Метро 2033. Сказки Апокалипсиса (сборник)

– Ма-ма! Ну что ты говоришь?! Давай потом, сейчас, видишь, не могу – занят очень.

– Совсем голову потерял с играми этими дебильными! С Варварой еще как познакомился, женился… слава тебе, Господи. – Мать подняла к потолку глаза и перекрестилась. – Седина в волосах, а все словно пацан. Чем потом гордиться будешь, чего вспоминать?

– Ма, отвали.

– Отвали… – женщина сложила снятую кофту пополам. – «Отвали» – это он матери родной говорит.

Иван молчал, сосредоточенно уставившись в яркий экран монитора. Постояв еще некоторое время за спиной сына, женщина удалилась.

Из темноты узкого проема между двумя квадратными, заросшими плесенью колоннами выбежал парень в синем хоккейном шлеме. Цифра «13» на правой стороне головного убора, а также преследовавшие его чудовища, могли многое рассказать о везении приближающегося субъекта.

«Твари! Твари! Твари! Твари!» – горланил «гатлинг», выплевывая пули, словно слюну. Вращающиеся дула, лента, непрерывно подносящая боеприпасы к бойку, побелевшие от напряжения пальцы, сжимающие смертоносный скорострельный станок, – Ваня вновь оказался во всеоружии.

Ужасные гориллоподобные твари, следующие за незнакомцем, с легкостью перепрыгивали мусорные завалы, а также без труда могли двигаться по отвесной поверхности стен.

Затормозив рядом с Иваном, юноша повернулся. В его руках оказался дробовик: грубый деревянный приклад с врезанным в него спусковым механизмом плавно перетекал в гигантский барабан из шести трубок, скрепленных между собой по кругу велосипедными звездами. По всей видимости, патроны с дробиной вставлялись в каждый из стволов. Вот только почему они не выпадали – оставалось загадкой, задней крышки-то у барабана не было.

Рассматривая оружие внезапного компаньона, Иван слишком близко подпустил мутанта к себе. Зверь одним прыжком повалил мужчину на гранитный пол. Зубы монстра впились в прижатый к груди миниган: стволы пулемета меняли свою геометрию под прессом челюстей твари.

– Твою мать! – только и успел выпалить Ваня.

ПУМ! Черепная коробка мутанта с треском взорвалась, окатив лежащего душем кровавых брызг. На глазах Ивана барабан дробовика незнакомца повернулся, готовясь к очередному залпу. ПУМ! Бас кустарной несуразицы вновь огласил пустынную до недавнего времени Полянку.

В следующее мгновение когтистая лапа схватила «хоккеиста» за голову и грубо, ломая шейные позвонки, бросила прямо на пути.

– Тринад-цатый… – Ивану почему-то сразу вспомнилась фраза из старого советского мультфильма про чертей. – Теперь мне с этими тварями одному плясать, значит.

Мужчина мигом спрыгнул с платформы, подхватил чудо-оружие убитого и опрометью бросился к спасительному, по его мнению, туннелю.

Бледные фигуры одна за другой подходили к краю платформы и с рычанием прыгали на рельсы. Кто ж мог предположить, что туннель окажется тупиком – метров через пятьдесят Иван натолкнулся на непреодолимую преграду в виде металлической решетки.

– Два, три… пять! – с ужасом посчитал он идущих за ним мутантов. За спиной – плотно перекрывающие туннель стержни, по бокам – серая и унылая гладь бетона. Выхода нет, патронов тоже – об этом ясно извещала белая пиктограмма в левом нижнем углу. Приклад «дробольвера» глухо ударился о металлический рельс, его место в руках тут же занял старенький самозарядный ПМ.

Силуэт на стене Иван успел заметил еще до стремительного броска твари. Пистолет почти довернулся в сторону мутанта.

Вспышка заставила мужчину отпрянуть от монитора, на котором ясно вырисовалась приближающаяся, полная тонких и кривых зубов раскрытая пасть чудовища…

Звонок домашнего телефона, словно петушиный крик поутру, спас Ваню от неизбежной кончины в лапах мутировавшей фауны постъядерной столицы. Статус и опыт мужчины не пострадали.

* * *

Сознание спонтанной волной снова выбросило человека в настоящее прямо на металлический стол. В лицо бил невыносимо яркий электрический свет. Глаза слезились, но даже сквозь мутную пелену мужчина различал нависшие над ним силуэты. «Не может этого быть…» – человек мысленно возвратился в окутанный сумраком туннель. Опрокинутый «Стэрн» валялся на рельсах, плотное кольцо нападавших с каждой секундой становилось все тесней. В руке одного из бандитов блеснул нож. Последовавший за этим укол заставил тюбинги поплыть, реальность стремительно завращалась перед глазами. Опустевший шприц брякнулся в поддон рядом с головой пациента. Нападающие сначала сменились людьми в серых халатах, затем потолком и стенами операционной. Неудержимая сила швырнула мужчину обратно в пустоту.

* * *

– Че-го ты сделала?! – словно окаченный ведром ледяной воды, Иван отвлекся от обшаривания стола и медленно повернулся в сторону жены.

Еще вечером он уехал из дома. Монитор, не веря глазку веб-камеры, погрузился в сонный режим и под мерное урчание системного блока отращивал сожженные рейдами хозяина пиксели. Иван же, взбудораженный пятничным вызовом знакомого геймера, преодолел путь в несколько станций метрополитена и, достигнув указанной флажком навигатора точки, всю ночь качал, а затем обкатывал новый аддон любимой стрелялки. В зрачках мужчины зарождалась одурелость, под глазами с каждым фрагом увеличивались серые мешки. Никогда еще Иван не испытывал такого наслаждения, какое довелось ему ощутить в эту темную ночь на чужой квартире.

«Зря я сорвался, – думал теперь он, кусая губы в кровь. – Остался бы дома, ничего такого не случилось бы…»

Когда физическая усталость взяла верх над игровым экстазом, а дремота на пустых сиденьях вагонов подземелья столицы окончательно сбила ориентацию человека во времени, Ваня явился домой и, видимо, заснул…

Очнувшись под вечер, мужчина не с первого раза смог втиснуть ступни в силки домашних тапочек. Футболки на себе он не ощущал – кто-то заботливо раздел его и укрыл клетчатым пледом.

«Спасибо тебе, загадочный незнакомец».

Ваня устало зевнул, обессиленным «плюхом» водрузил пятую точку на сидение компьютерного кресла. Кнопка с нарисованным новогодним шаром на веревочке нажалась автоматически – до ушей донесся знакомый гул вращающихся лопастей вентиляторов, спрятанных в угловатой коробке системного блока. На экране завертелись разноцветные квадратики, но что-то все равно было не так. Мужчина насторожился.

«Геометрия 7-11 класс» Погорелова, «Пособие по высшей математике»… Иван плавно скользил взглядом по корешкам книг, склонив голову на плечо. «Экономика и…»

Стоп! А где романы «Вселенной»? Неужели куда-то переставил?

Мужчина стал судорожно вспоминать. Осмотрев стол еще раз, он не нашел также дисков «Метро» и пластмассовой фигурки «черного» – некрашеный уродец из лицензионной упаковки игры испарился так же бесследно, как и постъядерные книги, стоявшие рядом с ним.

– Где ВСЁ?! – с нарастающим ужасом произнес Ваня.

Сигнальная мелодия загрузившейся операционной системы приятно отозвалась в наушниках, свисающих со спинки кресла.

– Варвара, куда все делось?

– Мне надоел постоянный срач на столе. Я навела порядок, протерла пыль…

Компьютерный стол действительно стал выглядеть более ухоженным: по пустым, убранным рабочим поверхностям гулял ветер.

– Где диски? – в глазах Ивана теплился луч последней надежды. – Где «черный»?

– Я все выбросила.

– Че-го ты сделала?! – словно окаченный ведром ледяной воды, Иван оторвался от обшаривания стола и медленно повернулся в сторону жены.

– Я все выбросила, – повторила Варвара, делая особый упор на слове «всё». – И книги, и диски, и…

– Дура!

Ваня рванулся на кухню. Коридор, плитка, сосущая тепло из босых ступней, раскрытая нижняя дверца глянцевого кухонного фасада. Именно здесь, недалеко от раковины, прятался мусорный Тартар квартиры.

Уверенным движением ароматная корзина была извлечена из дээспэшной тумбы. Секунды две мужчина рассматривал содержимое мусорки, надеясь увидеть в ней утраченные метрошные артефакты. Визуальный осмотр ничего не дал, и, опустившись на пол, Иван буквально с головой зарылся в переполненное ведро.

Клочья хрустящих оберток рваными парашютиками валились на кафельное поле, картофельные очистки толстым слоем ложились рядом, гроздь пропавшего винограда вообще развалилась в ладони и забродившие окатыши, прытко проскользнув меж блестящих ножек стола, скрылись под широким навесом углового диванчика. Тишину нарушало только упорное Ванино пыхтение.

– Я их прямо в мусоропровод вынесла, – рядом с мужем материализовались Варежкины ноги. – Еще утром.

Мужчина пружиной вскочил с пола и схватил жену за плечи. Пальцы беспощадно давили на нежную женскую кожу, грозя оставить после себя темные синие пятна. Варя вскрикнула.

– Принеси сейчас же! Одевайся, беги, может, дворники еще не успели вывезти все на помойку!

– Одержимый, – Варвара с трудом оторвала от себя супруга и отпрянула к двери. – Правильно я от гадости этой избавилась, теперь ты не сможешь…

– Чего, чего я не смогу?! – уже красный от злобы, заорал Иван.

– Играть!

– Зачем так кричите? – кухонная дверь отворилась, и на пороге возникла мать Вани с намотанным на голову полотенцем.

Иван затравленно смотрел то на внезапно появившуюся в кухне мать, то на молодую стерву-предательницу.

– Хер вам! – выпалил он, грубо протискиваясь между женщинами и устремляясь в комнату с включенным компьютером. – Фигушки!

Наушники привычным скачком оседлали уши Ивана. Гермодверь на экране медленно отползала в сторону. На запястье левой руки блестели часы «как у Артёма», рядом с мужчиной стояли его ребята – отряд был полностью готов к подъему в разрушенный много лет назад город.

«Ну и пусть… пусть мне скоро тридцатник. Пусть выдуманный мир игры проповедует насилие и воровство. Пусть! Зато мне здесь комфортно, здесь я могу примерить бессмертие, палить в кого пожелаю, не обращать внимание на заботы настоящего, скрыться от скучных повседневных дел. Тут без меня никуда, тут можно реализоваться. Пусть по накатанной, по написанному кем-то сценарию, но поверить в себя, почувствовать крутизну. Вечный электронный аккаунт поможет пережить физическую смерть. Таких, как я, миллионы. Мы – завсегдатаи постъядерного метро, надежда и опора подземного мира. Мы защитим человечество, мы сделаем так, что однажды оно вернется в свои покинутые дома и увидит Солнце над головой! Мы…»

Одновременно погасшие монитор и свет в комнате довершили катастрофу субботнего вечера, заставив Ивана буквально взвыть от обиды. Скачки напряжения были очень, ОЧЕНЬ редки, а если случались, то не в моменты игры.

Оглушающее молчание системного блока подтверждало правильность Ваниной догадки. Мужчина, встав, посмотрел на улицу – в соседних домах электричество было.

– Вот черт!

За стеной под еле слышный женский монолог выдвигались и задвигались ящики кухонной тумбы, видимо, в поисках свечей.

Ширк-пш-ш-ш-ш… В прихожей заплясали еле заметные тени.

– Опять автоматы выбило, – мать накинула кофту и, взяв с полки ключи, направилась к двери.

Иван двинулся следом, светящаяся точка дверного глазка, словно путевая звезда, звала его за собой.

Двойное вращение ключа, поворот ручки и… женщина в страхе отшатнулась от открывшейся двери. На пороге, преграждая выход из квартиры, застыла длинная сутулая тень.

«Черный!!!»

Сердце Ивана сжалось. Поджарый силуэт монстра легко узнавался в светлом дверном проеме. Мутант осклабился и, пробурчав что-то невразумительное, переступил через порог. До начала следующего дня оставалось чуть менее пяти часов…

* * *

Всплеск адреналина заставил мужчину подняться. Потрескавшиеся пальцы крепко обхватили запястье хирурга.

– Держите его! – резиновая кисть врача дико извивалась. – Привяжите больного к столу!

Навалившийся неизвестно откуда груз опрокинул человека назад. Грубые ремни стянули грудь и плотно притянули пациента к блестящей металлической поверхности.

– Они идут! – ужас застыл в широко раскрытых глазах оперируемого. – «Черные» обошли ВДНХ!

Неимоверно набухшие от напряжения вены, казалось, вот-вот лопнут, зальют помещение кровью.

– Бегите! – больной забился в диких конвульсиях. – Бегите! Нужно срочно уходить!!!

Мощный удар оборвал крики, ввергнув человека в беспамятство.

* * *

Долговязый силуэт, словно сплетенный из толстых ветвей черного дерева, медленно приближался к Ивану.

– Не беги… – прошептал на ухо сухой шелестящий голос. – Посмотри в лицо своей судьбе…

Широко открытые темные глаза без зрачков жадно искали Ванин взгляд.

– Ну же… – непропорционально широкая четырехпалая ладонь обхватила мужчину за голову и потянула его к себе. – Ну же!

Яркая вспышка вернула Ивана в реальность.

– Фуф, – по телу игромана пробежала мелкая дрожь. «Это ж надо было спутать Емельяна с “черным”!»

Друг детства заявился просто – без какого-либо предупреждения. Будто и не было шестилетнего отрезка тишины да вакуума в общении с товарищем. Приветливо поздоровавшись, гость подождал, пока глаза привыкнут к зажегшемуся свету, после чего протянул хозяевам большой черносливовый торт.

– Прохладно нынче, – проговорил он, будто ежась от холода. – Дай, думаю, зайду, погреюсь. Мне до гнезда семейного еще чапать и чапать. Не откажите в любезности, приютите.

Чаепитие продолжалось недолго. Заглотив треть принесенного угощения и выпив несколько кружек обжигающего напитка, Емеля засобирался домой.

– Слушай, – сказал он Ивану. – Поехали со мной. Жена сейчас в деревне, посидим, – мужчина подмигнул товарищу, щелкнув пальцем по шее. – Поболтаем.

Варежка недобро покосилась в сторону гостя.

– Без обид! – Емельян приложил руку к груди. – Дюже долго Ваньку не видел, страсть как поболтать хочется. Ну, так чего, – мужчина снова повернулся к другу. – Поедешь?

Емельян обитал в высотном многоподъездном доме где-то на окраине города. Кабина лифта остановилась на нужном этаже, кнопка погасла, створки медленно разошлись.

– Добро пожаловать, дорогой друг Карлсон, ну и ты, Малыш, заходи, – пробормотал Емеля перед тем, как открыть дверь.

Шагнув в квартиру товарища, Иван остолбенел. Вместо обычной узкой, заваленной всякой всячиной прихожей, они стояли посреди вытянутой и очень уютной подворотни. Серая мостовая, поджатая с обеих сторон лотками с пышной зеленью, устремлялась прямо в квадратную арку. Слева от арки стояла телефонная будка, перед которой, поражая своей натуральностью, росло большое раскидистое дерево. Стены прихожей, обложенные панелями из природного камня и дополненные декоративными окнами, плавно переходили на потолок, где графическими продолжениями упирались прямо в светло-голубое небо с пышными громадами белых облаков. Роль солнца в прихожей выполняла округлая потолочная люстра. У правой стены стояла красивая парковая скамья с кованым каркасом.

Повесив ключи внутрь стилизованной под почтовый ящик коробки, Емельян ловко пристроил куртку на одном из суков дерева, сел на скамью и начал снимать ботинки. Иван же, не веря собственным глазам, принялся ощупывать камни брусчатки.

– Это что-о, – с гордостью протянул Емеля. – На кухню придем, вообще закачаешься. У меня в квартире теперь маленький городок прячется. Вешалка, кстати, вон, – товарищ махнул в сторону дерева. – Каркас металлический, все выдержит.

Кухня оказалась прямым продолжением улочки-прихожей. Пройдя по мостовой мимо таблички «Glückliche Lane, 30», мужчины повернули налево.

«Уличное кафе, – подумал Иван, когда они остановились посередине комнаты. – Настоящее уличное кафе!»

Вход на кухню был оформлен под арку, над которой висели большие круглые часы. Натянутый от стены до середины потолка-неба полосатый тент делил помещение на две части. По одной стороне шел кухонный гарнитур с фасадами из мореного дуба, кафельным фартуком цвета корицы да пятнистой гранитной столешницей. Холодильник, вытяжка и плита были единственными металлическими вкраплениями в череде деревянных дверец. Другую сторону украшало панно с изображением небольшого дворика, уставленного столиками. Около стены с выходом на балкон, стилизованной под каменный фасад, располагались стол со стульями и широкая скамья. Комната освещалась светодиодной лентой, прикрепленной к нижней части кухонных шкафов, линейными люминесцентными лампами, подвешенными на крепления тента, и фонарным столбом под старину, стоящим в самом углу.

– Здорово… – Иван еще раз обвел комнату взглядом. – Мне бы так…

– Ваня, свою судьбу ты творишь сам. Если по-настоящему захотеть, сделать можно все, что угодно… Похвастайся лучше, во что сутками напролет рубиться изволишь, – Емельян пригласил друга с раскрытому на столе ноутбуку. – А то родительница твоя моей тетке все уши прожужжала о том, что сынуля ее в компьютере зависает, из дома только на работу отлучается, да и то «со скрипом».

– Да ладно, – начал оправдываться Иван. – Я еще за продуктами выхожу, в кино, опять же.

Говоря это, мужчина судорожно пытался вспомнить название последнего посмотренного им фильма или дорогу до дома с пакетами. Память была нема.

– Тем не менее, – Емельян достал бутылку вина и полез за бокалами. – Мне даже интересно стало.

– «Метро», – смущенно признался Ваня.

– Поезда водишь?

– Не, – лицо мужчины неожиданно ожило. – Это про постапокалиптическую Москву. О том, как люди от ядерной войны в подземке укрылись и какой образ жизни вести стали. Группировки там разные образовали, делить территорию заново принялись. Средневековье, в общем, только в наши дни.

– Типа «Безумного Макса»?

– Вроде того… погоди, сейчас покажу, – Иван подтянул ноутбук, отыскал и начал закачку файла. – Минут двадцать подождать нужно.

Пык! Звонкий хлопок ознаменовал выход пробки из горлышка. Прозрачная гладь стекла наполнилась алым.

К тому моменту, как прогремели первые выстрелы, на столе стояла уже новая бутыль.

Друзья двигались по темному перегону, сидя внутри боевой дрезины. Крупнокалиберный ствол и широкие, нависающие с обеих сторон пластины заслоняли львиную часть обзора. Только в прорехах виднелись уводящие во мрак нити рельсового полотна. Туннель пустовал.

– Артём, расчисти проход! – голос в колонках требовал от мужчин активного участия.

Совершив несколько размашистых рывков мышью, Иван развернул башню и принялся крошить доски, сваленные кем-то прямо на путях.

Пр-р-р-р-р-р-р-рм. Пр-р-р-рм. Пр-р-р-рм. Тюбинг озарили яркие вспышки. Щепы разорванных деревяшек колючим дождем осыпались на бетон. Не дожидаясь завершения стрельбы, дрезина покатилась дальше.

Внезапно к урчащему шуму мотора прибавился еле заметный стук.

– Враг сзади!

Неуклюжая башня медленно поползла назад.

– Смотри, – Иван ткнул на приближающиеся огоньки фар. – За нами гонятся.

Емельяну пришлось придвинуться к экрану вплотную, чтобы разглядеть преследователей.

По изгибающемуся полотну двигалось что-то непонятное. Он предположил, что это обшитый металлом «Урал» с коляской. Но как мотоцикл может ехать по рельсам?

– Да какая разница, – Иван вдавил гашетку до предела.

Пр-р-р-рм-бздынь… дзынь. Пули, высекая искры, отскакивали от брони догоняющих. Бам-м-м! Платформу качнуло. Разогнавшаяся машина мощно боднула моторизированную дрезину закрепленным спереди швеллером. Иван прицелился и снова пальнул из пулемета. Пр-р-р-рм. Пам! Бинго! Преследователи стремительно сбрасывали скорость. Почти остановившийся «Урал» полыхнул в бетонной трубе туннеля огненным цветком.

Иван с восторгом взглянул на товарища.

– Чего-то нудно… – Емельян хмыкнул и почесал себя за ухом. – Однобоко как-то. Никакой инициативы. Сиди молча да делай, чего тебе говорят, прямо как в армии. К чему стремиться-то?

– Ну как…

– Уровень повысить или оружие новое достать?! Это же глупо… бессмысленно. Где результат затраченного труда? Можно его как-то пальцами пощупать или в руке подержать?

– Да нет же, – Ваня схватил мышку и полез в папку «Сохраненные». – Это целый мир, целая ВСЕЛЕННАЯ! Вот смотри.

Закадычный друг скривился так, будто отхватил от лимона солидный кусок.

– Брось ты, стрелялки все одинаковы.

– Нет, посмотри! Здесь не только ходить и шмалять можно… «Ве-не-ция». Вот он! – Иван победоносно кликнул по файлу. – Мой любимый сейв.

Когда шкала загрузки достигла своего апогея, на экране появилась молодая женщина, из одежды на которой Емельян углядел только полупрозрачные трусы да сеть черных чулок в крупную клетку. Рыжие вьющиеся волосы были крепко стянуты на затылке, большие, выставленные напоказ груди гипнотизировали, притягивая взгляд. Виляя бедрами, незнакомка направилась к выходу и задвинула створки комнаты, выполненные в виде синих дверей метровагона. Проникающий сквозь витражную роспись на стеклах коридорный свет окрасил ее тело в яркие, чарующие тона. Будто сотканная из разноцветных тряпичных лоскутков женщина подошла ближе и, слегка закатив глаза, начала свой приватный танец.

Туго переплетенные над головой руки, покачивания и полуобороты – вся демонстрация прелестей женской фигуры длилась не более тридцати секунд. В завершении, извиваясь всем телом, чудом не продавливая набухшими сосками хрупкую гладь экрана, танцовщица предприняла отчаянную попытку удушить мужчин своим внушительным бюстом. Однако, уловив, что посетитель не один, умерила пыл и, продемонстрировав в очередной раз подтянутость ягодиц, низко наклонилась.

Тишину кухни нарушил нежный женский шепот: «Продлевать будем?»

– Ну-у, – протянул уставившийся на товарища Иван. – Как?

– Не, Вань, не впечатлило. Фигура, конечно, симпатичная, но кукольность движений, равнодушная маска вместо лица и статичность самого тела все перечеркивают. Я понимаю, если б нам лет по двенадцать было и женщин мы ни разу не нюхали. Но сейчас… с женой, с детьми… у тебя дети есть, кстати?

Иван отрицательно помотал головой.

– Жаль. – Емельян снова посмотрел на лицо выглядывающей из-под собственных ног путаны. – В квартире настоящая принцесса живет, а ты на блядей виртуальных пялишься… чудак-человек. Это как баба надувная, только хуже.

Опустевший сосуд из темно-зеленого стекла покинул столешницу. О канувшей в Лету таре напоминала только разбухшая пробка, лежащая на салфетке.

– Почему хуже?

– Потому что потрогать нельзя. – Емельян достал из тумбы новый без-четверти-литровый винный заряд. – Набор квадратиков разноцветных: ни тепла живого, ни тактильного насыщения. Вот у меня, к примеру, в гараже мотоцикл стоит. Я на нем иногда по городу разъезжаю, – Емеля зажмурился и плавно провел ладонью из стороны в сторону. – Так вот, разве компьютерный симулятор может передать ощущения от скорости, веса мотоцикла или его управления? А трепет одежды на ветру, подпрыгивание от малейшего камешка под колесом, вибрацию и рокот мотора виртуальная реальность смоделировать может?

Иван молча смотрел на друга.

– Нет. Вот поэтому игра должна оставаться игрой, а не подменять реальную жизнь человека.

– Она и не подменяет…

Путана, некогда стоящая на экране раком, разочаровалась в клиентах и ушла в спящий режим. Почерневший экран больше не отвлекал внимание друзей.

– Ваня, – Емельян ткнул указательным пальцем в лоб сидящего напротив товарища. – Ты, бляха-муха, уже мужик. Отец, будем говорить, будущего семейства. Твоя задача – курс жизненный прокладывать, решения ответственные принимать. Две дамы на шее, а он все бирюльки компьютерные дергает, пальцами по клавишам лупит. Не стыдно?! – Он поднялся и, слегка покачиваясь, скрестил на груди руки. – Или до сих пор думаешь, что главой семьи мама является? Так ошибаешься, – мужчина театрально развел ладони в стороны. – Женщина по жизни ответственна всего за три вещи.

Емеля принялся загибать пальцы:

– Продолжение рода. Поддержание чистоты в доме. Забота об отпрысках и супруге своем. Мама тебя родила, от заразы и болезней разных оберегла, вырастила. Все! На этом задачи ее кончаются. Теперь жизнь самому вершить надо. Можно понять, когда в виртуальном мире прозябает человек с ограниченными физическими возможностями. Играя, он ощущает полноценность, способность совершать то, чем обделила его реальность. Но ты-то здоров, тебе-то чего не хватает?

Ставя бокал, Иван случайно задел мышку. «Продлевать будем?» – на экране опять показалась раскорячившаяся метрошница.

– Чтоб тебя… – Емельян покосился и с отвращением захлопнул ноутбук. – Женщина не устраивает – разведись, найди ту, с которой хорошо будет. Пострелять охота – в тир сходи или в пейнтбольную команду запишись. Там тебе и стратегия, и адреналин. Физическая нагрузка, опять же, чувство локтя, игра в команде. К тому же выбываешь после первого попадания. Все как в жизни. И самое главное, – мужчина заговорщически понизил голос, – никаких багов. Так что ножки в ручки и давай, давай, давай… греби пока молодой. А за компьютером на пенсии посидеть успеешь.

Иван глядел на товарища отупевшими, но счастливыми глазами.

«Какой же он все-таки молодец».