Из Ада не сбежать

Нависая над хрупким сокровищем недвижимой скалой, он одной рукой упирался в кровать, а другой с жадностью мял полную грудь, гладил, ласкал, нежно крутил и сжимал затвердевшую вишенку розового соска. А грудь у неё была прекрасная. Полная, смуглая, упругая, с торчащими светлыми сосками, и сейчас он полностью завладел ими, теребя каждый по очереди. Наконец отпустив искусанные губы и дав ей вздохнуть, он прошелся губами по лебединой шейке, оставив горящую дорожку влажных поцелуев на обнаженных ключицах, спустился к манящим набухшим холмикам, к зазывно торчащим соскам. Её обдало жаром, и, не сдержавшись, она издала хриплый стон, когда он втянул в рот твёрдую бусинку. Словно сахарную конфету, он перекатывал на языке полыхающий кусочек плоти, посасывал и покусывал одновременно. Девушка задыхалась от накатывающих волн блаженства, впивалась ногтями в огненной рыжую шевелюру, натыкаясь пальцами на твердые, скрытые волосами наросты, но сейчас её это не волновало. Изгибаясь всем телом, она раскинула призывно ноги, желая показать, что она готова и не стоит больше тянуть, но у него на этот счёт был свой план. Выпустив изо рта влажную вишенку, он властно приподнял её бедра, словно она ничего не весила, и закрылся лицом в жаждущую прикосновений пещеру. Не в силах содержаться, она издала крик наслаждения, сжимая в кулаках смятые простыни. Она и представить себе не могла, что может кончить и без традиционного секса, а тут на тебе, такой сюрприз. Она металась и стонала, крепко сжимая вихрастую голову влажными бёдрами, подаваясь всё выше и выше, с каждым движеньем его языка теряя себя, погружаясь в экстаз без остатка. Ещё мгновенье и…

Велиана с криком открыла глаза и чуть не свалилась с кровати. Комната была, конечно же, пуста, впрочем, как и всегда. В свои 24 девушка так и не обзавелась второй половинкой. Нет, хороших парней она встречала в избытке, но именно «тот самый» пока не попался. Вот и коротала молодая женщина тёмные ночи в холодной постели одна. "Что за чудной сон!" – почесала она макушку, разомлевшее тело настойчиво требовало прикосновений. Девушка грустно улыбнулась и, отметив, что на будильнике довольно раннее время, повернулась на другой бок в надежде на продолжение жаркого сна. Через пару часов уже подниматься на работу, а пока можно и отдаться мечтам.

"Что за чудной сон!" – почесал за рогами Тион и тяжело вздохнул. Недостатка в женщинах он не испытывал, когда было нужно, любая готова была согреть ему койку, но именно «та самая» пока так и не встретилась. Задумчиво фыркнув, демон на минуту прикрыл глаза и уверенно поднялся с уютного ложа. Пора отправляться в дорогу.

Ночь стояла тихая и по-осеннему прохладная. Город спокойно дремал, кутаясь в лёгкую октябрьскую сырость. В лужах, поблёскивая, отражалась обкусанная с левого бока чахлая луна болезненного жёлтого цвета. Всюду царила предутренняя мёртвая тишина. Промозглый воздух был свеж и кристально прозрачен. Но вот в одном месте скомковалась белёсая дымка, воздух загустел и наэлектризовался. Множество маленьких молний смерчем закружили на небольшом пяточке, разбрызгивая по сторонам клочки чёрного дыма вперемешку с ослепительными разрядами. Охваченное буйством стихии пространство, словно беременное, все разбухало и разрасталось, клубясь чёрными завихрениями. Но вот, ощетинясь разрядами молний, одна сторона резко вспухла и с гудением лопнула, наконец разродившись. Из огненной прорехи, будто бы из чрева невиданного зверя, выскочил чёрный всадник. Вихрем он промчался по тёмным улочками спящего города и исчез, затерявшись в пучине густого подлеска. Лишь только дымящийся след да ершистый огненными всплесками клочок неспокойного пространства напоминали о его таинственном появлении.

Демон – в мифологии общее название сверхъестественных существ или Духов, занимающих, как и Ангелы, промежуточное состояние между людьми и богами. В ранних источниках различие между терминами «демон» и «бог» не прослеживается вовсе. Демоны могли иметь любую природу, в том числе и смешанную, то есть могли в равной степени творить как зло, так и добро. В христианстве, как и в иудаизме произошла дальнейшая эволюция термина, после которой демонами стали именоваться все сверхъестественные существа, противопоставляющие себя единому Богу. К этой же категории были отнесены все зловредные сущности. Духи же, приближённые к Богам, стали называться ангелами.

– Хм, интересненько! Выходит, Волкодав на самом деле Демон… – задумчиво прошептал Филипп. – Из ада… – улыбка скривила конопатую физиономию. Но тут Фил от неожиданности дёрнулся и едва не свалился со скрипучей скамейки.

– Таллии-Хо, приятель, ты меня звал? – усмехнулся тот самый, чьё имя Волкодав, ловко скользнув демонским хвостиком по подбородку обескураженного парнишки. Жёлтые фонари с вертикальными зрачками уставились мальчику прямо в глаза, а кончик носа упёрся тому в самую пипку. Щеки школьника предательски вспыхнули, а кустистые брови пришельца удивлённо взметнулись на лоб.

– Ты идиот? – отпрянув, попытался взять себя в руки мальчишка, а злополучная книга громко шлёпнулась на грязный обшарпанный пол. – Меня чуть инсульт не хватил! – голос срывался на визг, а румянец со щёк устремился к кончикам ушей.

– Что читаешь? – в замешательстве сменил тему демон, спешно склонившись над упавшим фолиантом. Неизвестное ранее чувство юрким ужом проскользнуло в одинокое существо и ледяными объятиями стиснуло сердце.

– Это что, любовный роман? Пхахаха, прости, что помешал тебе! – наигранно воскликнул демон, прогоняя прочь душившие чувства.

– Слышь, замолчи! Не видишь, это «Сказания о Демонах». Там всё про тебя и твою расу! – недовольно буркнул Филипп, бережно отряхивая увесистый том. – Где ты вообще болтался весь день, сатана чёртов? – проорал он прямо в улыбающееся наглое лицо, выплескивая всё скопившееся за день напряжение. Волкодав же невозмутимо левитировал перед самым носом нового друга, сложив на груди когтистые руки и нервно помахивая хвостиком.

– Ты закончил? – сощурился желтоглазый и, присев на скамью, похлопал ладонью по скрипучей древесине. – Ну покажи мне, что интересного ты там увидел.

Напряженно выдохнув, мальчишка чуть поколебался и нехотя плюхнулся рядом, аккуратно раскрывая чёрный фолиант.

Оба такие разные и такие одинаковые в своём одиночестве и неуёмном любопытстве, мальчишки с интересом уткнулись в хрустящие ветхие страницы, испещрённые каллиграфическими закорючками и удивительными рисунками.

Жёлтые глаза Волкодава горели жадным огнём, впитывая новые для себя знания.

Кроме всего прочего о древних «мифических» созданиях, фолиант содержал в себе ещё и свод запретов для низших демонов.

Волкодав пришёл в ужас от некоторой, не известной ему ранее информации. Оказывается, демонам категорически запрещается контактировать с людьми без прямого вызова. То есть на данный момент он нарушал самый первый закон своего бытия.

– Но… – несчастным взглядом впился хвостатый в подростка. – Нам что, нельзя разговаривать? А я уже так привык! Как же мне без тебя? Ты же мой единственный друг! Фил!.. – когтистая рука легла на плечо парня, намертво впившись когтями и перекосив того на одну сторону.

– Эй, полегче, чудилка! Да успокойся ты, поздно пить боржоми, когда выплюнул лёгкие. Мы уже контактируем. Давай лучше посмотрим, что тебе за это будет?

– Изгнание из ада или смертная казнь… – прочитав, всхлипнул демон. В щенячьих глазах его плескались слёзы.

– Оу… я… эм… Подожди минуту! – и Фил суетливо поднёс книгу к самым глазам и принялся зачитывать вслух каждую строчку. Через мгновенье он ткнул пальцем в неровные буквы. – Вот!

– Что там?! – спохватился демон. Придвигаясь вплотную к мальчишке, он забавно морщил нос и фыркал.

– От демонов можно спрятаться, если иметь при себе камень всевластия. Вот бы нам такой, и они тебя никогда не найдут. Только где ж его взять-то? – огорчился парнишка и обернулся к другу. В затравленных глазах демонёнка светилась тревога и… надежда.

– Ты об этом что-нибудь знаешь? – оживился Филипп, захлопывая толстую книгу. – Мне тоже не хотелось бы расставаться с тобой. Ты прикольный, хоть и не человек. – смутился парнишка. А самодовольный обыватель адского пекла злобно ощерился, или это была улыбка?

– Не парься, чувачок! Мы не расстанемся, смотри! – и из складок чёрного атласа показался мохнатый кулак. Внимательно оглядевшись, Волкодав навис над Филиппом, раскрывая ладонь и прикрывая его другой рукой. Парень порывисто ахнул и тут же зажал себе рот.

Это был камень, не то, чтобы просто камень, а прекрасный кристалл. Причудливый, сверкающий переливами, многогранный и удивительный. От него так и веяло тайной. Он словно дышал на бледной ладони, заставляя и ту светится в такт нежной пульсации.

– Это он? – в благоговении прошептал школьник, глаза его горели восхищением.

– Думаю да, я… м… одолжил его у Самого Владыки, чтобы попасть в ваш мир. По-другому было никак!

– А можно мне подержать? – жалобно пискнул Филипп, едва прикасаясь пальцами к волшебству. – Он такой… такой… прекрасный!

– Я знаю, – выдохнул демон и качнул ладонью в сторону парня, тот, правильно поняв жест, накрыл своей ладонью лежащий камень и завороженно замер. Яркий свет, полыхнув, мгновенно окутал соприкасающиеся руки мальчишек, неистовым пламенем пробежался по венам, полыхнул в груди и тёплым комочком свернулся внутри живота. Оба стояли, как соляные статуи, не смея и двинуться с места. Камень нагрелся, щедро одаривая теплом обоих своих обладателей. Пальцы рук их сплелись, глаза встретились и утонули друг в друге, заполняя ту пустоту, что всю долгую жизнь копилась в отверженных душах. Первым пришёл в себя Фил. Он судорожно разжал пальцы и, дёрнувшись, чуть не полетел со скамейки.

– Прости, я не хотел, – пряча глаза, пробормотал он.

– Всё нормально, – успокоил его Волкодав, – этот камень открывает скрытую суть, так что тут нечего стыдиться. Не мне осуждать тебя, смертный, ты же и сам всё понял. Я такой же, как и ты. – вспыхнувшие щёки Филиппа покрылись яркими пятнами, но, откинув назад чёрно-белую гриву, парнишка смело поднял глаза. Дрожащие пальцы крыльями трепетной бабочки коснулись бледной щеки Волкодава, нежно прошлись по пунцовым губам. Кривлянье и шуточки отошли на второй план, и Воал был предельно серьёзен. Ещё ни к кому он не испытывал подобную тягу, как к этому смешному и тощему человечку. Демоны по натуре своей бисексуальны, он всегда это знал… Но что его привлекут межрасовые отношения, такое он представить не мог и во сне. А вот, на тебе, кристалл решил иначе. Этот худышка сразу привлёк Воала своей открытой бесхитростной простотой. А теперь, испытав на себе в полной мере чары кристалла, жажда полного обладания захлестнула юного демона, и, не в силах более сдержаться, он сграбастал тонкую кисть и властно притянул парнишку к себе.

Мальчишки есть мальчишки, причём любой расы и в любые времена.

Шум шагов заставил друзей резко отпрянуть друг от друга. Заливистый смех девчат и басовитое уханье парней едва не застали врасплох. Филипп неловко вскочил со скамейки, чуть не разодрав штаны в хлам ощетинившимися щепками глубоких выщерблин. Лицо парня вспыхнуло ярким румянцем, а капельки пота тонкими струйками скользнули по лбу. Взгляд испуганно метнулся на подошедшую к беседке компанию, затем на демонёнка, но того уже и след простыл. «Вот гад, бросил!» – разочарованно подумал Филипп и сник, сдулся, будто бы слабо завязанный воздушный шарик. В душе вновь чёрной дырой разбухла пустота, на том самом месте, где совсем недавно сиял сказочный свет надежды. Обида тяжёлым камнем легла на грудь, сдавив в железных тисках колотящееся сердце. Перед лицом всего мира и кучки несносных одноклассников он был снова один, отверженный, забитый изгой.

– Эй, урод, ты чё тут забыл? А ну вали отсюда! – отделился от группы высокий черноволосый парень в дорогом спортивном костюме. Эльдар был в классе заводилой и злостно ненавидел тщедушного неформала.

– Давай вали, чучело, это наше место. – пискляво поддакнул Колян, рыжеволосый качок. Всё в нём было каким-то непонятным, неправильным. Волосы цвета ржавой соломы, белёсые редкие ресницы. Серые, почти прозрачные глаза, которые всегда казались слегка воспаленными из-за многочисленных лопнувших капилляров на мутных белках. Любимым занятием Коли было неистово тереть глаза кулаками, словно бы он никак не может проснуться. Колян был сбитым коренастым коротышкой, почти по плечо Филиппу, но, благодаря дружбе с задиристым верзилой, чувствовал себя чуть ли не второй рукой президента.

С парнями в компании обнаружились и девчата. Кокетка Светка, высокая, стройная и до ужаса противная блондинка. Бойкая и вёрткая армянка Карине и вечно таскающаяся за ними невзрачная и прыщавая Тося. Девчонки глумливо посмеивались, надменно поглядывая на стушевавшегося подростка.

Предчувствуя неравную схватку, больше похожую на избиение младенцев, Филипп прижал к груди библиотечный фолиант и, опустив голову, попытался проскользнуть мимо верзилы, но не тут-то было. Тот лишь нехотя протянул руку, преграждая дорогу, и мышеловка захлопнулась.

– А ну покажи, что у тебя там? – приказал заводила, уверенно двинувшись к оторопевшему парню.

– Нет! – отшатнулся тот и, не удержавшись, рухнул на лавочку многострадальной пятой точкой. Девчонки ехидно прыснули, на все лады обсуждая неловкость невольного пленника.

– Что ты там вякнул, я не расслышал? – груда играющих мускул горой надвигалась на мальчика. Сердце Филиппа, сделав кульбит, ухнуло в самые пятки. Сжавшись в ершистый комок, он всё же не собирался уступать хулигану, значит, драки не избежать. Подойдя вплотную к пойманной жертве, верзила властно протянул руку. Заметив, что вместо того, чтобы подчиниться и отдать ему книгу, одноклассник, наоборот, ещё крепче прижал её к груди, Эльдар грозно сдвинул брови. Огромная ладонь мгновенно взвилась, в замахе превратившись в пудовый кулак. Филипп с ужасом зажмурился. Он уж приготовился стойко принять жестокий удар, как натянутое звонкой струной напряжение внезапно взорвалось девчоночьим смехом, басовитой руганью и гулким звуком падения грузного тела. Даже писклявый Колян давился, похрюкивая, пытаясь сдержать дикий хохот. «Что же случилось»– недоуменно приоткрыл один глаз Фил и в изумлении раскрыл рот. Огромный Эльдар со спущенными по самые щиколотки модными брюками вкупе с серыми плавками елозил голым задом по грязному полу беседки, неистово матерясь. Злобно зыркнув на несостоявшуюся жертву, он, отклячив толстый зад, неуклюже поднялся и тут же рухнул снова, сбитый с ног невидимой силой. Новой волной грянул хохот. Рыжий подлиза кинулся поднимать голозадого друга, но тот по непонятным причинам плотно запутался в перекрученных спортивках. Едва сдерживая смех, Филипп незаметно проскользнул мимо возившихся на полу хулиганов и стремглав кинулся прочь. Отойдя на почтительное расстояние, мальчик наконец-то позволил себе расслабиться и заливисто расхохотался.

– Ну как я его? – раздался ехидный голосок. Вытирая слёзы, Филипп обернулся, но так никого и не увидев, озадаченно замер.

– Я думал, что ты сбежал…

– Что? – полный возмущения голос порывисто рявкнул у самого уха, заставив парнишку испуганно вздрогнуть. – Да ты что? Бросить тебя? Ни за что! Теперь ты от меня так легко не отделаешься. – невесомым пёрышком скользнуло тёплое прикосновение по горящей щеке Филиппа. Тот дёрнулся от неожиданности и густо покраснел.