- -
- 100%
- +
По мере того как мои записи росли, становилось очевидно, что мы были крепко связаны, притерты друг к другу за многие годы нашей совместной жизни. Между нами редко случались какие-либо конфликты.
Я изложил в хронологическом порядке, как мы отобрали бар «У Толстяка Мо» у одного типа по прозвищу Бенни Лодырь. Проблема с Бенни состояла в том, что он был лодырем с плохим характером. Бенни мошенничал и покупал виски и пиво из недозволенных источников. Несколько раз мы его предупреждали, чтобы он брал товар у наших дилеров, но Лодырь упорно предпочитал обращаться к продавцам с сомнительной репутацией. Не раз случалось, что упившиеся вдрызг клиенты слепли от его дрянного древесного спирта, и некоторых потом вылавливали мертвыми из сточных канав Ист-Сайда. А еще одной проблемой была его жена Фанни, та самая маленькая пухленькая Фанни, которая много лет назад жила на одном этаже со мной. Я смеялся, вспоминая нашу встречу в туалете. Я описал ее брак с Бенни Лодырем. Она была слишком хороша для него. Дело кончилось тем, что он сломал ей нос, а сам спутался с какой-то малолетней шлюшкой. Тогда мы потеряли терпение и навсегда изгнали его из нашего общества. Мы отправили его в далекую и дикую «Страну борща».
Я в подробностях описал, как мы возвращались потом домой по шоссе номер 17. Патси сидел за рулем, а Косой находился в музыкальном настроении. Привычным жестом он постучал по ладони гармоникой и мечтательно начал наигрывать что-то необычное. Макси посмотрел на него удивленно и спросил:
– Что это ты играешь, Косой?
Хайми пожал плечами:
– Не знаю. Просто играю то, что чувствую. Какую-то мелодию, которая вертится у меня в голове.
Патси иронически заметил:
– Никак второй Ирвинг Берлин объявился.
Косой проигнорировал его замечание и продолжал играть. Инструмент зазвучал, как орган, исполняющий кантату Баха. В нем было что-то религиозное. Он все играл и играл, милю за милей, пока нас всех не охватило траурное настроение.
Тут меня осенила внезапная догадка. Я взглянул на Макси. Я почувствовал, как одна и та же мысль пришла нам в голову.
– Косой перекладывает последнее путешествие нашего Бенни на музыку. Это здорово, а, Макс? – сказал я.
Макс наклонился ко мне и полушутя произнес:
– Ты у нас мастер на слова. Попробуй сочинить что-нибудь на этот случай.
Я достал карандаш и маленький черный блокнот. Я почувствовал, как меня пропитывает меланхоличная музыка. Понемногу я начал набрасывать слова, которые, на мой взгляд, подходили к этой мелодии. Когда я закончил, мне показалось, что я чувствую ее вкус на языке, настолько она была мне знакома. Я протянул блокнот Макси и шутливо бросил:
– Оцени мою школьную лирику.
Макси начал низким голосом напевать написанные мной слова под музыку Косого:
На свете жил лодырь по имени Бенни,Он совести не имел ни на пенни.Однажды в прекрасный июльский денекРешили ему преподать мы урок.И вот повезли мы его прогулятьсяВ ту землю, где любят борщом угощаться.«Приехали». – «Где мы?» – спросил у нас Бенни.«В прекраснейшем месте для сна и для лени».Мы сделали дело и едем обратно,А где теперь Бенни, увы, непонятно.«Куда же пропал он, несчастный мой Бенни?» —Со смехом спросила счастливая Фэнни.
Не знаю почему, но воспоминания об этом мрачном случае и нашей песенке вызвали у меня приступ смеха. Я бросил писать и лег в постель. Я очень устал, но не мог заснуть.
Я вертелся в постели, пытаясь забыть о книге. Я снова начал думать о жене Джона. Но эти мысли разбудили меня еще больше и к тому же сильно возбудили. Что, черт возьми, со мной творится? Почему я не могу выбросить из головы эту плоскогрудую шлюху? Стоит мне о ней только подумать, как я уже вне себя. В последнее время я все время на взводе. И что мне теперь делать? Лежать в постели и считать верблюдов?
Я снял трубку с телефона и попросил соединить меня с Суини.
– Да, с Суини, управляющим, – повторил я.
Оператор переключил меня на его номер.
Я сказал:
– Суини, мне что-то не спится. У тебя там нет кого-нибудь в холле? Что-нибудь пухленькое и не слишком безгрудое?
Он усмехнулся:
– Тут таких полно. Кого тебе нужно? Блондинку или брюнетку?
Я засмеялся:
– Выбери сам. Только почище и чтобы в моем вкусе.
Она появилась у меня через две минуты. Я лежал в постели, глядя, как она раздевается.
Она была очаровательной малышкой. Белье у нее оказалось свежим и чистым. Девица скользнула под одеяло.
Тесно прижавшись ко мне, она прошептала на ухо:
– Мне нужно заплатить за квартиру.
На лице у нее появилась милая улыбка, словно милашка хотела извиниться за свои слова.
– Ты хористка и сидишь без работы?
– Да, а как ты узнал? Ты видел меня в шоу?
– Нет, догадался по твоему виду.
Она улыбнулась и вздохнула:
– Что ж, ты верно догадался. Сейчас трудно найти работу.
Я сказал:
– Расслабься, детка, ты получишь больше, чем месячную плату за квартиру. Поскольку я не только догадливый парень, но еще и покровитель всех хорошеньких безработных хористок.
– И к тому же симпатичный, – сказала она с улыбкой.
– За это ты получишь пятерку сверху.
Девица придвинулась ко мне еще ближе и прошептала:
– Ты мне нравишься, большой, красивый, неотразимый, замечательный, умный, чудесный покровитель хористок.
Мы оба разразились смехом. Мы были как старые друзья. Я выключил свет. Она оказалась упругой, мягкой, полногрудой и жаркой.
Глава 13
На следующий день не было запланировано ничего особенного, поэтому мы начали утро с «греческого дурака». Мы играли часа два.
Потом пришел Мо и сказал:
– Снаружи ждет Мойши, поставщик. Он хочет видеть вас, ребята. Похоже, у него проблемы. Выглядит он так, словно его только что обчистили до нитки.
– Мойши? – с сомнением переспросил Макс. – Это тот парень, у которого маленький магазинчик на Тринадцатой улице?
– Да, тот самый, – подтвердил я.
Я помнил его, потому что он жил по соседству с нашим домом на Деланси-стрит.
Появился Мойши. Он действительно выглядел так, словно кто-то здорово его пристукнул. Голова была обмотана повязкой, а один глаз заплыл от синяка. Губы у него так распухли, что он с трудом мог говорить.
Патси насмешливо спросил:
– В чем дело, Мойши? Тебя побила жена?
Я пододвинул к нему кресло и сказал:
– Садитесь, Мойши. Выпейте и расскажите нам о своих проблемах.
Он взял стакан и с благодарностью кивнул. Он крякнул «А!», по достоинству оценив напиток. Только после этого сел и застонал, бормоча сквозь распухшие губы:
– Подрался с женой? Нет, – сказал он, кивнув в сторону Патси.
Косой со смехом спросил:
– Тогда кто тебя так расписал – теща?
Мойши обернулся и посмотрел на Косого. Он печально покачал головой.
– Veh is mir[11]. Со своей тещей я могу справиться. У меня деловая проблема. Я попал в переделку. – Он в тоске раскачивался взад-вперед в кресле. – Это ужасно. Я занял у Натчи пятьсот долларов. Но он взял с меня большие проценты. Я уже заплатил Натчи восемьсот долларов, а он говорит, что я должен ему еще шестьсот. Я ему только возразил: «Это слишком много, Натч», и вот как он мне ответил. – Мойши показал на свою голову и глаз. – Еще шестьсот, сказал Натчи, или он переломает мне все руки и ноги. Что я могу сделать? – Поставщик беспомощно посмотрел на нас, продолжая машинально раскачиваться в кресле. – Я прошу у вас защиты. Я не хочу идти в полицию. Я боюсь туда идти.
– А почему вы решили обратиться к нам? – спросил я.
– Я ходил со своим делом к лидеру из клуба Таммани, и он сказал, что, может быть, вы сможете мне помочь. – Мойши посмотрел на наши лица, пытаясь найти в них искру симпатии. Он прибавил своему голосу патетики и лести. – Говорят, вы замечательные ребята. Может быть, вы мне поможете? А? Пожалуйста. Поговорите с мистером Натчи, чтобы он перестал меня бить.
Косой рассмеялся еще громче:
– Ох этот старина Натчи. Натчи с Тринадцатой улицы – парень не промах. У него совсем нет сердца.
Старик посмотрел на Косого. Он был сбит с толку и задет его смехом.
Макси его успокоил:
– Вы правильно поступили, что пришли к нам, Мойши. Не стоит обращаться в полицию. Натчи всех копов подкупил русскими шарлотками. Они вам не помогут.
Патси заметил:
– Я думал, Фрэнк приказал притухнуть всем Шейлокам в нашем городе.
Я отозвался:
– Верно, и я так слышал. Но этот Натчи – жадный парень. Похоже, он не признает правил.
– От них воняет, – сказал Патси, – ото всех этих Шейлоков.
– Да, грязный рэкет, – согласился Макс. – Он бросает тень на весь наш бизнес. Почему они так за него держатся?
– Потому что в нем много зелени, – ответил я.
– Пожалуй, ты прав, – сказал Макс. – Сколько эти ублюдки берут за свои ссуды, по тысяче процентов, как ты думаешь?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
В английском языке кличка персонажа «Noodle» означает и «лапша», и «башка». (Здесь и далее примеч. пер.)
2
Имеется в виду Общество Таммани – политический клуб, контролировавший нью-йоркскую организацию демократической партии США.
3
Джанк – наркотик (амер. сленг).
4
От shmok (идиш), буквально «пенис» – глупый, надоедливый человек.
5
Пастрами – копченая говядина.
6
Книш – булочка с начинкой, например с картофелем (идиш).
7
Тонг – тайное общество китайцев, живущих в США.
8
Катись к черту, Янкель! Чтоб ты сдох! (идиш)
9
Не бреши (идиш).
10
Пипс Сэмуэл (1633—1703) – английский чиновник и писатель, автор известных «Дневников», где, в частности, рассказывается о лондонской чуме 1665 г.
11
Горе мне (идиш).