Берег родины
- -
- 100%
- +
В суходоле
В суходоле, живом и зеленом,Где тебя окружили цветы,Где колосья кивают по склонам,Человек,Что печалишься ты?Что тебе в деревушке притихшей,Где твоя загорелась звезда?Тут уже ничего не попишешь —В ней не будешь ты житьНикогда.Что же трогаешь ты подорожникИ колосья сжимаешь в руках?Ты уехать отсюдаНе можешьИ остатьсяНе можешьНикак!1977«Там, где июль в лугах бушует…»
Там, где июль в лугах бушует,Войду я около рекиПод сень серебряного шумаВ береговые тальники.Для счастья самого простогоНе так уж много надо мне:На берегуУснуть у стога,Побыть с собой наедине.Для счастья самого простого —Со мной, во мне, передо мной —Державный,Вечный гул простора,Глубинный светЗемли родной.Я для любви еще не старый,Но на исходе бытия,Уж если яЗемлею стану, —Землей вот этойСтану я!1988Эти милые сердцу пределы
Колокольчика вятского эхо
Помню детство – луга на полсвета,Золотого июня зенит.Сплю я в сене, и чудится – где-тоГолубой колокольчик звенит.Сон-трава колоколилась пышноИль в полях голубеющий лен?Или ангелы пели чуть слышноИз-за облачных белых пелен?Помню – юность с курчавою прядкойНа прощальный ступает перрон,И вдогонку доносится с ВяткиСиротливый немолкнущий звон.В нем расслышать душа была рада,Что отрадней всего было ей:Не бубенчики дальнего стада —Колокольчик калитки твоей!..Где б я ни был, куда б ни уехал,Но, призывно и нежно звеня,Колокольчика вятского эхоНастигало повсюду меня.Голос родины с мягким укором,Колокольчик, волнующий кровь, —Я вернусь, я нагряну – и скоро! —И любовью воздам за любовь!1994«И звон прошел по заводям и рекам…»
И звон прошел по заводям и рекам!И вмерзло в лед рыбацкое весло.Оранжевые лиственницы снегом,Покровским снегомЗа ночьЗамело.И стало так торжественноИ пустоВ больничномБеломЗамершем саду.И я по хрусткой тропочкеС дежурстваВ халате белом медленно бреду.Мне хорошо.Душа, светясь, стремитсяНа звон и светНачавшегося дня.Еще ты письма пишешь.И в больницеЕще никто не умер у меня.1970Здравствуй, Родина!
Здравствуй, родина! В звоне метельномили в шуме летящей листвыс вятским чоканьем чудо-Котельнич —град районный, ровесник Москвы.От перрона опять по порядку,только брызнет, искря, гололед:слева — в прятки играется Вятка,справа — поле за полем пойдет.Разбегутся дорожные знаки от смертельного свиста колес.И в пространстве летящего мрака —ощущение белых берез!Глянешь соколом, плечи расправишь, —что нам в жизни-то надо, мой друг:наша родина, слева и справа, и распева родимого звук!Но уже впереди – ты запомни! —золотое свеченье взошло.Это брезжит мое Чистополье,в чистом поле родное село…1977Чистополье
Долго тянутся леса.Комары кусаются.На опушке-развертушкеВолок расступается.На угоре колокольня,Кладбище.А дальше сплошьЗа селом за ЧистопольемВ чистом поле ходит рожь.За селом за ЧистопольемПроливные плещут льны —Или это синим полемНебеса отражены?На приволье, в чистом поле,Будто крыльями взмахнешь:Тут тебеЧетыре воли —Выбирай, какую хошь!Здесь родился,Здесь я рос.В Чистополье от березНа душе светло, как в детстве,Горько-радостно до слез…1977Раздумья на Родине
Поля, поля – родное Чистополье,Пьянящий запах воли луговой!Любовь моя к вам прорастает болью,Травой забвенья и разрыв-травой.На бой такую силу провожали —Мужья, сыночки – любо посмотреть!В мое село защитников державы —Израненных – вернулась только треть.Четыре года битвы той жестокой,Забудет разве, кто их перенес?Солдатской крови высохли потоки,Но все бездонней море вдовьих слез!А здесь в тылу – трагическая сага!Историк, объясни в труде своемСлова «налог», «агент уполминзага»,«Недоимка», «подписка на заем».И пусть тогда мы черный хлеб жевали —Надеждой крепли город и село.Хоть говорят, «не жили – выживали» —Мы выжили всем недругам назло!И как, фронтовики, случилось это:Держава, Русь, великая странаРазорвана, разута и раздета,Унижена, ворьем разорена?Вот почему по отчему привольюЯ прохожу с поникшей головой —Село мое, родное Чистополье,Пьянящий запах воли луговой!2004«Вон парнишка бежит босиком…»
Вон парнишка бежит босикомДальним полем,Травой луговою.Он с былинкою каждой знаком,Золотой весь от солнца и воли.Это я на заре бытия —Мне понятны и глуби,И выси,Птичий щебет,И пенье ручья,Трав и листьев зеленые мысли.За опасным и зрелым трудомИ за поиском призрачных истинМне всю жизньБудут сниться потомЭтот луг,Это солнцеИ листья…1977Родной электорат
Здравствуй, свет мой задушевный,Пристань счастья и утрат,Здравствуй, матушка-деревня,Мой родной электорат!Как теплом твоим я кровнымВновь обласкан и согрет!Этим избам, этим кровлямБез недели тыща лет!Тыщу лет в старинном стиле —Плуг, да вилы, да топор.Десять шкур с тебя спустили,Но жива ты до сих пор…Здесь среди фамилий старых —Надо недругам учесть —Есть фамилия МакаровИ Калашниковы есть.Власть не ждет сюрприза снизу —Я ж, судьбой твоей томим,С головы до ног пронизанЭлектричеством твоим.Бог спасет угодья эти,Лихолетье отвратит.Ведь конец настанет света,Если вдруг «закоротит»!2004Зарисовка с натуры
Самогонки залимоня —Чтоб всё пело и цвело! —По Ивановской с гармоньюРазвернись, мое село!– Я не знаю, как у вас,А у нас в Котельниче —Если дома нет ребят —Сделают на мельниче!Но не слышится частушкаУ гулянья на краю:Мужики – по кругу кружка —Обсуждают жизнь свою.– Сверху давят, давят, давят, —Речь один ведет с колен, —А деревня доедаетБез соли девятый хрен!Рвет другой рубаху с маху:– Мужики! Кто нас поймет?И в деревне жизнь не сахарДа и в городе не мед!Зря ты, парень, рвешь рубаху —Понапрасну не ярись.Знаешь что – пошли всех на хрен,Только сам не матерись!Будем дальше жить, ребята —Хватит плакать и стонать.Сроду жили небогато,Значит, нехрен начинать!2000В деревне
В России царствует разруха,И, к ней привычная давно,Как Богородица, старухаГлядит в забытое окно.В старинных стенах прокопченных,Уже давным-давно одна,Она детей своих ученыхПеребирает имена.Ты встретишь взглядомЛик иконныйИ оправдаешься с тоской:Не прирастает старый кореньНа почве новой, городской.Но ты приехал не за тем ли,Чтобы понять, как дальше жить?ХмельТак обвилТелеантенну,Как будто хочет задушить!2003Письмо другу
Я душою покамест не вымер,Одного только хочется мне:Нам бы встретиться снова, Владимир,На отеческой нашей земле.В те края нам бы снова приехать,Обретая забытый покой,Где звенит наше детское эхоНад веселою Вяткой-рекой.Нет на свете людей задушевней!На прадедовских стоя корнях,Нас напоит-накормит деревня,Вся в заботе сама о кормах.Вся в работе, извечно творимой,Жизни-доли своей не корит,Слезы вышибет песней стариннойИ частушкой лихой одарит.Ты вглядишься в родимые лицаИ поймешь в озарении лиц:Настоящая наша столицаЗдесь, вдали от великих столиц.Здесь, едины душой и слезами,Мы сойдемся, довольны судьбой,Что родная земля нас связала,Словно братьев крестовых, с тобой.И, стаканы подняв не пустые,Слыша радость живую в крови,Будем вновь говорить о России —О единственной нашей любви.1981«Сколько ж можно болтать и стограммить…»
Сколько ж можно болтать и стограммитьПод хмельную чечетку колес?Я сумею состав застопкранить,Я успею рвануть под откос!Вы за горло меня не возьмете,Мне на вас глубоко наплевать!Ах, какие на поле ометы!Я в ометы уйду ночевать.Добреду я до теплой соломы,С головою зароюсь в лучи.И усну я спокойно, как дома,Как у мамы на русской печи.Не забыт он, не предан, не запит —Родниковый отчизны исток…Мне на Вятку, на Вятку, на запад!А колеса стучат на восток.1991«Видно, так все и будет тянуть…»
Видно, так все и будет тянутьв эти милые сердцу пределы.Будто можно хоть что-то вернуть,что уже навсегда пролетело.Будто можно вернуться тудаи зажить, как жилось, без заботы.Время, время — стучат поезда.Время, время — свистят самолеты.Как же, время, тебя обогнать?!И ревут, и грохочут турбины,чтоб меня от земли оторватьи умчать в голубые глубины.Я поверить в свободу готов!Но ищу, проплывая над бездной,средь галактик ночных городовдеревушки забытой созвездье.Мне мерещится пламя костра.Ребятишки в ночном у загона.Тишина.Предрассветье.Роса.Ржут в поскотине сытые кони.Я сейчас одного подзовуи за гриву —рывком незабытым.Догоняй меня, время, – ау! —Ахнув, кинется луг под копыта!Только ветер в ушахзапоет,зазвенит над зеленым затишьем…Гаснет искоркой мой самолет.Как завидуют мне ребятишки!1975«У костра вкусна уха…»
У костра вкусна уха.Речь красна у пастуха.За пастушеской сторожкойНочь сиятельно-тиха.Этой ночью сон не в сон,Хоть как будто снится он —Из коровьей загородыКолокольцев перезвон.И в наплывах тишина,Словно землю – свет луны,Вновь меня переполняетЧувство отчей стороны.Как весенняя трава,Корневым чутьем жива, —Снова я, воспрянув, слышуРодниковые слова!А пастух ведет с подходом,Словно песню, что берег:«Рыба посуху не ходит.Ты, милок, поди, продрог?Ну-ка разом, разом, разом,Чтоб не грызла грусть-тоска,От коровки белоглазойМолочка отведай-ка!»Засыпаю в свежем сене.Все еще костер горит.Все еще пастух АрсеняНад стаканом говорит!1980В лугах
На стоге сена ночью южнойЛицом ко тверди я лежал…А. ФетЯ вздрогну спросонок, открою глаза,От инея в сене хрустят волоса,Сентябрьским туманом луга затопило,И, кажется, наземь сошли небеса —Так близко и страшно пылают светила!Лежу на стогу у небес на виду.Любуюсь-гляжу на большую звезду,Которою трону рукой, если встану.Под утро к загону на ощупь бреду.В загоне мычит потревоженно стадо.Костер у избушки остыл и потух.Косится ворчливо Арсеня-пастух:«Ну как не ругаться, скажи ты на милость,Пойди, соследи-ка ты этих пеструх —Телушка-шалава взяла – отелилась!Но будет, по видам, коровка добра…»Туманом стекая по стенкам ведра,Густое молозиво чиркает тонко.Я грею теленка, обняв, у костраИ звездочку глажу на лбу у теленка.Курчавым сияньем исходит она —Не в недрах Вселенной, а здесь рождена —Мне звездочка эта дороже небесной.Она и потом, в суете городской,Приснится с улыбкой, а может, с тоской,До боли напомнив родимую местность.1986Забытое кладбище
Печальные кущи забвенья.Упавшие навзничь кресты.Невольное духа томленьеЗдесь горестно чувствуешь ты.Ты здесь понимаешь впервые —Но как это, как понимать? —Что мертвыми стали живыеИ некому их поминать.Весь век на пределе пластались,Судьбу земледельцев несли.И вот – деревень не осталось,И лесом поля заросли.С округи родимой раздольной,Где весело песни вились,Как будто на праздник престольный,Всем миром сюда собрались.И я, им ничуть не мешая,На празднике мертвом притих —Их в сердце своем воскрешаяИ грустно любя, как живых.А души кладбищенской рощиПод шум поднебесных ветвейИ реют, и радостно ропщут,С душой обнимаясь моей.2000На берегу пустом…
Виталию Богомолову
Болит моя душа в постылом отдаленьиОт материнских мест —Уж столько лет подряд!И вот хожу-брожуВ забытых снах деревни,Шатаюсь по лугам куда глаза глядят.Стою, смотрю до слезНа синь озерных плесов,И упаду в траву,И памятью душиУслышу перезвон веселых сенокосов —Вот здесь, на берегу,Стояли шалаши!Вот здесь, на берегу,Я костерок затеплю,Глаза свои смежу,И в отблесках зариУвижу, как идут,Идут косою цепью,По грудь в траве идут враскачку косари.А ведренный денекВстает, дымясь в росинках.И далеко видать —Цветасты и легки,пестреют на лугу платочки и косынки,А впереди – в отрыв —Идут фронтовики.…Вот здесь, на берегу,В подлунном свете тонком,В кругу встречались мы, забыв-избыв дела.И краше всех в кругу была моя девчонка,Гармонь моя в кругуЗвончей других была!…Как отзвук жизни той,Которой нет успенья,Доносит до меня, не ведая препон,Под шелест камыша и волн озерных пенье,Молитвенный распевИ колокольный звон.И сердцем этот звонВдруг радостно восхитишь,Воочью разглядишь — до камушка на дне —Звонит в колокола невидимый град-КитежИ главами церквей сияет в глубине!Там все родное мне!Вон мать идет с причастья.Вон сверстники в лапту играютПод крыльцом.А ближе подойди — расслышал бы сейчас я,О чем на пашне дед беседует с отцом.Он только что с войны.Он был убит под Ржевом.И на шинели след от пули разрывной.Он с дедом говорит —Дед озабочен севом.И вот сейчас отец обнимется со мной!И вся деревня здесь,И вся родня – живая!И вот уже поетИ плачет отчий дом!..На берегу пустом, лица не открывая,Сижу и плачу яНа берегу пустом…2000Русская песня
В. К.
Помнишь, друг,Как в родимом краюЗапевали застольем, бывало?Подтяни мне,А я – запою,Как в родимом краю запевали.Ты подтянешь,А я – разойдусь,Подголоском рванусь,Замирая, —Чтоб живая услышалась РусьВ этой песне из нашего края!Чтоб ударила крепче винаБуйной удалью,Черной кручиной.Нам как матерь, — навеки она —С колыбели до часа кончины.И душа перед ней не вольна —Вместе с песней далеко уходит,И слезой закипает со дна,И любовью,И мукой исходит…1976«И под каким я ни пребуду небом…»
И под каким я ни пребуду небом —мне только б знать,тревогу утоля,что не скудеет песнями и хлебомотеческая милая земля.Мне только б знать,мне только б сердцем вызнать,что об ушедших больше слез не льют,что ставятся там солнечные избыи соловьи с наличников поют.Что после стольких бедв родном раздольенастала золотая благодать…А свет в окне родительского домамне отовсюдуи всегда видать.1974«Небо здесь назовешь небесами…»
Небо здесь назовешь небесамиИ поймешь, что тебе повезло,Обретя за глухими лесамиЭти пажити, поле, село.…Можно жить с постоянною болью,Но сияет надежда во мгле.Слава Богу, мое ЧистопольеСуществует еще на земле.Слава Богу, всем бедам переча,Край не пуст и душа не пуста,Хоть покаИоанна ПредтечиХрам на взгорье встает без креста.Но не зря над родными местами,Охраняя родительский кров,Из глубин поднебесныхБлистаетБогородицы светлый покров!2007Если пристально в детство вглядеться
«Не в те ль времена Святослава…»
Владимиру Крупину
Не в те ль времена СвятославаВ моем древнерусском краюЯ вижу,Как мальчик кудрявыйБежит босиком по жнивью.Бескрайней подхваченный волей,Держа в узелочке обед,Бежит он по желтому полю,Которому тысячи лет.Известно уже мальчугануЗловещее слово – война.Отец его —В битве с врагами,Мать – в поле с темна до темна.Той давней,Но памятной явиЯ, видно, забыть не смогу.Не я ли тот мальчик,Не я лиВ страду к своей маме бегу?Не я ли тем августом ясным,Хоть ростом всего с полснопа,Стараюсь завязывать свяслаИ ставить снопы на попа.Не я ли,У дня на изломе,Колосья зажав в кулаке,Уснул в золотистом суслоне,Как в сказочном том теремке.И мать, моя матерь-Россия —Солдатка, горюха, вдова —Над будущим пахарем-сыномСклонилась в слезах у жнитва.1974Круговорот
Уж каркал ворон над Россией,Когда отец мойДо зернаПосеял поле ржи озимой.И позвала его война.И всколосилась даль сквознаяВ четыре звонкие конца!Когда косили рожь,ОтцаСкосила пуля разрывная.Но каждый год,Но каждый год,Поднявшись нивой животворной,Земной вершат круговоротОтцом посеянные зерна.1979Ночлег
Дождливой ночью на глухом лугуВ потемках мы заканчивали метку.Отужинавши с мамой всухомятку,Заночевали мы в своем стогу.Она вздыхала рядом, не спала,И говорила с радостью усталой:– Ну, вроде направляются дела, —И под ноги мне сено подтыкала. —Теперь Краснухе есть у нас сенцо.Намаялся? Жидка еще силенка.Эх, вот метали мы с твоим отцом…Был годовалый ты, как похоронку…Конечно, не запомнил ты его…Накатывалась сладкая дремота,Сквозь дождь кричала чернеть на болоте.Но я уже не слышал ничего.1966Горох
Под опасливые вздохиМчимся в поле, чуть заря.В сумки школьные горохуНабираем втихаря.С клеверища лезем краем,По замежьям хоронясь.Караулят поле – знаем.Да поймай попробуй нас!Для обману – как ни ловок,Вдруг нарвешься, попадешь —Красных клеверных головокВперемешку накладешь.И до дому – впробегуткиДа с оглядками, дрожа, —Ведь шутить не будут шуткиС нашим братом сторожа.На деревне – голодуха.Жарит зной.Нейдут дожди.Бригадир вздыхал Федюха:«Недороду нынче жди».И лепешки в эту поруС черным куколем пекут.И гороховое полеПуще глазу стерегут.Мне – шесть лет.Сестре – двенадцать.Нам бы из поля уйти,Нам до дому бы добраться,Наши сумки донести.И сестра меня торопит —Дома будет что поесть.Только слышим сзади – топот!Догоняют. Так и есть!Мне бы скрыться, провалитьсяХоть сквозь землю от него,Словно в сказке, превратитьсяМне в козленочка того.До деревни – двои гоны,До дому – подать рукой,Только нас он все ж догонитИ обыщет, гад такой!И теперь уж не до сказок.Я от ужаса реву.Вот с коня объездчик слазит…Все из сумок – на траву!Так и вышло. Без горохаМы в слезах домой бредем.Не во дни царя Гороха,А в году сорок седьмом.…Вдруг опять во сне затопитДетским ужасом меня.Убегаю.Сзади – топот,Топот страшного коня!1977Береза, иволга, звезда
И был я, радуясь находке,Счастливым самым из людей,В пропахшей сбруей конюховкеЧитая клички лошадей.Сияли в сумраке прогоркломСлова, как детские года:Соловушка, Ромашка, Зорька,Береза, Иволга, Звезда.Ах, конюх Федор свет Иваныч,Меня, бездомного, согрейИ четвертинку, глядя на ночь,За наше сретенье разлей.Я закурю твоей махорки,И поплывут, сменив места, —Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.