Командировка со звезд. Избранные фантастические рассказы. Том второй

Освоение

Воздушный скутер легко нёсся над гладкой поверхностью океана. Сегодня был необыкновенный день, предсказатели погоды на этот раз были единодушны: можно отдыхать в любом месте – и на побережье с удочкой, и в глубине с гарпуном, и в слабых воздушных волнах на вышине. Фёдор, не отрываясь, смотрел на Викторию, которая ловко управлялась с непривычным для неё скутером, он скользил почти у воды, иногда взмывая до десяти метров выше поверхности.

– Федя, ты своим взглядом просверлишь во мне дырку! – не выдержала Вика, продолжая управление.

Вначале Фёдор сделал озабоченную мину, озирая горизонт, но затем вновь уставился на девушку.

– Где ты так ловко научилась водить эту посудину? – спросил он погодя. – Совсем новая модель, между прочим!

– Ты, Феденька, всё время забываешь, где работает твоя хорошая знакомая Виктория Лушина!

– В каком это смысле? – удивился Фёдор.

– А в таком! Я как раз проектирую управляющие системы для подобных игрушек!

Здесь Фёдор задумался. Действительно, Виктория работала в Научном центре программных систем. Но он никогда не думал, что в сферу её производственных интересов входят микротранспортные системы, к которым относится воздушный скутер на две персоны, созданный буквально на прошлой неделе. Фёдор Орлов работал в другом месте, и ему временно не разрешалось доводить до знакомых и родственников своё истинное занятие, потому что некоторые работы носили определённый риск для жизни человека. Орлову скутер выдали для удобства добираться до одного из островов, где в середине Малайского архипелага проводила опасные эксперименты группа «Наутилус». Район находился под специальным силовым полем и посторонние там появиться не могли.

Сегодня, пользуясь выходными днями, Фёдор упросил Викторию побыть с ним. Для этого каждому из них пришлось довольно долго добираться до места встречи, а затем уже проверить лучшие качества нового скутера.

– Вика! Ты программу отдыха для этих дней подготовила? – полушутливо спросил Фёдор.

– И не думала! – вызывающе ответила Лушина. – Молодой человек, неравнодушный ко мне, вполне способен лично решать такие проблемы! Разве я не права?

Скутер на этот раз резво подбросило метров на пятнадцать вверх, Орлова точно сбросило бы, если бы он крепко не вцепился в аварийный пластиковый трос.

– Осторожно, лихач из Центра программных систем! – не выдержал Фёдор. – Так мы с тобой не доберемся до нашей цели ни сегодня, ни завтра…

– Не скажи! – восторженно заявила Виктория, уменьшая скорость. – А ведь цель-то появилась на горизонте!

– Где? – удивился Фёдор. – Нам до цели, если принимаем мою программу, ещё плыть и плыть.

Лушина помолчала пару минут для произведения определённого эффекта и просто сказала:

– А мы мимо твоей программы всё сделаем. Видишь островок справа?

– Ещё бы! Это же тот самый, где мы с ребятами живём.

– Ребята ничего не узнают, – уверенно сказала Вика. – Сейчас они все находятся на Главном экспериментальном острове, а мы с тобой заплывем инкогнито через тот самый проход, где ты пользуешься своим личным кодом.

Орлов смотрел во все глаза на Викторию и ничего не понимал. И здесь она выдала:

– Эти два дня мы проведём с тобою вместе – ты и я! – и она вызывающе посмотрела на Фёдора. – Надеюсь, не возражаешь?

Группа «Наутилус» была создана совсем недавно по меркам быстро меняющегося Мира: три года назад. Основная научная цель группы была превратить человека в существо, умеющее жить и в глубинах океана и на суше. Были собраны все ранее накопленные материалы на эту тему. Люди уже давно осуществляли попытки использовать водные просторы для своего обитания, так как другого выхода пока просто не существовало: либо человечество полностью заполняло сушу и начинало потихоньку вымирать, либо оно находило наконец-то возможность превратиться в существо-амфибию, готовое жить в любой среде. Это позволило бы людям постепенно переселяться на планеты и спутники планет нашего Солнца, где встречалось большое количество воды. Подогреть её до нужной температуры при сегодняшнем уровне энергетики труда не составляло. Тогда наша цивилизация могла бы рассчитывать на дополнительное время для перспективных разработок сверхбыстрых устройств, способных найти и переселить людей на планеты других звёздных систем. Пока таких устройств не было и о них невозможно было даже мечтать в течение ближайших сотен лет.

Главный эксперимент в лаборатории «Наутилуса» должен был начаться через несколько дней. Орлов входил в первую группу испытателей. Из-за этого он выстроил распорядок своих последних дней таким образом, чтобы повидаться со своими близкими, а также с поразившей его недавно необыкновенной девушкой Викторией, которая встретилась на его пути совершенно внезапно. Она окликнула Фёдора на итальянском пляже в Сицилии, куда он заглянул после встречи с отчимом, с которым не виделся более года, с тех дней, когда они похоронили родного для них обоих человека – Надежду Орлову, мать Фёдора. Совсем седой Луиджи Неру, высокий и сухой, как палка, полуобняв Федора за плечи, по-английски несколько минут вспоминал Надежду и бурный роман между ними, при этом он старался не смотреть на Фёдора мокрыми от слёз глазами. Они положили цветы к её памятнику, посетив маленькое кладбище, посидели молча на мраморной скамеечке рядом. При расставании Луиджи неожиданно сказал:

– Я догадываюсь, что привело тебя ко мне в эти дни. Много молодых и талантливых людей работают сейчас в группах повышенного риска, приходит момент, и они на всякий случай обходят всех своих знакомых. Это случается всякий раз перед опасными испытаниями, сложными операциями. У Земли нет другой альтернативы, как рисковать и пытаться найти выход из создавшегося положения. Не знаю, где ты, Фёдор, сейчас работаешь и над чем, но вижу тревогу в твоих глазах. Хорошо, что Надя этой тревоги не видит, спит себе здесь спокойно…

Луиджи пожал руку Орлову:

– Счастья тебе и удачи! Спасибо, что не забыл старика!

Он проводил Фёдора до птерокара и направился к себе, но юноша не торопился улетать. Он застыл у машины, как будто чего-то ждал. Мимо него в направление к морю прошла девушка с пляжной сумкой и какими-то научными трудами под мышкой. Фёдор постоял ещё немного и тоже решил искупаться. Из птерокара он достал необходимые вещи и через пару минут достиг прекрасного песка, перед которым плескалась лёгкая морская волна. Народу было не много, Фёдор переоделся в будке в плавки и сразу бросился в воду. Поплавал с пяток минут и присел на свободный лежак. Правда, сразу ему пришлось встать, так как обогнавшая его у птерокара девушка появилась со стороны палатки с прохладительными напитками и протянула ему баночку холодного «Пепси», сказав при этом:

– Это вы заслужите, если освободите мой лежак!

И, действительно, Орлов просто не заметил её сумки и пары книг, прикрытые углом лежака. Выглядела девушка просто потрясающе, короткая светлая стрижка очень шла к её круглому загорелому лицу.

– Да вы не уходите, я пошутила, – улыбнулась она, – этого лежака нам и двоим хватит. Вы же ненадолго?

– На несколько минут, только окунуться! – ответил Фёдор, вскрыл банку и протянул девушке.

– Нет-нет! – отстранилась она. – Это лично вам. Меня Викой зовут, я из окошка палатки видела, что вы на моё место нацелились, вот и проявила инициативу.

Фёдор представился в ответ и с удовольствием выпил прохладный напиток, ловко забросив пустую банку в стоявший неподалеку сборник мусора.

– Ловко! – похвалила Вика. – Ведь это вы стояли рядом с птерокаром? – и, получив утвердительный кивок, спросила: – Завезёте меня в мой Центр? Я опаздываю, к сожалению… Если только вас это не затруднит.

– Не вопрос! – ответил Фёдор. – Такой девушке отказать невозможно, даже если бы и времени не было!

По дороге они обменялись номерами своих телефонов.

Ночью Орлов только и думал о Виктории. Ему совсем не спалось, хотя кондиционер приносил приятную прохладу, и в обычный вечер ему ничего другого для сна не было бы нужно. Он вспоминал её огромные глаза и великолепную фигуру. В середине ночи Вика сама ему позвонила и тоже призналась, что сегодняшняя встреча произвела на неё странное впечатление, и сон к ней не шёл из-за какого-то предчувствия.

– Думаю, – сознался Орлов, – у тебя – то же самое предчувствие, что и у меня. Просто мы теперь будем часто встречаться. Мой транспорт достаточно скоростной, и я прилечу сегодня и завтра к тебе на остров ранним вечером, пообщаемся, узнаем друг про друга побольше… Потом будут выходные и это ещё один повод пообщаться. Только в понедельник у нас намечается серьёзная многосуточная работа и какое-то время я тебя не увижу, мне даже сейчас об этом думать неприятно… Но потом у нас всё продолжится. Как такой план?

– Федя! – как-то особенно ласково сказала Виктория. – Мне твой план ужасно нравится. Мне даже кажется, что теперь мне удастся уснуть.

Когда разговор закончился, Орлов почувствовал странный прилив сил. Ему сразу захотелось ещё раз услышать голос новой знакомой, но он не стал звонить, это был бы перебор. Он задумался о предстоящей на следующей неделе операции и несколько огорчился, потому что никто на свете не знал, как она закончится. Он вспомнил последние слова Луиджи и неожиданно крепко заснул.

Следующие два вечера молодые люди общались на пляже, где познакомились. Узнав, что группа, где работает Орлов, является секретным объектом, Виктория вначале опечалилась, она знала о таких объектах не только хорошее. Но потом ей пришло в голову выяснить секрет через руководителя своего Центра. И хотя ей это удалось – печаль осталась. Она узнала, что Орлов будет одним из первых испытывать новую систему дыхания. Планировалось операционным путем вживлять внутри человека вновь созданные нанотехнологами дополнительные дыхательные механизмы. И хотя руководители группы были уверены в успехе эксперимента – он долго проверялся на других живых объектах – всё равно гарантий безопасности для всех без исключения испытуемых не существовало. Учёные, находящиеся у истоков проводимых работ, опасались изменений личностных характеристик у людей, подвергнутых этой довольно сложной операции. Люди могли измениться, потерять полностью или частично свою память. Совсем недавно встретившая Фёдора, Вика за несколько дней неожиданно успела втрескаться в него по самые уши. Более ранние знакомства со сверстниками или проявившими к ней интерес другими мужчинами обычно оставляли Вику равнодушной. Фёдор Орлов отличался от всех чем-то неуловимым, что и понравилось Лушиной. Может быть, привлекал очень вдумчивый взгляд, свободное разгадывание каких-то житейских головоломок, лёгкий переход с одного языка на другой – Фёдор владел английским, русским, французским и китайским языками. Правда, Виктория тоже неплохо знала эти языки, да ещё в придачу немецкий, но не так свободно могла вести на них разговорную речь, как, например, на русском.

Несколько бессонных ночей, когда она стеснялась ещё раз будить Орлова, привели к тому, что Виктория приняла то самое решение, которое могла принять смелая женщина, влюблённого в своего единственного мужчину, которому грозила неминуемая опасность. Она чувствовала эту опасность, почти все женщины мира ощущают опасность, грозящую тому человеку, тому мужчине, которого они выбрали в свои попутчики по жизни…

Два дня для влюблённых пролетели очень быстро. Проснувшись ранним утром в понедельник, чтобы отправить Вику в Центр, Фёдор несколько минут всматривался в красивые черты спящего женского лица и никак не решался её разбудить. Он подготовил птерокар к вылету, собрал завтрак на двоих на кухне и вновь зашёл в спальню. К его удивлению Виктория уже не спала, но повлажневшие глаза выдавали её тревогу, Фёдор сразу понял, что девушка плакала.

– Что стряслось, любимая? – подскочил Фёдор, но Вика уже смеялась:

– Феденька, не обращай внимание! У девушек бывают свои причуды. Они, например, после чудесной ночи могут и всплакнуть ненароком, так – для разнообразия! Не обращай внимания, любовь моя…

Орлов проводил Викторию до Центра, а сам с остальными добровольцами начал подготовку к главному эксперименту. У них заранее всё уже было отработано, им стоило только переодеться в специальные лёгкие костюмы и явиться в огромный стерильный медицинский отсек. Орлов всё делал автоматически, память была занята последними днями и ночами, он уже не представлял себя без Виктории, к тому же прекрасно понимал, что, скорее всего, по прошествии определённого времени к ним присоединится третье существо – их ребёнок. И Орлов к ещё несуществующему ребёнку тоже ощущал необыкновенную нежность, как и к Вике. Он действительно ощущал, что их уже трое, обычная молодая семья. Другие люди, находящиеся в отсеке, что-то говорили ему, но Фёдор пока не был способен воспринимать их слова, он находился словно во сне. Наконец, туман, в котором Фёдор пребывал, растаял, и он присоединился к общей подготовке к эксперименту. Молодых людей попросили снять одежду и уложили на медицинские операционные столы, накрыли простынями. Медсестра в белоснежном халате обошла всех до единого с целью усыпить их: операция должна была проводиться под сильным наркозом.

Луиджи Неру сидел за столом и завтракал. На работающий телевизор он внимания не обращал, он всегда включал его по утрам с целью не пропустить ночные новости. Он уже понёс в раковину помыть кофейный набор, когда заинтересовался информацией об экспериментах в какой-то лаборатории со звучным названием «Наутилус», расположенной в Малайском архипелаге. Луиджи аккуратно выложил приборы и вернулся к столу. Диктор говорил негромко, но об интересных вещах: с помощью новых препаратов и искусственно выращенных органов попытались превратить группу молодых парней в существ, способных жить на суше и в морской воде с одинаковым успехом. К сожалению, эксперимент завершился почти полностью неудачно. Из пятнадцати молодых людей выжили только двое, у остальных диагностировали клиническую смерть. Выживших пытаются привести в нормальное состояние, и руководители лаборатории надеются, что эта двойка сможет свободно обживать, кроме земных океанов, ещё и океаны, найденные на ближайших планетах нашей Солнечной системы.

В конце сообщения на экране появились фотографии уцелевших, в одной Луиджи с изумлением узнал сына Натальи – Фёдора. Старик ужаснулся, Фёдор Орлов оставался единственным человеком, связывающим его прошлое с настоящим. Пусть они не часто встречались, но только Фёдор знал, как Луиджи любил его мать, как возникла эта любовь по истечению некоторого времени после гибели Орлова-старшего при крушении «Боинга», следующего курсом Москва – Каир. Для Луиджи случившееся в лаборатории в Малайском архипелаге было тяжёлым ударом, сердце не выдержало и его отвезли в центральную больницу.

Виктория узнала о событиях в архипелаге в то же утро, и то же из новостей. Слёз у неё не было, Вика будто бы ждала чего-то подобного. Она взяла короткий отпуск и вылетела попутным рейсом на Яву. Орлова и второго оставшегося живым испытателя – Милоша Новака – уже доставили в главный военный госпиталь, но посетить их никому не разрешали. Более того, в фойе госпиталя разразился настоящий скандал, который устроил главный врач:

– Кто дал сведения журналистам? – спросил он у дежурных медработников. – Всех посторонних вывести на улицу! И срочно вызвать полицию!

Виктория нашла медсестру, которая присутствовала при поступлении пострадавших, объяснила, что она единственный близкий человек Орлову, и попросила помощи.

Совсем молоденькая медсестра с испуганными глазами долго молчала, вглядываясь в русскую гостью, отлично разговаривавшую с ней на её родном языке. Потом она молча взяла Вику за руку и повела куда-то на второй этаж.

– Вы должны извинить меня, я могу остаться без работы, – по пути говорила она в свое оправдание. – К парням мы с вами попасть, конечно, не сможем, потому что здесь находится охрана из полиции вдобавок к военным. Да и врачей сейчас там много, консилиум… Сказали сразу, что чех не выживет, а с вашим другом обстоят дела немного лучше, есть надежда. Оба – без сознания, медики пытаются сделать невозможное: таких больных у нас никогда не было, так главный врач сказал.

– А куда мы сейчас? – спросила Лушина, её трясло, как в лихорадке.

– Здесь есть видеокамера – на всякий случай. Мы быстро взглянем и уйдём, больше я вам ничем помочь не сумею…

Они зашли в один из кабинетов, который, к счастью, оказался пустым. Медсестра подошла к небольшому пульту и включила его. Напротив женщин загорелся большой экран, открывший обстановку в операционной. Действительно, там оказалось несколько одетых в белые халаты врачей, они напряжённо всматривались в показания приборов в изголовье одного из пациентов, другого видно не было. Вика заметила, как шевельнулась рука лежащего на койке человека.

– Это русский! – прошептала стоявшая рядом медсестра. – Нам больше оставаться здесь нельзя, прошу вас: пойдёмте!

Через несколько томительных дней ожидания в маленьком отеле Виктории официально было сообщено в письменной форме, что Фёдор Орлов уже не является человеком в обычном понимании этого слова, и в ближайшее время он вылетает на один из спутников Юпитера для его освоения. Виктория вновь помчалась в госпиталь, но там Орлова уже не было. Ещё ей сообщили, что Милош Новак находится в коме и скорее всего не выживет. Вика пыталась найти знакомую медсестру, но этого сделать не удалось: более половины персонала медицинского заведения сменили. О причине узнать было не у кого, Лушина чувствовала себя в этой стране чужой, потому что с ней старались не разговаривать, сообщили только, что Орлов в целом выздоровел, но встречаться с ним не советовали.

– Теперь это не человек! – тихо проговорил главный врач заведения, к которому всё-таки Вике удалось проникнуть в кабинет. – Это монстр! Он говорит, понимает нас, но всё, что было с ним до операции, он не помнит и к своему прошлому равнодушен. Поверьте, вам лучше держаться от него подальше, он не узнает вас, даже если у вас были очень близкие отношения. У него теперь другие задачи в жизни, к решению этих задач он и готовится. Больше мне вам сказать нечего. Даже не могу раскрыть место его пребывания, это государственная тайна!

– Какого государства? – чуть ли не плача спросила Виктория.

– Может быть, я ошибся в определении, – поморщился главврач. – На господина Орлова уже распространяется гриф общечеловеческой тайны. Вам его не найти! Скорее всего, Орлов находится уже на одной из космических станций. Но кто решится сообщить, на какой именно? Да и кто туда вас отправит? Зачем? Забудьте о нём – мой вам совет…

Через два часа Виктория уже летела к себе домой. Забыть о Фёдоре она теперь уже не могла, она знала, что где-то внутри неё начинает расти их общий ребёнок…

* * *

В Центре у Виктории всегда было много работы, она выполняла плановые задания и быстро уходила домой. Её Максиму скоро исполнится восемь лет, он занимается в частной школе второй год и радует мать отличными оценками за успеваемость. Вика забирает его из школы домой по дороге из Центра. Городок здесь маленький, личный транспорт Виктория использует редко.

Сегодня Максим ждал её у красивого фонтана, сооруженного рядом со школой, он смотрел на воду какой-то невесёлый, размахивая сумкой с учебниками.

– Мама! – бросился он к ней. – Ты сегодня что-то припозднилась!

– Тебе показалось – наверное, уроки раньше закончились, – успокоила Максима Вика. – Лучше скажи, что сегодня такого у вас было, что ты выглядишь довольно унылым?

– А ты не помнишь, что обещала мне в прошлом году перед Новым годом?

– А что я обещала?

– Ты мне, – как-то торжественно произнес Максим, – обещала в этот день – 30 июня, за день до моего рождения – рассказать про папу: кем он был и какой героический поступок совершил!

У Виктории на секунду оборвалось дыхание. Обещать-то она обещала, но считала, что маленький мальчик забудет обещание, или вспомнит его значительно позднее. Хотя дети в этот век росли значительно быстрее и на лету схватывали знания, которые с трудом давались родителям десятилетия назад.

– Ну что же! – сказала Вика. – Раз обещала – значит, так тому и быть! Сейчас поедим в ресторане и направимся в одно необычное заведение…

Максим стал очень серьёзным, он понял, что мама на сей раз не шутит и ему удастся что-то узнать про своего отца. Нельзя сказать, что в школе, где училось не очень много детей, все они имели пап и мам. Были и одинокие семьи, но чаще всего именно в таких семьях ребёнок был наиболее неразвитым, не был склонен к усидчивости при изучении всех предметов и, как правило, дальнейшее обучение проходило весьма трудно. Вике в этом деле очень повезло, она пока полностью справлялась с воспитанием Максима, не могла нарадоваться на его успехи и считала, что одной из причин этого – наследственность. Ведь Фёдор Орлов когда-то поражал её своей эрудицией и стремлением к познаниям нового. За небольшой период времени, что они встречались, Вика многое переняла от любимого и после того, как произошла трагедия, старалась стать такой же развитой, как и он. И во многом Вика преуспела. Она была уверена, что их Максим поймёт то немногое, что сегодня – в первый день – она ему попробует рассказать про отца.

Самый большой спутник в Солнечной системе был у Юпитера – Ганимед. Его земляне наметили к заселению в первую очередь. Ганимед был больше Луны, а также спутника Сатурна Титана, и даже больше самой близкой к Солнцу планеты Меркурий. Наполовину Ганимед состоит из льда, а это как раз тот материал, который земляне могли превратить в воду и организовать именно в водных пространствах огромного Ганимеда полнокровную жизнь. Что в итоге человечество и добилось. Первый опыт с людьми оказался трагическим, тот раз только один из группы «Наутилуса» остался жив, но сразу был отослан с роботами к Юпитеру. Потом последовали новые – более удачные – операции на людях, и Ганимед пополнялся населением. Ещё десяти лет не прошло, но колония уже насчитывала несколько тысяч человек. Они жили в водной среде, используя вывезенное с Земли оборудование, собрав необходимое количество подводных жилищ и наладив производство пищевых продуктов. По расчету ученых, Ганимед сможет со временем принять до миллиарда землян. И работа в этом направлении велась интенсивным способом. Конечно, проводились параллельные исследования по выравниванию интеллекта жителей Ганимеда и человека Земли. Существа, покинувшие Землю, должны были понимать землян, а земляне – этих существ. Только тогда совместными усилиями можно было двигаться дальше – к звёздам…

Виктория вела сына в музей Космоса – небольшое здание на проспекте Мира. Когда-то мэрия нашла в городе из состоятельных граждан энтузиастов построить этот дом и оборудовать его наглядными пособиями. В основном, сюда водили уже взрослых детей, организовывали экскурсии для закрепления знаний астрономии учащихся старших классов. Астрономия была обязательным предметом в учебных заведениях всех стран, начиная с четвёртого года обучения. В головы будущих переселенцев с Земли на другие объекты Солнечной системы рано начинали заносить ростки знаний об окружающей нас Вселенной. Но Максим первый раз переступил порог необычного здания. Начиная с фойе в глаза прибывшего бросались расписанные звёздами, планетами, спутниками планет, кометами широкие стены. Сегодня здесь было всего пятеро человек: родители с детьми. Максим остановился и прижался к матери.

– Я знаю, – сказал он, взглянув на неё, – наша планета Земля – всего лишь песчинка в Мироздании…

– Кто тебе это… – хотела Вика уточнить, но посчитала, что программы в школах могут меняться и какие-то сведения у детей могли появиться раньше, чем в старые времена. Планета ускорялась в своем развитии, у неё уже не оставалось времени и пространства для людей. Даже появились Пантеоны Бессмертия, где соглашались ждать лучших времен люди, в основном, пожилого возраста, таких набралось более полмиллиарда. Для размещения этих людей места много не требовалось. Но никто не мог даже предполагать, приступят ли когда-нибудь к их оживлению!