можно в пример всем приводить. Вот так вот!

Но я сделала вид, что не замечаю всех этих его взглядов. Постаралась сосредоточиться на разговоре. А в голове так и играла та песенка про “дважды в одну реку не войти”. Или мне кажется, и такой песни никогда не было?

Ай, да какая разница?!

Я выдохнула только когда этот разговор закончился, а дверь за Володей закрылась. Оставалось надеяться только на то, что он больше не появиться в офисе. Да и в моей жизни, тоже.

– Марин, все хорошо? – Марк отложил документы, поднял на меня взгляд. – На тебе лица нет.

– Да, все хорошо, – соврала я. – Душно тут.

Судя по взгляду, он мне не поверил.

– Сейчас еще кофе принесу. Будешь?

– Давай я? – я уже шагнула к выходу, когда начальник нагнал меня, поймал за руку и легко поцеловав в висок, произнес. – Я сам. Не переживай.

Я только кивнула, села на диван и задумалась обо всем том, что так быстро ворвалось в мою жизнь за какие-то две недели.

А вечером этого же дня Марк вызвался подвезти меня домой. Надо сказать, что это был не первый раз, когда он подбрасывал меня до дома. Все же последнее время мы слишком часто задерживались допоздна.

– Ой, – пискнула я, когда его машина затормозила у моего подъезда.

– Что такое? – Марк повернулся ко мне. – Что-то в офисе забыла?

– Нет, просто…

Начальник посмотрел куда же, куда смотрела и я. Нахмурился. У лавочки, пританцовывая от холода, стоял мужчина в темном пальто. И оба мы его узнали.

– И что ему тут надо? – с недобрыми нотками в голосе поинтересовался мужчина.

– Не пойду, не узнаю, – вздохнула я, открывая дверь.

– Я с тобой.

– Нет, не нужно, – я аккуратно положила свою ладонь поверх его руки. – Не думаю, что при тебе я узнаю, чего он хочет.

Марк явно был недоволен, потому я постаралась убедить.

– Если я сейчас с ним не поговорю наедине, то он придет опять.

– Я останусь тут, – наконец согласился Марк.

Благодарно ему кивнув, я вышла из машины и шагнула к подъезду. Володя заметил меня почти сразу и не очень трезвой походкой направился ко мне.

– Привет, Маришка, – он попытался меня обнять, но я отпрянула.

Краем глаза заметила, что Марк никуда не уехал. От этого на душе потеплело, а уверенности прибавилось.

– Что ты хотел? – голос прозвучал грубо.

– Поговорить, – дыхнул он на меня перегаром. – Я все переосмыслил. И решил, что ты мне нужна. Прости за то… Я был не прав.

Володя покачивался на промозглом ветру, явно с трудом удерживая равновесие.

– Прекрасно. Я тоже приняла решение. Уходи.

Ветер завыл еще громче, я поплотнее запахнула шубку.

– Что? – тупо переспросил он. – Ты о чем?

– Я не хочу тебя видеть. Едь домой. Проспись. И больше не появляйся в моей жизни.

– Маришка, я…

– Я все сказала.

– Марина, ты что же это? – подбоченился он. – Променяла меня на нового начальника? Тебе что, все равно с кем спать?!

Каюсь, я не сдержалась. Да и поймите меня, сложно сдержаться, когда слышишь такое от мужчины, к которому раньше испытывала самые теплые чувства. Мечтала о чем-то большем. О семье.

Пощечина вышла звонкой, хорошей. Бабушка бы сказала – “Смачной”.

Володя пошатнулся, схватился за лицо, посмотрел на меня ошалевшими глазами. И кажется, даже протрезвел.

– Уходи, – процедила я сквозь зубы. – Я не хочу тебя видеть после всего, что ты сделал. Все кончено. Ты хотел перерыва в отношениях, получи финал.

– Марина…

Он еще с мгновение смотрел мне в глаза, а потом повернулся спиной и зашагал в сторону остановки. Но я знала, что сейчас он завернет за угол дома и вызовет такси. Я многое о нем знала. И была уверена, что это наша последняя встреча. К счастью.

– Ты как? – Марк уже стоял рядом со мной, мягко приобнимая за плечи. – Зря я тебя послушал.

– Не зря, – я внезапно поняла, что даже плакать не хочется. Посмотрела на него. – Спасибо. Теперь он исчезнет из моей жизни окончательно.

Марк промолчал, глядя в ту сторону, куда ушел мой бывший. А мне стало так хорошо. Так уютно. Интересно, о многом ли говорит тот факт, что я страдала из-за разрыва от силы выходные? Может, Володя мне был и не так-то нужен на самом деле?

– Я тебя до квартиры проведу, – принял решение Марк. – И завтра утром заеду. Хорошо?

– Хорошо, – согласилась я.

И вправду все было очень хорошо.

Марк проводил меня домой, убедился, что я закрылась на все замки. И уехал. Можно было попросить его остаться, но… Я не стала. И пусть мысль о том, что я сглупила, меня потом клевала, я не заостряла на ней внимания.

Просто достала бутылочку вина, откупорила и позвонила подругам. Алиска первой ответила. Вскоре к ней присоединились и остальные девчонки.

– У тебя голос странный, – первой заметила подружка.

А я… Я вместо того, чтобы пожаловаться радостным голосом сообщила им:

– Девочки, я на свадьбе буду с боссом. Хотела вас предупредить.

– Ты что с Володькой сошлась опять? – ахнула Ника.

– Марина, ты чего?

– Правда?

А я только улыбнулась, хоть они и не могли этого видеть и загадочным тоном протянула:

– Трусики-то и впрямь волшебные. Все вам расскажу потом, девочки. А сейчас просто хочу сказать, как сильно я вас люблю.

– Ты там пьешь что ли? – укорила меня Олеся. – Без нас?

– Всего один бокальчик, – оправдалась я перед подругами.

– Марина, колись, – вновь подала голос Алиска. – Что тебе Володя такого наплел, что после всего случившегося ты поддалась?

– Правда, все расскажу при встрече, – коварно протянула я, зная насколько они все любопытные.

Разговор удалось увести в другое русло спустя несколько минут. Протрындев ни о чем больше часа, я отключилась и упала на кровать. Марк согласился пойти на Алискину свадьбу уже давно. А вот подружек я предупредить забыла. Зато какой я им сюрприз устрою. Пусть теперь ищут своих докторов и художников. Своего босса я, кажется, нашла.